Мой дед – спецпереселенец из Поволжья


Мой дед, Андрей Давыдович Христ, родился 16 июня 1929 года в селении Швед Красноярского района Саратовской области. В 1941 году, в возрасте 12 лет, был выслан вместе со своими односельчанами и семьей в Сибирь. В дальний путь отправились его отец, Давид Фридрихович, мать, Эмилия Генриховна, братья Давид, Фридрих, Готлиб, сестры Амалия и Эмма.

Основанием для высылки стал Указ Президиума Верховного Совета СССР о ликвидации автономной республики немцев Поволжья от 28 августа 1941 года. В нем было сказано: «По достоверным данным, полученным военными властями, среди немецкого населения, проживающего в районах Поволжья, имеются тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпионов, которые по сигналу, данному из Германии, должны произвести взрывы...

Для предупреждения серьезных кровопролитий Президиум Верховного Совета СССР признал необходимым переселить все немецкое население, проживающее в районах Поволжья...» Амалия Генриховна Папст, жительница Большого Улуя, также родилась в селении Швед и вместе с моим дедом в детстве была выслана в 1941 году из автономной республики немцев Поволжья в Сибирь. Как она вспоминает, сначала во всех населенных пунктах ставили воинские подразделения. Говорили, мол, на отдых. А люди-то понимали: происходит что-то страшное. Солдаты стали украдкой шептать: «Сошлют вас, готовьтесь». Люди и верили, и не верили. А когда уже точно стало известно, что все население сошлют, то началась страшная паника. Многие дети плакали, не понимая, что происходит, и почему все в спешке куда-то собираются. На сборы, как правило, отводилось не более 20 минут, чтобы большая часть имущества осталась брошенной. С собой разрешали взять лишь ценные вещи и продукты на дорогу. Матери в спешке надевали на детей как можно больше теплой одежды.

Скорбный путь в Сибирь

На вокзале города Энгельса мрачная процессия заполнила дороги, ведущие к железнодорожным путям.

Сидели под открытым небом, шел дождь, гремела гроза. Пришел человек, который сказал что-то по-русски, но никто его не понимал. Видимо, дал команду грузиться. 4 сентября 1941 года всех погрузили в вагоны для скота. Они были переполнены, не хватало еды и питья. Путь, занимавший обычно несколько суток, растянулся на три недели. Многие умерли в дороге от голода и жажды, другие не вынесли суровой сибирской зимы. 20 сентября 1941 года доехали до Ачинска. Семья Христ и другие выгрузились, затем на лошадях их увезли в деревню Баженовка.

Первое время, когда только прибыли на место, многие голодали, и детям приходилось ходить по деревне, просить милостыню. Местное население переселенцев из Поволжья встретило настороженно. Многие оскорбляли их, унижали, говорили, что приехавшие - враги народа. Но все же были люди, которые относились к ним с пониманием и состраданием в душе.

Из Баженовки в Большой Улуй

В Баженовке мой дед прожил недолго, через некоторое время переехал в Большой Улуй.

Здесь он окончил шесть классов средней школы. 23 декабря 1963 года поступил в сельское профессионально-техническое училище № 7, которое окончил 26 декабря 1964 года на «4» и «5». Жил со своей женой, моей бабушкой Аней, по улице Больничной в доме, построенном собственными руками. Здесь же жили их дети – Валентина, Андрей и мой папа Владимир.

Воспоминания о деде

Житель райцентра, бывший глава Большеулуйской сельской администрации Александр Христианович Горр, в семье которого некоторое время жили брат деда Федор и сестра Эмма, хорошо знал моего деда.

Они вместе с ним работали в объединении «Агропромхимия». По словам А.Х.Горра, «Андрей Давыдович Христ трудился на тракторах Т-100, Т-130. Даже в мороз работал без перчаток. Был трудолюбивым, не капризным, уравновешенным. Хорошо знал свое дело».

Эрна Готфридовна Екимова в Поволжье жила с моим дедом на одной улице, через два дома. И так же, как он, была ребенком переселена со своей семьей в Сибирь, Большеулуйский район, в деревню Новоникольск. Она также с уважением отзывается о моем деде и бабе Ане, которую я не помню. Э.Г.Екимова считает, что дед и его семья не только «выжили в то трудное время, но и сумели сохранить свою культуру, человеческое достоинство».

По ее словам, дед Андрей был работящим, заботился о своей семье и детях. А бабушка Аня запомнилась ей как рукодельница, она хорошо вышивала, умело воспитывала детей, ее уважали односельчане. Из письма моей бабушки Эммы Давидовны Егер (Христ), которая живет в Германии в городе Лахнау-Атцбах, я узнал, что дед в детстве пас коров в Баженовке, работал в колхозе с утра до позднего вечера. Эмма Давидовна помнит жителей Баженовки. Особенно хорошо она отзывается об А.А.Сидоровой.

Моя тетя Валя Азарапина (Христ), старшая дочь деда, живет в городе Омске. В своем письме она рассказывает о моем деде, о его детстве. Она пишет: «Семья деда в полном составе прибыла на станцию Ачинск. Там их и еще несколько семей немцев распределили жить в Баженовку. Андрей Давыдович очень хорошо вспоминал об этой деревне. Он говорил, что местные жители жалели переселенцев. И на первых порах старались помочь, кто чем мог, хотя сами бедствовали». Семье Христ повезло, им одним из первых выдали корову по справке. (В Поволжье они оставили свою скотину, дом, инвентарь, запасы провизии: муку, мед и так далее, а взамен им давали акты изъятия имущества).

Работал с малых лет

Чтобы выжить и как-то помочь матери, спасти младших детей, Андрей Христ с 12 лет работал, помогал женщинам, поскольку все мужчины были на фронте.

Кому дрова колол, кому воду носил, потом на колхозной лошади заготавливал дрова для жительниц деревни. Андрей был не по годам сильным, с 14 лет он уже работал в Большом Улуе молотобойцем у кузнеца.

Тетя Валя пишет, что до этого дед полгода просидел в тюрьме в городе Красноярске. Его подозревали в краже зерна с поля. Там он чуть не умер от истощения, но его пожалел начальник тюрьмы и отправил на работу на мукомольный завод. Там он ел муку и запивал водой, что его и спасло от смерти. Вскоре деда выпустили за недоказанностью преступления.

Когда я читал эти строки из письма, то благодарил Бога, что он уберег моего четырнадцатилетнего деда от верной смерти. Ведь уже с 1935 года все уголовные наказания, в том числе и расстрел, могли применяться даже к тем, кто достиг 12-летнего возраста. А деду в 1943 году было уже 14.

Мой дед, Андрей Давидович Христ, был стойким человеком. Его, простого рабочего, я считаю героем. Он прожил трудную жизнь, но не потерял человеческого достоинства. Был уважаемым человеком, имел грамоты и благодарности за свой труд.

В 1998 году он уехал в Германию к сестре и брату, где и умер в 2001 году. О дате его смерти свидетельствует специальная справка на двух языках, немецком и русском. Из нее следует, что дед до конца жизни имел и германское, и российское гражданство.

В августе 2006 года исполняется 65 лет, как семью моего деда, как и других немцев, насильственно переселили из Поволжья в Сибирь. В нашем районе проживает немало тех, кто пережил эту трагедию. И я думаю, что при нашем будущем районном музее можно создать немецкое культурное общество, организовать встречи, собрать документальные материалы о вынужденных переселенцах. Потомки репрессированных могли бы открыть новые, ранее неизвестные страницы в истории района.

Евгений Христ,
учащийся 11 "а" класса Большеулуйской средней школы,
член краеведческого объединения Дома детского творчества

«Вести», 04.03.2006 г.


На главную страницу/Документы/Публикации 2000-е