Сын ответил за отца


До Заполярья Григорий Иванович трудился на Курской магнитной аномалии. В 35-м его вызвали в местное отделение НКВД и предложили поехать в Норильск, которого ещё не было ни на одной географической карте. Сказали коротко и ясно, что на севере Красноярского края начинается строительство крупного промышленного предприятия и там нужны геологи-буровики.

Работал Григорий Иванович практически на всех изыскательских участках: был бурильщиком, буровым мастером, начальником партии. Как о нём говорили знавщие его геологи, он по-пластунски "пропахал" все окрестности Норильска. На месторождения, разведку которых нужно было ускорить, всегда направлялся Сапрыкин, и не было случая, чтобы он не подтвердил свой высокий профессионализм.

63 года прожил Григорий Иванович в Норильске. Из них более 55 лет - в полевых условиях, в тундре.

* * *

Закалка у него была, конечно, железная, хотя человеком он был добрым, гостеприимным, душевным. И расспросить его всегда хотелось обо всём...

Из воспоминаний, записанных в 1997 году, мы выбрали эти.

... В моей жизни ошибки были, но всегда старался работать так, как требовалось. И жить по совести. Мне кажется, что в Норильске большинство таких людей, иначе б не построили такой крупный комбинат.

... В 37-м году хотели меня избрать секретарём комсомольской организации Дудинского райкома. Сделали запрос по месту моего рождения, что я из себя представляю. И как раз в этот момент арестовали моего отца. Дали ему 10 годов. Как было записано в деле - "за покушение на социалистическую собственность, как священную и неприкосновенную". Вот такой ответ получил райком Дудинский перед моим избранием на комсомольскую работу, а я в то время был уже в партии, и меня тут же исключили из партии как сына врага народа... В любой момент могли схватить и арестовать...

И вот по какому-то вопросу (я уже не помню) вызвали меня в НКВД Дудинки. Я подумал, что всё, больше не вернусь, и с буханкой хлеба пошёл туда. Не особенно-то я был и пугливый, но было уже двое детей, жена не работала. И вот я иду и думаю: "Я то... шут со мной, а как вот их-то оставлять?".

Однако вызвали меня совершенно по-другому поводу, а когда увидели, что в сумке лежит хлеб... Уполномоченный, который знал меня, говорит: "Ты уже и с запасом продовольствия пришёл?" Я говорю: "Что делать, время такое, могут и меня сразу увезти, раз отца арестовали..."

Однако обошлось, а вот из партии и из комсомола исключили. Как собрание комсомольское проходило, до сих пор помню. Один охранник был здесь, Березовский. Так он в своём выступлении прямо сказал, что с нами сидит враг народа Сапрыкин, отец его не одного коммуниста уничтожил, поэтому гнать надо Сапрыкина из комсомола. Не исключить, а именно гнать. И подошёл ко мне. Я ему подал билет комсомольский, так он не взял его, а прямо вырвал из рук.

Так же сделал в райкоме партии Путинцев, секретарь райкома, когда я ему подал партийный билет. Он его тоже вырвал, а не взял. Вот тогда-то у меня и появился страх, что в любой момент могут забрать... Но всё обошлось. А потом, когда уже старше стал, опытнее, научился постоять за себя. А в те годы, помню, советы мне всё давал один из работников НКВД, Жмыхов такой был здесь. Мы с ним рядом жили, и он как-то всегда ко мне по-доброму относился. И всё наставлял: "Будь смелее, не бойся за себя говорить, отстаивай своё мнение и поступай всегда честно и справедливо".

* * *

Ветеран Норильской геологии Сапрыкин был награждён впоследствии орденами Ленина, Трудового Красного Знамени, "Знак Почёта" и десятью медалями. Но больше всего в жизни он ценил уважение и любовь людей.

Был в их дружной семье один день - 1 августа, который шутя все называли днём открытых дверей. В этот день Григорий Иванович и его супруга Марфа Ивановна отмечали свои дни рождения.

* * *

... В первый раз Григорий Иванович встретился с Завенягиным в конце апреля 38-го, когда ездил в Дудинку за своей семьёй.

Мы тогда были на Амбарной и услышали крик в бараках, где жили заключённые, что едет начальник политотдела в Норильск... Толком, правда, никто не знал - работать он едет или с проверкой.

Везли его на лошадях, так как железная дорога была занесена снегом. Лошади были запряжены цугом. Ну, мы выскочили, конечно, смотреть... А он почти и не остановился, в бараки не заходил, а так, около саней кругом прошёлся, вроде размялся, и поехал дальше. Трое их было - кучер, охранник и он...

Вторая памятная встреча с Завенягиным состоялась на одной из буровых год спустя, куда директор комбината вместе с главным инженером Александром Емельяновичем Шаройко пришли на лыжах.

Доводилось обращаться к Завенягину и по личным вопросам. Вольнонаёмных здесь жило в те годы мало, и каждый был на виду. А буровиков насчитывалось вообще несколько человек, из-за чего летом 39-го Григория Ивановича не отпускали в отпуск, хотя отработал он к тому времени уже три года и оставаться четвёртую зиму без отдыха было крайне нежелательно. Тем более что болела одна из дочерей, и ребёнка нужно было обязательно вывезти "на материк". Поэтому - хочешь не хочешь - нужно идти к директору комбината. А поскольку Завенягин был почти всегда занят и застать его в кабинете было трудно, то Григорий Иванович буквально прописался у него в приёмной.

... Он уже меня знал, и, когда в очередной раз увидел, говорит: "Сапрыкин, вы опять пришли?". Да, говорю, такое положение, что если я сейчас не выеду, то опять зимовать буду, четвёртый год подряд.

Он так посмотрел на меня внимательно и с некоторой паузой говорит секретарю: "Напишите - отправить его. И помогите также отправить на Валёк".

Именно на Вальке в конце 30-х годов был первый маленький аэропорт, с которого и самолёты летали тоже маленькие, а не такие лайнеры, как сейчас. И было большой редкостью, если кто-то из рабочих "на материк" тогда улетел - всё больше пародами... А тут - такой редкий счастливый случай. Собрались тогда Сапрыкины в считанные минуты.

* * *

В 50 - 70-е годы в Норильской комплексной геолого-разведочной экспедиции работал Виктор Яковлевич Никулин. Сейчас он живёт в Туле, где продолжает трудиться в Тульском геологическом объединении. Есть у Виктора Яковлевича мечта - написать книгу о своих коллегах – норильских геологах. О Григории Ивановиче Сапрыкине у него есть такие строки:

"...Значительность Большого Человека сильнее проявляется со временем.

Григорий Иванович Сапрыкин был одним из первых добровольцев-буровиков, переехавших с Курской магнитной аномалии в трудные заполярные условия, где начиналось всё с нуля, с исторического нулевого пикета.

Нелёгкую судьбу геологоразведчика разделила верная его спутница жизни Марфа Ивановна Саппрыкина. Она всю жизнь охраняла и крепила тыл замечательного землепроходца. Трудности не вносили в их отношения раздора, а, наоборот, крепили и придавали силы.

...На местах, где стояли буровые вышки, выросли красивые города и посёлки: Норильск, Талнах, Кайеркан, Оганер.

Дымят заводы на руде, которую разведывал Григорий Иванович. Закрыли тундру асфальтом в городах, используя разведанные запасы строительных материалов, добывают уголь, который в числе первых полезных ископаемых разведали геологи.

Можно однозначно сказать, что в Норильске, Талнахе, Кайеркане каждый камень знает Григория Ивановича Сапрыкина.

...Мемориальная доска на доме по Ленинскому проспекту, 2, где так долго жили и трудились Сапрыкины и в настоящее время живёт их дочь, ветеран труда России и Норильского комбината Ольга Григорьевна Сапрыкина, - это дань уважения всех горожан замечательным труженикам и труду всех геологоразведчиков Заполярья.

Думаю, что славный город Норильск будет ещё краше и знаменитее, если одна из улиц его будет носить имя Сапрыкиных".

А.АНТИПОВА
"Заполярная правда" 2 августа 2000 г. № 114(12352) (газета, издаётся в Норильске)


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е