Баланда о солдате


В Красноярске (столице Краслага) ко дню Победы установят памятник Сталину

Общественная комиссия при мэрии Красноярска рекомендовала городской администрации установить памятник Иосифу Сталину. В прошлом году за это единогласно проголосовали участники пленума городской организации КПРФ, после чего просьба «вернуть вождя народу» и была направлена в мэрию. Поскольку чиновники тогда заявили, что согласятся с мнением горожан, рекомендация общественной комиссии фактически означает, что памятник Сталину в столице Краслага появится. К тому, чтобы это произошло накануне Дня Победы, все готово: коммунисты собрали деньги, бюст будет отлит из бронзы к пятнице.

Не сказать, чтобы эта новость вызвала общественный резонанс, хоть сколько-нибудь сравнимый с монетизацией льгот или повышением энерготарифов. Пока в пикет перед мэрией встал только председатель Красноярского историко-просветительского правозащитного и благотворительного общества «Мемориал» Алексей Бабий. Рядом с ним прохаживались один-два его соратника. Бабий собирал подписи «против усатого». За час — 400. Потом появились комсомольцы, которые просто порвали листы с автографами горожан.

В Красноярске нет памятника жертвам сталинских репрессий. Заложен лишь более чем скромный Камень памяти. Не камень — камушек. Детям и внукам «врагов народа» прийти в родительский день некуда.

Данные ФСБ: только в 1937—38 годах в крае по «лимиту 1-й категории» расстреляны свыше 12 тысяч человек. Лимиты выделялись краю за личной подписью Сталина. Когда они начали иссякать, красноярское партруководство попросило Политбюро их увеличить. К просьбе отнеслись с пониманием: «Дать дополнительно Красноярскому краю 6600 человек лимита по 1-й категории. И. Сталин, В. Молотов».

Кроме того, недавно обнародованы «расстрельные списки» за подписью Сталина. И многие из них также относятся к Красноярску. Кроме «первой», существовали лимиты и по «второй» (заключение) категории. В крае были ложно обвинены около 60 тысяч человек, ныне реабилитированы. Таковы, повторю, данные ФСБ. По цифрам архива краевого ГУВД, сюда было сослано свыше 200 тысяч человек, не считая тех из местных, кто тоже попал в места лишения свободы. Архивные дела по Норильлагу уничтожены, но в архиве ГУВД сохранилась часть лагерной картотеки — на 270 тыс. человек. Нет достоверных сведений по Краслагу, Енисейстрою, другим лагерям, нет данных по загубленным душам на строительстве «мертвой дороги» Салехард — Игарка.

По оценкам правозащитника Владимира Сиротинина, в крае отбывали наказание в лагерях не менее полумиллиона узников, еще столько же находилось здесь в ссылке. Десяток лет «Мемориал» еженедельно, из номера в номер, публиковал в газете «Красноярский комсомолец» списки репрессированных, чьи судьбы связаны с краем. Потом Бабий создал сайт. Сейчас на нем размещены 4500 документов и свидетельств жертв репрессий. А конца работе по выяснению числа и фамилий жертв не видно. Бабий предложил коммунистам свой вариант памятника вождю: выстроить пирамиду из 12 тысяч черепов по числу 12 тысяч расстрелянных «за личной подписью Сталина». Получится сооружение с основанием в 9 метров и такой же высоты — 9 метров. А наверху поставить вождя. С трубкой.

Мемориальцы недвусмысленно дали понять и мэру Пимашкову, и губернатору Хлопонину, что никогда не смирятся с установкой в городе подобного памятника: «Это — пощечина».

Когда этот вопрос обсуждался на ток-шоу одного из местных телеканалов, в студию, проголосовав, позвонило 10 744 красноярцев. На вопрос: «нужно ли восстанавливать памятник Сталину в Красноярске?» положительно ответили 48,4% позвонивших, «нет» сказали 51,6%.

Пополам.

Разбираться бы с этим лет через 10—20. Жаль стариков, которых КПРФ в который уже раз столкнула лоб в лоб. В Красноярском крае еще живы 26 тысяч репрессированных. Власть решила: воля ветеранов — священна, а что до этих чересчур живучих жертв сталинизма, то — плюнуть и растереть. Ветераны, выйдя из мэрии, и плевались в сторону Бабия.

Причем выходит так, что власти хотели, чтобы эта ветеранская воля была именно такой, иначе бы они не скрывали ничего от горожан и организовали бы дискуссию. Но на общественные слушания об установке памятника Сталину собрали избранную публику — ни прессу, ни «Мемориал» не пригласили.

По оценочным данным «Мемориала», каждая третья семья в Сибири — потомки репрессированных. В этой каждой третьей семье уже правнукам репрессированных нет дела до того, как их прадеды и прабабки мучались в Решотах, Караганде, на Соловках. Но живы внуки. Они в силе и в памяти. Власть предложила им — «волей ветеранов войны» — предать своих родных.

В мэрии понимают, что творят. Поэтому, дабы уберечь вождя, и решили спрятать памятник в закрытом помещении — в пантеоне Победы, а рядом поставить еще один бюст — Жукова (но когда его еще отольют?). Наиболее благоразумные бюрократы говорили так: «Поставим два бюста — генералиссимуса и маршала». Говорили, не называя фамилий. Вроде как анонимным военачальникам. Вроде как компромисс.

После Красноярска статую генералиссимуса впору ставить на Колыме. А если будут возмущаться, прилепить сбоку Жукова.

Алексей ТАРАСОВ, Красноярск
Новая газета  28.04.2005


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е