Сталин! Берия! Кам-са-мол!


ПОСТАВИТЬ втихую памятник Сталину не удалось-таки, даже от бюстика отказались. Хотя уж бюстик-то можно было бы. Чего уж там. Но уж больно хорошо нагрели атмосферу. Даже свет Александр Геннадиевич проявил личную позицию: сказал, что в России, по его мнению, не было геноцида страшнее, чем во время правления Сталина. Интересно, понимает ли Хлопонин значение слова "геноцид". И если понимает, то что он имеет в виду? Ведь геноцид - это уничтожение по национальному признаку. Вот определение ООН: "Под геноцидом понимаются действия, совершаемые с намерением уничтожить полностью или частично какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую: убийство членов такой группы; причинение серьезных телесных повреждений или умственного расстройства членам такой группы; предумышленное создание для какой-либо группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое уничтожение; меры, рассчитанные на предотвращение деторождения в среде такой группы".

В общем, действительно можно с натяжкой сказать, что Сталин осуществлял геноцид в отношении чечен, например. Так и Путин это делает, причем в таких масштабах, что Сталину и не снилось. А в отношении кого еще Сталин проводил политику геноцида?

Был, однако, в России геноцид пострашнее, чем при Сталине. Называлось это "красным террором", вполне официально, проводилось последовательно, обдуманно, методично. Может быть, Хлопонин не в курсе? Слабо информирован, как обычно? Самый страшный геноцид в истории русского народа был при правлении Владимира Ильича Ленина. Священнослужителей, в частности, уничтожали совершенно намеренно как "религиозную группу". Для интеллигенции - высылка. Для крестьянства - организованный голод в Поволжье. "А на Россию мне, господа хорошие, наплевать!" И творцу и вдохновителю первого в новейшей истории массового, конвейерного геноцида благодарный русский народ поставил не то что там бюстики - огромные идолы из камня, из бронзы, из мрамора. И те, кто при всяком удобном случае клянется именем упыря, сидят рядом с губернатором на политических ристалищах и собирают обозленных пенсионеров на митинги. Вот есть такой Юрчик, например. Такой Севастьянов. Такой Зюганов. Весна ли, осень на календаре - они пробьются рядом с памятником на трибуне, эти городские цветы, и заведут свою 80-летнюю песнь песней - про народное благо, а бабушки будут слушать и плакать, а дедушки зубами скрипеть, и никто никогда не осмелится публично сказать - вы Ильичи и дети Ильичей, вы палачи и дети палачей. И те потомки сосланных и репрессированных, которые сегодня гневно протестуют против памятника Сталину, забывают упомянуть, что памятники Ленину стоят себе повсюду. Отчасти потому, что ссылали и репрессировали при Сталине как раз ленинскую гвардию - которая убивала, уничтожала, выжигала эту страну.

Но мы зла не помним. Не помнит же зла Юрчик, хочет же памятника Сталину. Вот и мы готовы Юрчику уподобиться во всепрощении - пусть и его болван гранитный стоит, как прежде, монолитный. Нам на эти памятники вообще начхать. Лишь бы войны не было.

Вот, кстати, о войне. Весенний призыв опять не задался. Губернатор даже сам лично побывал на призывных участках, был удручен отсутствием патриотизма. Патриоты - это те, кто с радостью пойдет строить дачи командирам и тем, кому их в аренду командиры сдадут. Патриоты - это те, кто сам рвется провести немножко геноцида в Чечне.

Нужно воспитывать патриотизм, говорит губернатор, и заботиться о фронтовиках, о ветеранах. А ветераны хотят не только денег, но вот и Сталину памятник поставить. Как тут быть с патриотизмом, совершенно непонятно. Строительство первого в мире государства на основах социальной справедливости не могло обойтись без эксцессов, говорят коммунисты. Получаем такую точную математическую формулу: патриотизм заключается в любви к самоуничтожению нации, а также в любви к уничтожению других наций. В любви, короче.

Зато наш губернатор попал в рейтинг самых влиятельных российских политиков, обогнав даже таких "тяжеловесов" (это там так сказано, про "тяжеловесов"), как Валентина Матвиенко. Много ли нужно, чтобы стать тяжеловесом? Сам Хлопонин "затяжелел" в результате объединения чего-то с чем-то, о каковом синтезе даже отдельной строкой сказал Путин в своем послании. Разумеется, Александр Геннадиевич может теперь раскланяться и сказать что-то типа "Мой успех - это успех всей нашей команды". И очень будет символично и трогательно это услышать 9 мая, на параде, когда вся команда соберется вместе под рукой все того же ассирийского истукана.

Так, говорите, Сталин вам не нравится?

Семен МАМОНТОВ, обозреватель
Сегодняшняя газета, 07.05.05


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е