Сын Троцкого: красноярский след


Сергей Седов сполна ответил за своего отца

67 лет назад в одном из январских номеров газеты "Правда" за 1937 год вышел материал под заголовком "Сын Троцкого Сергей Седов пытался отравить рабочих". Некий корреспондент Пухов сообщал о многолюдном "стихийном" митинге рабочих Красноярского машиностроительного завода, которые гневно клеймили изменников родины и называли Седова "достойным отпрыском продавшегося фашистам отца". Сам Сергей Львович в это время ждал решения своей участи в столичной тюрьме.

Спортсмен, доцент, ссыльный

То, что сын Троцкого Сергей Седов в 30-х годах работал на "Красмаше", - факт ныне довольно известный. И всё же многое и в истории его появления на заводе и в самой судьбе сына одного из вождей мирового пролетариата загадочно.

Сергей Седов родился весной 1908 года в пригороде Вены. Он был младшим сыном Льва Троцкого (урождённого Бронштейна) от второго брака - с Натальей Седовой (в первом браке с Александрой Соколовской у Троцкого родились две дочери Нина и Зинаида). Только в 9-летнем возрасте Сергей Седов впервые увидел Россию. В начале их семья жила в Петрограде, а затем перебралась в Москву.

Брат Сергея Лёва и сводные сёстры Зина с Ниной стали фанатичными коммунистами. А Седов-младший скоро разочаровался в политике. Он занялся спортом, познакомился с циркачами и чуть не стал профессиональным акробатом. Но пересилила любовь к технике - Сергей закончил Ломоносовский втуз, начал преподавать в Московском техническом университете, стал доцентом в неполные 30 лет. Затем преподавал в автотракторном институте. Вместе с двумя соавторами опубликовал книгу по газогенераторам. К тому времени Лев Троцкий с женой и детьми (в том числе и детьми от первого брака) был депортирован из страны и обосновался в Мексике.

4 марта 1936 года Сергея Седова арестовали по обвинению в контрреволюционной деятельности по так называемому "Кремлёвскому делу". Ему дали пять лет лагерей, но через неделю вдруг заменили концлагерь ссылкой на тот же срок. Седов отправился в Красноярск. За ним в ссылку поехала любимая женщина Генриетта Рубинштейн. Сергей Седов устроился на завод "Красмаш", год проработал инженером по газогенераторам.

В июне 36-го Седова обвинили во вредительстве и арестовали. 29 октября 1937 года он был расстрелян под Красноярском. Дочь Седова Юлия Аксель, учёный-химик, живёт в США.

Инженер - отравитель

Это общеизвестные факты. А вот о подробностях рассказывает красноярский историк Анатолий Ильин, который около 20 лет назад заинтересовался судьбами членов семьи Льва Троцкого.

- Я изучил личное дело тогдашнего директора "Красмаша" Александра Субботина. Из его объяснений дело обстояло так.

В сентябре 1935 года Субботин вернулся из столичной командировки. По пути его догнал приказ главка - освоить производство газогенераторов для речных судов. На директорский стол кто-то подкинул книгу трёх авторов по газогенерации. Вскоре к нему на приём явился мужчина и назвался автором этой книги. Субботин обрадовался нужному специалисту, но, узнав, что тот - сын Троцкого, естественно, испугался, не решился взять его на работу. Но через месяц приехал начальник треста "Главзолото" Александр Серебровский и успокоил директора: "Да брось ты, я его давно знаю".

Серебровский на самом деле знал Сергея с мая 1917 года. Скорее всего, кто-то упросил позаботиться о судьбе молодого ссыльного, и большой начальник устроил его на завод. На "Красмаше" Седов проработал около года. До того момента, пока его не обвинили в "попытке отравления".

Судя по сохранившимся документам однажды дежурный слесарь Борис Рогозов уснул в цехе, забыв перекрыть кран газификатора. Пустой цех медленно наполнился газом. Утром пришли рабочие, открыли ворота и проветрили помещение.

Тогда на происшествие не обратили внимания, поскольку газ был безопасен для жизни и лишь вызывал головную боль. К задымлённости давно привыкли, все цеха строили аврально и до вентиляции руки не доходили.

Однако в июне 1936 года Седова обвинили во вредительстве и в том, что он умышленно пытался отравить рабочих газом. И арестовали вместе с другими "чуждыми элементами".

Сначала Седова отправили в воркутинские лагеря, где были собраны все троцкисты, потом перевели в "Бутырку", затем - в страшную Сухановскую тюрьму.

Именно тогда Седову удалось отправить последнюю записку любимой Генриетте.

Заочный разговор

Подробности красноярского периода жизни Седова Анатолий Ильин почерпнул из до-кументов, сохранившихся в самых разных архивах. Но "за кадром" оставалось многое другое. Как сложилась судьба Генриетты Рубинштейн? Как жила до эмиграции в Америку её дочь Юлия? Казалось бы, узнать это не представлялось возможным. И вот тут, как рассказывает Анатолий Ильин, произошли просто мистические события, позволившие приоткрыть завесу.

- Я всегда любил журнал "Искусство кино", старался не пропустить ни одного номера. И вот однажды, это было году в 88-м, раскрываю журнал и вдруг вижу материал под заголовком "История моего одиночества". И фамилию авторов - Борис Рунин, Юлия Аксель! Рунин - родной брат Генриетты, женщины, которая добровольно отправилась за Сергеем в ссылку, в Красноярск. А Юлия Аксель - их дочь!

С ней я встретиться не мог - женщина живёт в США. Но с Борисом Руниным возможность увидеться была. Я помчался в редакцию журнала, объяснил ситуацию, выпросил телефон. Меня предупредили о том, что Рунин плохо себя чувствует. Мы созвонились, я представился, сказал, что очень интересуюсь жизнью Сергея Седова и надеюсь многое узнать о нём.

Борис Рунин, как мне показалось, искренне обрадовался моему звонку. Но он на самом деле неважно себя чувствовал, поэтому предложил встретиться через неделю. Я еле дождался, пока пройдёт неделя. Ещё бы, такая удача - узнать о Седове от человека, который знал его лично! Но раньше напомнить о себе не решился. В назначенный день позвонил - трубку никто не взял. А в редакции "Искусство кино" мне сообщили, что Борис Рудин умер три дня тому назад. Ниточка оборвалась.

Однако история на этом не закончилась. Через некоторое время после смерти Бориса Рунина произошло самое настоящее чудо. Анатолий Ильин тогда учился в аспирантуре в Москве. В один из дней он вдруг спохватился – опоздал на важное заседание кафедры! Сломя голову полетел в институт, весь взмок, пока прибежал. А оказалось, что в тот самый день была суббота, выходной, и никакого заседания и в помине не значилось. Анатолий тут же в фойе института купил кофе и подошёл к книжному развалу. Через секунду его взгляд упёрся в книгу «Записки окружённого». Автор… Борис Рунин! В телефонном разговоре он об издании не обмолвился, видимо, книга вышла уже после его смерти. Историк сразу вспомнил последние слова Рунина, обращённые к нему: «Желаю вам больших успехов в ваших исследованиях».

- Он как будто подтолкнул меня в нужный момент к нужному месту. И получилось в итоге, что он будто бы сам мне всё и рассказал. А «Записки окружённого», между прочим, были на книжном лотке в одном экземпляре. Стоило чуть-чуть опоздать, и я её мог не увидеть.

Жена и дочь

Книга восполнила некоторые пробелы в жизни Сергея Седова. Теперь стало известно, как Генриетта познакомилась с младшим сыном Троцкого. Это было в 34-м году в Хосте. Генриетта отдыхала там с мужем, кинооператором. Вернувшись в Москву, Сергей стал заходить в гости к женщине, а кинооператор вскоре исчез с горизонта. Борис Рунин вспоминал, что Сергей в разговорах старательно обходил тему собственной семьи, рассказывал только о том, что закончил Ломоносовский втуз, работает в институте. Однажды Борис спросил Сергея о его отчестве, Седов сконфузился и тихо произнёс: «Львович…». То, что он – сын Троцкого, семейство узнало только после его ареста.

Генриетта отправилась за Седовым в Красноярск. Родственники умоляли её не делать этого, не связывать жизнь с заведомо обречённым человеком, не губить близких, в конце концов связь дочери и сестры с сыном Троцкого не могла пройти бесследной и для них. Но Генриетта всё же уехала. После второго ареста Седова, вернувшись в Москву, она родила Юлию. А сама была приговорена к 10 годам отбывания срока на Колыме.

Родителей Генриетты и Бориса выслали на север Новосибирской области, внучку они забрали с собой. Борис стал журналистом, но путь в официальную прессу ему был заказан (хотя во время войны Рунин ушёл добровольцем на фронт, был ранен). И только потому, что его сестра была женой сына Троцкого.

Юлия до 16 лет росла в глухой деревеньке. Потом старики сообразили, что внучка-то – не сосланная! И значит, может выбраться из глухомани. Хотя бы к матери, ведь на Колыме, как ни странно, было легче – работа, школы, общение с интеллигенцией… Дед пошёл просить начальство, чтобы девушке выдали паспорт. Его спросили, кто её родители? Отец Генриетты взял грех на душу и сказал: «Мать сгинула», - «А отец кто?» - «А бог его знает». Эта ложь позволила Юле уехать на Колыму. Там она закончила школу, а потом уехала в Москву, поступила в институт, выучилась на химика. Мать и отчим поддерживали девушку деньгами, помогли купить кооперативную квартиру (заработки на Колыме были большими). А сами поселились в Таллине. Умерли оба летом 1987 года. Юлия вышла замуж, сменила фамилию на Аксель, уехала в Штаты.

«Прохладный» внук

История не закончилась и на этом. В 93-м году в результате стечения обстоятельств, которые тоже можно в некотором смысле считать мистической удачей, Анатолий Ильин оказался в Мексике. И, естественно, пытался встретиться с внуком Троцкого, Эстебаном Волковым (в 40-е годы его звали просто Севой).

Через три дня постоянных телефонных звонков (вероятно, всё это время личность историка проверяли по разным каналам) Эстебен назначил встречу на вилле Койоакан, в музее Троцкого.

Кстати, пламенного вождя революции в Мексике чтят до сих пор. Мексиканцы очень ценят бойцовские качества, а тот оказался настоящим бойцом – хотя альпеншток вошёл в его голову на семь сантиметров, Троцкий кричал, чтобы Меркадеса не убивали, чтобы не обрубили все «концы» и до последней секунды боролся.

…На вилле всё сохранилось, как было при Троцком: старый дом, пустые клетки для кроликов. Даже ворота, которые разнесли во время первого неудачного покушения. Цветут кактусы, поют горлинки, на могиле – красный флаг с серпом и молотом…

Сева-Эстебан пригласил Ильина в кабинет, предложил кофе. Беседовали на смеси русского, английского и испанского – Волков предпочёл не афишировать знание родного языка.

Оказалось, что в семье не знали о том, как и где погиб Сергей Седов. Последняя записка от него дошла до Генриетты из Москвы, из Сухановской тюрьмы. И близкие полагали, что расстреляли его тоже в Москве, а не в Красноярске. В общем, о трагической кончине Седова его племяннику рассказал именно Анатолий Ильин. Но, как показалось самому историку, Эстебану всё это было не интересно – информацию он принял к сведению, не более того. Адреса или телефона Юлии Ильин не получил, внук Троцкого прохладно ответил: «Мы не поддерживаем отношений».

* * *

Чекисты утверждали, что враги затеяли газогенераторное производство специально под Седова, чтобы тот выпускал вредительскую продукцию.

Кстати, судя по документам следователи так усердно обрабатывали Бориса Рогозова, того самого дежурного слесаря, который уснул в цехе, забыв перекрыть кран газификатора, что он не выдержал и выбросился из окна четвёртого этажа.

Светлана ФИЛИППОВА
«Городские новости» №8(1059) 23.01.2004г. 


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е