Сочинение на несвободную тему


Добрая детская книжка "Мы из Игарки", созданная с благословения Максима Горького, вышла в свет чудом и сломала немало судеб.

В 1988 году, когда праздновался 50-летний юбилей книги, в Игарку приехали многие её авторы. Из мальчишек и девчонок они превратились в пожилых людей, но здесь, казалось, вернулись в детство. Говорили, вспоминали взахлёб, перебивая друг друга. Настойчиво искали школу N 1, нарезая круги по старой части города, и никак не могли её найти. А когда зашли всё-таки в одно из зданий, внешне совсем не похожее, вдруг обнаружили до боли знакомый коридор и две лестницы. На перилах, по которым они, бывало, катались, остались зарубки, сделанные их руками. Вместо школы тут давно был жилой дом, и гости на радостях начали звонить в квартиры. Пытались рассказать, кто они такие, что-то объяснить, но их плохо понимали.

- Восторгам не было предела, - рассказывает директор Игарского краеведческого комплекса "Музей вечной мерзлоты" Мария Мишечкина. - Они вспоминали о своём детстве как о самом светлом, счастливом времени. Говорили, что жили очень интересно, им было весело. Никто не поминал холод, голод, цингу, хотя некоторые ребята в своих сочинениях об этом писали. Такие работы в книгу, конечно, не вошли, не могли войти. В то время Игарка, с одной стороны, гремела на всю страну. В июне 1929-го здесь впервые высадился небольшой десант, а уже 7 ноября лесозавод начал выпускать продукцию. Север осваивался немыслимыми темпами - и об этом знали не только в СССР, но и за рубежом. Иностранные журналисты приезжали постоянно. С другой стороны, именно в Игарку свозили ссыльных, рядом, прямо в логу, их часто расстреливали. Жили они очень тяжело - в стылых бараках, в нищете. Некоторых зимой просто оставляли на улице. Люди жгли костры, строили себе какое-то подобие жилья. Есть у нас такой остров - Агапитово, по-другому его называют островом Смерти. Осенью на голом берегу выбросили 483 переселенцев. Поскольку строить там было не из чего, они рыли землянки - 182 человека умерли в первую же зиму.

"Я жила в середняцко-крестьянской семье, - писала в своём сочинении Оля Черноусова. - Когда стали колхозы, папа не захотел идти в колхоз. Потом его арестовали и посадили под стражу... Затем нам сказали: "Собирайтесь на Игарку". Я не представляла, что это за Игарка - или зверь, или что другое... Нас выгрузили в сараи, где раньше делали кирпич. Дождь пойдёт - у нас в сарае тоже дождь. К осени состроили 4 барака. В бараках тоже мало было спасенья. Сделали двойные нары. В одном бараке, где мы помещались, было 775 человек".

"В бараках было много народа, но это ещё ничего, - рассказывала свою историю для книги Даша Дюбина. - Другие жили в сараях на чердаках. Холодно было. От недостатка витаминов разразилась цинга. Сначала заболела мама, а потом и я не выдержала. В 1932 г. 5 февраля мама умерла. У меня не гнулись ноги и болели дёсны. Я пошла в больницу. Мне дали картошек сырых и зелёного гороха. Я начала немного поправляться и к концу 1933 года выздоровела".

Сочинения ребят, в том числе так и не вошедшие в книгу "Мы из Игарки", сейчас хранятся в госархиве города Троицка Челябинской области. Здесь жил составитель Анатолий Климов. Игарский музей запрашивал копии работ: можно сравнить, какими они были на самом деле и какими увидели свет. Исправлений не так уж много. В первом издании, вышедшем в "Лендетиздате" в 1938 году, взрослые вставили в детские тексты слова о "великом вожде" Иосифе Сталине. В последующих выпусках имя Сталина поменяли на имя Ленина, а потом инородные вкрапления и вовсе исчезли. Если не считать таких вот примет времени, сочинения игарских ребят написаны искренне, с настроением, от души - этим и подкупают. Дети рассказывают о своих учителях и друзьях, в стихах и прозе описывают суровую, но очень красивую северную природу, делятся планами и мечтами.

Кто именно подал идею - создать книжку руками школьников, наверняка установить уже невозможно. Исследователь из Челябинска Оксана Булгакова, много писавшая о своём земляке Анатолии Климове, считает, что это его заслуга. Климов, исколесивший страну в качестве журналиста, бывавший в том числе и в Игарке, по её мнению, сам затеял издание и сам же взялся за его воплощение. Однако в заполярном городе с этим не соглашаются. Как вспоминали многие авторы книги и взрослые, которые с ними работали, идея появилась у пионервожатой Кати Степановой. Это она, молодая и азартная, хорошо умевшая ладить с детьми, увлекла делом ребят. В 1935 году Екатерина стала заведующей пионерским отделом горкома комсомола - и с этого момента работа закипела.

Школьники отправили письмо Максиму Горькому, в начале 1936-го от него пришёл ответ. Горький не просто одобрил затею - буквально составил план издания. Подробно объяснил, как его надо построить, на какие главы разбить. "Когда рукопись будет готова, - писал он ребятам, - пришлите её мне, а я и Маршак, прочитав её, возвратим вам, указав, что ладно и что неладно и требует исправления". Стоило письму писателя добраться до Игарки, в городе выпустили листовку с сообщением о будущей книге. И практически все ученики принялись писать сочинения. Конечно, отбирали только самые лучшие, яркие. Своего рода штаб действовал при детской газете "Пионер Заполярья", его возглавлял редактор Борис Верёвкин. Подключились и старшие коллеги - журналисты "Большевика Заполярья".

Анатолий Матвеевич Климов, рассказывают, приехал в северный город только на последнем этапе, когда книжка была почти готова. Не исключено, его пригласила первый секретарь Игарского горкома партии Валентина Остроумова. Без этой легендарной женщины дело, безусловно, не обошлось. В своё время Валентина Петровна была личной стенографисткой у Ленина, занималась партийной работой на Алтае, в Ивановской области и Москве. Работала дипломатом в Лондоне, Генуе, Берлине. Была хорошо знакома с Калининым, Томским, Чичериным, Лариным, Бухариным, имела большие связи. Возможно, именно она с самого начала обращалась за помощью к Максиму Горькому.

Увы, в том же 1936-м, в июне, Горький скончался, и все заботы о заполярной книжке перешли к Самуилу Маршаку. Климов ездил к нему в Ленинград - отвёз рукопись, собственное предисловие и получил очень хорошие отзывы. Заметки о готовящемся издании, отдельные сочинения ребят тут же были опубликованы в московских и ленинградских газетах и журналах. А потом всё практически рухнуло. По чьему-то навету Анатолий Климов был обвинён в клевете на советских вождей и арестован.

Заместителю первого секретаря Игарского горкома Александру Смирнову поручили написать по этому поводу письмо Маршаку и изъять предисловие для книги. Но позже в газете "Известия" была напечатана заметка Маршака "Маленькие историки", в которой он хвалил и ребят за их работы, и автора предисловия. Как выяснилось, Смирнов просто решил никому ничего не сообщать. Его сняли с работы и исключили из партии. Дальнейшая судьба этого человека неизвестна. Рассталась со своим постом и Валентина Остроумова, в 1938 году она оказалась в тюрьме, в 1941-м была расстреляна.

Газета "Пионер Заполярья" закрылась, её редактор Борис Верёвкин сгинул. Коллектив редакции "Большевик Заполярья" был разогнан, редактор Леонид Филатов снят с должности и исключён из партии. Пятеро из семи работников горкома комсомола получили сроки по 58-й статье, среди них - Катя Степанова. В 1939 году её, правда, освободили, и она вернулась в Игарку - очень недолго работала в детском доме, а потом покинула заполярный город навсегда.

Разом арестовали целую группу редакторов и авторов "Лендетиздата". Были расстреляны или погибли в лагерях Безбородов, Боголюбов, Шавров, Бронштейн, Васильева, Спиридонов, Олейников, Белов. Чуть было не угодила в лагерь редактор книжки "Мы из Игарки" Тамара Габбе. Её обвиняли в том, что намеренно вносила в детские сочинения антисоветские правки. Маршаку с корректурой в руках пришлось доказывать, что женщина ни в чём не виновата. И всё-таки Тамара Григорьевна лишилась своей должности заместителя редактора журнала "Костёр".

Удивительно, но книга, написанная школьниками из заполярного города, вышла в свет. Она понравилась и детям, и взрослым. А на международной выставке в Нью-Йорке, которая прошла в 1939 году, её назвали "новым словом в детской печати". Однако в послевоенные годы гонения начались вновь - книжку "Мы из Игарки" изымали из библиотек и уничтожали. Теперь найти первое издание практически невозможно, оно стало реликвией. В северном городе остался один-единственный экземпляр, он хранится в музее.

- Судьбы авторов сложились по-разному, - рассказывает Мария Мишечкина. - Стихи Степана Перевалова в книжке были самыми яркими, ему тогда прочили большое литературное будущее. Он и поступил на филологический факультет, но проучился недолго. За вольности, за то, что писал и читал не слишком политически выдержанные стихи, Степана Акимовича осудили по 58-й статье. А когда он вернулся через 10 лет, то не смог больше писать ничего. Мы его нашли в Красноярске, всю жизнь он работал в лесной отрасли. Приезжал в Игарку в 1988 году на юбилей книги. Яков Почекутов - ещё один из самых талантливых авторов. С детства отличался педагогическими наклонностями. Когда учился в старших классах, был у педагогов главным помощником, они класс на него могли оставить. Работал учителем, потом долгие годы директором школы, инспектором краевого отдела образования. Женился на Ольге Черноусовой, ещё одном авторе, они к нам вместе приезжали. Очень хорошо помню Бориса Иванова, его фотографии вошли в книгу "Мы из Игарки", а потом в новое издание, оно называется "Мы из Игарки". Недетская судьба детской книги". Борис привёз нам целую коллекцию снимков старого города. Он работал конструктором на авиационном заводе в Куйбышеве.

Новая книга-продолжение вышла в 2000 году, её авторы-составители Мария Мишечкина и Александр Тощев. Хотя на самом деле авторов куда больше, и они - опять дети. Чтобы отыскать ребят 30-х годов, в городе при редакции радио вновь был создан штаб. Школьники копались в архивах, писали письма и отправляли их по всей стране. Они очень торопились, потому что время летит быстро, а люди уходят. И они успели - записали множество рассказов. Теперь из тех мальчиков и девочек, увы, на этом свете не осталось никого.

Зато до сих пор живёт их знаменитая книжка.

Любовь РАК, соб. корр. "Труда".
Красноярский рабочий, 22.04.05

НА СНИМКАХ: книга-реликвия хранится в музее; Мария Мишечкина; детский авторский коллектив, 30-е годы прошлого века; те же авторы через 50 лет приехали в Игарку; Игарская пристань. 1937 г.; вид улицы Экспортной (ныне ул. Большого Театра) со стороны здания горсовета. 1937 г.
Фото Валерия ЗАБОЛОТСКОГО и из архива Игарского музея вечной мерзлоты.


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е