Мастер зеркального дела


30 октября - день памяти жертв политических репрессий

В районной газете "Вести" от 22 января 2005 года был опубликован материал "Мастера зеркальных дел". В нем рассказывалось о работе зеркального цеха Большеулуйского промкомбината в период 50-60-х годов XX века, и опубликована старая фотография, на которой запечатлены многие из его работников. В центре снимка был мастер цеха Моисей Исаевич, однако его фамилия не приведена. И вот сейчас мы имеем возможность ее назвать.

Оказывается, мастера зеркального цеха полностью называли Моисей Исаевич Салин. Об этом вспомнила жительница райцентра Эрна Готфридовна Екимова (девичья фамилия - Альтергот).

Она тоже некоторое время работала в этом цехе. По ее словам, Моисей Исаевич действительно был основателем и руководителем зеркального цеха. А еще - в Большом Улуе он появился, как подневольный житель. То есть был сюда сослан, скорее всего, по политической статье.

И еще Э.Г.Екимова сказала, что Моисей Исаевич всегда был вежлив с работниками цеха. Он говорил, что любой руководитель, как уважающий себя человек, обязательно должен обращаться к своим подчиненным на "Вы". Причем независимо от того, сколько лет исполнилось работнику - 14 или 50. И еще тем людям, которых он уважал, М.И.Салин впоследствии подарил свою фотографию. Один из снимков преподнес на память Эрне Готфридовне. Его мы сегодня и публикуем. Кстати, на обороте карандашом надписана фамилия - Салин.

Мы, к сожалению, мало знаем о жизни Моисея Исаевича до ссылки - где он жил, кем работал, за что был арестован органами НКВД. Известно по слухам лишь, что он жил и работал в Москве, имел семью. Хотя печальный опыт подобных дел подсказывает, что его арест произошел по надуманному обвинению. А позже М.И.Салина осудили на несколько лет лишения свободы. Причем все обращения в любые инстанции были для политических заключенных абсолютно бесполезны: подавляющее большинство из них, вообще, оставалось без ответа. Можно предположить, что и Моисей Исаевич полностью испытал все тяготы абсолютно бесправной жизни политзэков, помещенных за решетку. Переписка с родными, посылки были для них под запретом. Его освободили после полного отбытия срока - амнистия для таких заключенных была практически невозможна.

Однако на этом испытания для него не закончились. Через некоторое время его вновь арестовывают и по этапу отправляют в ссылку в Сибирь, в Красноярский край. Попадает он в Большой Улуй, где впоследствии и стал основателем совершенно нового для нашего райцентра зеркального производства.

Кстати, это вроде бы благое дело сыграло для Моисея Исаевича и грустную службу. Дело в том, что вскоре после смерти И.В.Сталина начали освобождать из ссылки бывших политзаключенных. Правда, не всех и не сразу, а по некой очереди. А М.И.Салин, как мастер зеркального цеха, не имел достойного преемника. И поэтому руководство настоятельно попросило его остаться в Большом Улуе уже после того, как ему было официально объявлено об освобождении из ссылки. Пришлось М.И.Салину задержаться в нашем райцентре еще на несколько лет, хотя по закону он был уже свободным человеком.

Может быть, правовая неопределенность повлияла на его личную жизнь (подавляющее большинство политссыльных считалось сосланными в Сибирь пожизненно), или многолетняя оторванность от родины, но Моисей Исаевич завел в Большом Улуе вторую семью. Первая оставалась там, где он жил и работал до ареста. Его большеулуйской избранницей стала Евгения Никитична Киргинцева. Они жили по улице Советской, и вскоре у них родился сын Леня. По словам жительницы с.Большой Улуй К.Н.Киргинцевой, ему нельзя было давать фамилию отца, поскольку тот уже состоял в официальном браке. Поэтому его записали как Закурдаева.

Действительно, в Большеулуйском отделе ЗАГС в книге родившихся есть запись от 18 марта 1951 года о рождении Леонида Моисеевича Закурдаева. Его матери, Евгении Никитичне, было тогда 44 года. О тогдашнем возрасте Моисея Исаевича нам ничего неизвестно. А их сын Л.М.Закурдаев ныне проживает в Ростове-на-Дону. Он иногда бывает в Большом Улуе. Ему уже 54 года.

А Моисей Исаевич Салин все-таки уехал потом на родину, оставив в Большом Улуе созданное им зеркальное производство и вторую семью. Нам, к сожалению, ничего не известно о его жизни после возвращения из ссылки. Ясно одно - он до конца жизни вспоминал о своих подневольных годах в Причулымье. Его до сих пор вспоминают добрым словом некоторые из пожилых жителей райцентра, особенно те, с кем он вместе работал.

В.Усков

«Вести», № 44 (7162), 29.10.2005 г.


На главную страницу/Документы/Публикации/2000-е