От Авраамия до Джонсона


Полубелорус сын машиниста паровоза Авраамий Завенягин был тем человеком, с почти библейского имени которого начинается отсчет истории Норильского комбината. До приезда в Норильск в 1938-м году за плечами Завенягина остались учеба в Горной академии, проректорство в ней (в 22 года!), руководство крупными институтами и заводами. За четыре года Завенягин поднял Магнитку, на Норильск хватило трех лет.

Авраамий Завенягин хорошо понимал, что значит команда. Толковых специалистов в Норильском ИТЛ нашлось предостаточно. Первый директор был крут с нерадивыми, поощрял отличившихся. И такая простая схема работала. Подчиненные, узники Норильлага, были готовы лечь костьми за комбинат точно так же, как их начальник. И разве это не правильный выбор в жизни мужчины? Настоящий мужчина должен посадить дерево и построить дом. Авраамий Завенягин построил целый комбинат, не считая более значимых государственных свершений.

* * *

Сын обедневшего русского купца геолог Николай Урванцев, будучи студентом Томского технологического института, в начале XX века наслушался лекций академика Обручева и был одержим идеей открыть свою Землю Санникова. В 1919-м он открыл Норильск: впервые приехал сюда и подтвердил наличие медно-никелевых месторождений. Николай Урванцев не претендовал на роль государственного деятеля, и в свою первую в жизни экспедицию, как и в прочие, пустился из любви к открытиям и путешествиям.

Николаю Урванцеву, самому первому из всех норильчан, еще в 20-е годы, довелось встречать Новый год в Норильске, в построенном им домике.

Впервые в мировой истории в компании трех товарищей Урванцев праздновал здесь новые 1931 и 1932 годы. Нашел Урванцев и свою собственную Землю Санникова - открыл острова Северной Земли.

* * * Деревянные щиты по обочинам дороги Норильск-Алыкель напоминают о легендарном Деде Снегодуе, инженере Михаиле Потапове. Заключенный Норильлага придумал, как бороться со снежными заносами. Конструкция щитов Потапова гениально проста: ветер ударяеся в большие наклонные плоскости, сколоченные из планок, направляется вниз, суммируется и вырывается из-под щитов, как из брандспойта. Он попадает на рельсовый путь и, подхватывая снег, уносит его.

Еще при жизни Потапова его изобретение захотел украсть вольнонаемный инженер и даже написал диссертацию. Однако в памяти народа сохранилось имя Деда Снегодуя. В канун нового века своего замечательного деда, автора пяти книг и многих изобретений, обязательно вспомнят внуки и правнуки - в Москве, Англии и Франции.

* * *
Архитектор, поляк по происхождению, Витольд Непокойчицкий построил в Норильске много зданий. Вместе с красавицей-женой и соратницей Лидией Миненко в 40-50-е годы он стал автором проектов лучших домов в в начале Ленинского проспекта. Благодаря Витольду Непокойчицкому, выпускнику питерского вуза, Норильск долгое время называли "вторым Ленинградом".

Рассказывают, что на службе главный архитектор не давал ходу талантливой молодежи. В личной жизни был гурманом, любил побродить с ружьем или этюдником по окрестностям Норильска. Сохранились его акварели и живые, яркие воспоминания о тех временах, когда наш город только начинал строиться.

* * *

Кореец Михаил Ким начал изучать повадки мерзлоты в 1936-м году будучи заключенным норильского лагеря. Построить здание на вечной мерзлоте традиционным способом возможно, но долго оно не простоит. Возведенное сооружение отдает тепло почве, находящийся там лед тает, здание "садится", деформируется, трещит по швам. Уже тогда, в 37-м, возникла идея продуваемого подполья, воздушной "подушки" между зданием и землей, которая не дает грунтам греться. Нормативные союзные документы предлагали сначала оттаивать грунты, потом в лунку ставили сваю, заливали раствором и долго ждали, когда все снова замерзнет. Инженер Ким предложил решение проще: долбить мерзлоту канатно-ударными станками. Позже были придуманы новые фундаменты - со сваями, защемленными в скальное основание.

За гениальные решения Михаилу Киму и еще десятерым норильчанам-руководителям строительства присудили Ленинскую премию, высшее отличие советской эпохи. Ким умел принимать ответственные решения и контролировать их выполнение. Для того, чтобы внедрить свои идеи в жизнь, он до ночи сидел на работе, годами не ездил в отпуск. И даже ушел из жизни на службе, во время одной из очередных командировок.

* * *

"Генерал" норильского снабжения Владимир Всесвятский умел отдыхать так же хорошо, как работать. Старые норильчане любят вспоминать, какой замечательной была его семья и как талантливо братья Всесвятские пели и играли на рояле и гитарах. До того, как стать генералом, Всесвятский построил на озере Долгом намороженную плотину, деревянный водовод от Норилки до города, широкую колею железной дороги прямо на снегу. Он любил принимать нестандартные решения, а потом дни и ночи работал над их выполнением.

В 1957 году Всесвятского назначили начальником управления снабжения норильского комбината. В науке спланировать, предугадать, найти, привезти все, что требуется для функционирования громоздкой системы под названием НГМК, Всесвятский достиг академических высот. Он же придумал контейнерные перевозки и круглогодичную навигацию. Создать систему - это вам не фунт изюму съесть. Столичный драматург Игнатий Дворецкий сделал Всесвятского главным героем своей пьесы - настоящим начальником. Честным, преданным делу, мгновенно принимающим решения.

* * *

Кремлевский доктор Виктор Кузнецов, пионер норильской медицины приехал в город не по своей воле. Его привезли под конвоем. Собратьев-заключенных он лечил не менее добросовестно, чем правительственных деятелей, упекших его в лагерь. Хирург познакомился с Севером еще в 1932 году, во время зимовки на Новой Земле. Здесь он спасал больных цингой сырым мясом животных, которых сам стрелял на охоте. В Норильске - и в зоне, и после освобождения - золотые руки хирурга Кузнецова спасли тысячи человеческих жизней. Он делал операции на желудке, пищеводе, щитовидной железе, легких, сердце. Написал много специальных оперативных пособий для молодых коллег. И работал, конечно, без выходных и праздников.

Сослуживцы вспоминают, что Виктор Кузнецов всегда приходил на работу ровно в 8-00, никогда не опаздывая. Быстро переодевался и направлялся на обход тяжелых больных. Однажды в обычное время он не пришел...

* * *

Настоящий архивариус, не по должности, а по призванию, в Норильске был один-единственный: украинец Трофим Гармаш. Удивительно, как кропотливая и занудная работа с документами могла привлечь внимание художника-оформителя с обогатительной фабрики, немного поэта, вдобавок многодетного папашу?

Система нужна не только на металлургическом производстве. 30 лет назад Трофим Гармаш взял на себя инициативу систематизировать норильскую историю и придумал фактографическую картотеку. В нее он дотошно собирал копии приказов об открытии рудников и заводов, газетные вырезки о приездах официальных гостей, юбилеях и т.д. Первые пять лет Трофим Гармаш откапывал корни норильской истории на волонтерских началах. Однако вскоре его посадили в специальный кабинет в Доме техники с табличкой "Картотека истории Норильского комбината", а слово "архивариус" стали произносить с большим почтением. Трофима Гармаша нет, а его система работает.

* * *

Если Николай Урванцев открыл Норильск, то Виктор Кравцов открыл Талнах. Конечно, и в том и другом случаях к событиям причастны десятки и сотни достойных людей. Но первые есть первые.

Романтические песни про геологов не всегда сочетаются с действительностью. На документальных фотографиях можно увидеть идущего по тундре Виктора Кравцова: в шляпе-накомарнике, с геологическим молотком в руках, с планшетом на боку и огромным рюкзаком, набитым образцами, на плечах. А вот он на буровой на Талнахе или у Хантайского озера. А вот шествует из Имангды в Норильск. Готовится сесть в отъезжающий грузовичок. Сидит за столом и составляет отчеты. В общем, налицо еще один образец мужчины, всецело преданного работе. Первооткрыватель Талнахского и Октябрьского месторождений Виктор Кравцов почти 40 лет занимался их разведкой и изучением. Сейчас по-прежнему работает - в Комитете природных ресурсов ТАО. В канун нового века предлагаем тост: "За геологов!" Дай Бог им здоровья. С них начинался наш город.

* * *

Кабардинец с американским именем Джонсон оказался как раз тем человеком, который смог вывести Норильский комбинат из разрухи в постсоветский период. С таким именем и не иметь капиталистической хватки - это было бы странно. Впрочем, и при советской власти директор медного завода и "Надежды" Джонсон Хагажеев ничуть не хуже справлялся со своими обязанностями.

Последний директор комбината (Норильской горной компании) бывает крут. Рассказывают, что Джонсон Талович не любит носить часы по одной простой причине: он несколько раз разбивал их, в страшном гневе ударяя рукой о стол. Не любит нерадивых работников, зато трудоголиков - любит. Потому что сам такой. Потому что такие построили и держат Норильск. Второй тост: за настоящих мужчин! На них стоял, стоит и будет стоять наш город.

Т. РЫЧКОВА.

P.S. Кандидатуры норильчан века согласованы с историографом Норильска Анатолием Львовым и главным хранителем норильского музея Валентиной Вачаевой.
Фото из архива музея.

Заполярная правда 28.12.2000


На главную страницу/Документы/Публикации/2000-е