Искать и верить


Как-то Алесь Адамович назвал нас, тогда еще советских людей, усталой нацией. Мы действительно, как никто, исторически устали от эпохальных потрясений, от семейных разрывов, вынужденных разлук и потерь. И пожалуй, только в нашей стране могла появиться и стать самой востребованной такая передача, как "Жди меня". Нет ее горше, пронзительнее и добрее. Да и не может быть, потому что нет ничего важнее и сложнее, чем судьбы людские, порой чрезвычайно запутанные обстоятельствами и перипетиями истории.

"Ищите", - напутствует в конце каждой программы ведущий Игорь Кваша. Искать и не сдаваться перед временем и неизвестностью - на это решились тысячи людей, когда-то потерявшие своих друзей и близких. Нити многих судеб ведут в Красноярский край, где на гулаговских пространствах затерялись следы великого множества людей.

В отделе спецфондов информационного центра ГУВД Красноярского края нет дня, чтобы не поступило запроса о розыске или о реабилитации бывших репрессированных. За двенадцать лет работы отделения реабилитации рассмотрено 158 257 заявлений граждан и запросов организаций в отношении более чем полумиллиона человек.

- В период массовых политических репрессий с 1929 по 1960 год на территории Красноярского края находилось в местах лишения свободы, ссылке, высылке, на спецпоселении до 545 тысяч человек 37 национальностей. И это без учета Краслага и трудармии, - рассказывает Татьяна Атаманова, начальник отдела спецфондов и реабилитации жертв политических репрессий. - К сожалению, не все архивные материалы сохранились. Так, в 1955 году было уничтожено 11 667 архивных личных дел ссыльных кулаков. Также были уничтожены архивные личные дела на отбывавших наказание в Норильлаге (после его ликвидации). У нас имеются лишь учетные архивные документы (карточки) на 274 109 бывших заключенных Норильлага и 16 372 архивных личных дела на умерших при отбытии там срока наказания.

Да, гулаговская мясорубка была ужасной по масштабам, перемолола миллионы судеб. Но, как заметила Татьяна Дмитриевна, далеко не всех заключенных того времени можно считать репрессированными по политическим мотивам. Анализ архивных документов показал, что примерно 60-70 процентов отбывавших наказание в Норильлаге составляли осужденные за общеуголовные преступления - кражи, грабежи, разбои, убийства. При рассмотрении архивных личных дел было вынесено 9386 заключений об отказе в реабилитации.

- Одну заявительницу мне было по-человечески жалко. Ее мать была расстреляна в тридцатых, и женщина была уверена все эти годы, что она репрессирована. Однако когда мы подняли дело, выяснилась страшная суть. Мать заявительницы была осуждена и расстреляна за людоедство. Она убила и... не могу даже выговорить, что она сделала со своими четырьмя детьми. В живых осталась лишь младшая дочь. Тогда этот случай потряс весь район. Но "отказной" справкой заявительница не удовлетворилась, настаивая на пересмотре дела. И нам пришлось в виде исключения выслать ей копию приговора. Представляете ее потрясение?..

Немало приходит в отдел и запросов от редакции программы "Жди меня". По некоторым, довольно "специфичным", найти искомого человека бывает непросто. Вот как, например, некую Нину, бывшую расконвоированную заключенную, с которой у одного мужчины случилась большая любовь. Было это на стройке в Березовском районе, в пятидесятые годы. Через несколько лет этот мужчина случайно узнал, что у его бывшей возлюбленной родилась дочь, и вот под старость решил найти ее. Татьяна Николаевна Килина, замначальника этого же отдела, рассказывала, как нашли пятьдесят семь "таких" Нин (!), по делу каждой провели проверку, запросили загсы... Далее к делу подключились помощники передачи "Жди меня". Нашли "подходящую" Нину, старожилы в поселке даже вспомнили, что вроде была у нее дочка. Но сама Нина, теперь уже пожилая женщина, отрицает все категорически.

- Разобраться в чьей-то судьбе бывает очень сложно. Как-то пришло нам письмо из Москвы от женщины, разыскивающей свою мать. Родилась она, когда ее мать отбывала наказание, поэтому девочку оставили в приюте. В письме указывалась точная фамилия матери. Нашли. Выяснили также, что скончалась она несколько лет назад в доме для престарелых. Но... опять неувязка! Дочь родилась в 1939 году, а мать была в заключении в начале тридцатых, затем вернулась домой к мужу и двоим детям.

И все же, уверены сотрудники отдела, искать следы родных, пытаться узнать правду о их судьбах надо всем! "Это по-человечески, это долг близких. И нет выше счастья, чем найти человека. Пусть и со слезами на глазах будет радость встречи".

Искал следы своего отца и замечательный актер Савелий Крамаров, еще будучи гражданином СССР. Последний раз он видел его в четырехлетнем возрасте, в ночь ареста. Первый раз Виктор Савельевич Крамаров, известный московский юрист, был арестован в 1938 году и приговорен к восьми годам лагерей. По отбытии срока жил и работал в Бийске, поскольку въезд в столицу ему был запрещен. В 1950 году повторно осужден и выслан на поселение в Туруханск Красноярского края. Чуть более полугода прожил он в туруханской ссылке. В отчаянии от нескончаемых испытаний и безнадежности Крамаров-старший покончил с собой. В том же году, через несколько месяцев после его гибели, умерла мать Савелия Крамарова. Все эти годы она ждала мужа, не отрекся от отца и сын, писал ему и в Бийск, и в Туруханск, а позже пытался найти его могилу. В "наследство" же получил лишь профсоюзный билет, сберкнижку с остатками вклада в 5 рублей, фотографию из дела и 53 листа различных справок. Но он мог гордиться своим отцом, честным и классным адвокатом, который и пострадал-то за защиту в суде оклеветанного героя гражданской войны. В. С. Крамарова реабилитировал военный трибунал Московского военного округа 8 июня 1956 года.

А вот - запрос о реабилитации Евсея Густавовича Ширвиндта, бывшего начальника главного управления мест заключения и конвойных войск СССР, организатора института по изучению преступности (ныне юридический). Этот документ прислал ректор Православного Свято-Тихоновского Богословского института. И главному "смотрящему" за ГУЛАГом выпало стать "пылинкой лагерной", пройти два срока от звонка до звонка с 1931 года по 1954-й. В Краслаге он был руководителем культмассовой бригады и музыкантом. С 1948 года жил в ссылке в Абане.

Как же с нами "пошутила" историческая судьба, разбросав семьи, перепутав жизни... Давайте не теряться, искать, ждать и верить!

Татьяна АЛЕКСЕЕВИЧ.
Красноярский рабочий 09.04.2004


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е