"Меня во сне сжигает тот мороз..."


Норильск отметил день памяти жертв политических репрессий. Страна отмечает этот памятный день-30 октября - последние двенадцать лет. Накануне, в воскресенье, мы поднялись на норильскую Голгофу. Уже больше десяти лет отправляемся туда с нашими стариками-репрессированными. Многих потеряли за эти годы. А ведь такое чувство, что они по-прежнему с нами. Не удивилась бы, если б увидела у мемориальной часовенки доктора Знаменского, журналиста Кродерса, путешественника Траубергса, умельца Дудутиса, первого председателя Общества репрессированных Рубеко... Все они прошли через Норильлаг, остались на Севере и облагородили своими яркими личностями нашу заполярную жизнь.

В этом году у музея собралось неожиданно много людей. Пять автобусов едва вместили всех желающих отправиться на мемориал. Мы медленно двигались колонной, которую по традиции возглавляли марафонцы. Я ехала среди щебечущих школьников. По дороге они вспоминали каникулы, делились впечатлениями о летних лагерях - о дискотеках, море, конфетах и фруктах. Это были беззаботные внуки многих из тех, кто без вины отмотал свой срок совсем в других лагерях. С нами ехал на Голгофу и Александр Федорович Исаев, которого пацаном вместе с другими несовершеннолетними пригнали сюда по этапу в 1943-м. Он мог бы многое рассказать ребятам о детской колонии, которая находилась возле 9-го лаготделения, это недалеко от нынешнего третьего универсама. В этот день с нами была и дудинская делегация - прекрасные пожилые женщины, а когда-то дети ссыльных немцев.

Обычно в этот скорбный день и погода очень сурова. Но едва мы оказались у подножия Шмидтихи, как исчез газ, смягчился мороз. Тихо падал снег, а мы молча стояли у памятных крестов. У памятника полякам молился молодой католический священник, теперь талнахский житель, отец Милаш. В Норильлаге томились заключенные ста национальностей из двадцати двух стран. Это официальная статистика. Их были десятки, сотни тысяч, наверно, истинное количество жертв известно лишь Господу Богу. Благочинный церквей Таймырского округа отец Сергий отслужил панихиду у братской могилы. Молился он за всех невинно пострадавших и на поминальной трапезе, которая затем состоялась в кафе "Жарки". Вспомнил он и репрессированных украинских батюшек - протоиерея Иоанна (Приходько) и протоиерея Антония (Хвостика), которые отбыли свой срок в Заполярье. Их имена стали известны совсем недавно. Помянули мы и недавно ушедших...

Старики удивлялись заметному вниманию властей к своим скромным персонам в этом году. Почти весь день с ними были многие известные люди города. Бывшие зеки рассуждали так: вот приезжал к нам президент Путин, он и подал всем пример настоящего уважения, поклонившись праху заключенных на норильской Голгофе.

На днях делегация норильчан - десять членов Общества жертв политических репрессий - отправилась в Москву на День памяти. Они побывают на Лубянской площади у знаменитого Соловецкого камня, встретятся со своими собратьями по ГУЛАГу из многих городов страны. Финансы на поездку выделила ГМК. Она же помогла норильскому музею, управлениям культуры и социальной защиты населения, а также департаменту по молодежной политике организовать вечер в "Жарках". Здесь встретились люди разных поколений, и у многих - своя родовая память о репрессиях. Старейший норильчанин Василий Феоктистович Ромашкин (ему уже 87 лет, в Норильлаге - со студенчества, с 1937-го) заплакал, когда вспомнил, что ему пришлось пережить в застенке. Молодая преподаватель колледжа искусств виолончелистка Светлана Степанова, выступавшая на вечере со струнным квартетом НКИ, в перерыве рассказала мне, что в их семье были репрессированы два деда, один из них так и не реабилитирован. Значит, надо было знакомить Светлану с Тамарой Никитичной Серебряковой, бывшим председателем КТОС № 7, которая много лет помогала норильчанам добиваться реабилитации своих родных. В годы репрессий пострадала и ее семья. Тамара Никитична скоро уезжает "на материк", и надо было успеть сказать ей спасибо от имени всех, кого она поддержала в поиске справедливости.

У Альбины Кузиной - своя память, она в Норильске с 1940-го, родилась в вольной семье, помнит лагерников и их охранников... Она, пытаясь понять и тех, кто зарабатывал себе на хлеб, работая в лагерях, просила бывших зека не носить злобы и обиды в сердце. Финал вечера, когда разошлись начальники и люди, наконец, раскрепостились, показал, как она была права. Запел хор немецкой песни, а одна из норильчанок, прошедшая Норильлаг, вдруг резко выступила: мол, не надо песен в такой скорбный день, наши братья и сестры здесь гнили, а вы поете... Женщина эта быстро поднялась и ушла из зала. А одна из немецких старушек стала нам объяснять, что песня была о тяжелой доле репрессированных людей, которые оказались вдали от Родины.

Нетерпимость еще никого не сделала счастливым. Надеемся, дудинцы все поняли и не в обиде за нервный срыв много пережившего человека. В конце концов, все они сестры по горькой доле. Дудинцы пригласили нас отметить День памяти жертв политических репрессий вместе с ними. В столице округа состоялся молебен у камня-символа, на месте которого обещан памятник узникам. В этот день была запланирована и встреча у главы города Олега Бударгина - будет решаться давний вопрос о создании у нас такого памятника. Может быть, к 50-летию Норильска мы свой долг перед памятью людей, создавших наш город и комбинат, наконец, выполним.

А пока свидетели тех лет еще с нами, крепки духом, необходимо помочь им как можно чаще встречаться с новым поколением. Старики еще многое могут дать обществу. Зачем превращать их в просителей? Не зря батюшка назвал бывших норильлаговцев людьми Священного Предания, а это те, на ком держатся наша вера и правда, Родина и Норильск.

Спасибо всем, кто согрел души этих людей в их главный день.

Ирина ДАНИЛЕНКО

Заполярная правда 01.11.2002


На главную страницу/Документы/Публикации/2000-е