Дочь «врага народа»


Почти в центре села Березовка живет пожилая женщина, Татьяна Григорьевна Черепанова. А родом она из деревни Кумыры. Именно там в начале 30-х годов прошлого века произошли трагические события, которые коренным образом изменили судьбу ее семьи. Татьяне исполнилось девять лет, когда по надуманному обвинению был арестован ее отец, полевод колхоза «Новый путь» Григорий Викторович Черепанов. Немного раньше, 22 марта 1933 года, работники ОГПУ увезли председателя колхоза Кирилла Алексеевича Ускова. Вместе с Григорием Черепановым 14 апреля были арестованы заместитель председателя колхоза Дмитрий Афанасьевич Андреев, еще несколько колхозников-мужчин. Всех необоснованно обвинили в том, что они якобы участвовали в «контрреволюционном заговоре в сельском хозяйстве Западно-Сибирского края», занимались «вредительством и антисоветской агитацией».

Необходимо отметить, что аресты в Кумырах не были случайными. В стране сложилось катастрофическое положение с продовольствием, люди голодали, смерть буквально «косила» голодающих во многих областях России и Украины. Что касается Сибири, то хлеб в колхозах выгребали буквально «до зернышка». И любое несогласие с этой политикой (даже неосторожно прозвучавшие слова) пресекалось путем применения арестов. Очевидно, так произошло и в колхозе «Новый путь». Обращает внимание тот факт, что уже 23 апреля постановлением судебной тройки при полномочном представительстве по Западно-Сибирскому краю К.А. Ускову и Г.В. Черепанову назначили высшую меру наказания – расстрел, Д.А. Андреева осудили на десять лет лишения свободы. Через неделю Кирилла и Григория расстреляли в городе Томске, Дмитрия отправили по этапу отбывать срок на Дальний Восток. У Черепановых изъяли корову и овец, имущество конфисковали в других семьях арестованных.

Так девятилетняя Таня осталась без отца. Правда, о его судьбе ничего родным не сообщали – такая установка была у представителей «органов» в тридцатые годы. Забрали – и все. Лишь некоторые из семей позже, в пятидесятые годы, получали свидетельства о смерти их родных, но причина кончины указывалась надуманная, как и дата. На самом деле этих людей расстреляли вскоре после ареста. Так, Григория Черепанова – всего через 16 дней.

Татьяна больше не ходила в школу – учебу пришлось оставить. После ареста отца на ее плечи легла вся работа по дому, а вскоре она стала трудиться в колхозе. Ей пришлось наравне со взрослыми косить и метать сено, молотить зерно, на подводах ездить за дровами в лес. Когда началась Великая Отечественная война, ее отправили выполнять трудовую повинность на лесосплаве на реке Мане, неподалеку от Красноярска. А еще таскала тяжелые мешки с пшеницей и овсом в «Заготзерно» в селе Большой Улуй. Потом ее вместе с двумя молодыми женщинами решили отправить куда-то на рытье каналов. Но на железнодорожном вокзале их случайно увидел председатель колхоза и сумел отстоять, а затем отправил домой – тяжелой работы хватало и в родном хозяйстве.

Потом Татьяна Григорьевна три с половиной года работала в Березовском детдоме – мыла полы, стирала белье. После этого перешла в среднюю школу там же, в Березовке, где много лет трудилась техничкой. Работала и после ухода на пенсию. И лишь в апреле 1996 года ей стало известно о судьбе отца. Оказывается, Григорий Викторович Черепанов был посмертно реабилитирован 19 июня 1956 года Военным трибуналом Сибирского военного округа. Татьяну Григорьевну в 1997 году признали пострадавшей от политических репрессий, а позже она реабилитирована, как оставшаяся без попечения отца в несовершеннолетнем возрасте. Справка об этом получена из прокуратуры Красноярского края. Хотя никто и никогда не компенсирует ей те страдания, которые пришлось пережить в течение долгих лет.

Владимир УСКОВ.
Газета «Вестник Большеулуйского района», 20 августа 2010 года.


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е