Завещание Шаламова


Так уж случилось, что 100-летие со дня рождения писателя Варлама Шаламова совпало с другим печальным юбилеем - 70-летием начала так называемого большого террора, или "ежовщины". И прежде чем говорить о телесериале "Завещание Ленина", созданном по рассказам Шаламова, хочется напомнить молодым читателям (старые - помнят) о том самом 1937 годе...

Почему именно этот год стал зловещим символом государственного террора? Ну, во-первых, потому, что уж больно велик был масштаб репрессий. Так, в течение 1937-1938 годов было арестовано свыше 1,7 миллиона человек, более 700 тысяч из них казнены. Во-вторых, вся кампания отличалась тщательной плановостью, по каждому региону определялись "лимиты" - плановые цифры арестов и расстрелов. Среди репрессированных были как представители советской аристократии, так и простые, рядовые граждане. Вся страна содрогалась от страха. Весь народ был повязан круговой порукой митингов и собраний, на которых люди дружно поддерживали политику партии и проклинали "врагов народа". А ведь каждый из них сам был потенциальной жертвой!

Кстати, Варлам Шаламов не был совсем уж невинной овечкой - принадлежность к троцкистской оппозиции давала ему стопроцентную гарантию ареста. До конца своей жизни он с почтением относился к героям-революционерам (народовольцам, эсерам), чем отличался, к примеру, от Солженицына. Впрочем, и вовсе невинные жертвы могут "утешать" себя (по людоедской логике) тем, что они же не просто гнили в лагерях, а строили социализм! Да, социализм был построен почти бесплатно, рабским трудом - и это (а не только террор) тоже входило в замыслы стратегов.

"Лагерь - отрицательная школа, - утверждал Шаламов. - На всех - и заключённых, и конвоиров - лагерь действует растлевающе". Единственные, кто не ломался, это верующие, "религиозники" (независимо от конфессии). Подтверждением этих слов служат его "Колымские рассказы", и в фильме тоже ярко показана растлевающая роль рабского труда.

Выбор обоих исполнителей главной роли кажется удачным. И Владимир Капустин, и Игорь Класс (он играет Шаламова в старости) мало известны зрителям, лица их выразительны, грубоваты и абсолютно лишены киношного "обаяния". Играют они просто и достоверно. Хороши и другие актёры. Воссоздана в фильме и атмосфера эпохи, хотя, конечно же, можно найти мелкие несоответствия и анахронизмы. Главная тема фильма (как и "Колымских рассказов") - это "уничтожение человека с помощью государства", и тема эта не утратила актуальности в наши дни.

Актуально и устремление Шаламова-писателя к созданию "новой прозы". Это "не проза документа, а проза, выстраданная как документ". Сегодня серьёзные читатели ещё сильнее, чем в шаламовские времена, тянутся не к беллетристике, не к художественному вымыслу, а к мемуарам, письмам, дневникам выдающихся личностей. Автор должен быть не только свидетелем, но и участником событий. "Весь ад и рай - в душе писателя", - утверждал Шаламов.

Главная проза Шаламова пришла к нам лишь после его смерти и по-настоящему ещё не прочитана. Фильм Николая Досталя хорош уже тем, что наверняка подтолкнёт наиболее чутких и совестливых людей к знакомству с этой обжигающей прозой. Не случайно в одном из телеинтервью режиссёр так объяснил название своего фильма: "Мне кажется, мы до сих пор живём по завещанию Ленина..."

Отрицательный опыт 1937 года глубоко травмировал души людей, даже тех, кто об этом не подозревает. Этот рабский опыт передаётся из поколения в поколение, в генах, по наследству. И сегодня, семьдесят лет спустя, мы встречаемся на каждом шагу с неуважением к личности, с давней привычкой к "управляемому правосудию", с укреплением властной "вертикали" и воссозданием "партии власти", с воскрешением в современной политике старой концепции "враждебного окружения", с раздуваемым национализмом и ксенофобией...

Так что если не будут извлечены уроки из опыта прошлого, то ядовитые семена 1937-го прорастут снова - и мы станем жертвами новых мифов и новых вождей. Если не будет постоянного общественного контроля за властью, то тридцать седьмой год обязательно повторится. Ибо любая бесконтрольная власть (даже самая, казалось бы, демократическая) чревата террором.

Эдуард РУСАКОВ.
Красноярский рабочий 21.06.2007


На главную страницу/Документы/Публикации/2000-е