Уроки толерантности окаянного времени


В посёлке Орешное, в годы сталинского террора приютившем сотни спецпереселенцев разных национальностей, открылся памятник жертвам политических репрессий. Первый в Манском районе.

На место события меня позвал не только профессиональный интерес. Орешное - моя родина. Соседями по улице и школьной парте были белорусы и немцы, украинцы и литовцы, греки и калмыки, поляки и эстонцы. Вопроса, как сложился в таёжной глубинке такой интернационал, в детской голове никогда не возникал, ведь все мы жили тогда в многонациональном Советском Союзе. Эти орешенские уроки толерантности мы усвоили на всю жизнь.

По дороге в родной посёлок, который покинула сразу после окончания школы, припомнила, что не было там прежде никаких памятников. Небольшой скромный постамент в память о тех, кто не вернулся с войны, появился уже во времена новой России. То, что теперь в посёлке есть памятный знак жертвам политических репрессий - и символично, и справедливо. Жаль лишь, что Орешное - большой рабочий посёлок, где в своё время находился один из самых крупных в Манском районе Баджейский леспромхоз, ремонтные мастерские, большой клуб с библиотекой, две школы, профтехучилище, большая больница, магазины - сильно обезлюдило, а из всего перечисленного остались лишь школа - "девятилетка", да сельская администрация, разместившаяся в здании той самой больницы. Давно нет нашей старой школы и клуба, исчезли дома и целые улицы. Что уж говорить о людях! Но осталась память о них, о тех, кто делил с переселенцами кров и кусок хлеба, валил лес, поднимал посёлок и строил дороги, работал на полях и учил ребятишек.

На митинге в честь открытия памятника звучали десятки фамилий семей, оказавшихся на сибирских просторах не по своей воле - Федорушины, Божко, Густырь, Ковалевские, Стычинские, Тимошенко, Биба, Бочко, Герман... Я хорошо помню этих людей. Нынешний глава Орешенского сельсовета Виктор Коваленко тоже из семьи спецпереселенцев, его деды из Воронежской области, а сам он, как и все мы, стал коренным орешенцем. Не надо объяснять, почему идея поставить памятник стала для него делом чести. К её воплощению пришли через выигранный сельсоветом грант "Территория памяти". Когда средств гранта оказалось недостаточно, на помощь пришли депутаты и предприниматели - тоже из орешенских. Всемерную поддержку оказала администрация Манского района, прибывшая затем практически в полном составе на открытие памятного знака. На событие откликнулись не только жители посёлка, приехали потомки спецпереселенцев из соседних сёл - Колбинского, Баджея, из Красноярска.

Историк и краевед Ольга Подборская всю дорогу до Орешного не выпускала из рук букет цветов, которые хотела возложить в память о своём репрессированном отце - Леониде Калистратовиче Подборском. В 1947-49 годах он руководил строительством знаменитой Баджейской узкоколейки, соединившей посёлки Нарву и Орешное. По этой железной дороге в основном возили лес - главное богатство здешних мест. Он и кормил и гробил здоровье, особенно неприспособленных к здешним условиям людей. Из западных районов Украины и Белоруссии, Казахстана, Прибалтики, сорванный с насиженных мест люд везли в товарных вагонах. "Путешествие" растягивалось на месяцы, к месту ссылки добирались не все. Страшная участь постигла греков, калмыков - их вывозили зимой, в лютые морозы. Это были поезда смерти. Списки тех, кто сгинул в пути, и кого разбросала судьба по Сибири, долгое время собирал Мартын Оконович Бадмаев. Это был его личный долг перед своим народом. Невероятно доброго и приветливого человека любила орешенская детвора и уважали взрослые, я помню это и по собственным ощущениям и по отношению к нему моих родителей. О таких говорят - светлый человек! Не знаю, удалось ли покойному Мартыну Оконовичу закончить свой труд - список репрессированных калмыцкой национальности, а вот десятилетия спустя литовская диаспора подготовила такой список.

Его привёз в Орешное на открытие памятника жертвам политических репрессий представитель Красноярской региональной культурной автономии "Lienuva" Саулюс Сидарас. В писке 3731 фамилия репрессированных, а затем реабилитированных. Это только те, кто был сослан в Манский район. Судьба его семьи похожа на сотни других.

- Мои родные были осуждены по 58 статье, как пособники бандформирований, отец был в "зелёных братьях". Нас привезли в Сибирь в 1948 году, когда началась операция с романтическим названием "Весна". Выгружали из теплушек кого в Камарчаге, кого в Маганске, а затем уже развозили по местам. Помню санпропускник - это на правом берегу Красноярска, где недалеко от торгового центра сейчас находится церковь. Помыли, накормили и отправили вниз по Енисею. Был уже июнь, нужно было валить лес, строить бараки, готовиться к зиме. Но поскольку мне было всего 7 лет, брату - 15, бабушке - за 80, маму в пути парализовало, а отца - убили, то нас отправили не в тайгу, где мы просто вымерли бы вскоре, а в Ярцево. Нам повезло, мы выжили.

Рассказал Саулюс, что когда ему было 20 лет, он пробовал вернуться на родину, но, по его словам, "в тот режим я не вписался, поскольку все бывшие ссыльные были в Литве людьми второго сорта". Вернулся в Сибирь. Выучился на геолога, сейчас много сил отдаёт работе в литовской общине, издал книгу воспоминаний, преподаёт литовский язык в Красноярской краевой библиотеке. При этом прекрасно говорит на русском. Дети спецпереселенцев получили хорошее образование в Орешенской школе, где подобрался очень сильный педагогический коллектив. Это отмечал и представитель Красноярского украинского землячества Николай Юрчишин, вспоминая как требовательны и справедливы были педагоги. Об Орешенской школе - разговор особый. Здесь учились мы с братом, наши родители, наши тёти и дяди, другие родственники. В поселковом музее Орешного, созданном руками всё тех же учителей, бывший выпускник "Заслуженный изобретатель РФ" Юрий Петрович Елистратов задержался у фотографии своего класса: "Вот я, - показал он, - а это мой друг - Иван Гладюк". Фото заинтересовало меня. Иван Гладюк - мой дядя по отцу, давно живёт в Польше, и я недавно проведывала его. После возвращения из Орешного я отправила ему по электронной почте и снимок друга детства (узнает?), и ставшую музейным экспонатом фотографию их класса. Мир тесен!

Поселковый музей появился в Орешном к 115-летию посёлка стараниями неугомонных учителей-ветеранов поселковой школы - Алевтины Ивановны Лезнёвой, Нины Семёновны Паршуковой, Ирины Сергеевны Безбородовой. У них уже был опыт создания школьного музея, а потому главе Орешенского сельсовета Виктору Коваленко - их бывшему ученику, оставалось только довериться своим учителям. Сейчас музей занимает две комнаты здания сельсовета. Здесь собраны не только предметы быта и документы, проливающие свет на историю посёлка, но и подготовлены целые летописи семей старожилов, репрессированных, много ценнейших фотографий. Как в своё время на уроках русского языка и литературы, истории и географии, они вновь продолжают учить нас, беречь и ценить прошлое, не забывать свои корни, помнить добро и множить его. Памятник в Орешном - это тоже своего рода урок.

Такие памятники в Сибири стали появляться не так давно, хотя с момента принятия закона о реабилитации жертв политических репрессий прошло уже 20 лет. На день раньше орешенского открыли памятник в посёлке Берёзовка под Красноярском. Как рассказал председатель Красноярского общества "Мемориал" Алексей Бабий, есть памятные знаки репрессированным в Ирбейском, Курагинском, Саянском районах. Делается это в основном благодаря подвижникам, отметил Алексей и рассказал об истории памятника в Енисейске.

- До 1937-1938 годов здесь расстрелянных хоронили на городском кладбище, а затем в 1937-38 столько настреляли, что пришлось рыть специальные траншеи для захоронения. Эти места были засекречены. В 70-ые годы в городе рыли траншею и обнаружили останки людей. Как мне рассказывали, начальник стройки распорядился собрать кости и бросить в болото, а руководитель коммунального хозяйства, который сам был из репрессированных, направил туда машины, останки погрузили и затем захоронили на старом городском кладбище. Позже на этом месте установили памятник. Надеюсь, что свой памятник появится и в Туруханском районе. Туруханская старшеклассница Даша Шевченко при поддержке своего педагога Светланы Сергеевны Зубовой подготовила очень интересную работу. У неё были расстреляны прадеды и по отцовской и по материнской линии. Она познакомилась с их делами, опросила старожилов, установила место расстрела, и сейчас ученица вместе с педагогом добиваются установки на этом месте памятника.

По словам Алексея Бабия, за минувшие 20 лет только в Красноярском крае было реабилитировано более 500 тысяч граждан, однажды записанных во "враги народа". Это о них поэт Анатолий Жигулин, сам прошедший ад колымских лагерей, сказал: "Здесь было мало виноватых, здесь больше было без вины..."

Нина СЕЛИНА.

На снимке: В музее пос. Орешное (слева направо): А. И. Лезнёва, И. С. Безбородова, А. А. Бабий, С. Сидарас, Н. С. Паршукова.

Фото автора.

Красноярский рабочий 02.11.2011


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е