Святитель Лука - наше бесценное достояние


Круглый стол Заседание 34

Иван Павлович Артюхов, ректор Красноярского государственного медицинского университета
им. В.Ф. Войно-Ясенецского, доктор мед. наук, профессор:

– Уважаемые коллеги!

Попытаюсь в отведённое мне время рассказать о красноярском периоде жизни Валентина Феликсовича Войно-Ясенецкого. Мы готовим книгу об этом. О других этапах достаточно много уже опубликовано: освещён симферопольский, есть ташкентский. А наш, красноярский, период не раскрыт. Разрозненные аналитические материалы представлены в разных источниках, но так как мы представляем всё же медицинский университет, я больше делаю акцент на медицинской составляющей и роли Валентина Феликсовича в развитии здравоохранения Красноярского края, подготовке кадров и его вкладе как хирурга. В название мы выносим определения «Священник-Хирург-Учёный», в таком плане и будем рассказывать читателям.

Сегодня я представляю презентацию, которую иллюстрируют более 130 слайдов. Многие факты известны общественности, но есть и редкие. Попытаюсь их систематизировать. На основных вехах биографии святого Луки подробно останавливаться не буду. В открытых источниках это есть. В Красноярском крае он был дважды. На этой карте представлены его перемещения по ссылкам. Первая ссылка – с 1923 по 1926 год – пребывание в Красноярске, Енисейске, деревне Хая, потом в Туруханске и Плахино. Лично я побывал во многих местах, где был Валентин Феликсович: в Ташкенте, в Архангельске и в посёлках нашего края, в том числе и в Плахино.

В Красноярске есть несколько мест, связанных с именем Луки. Основное, конечно, Архиерейский собор на проспекте Мира. У меня есть много воспоминаний людей, которые имели контакт с Валентином Феликсовичем. Нина Семёновна Дралюк работала санитаркой и операционной сестрой, вот ее выражение: «Помню, как он быстро шёл по лестнице, врачи бежали за ним следом, глядя на него, как на Бога». Так любить людей, как Нина Семёновна написала, может редкий человек.

Итак, Туруханская ссылка, 1923 год.

Двигался он через города Тюмень, Омск, Ново-Николаевск, ныне Новосибирск, и вот прибывает в Енисейск. На фото этот дом, сегодняшнее здание больницы. Встретившись с руководством города Енисейска, я предлагал его выкупить, но мне это просто не позволили сделать. В своё время мы летали туда с председателем Всероссийского общества православных врачей Александром Григорьевичем Чучалиным специально для этих целей, но времени и, может, настойчивости не хватило.

Вот один из эпизодов его мемуаров на пути в Енисейск. Он уже сделал операцию слесарными щипцами по удалению секвеста у больной, перенёсшей тяжёлую форму стомелита, о заживлении и т.д. На Енисее в то время свирепствовала трахома, и фактически кроме Святителя Луки никто этой проблемой не занимался. Когда он прибыл в Енисейск, его встретили очень насторожённо. Он настоял на проведении первой операции. Такой классический разрез, какой он сделал первый раз, повторить очень сложно. (Например, он ставил задачу прорезать в книге ровно 24 страницы, и сам мог прорезать именно 24 страницы). Заведующий хирургии хватался за голову, но результаты у больных были блестящие. Врач Якобсон – отец Нины Семёновны Дралюк – был в то время врачом-хирургом. Его воспоминания записаны, впервые я публикую этот материал: «Рост и авторитет Луки был великолепен. Власти города ходатайствовали о том, чтобы оставить в Енисейске опытного врача-хирурга. Но соответствующие органы не отреагировали на просьбу муниципальных властей Енисейска, он был направлен сначала в Хаю и лишь потом вернулся обратно».

Владимир Григорьевич Арутюнян впервые говорит о том, правда, не ссылаясь на документальные источники, что Валентин Феликсович пересадил больной почку от телёнка, и больная выздоровела. Нет доказательств, правда. Я у него спрашивал, есть ли какие-нибудь материалы, но он, кроме преданий, ничего не смог представить. Ну, документов нет, не осталось. Вместе с тем, возможны улучшения состояния, но научного обоснования в то время не существовало. Или не осталось.

Далее Луку выслали на речку Хая, это 450 километров от Енисейска. Я тоже в том районе был, почти рядом, но того посёлка уже нет, там тяжелейшие условия. На фото видно примерно, какая ситуация была. Но Войно-Ясенецкий продолжал оперировать, при этом инструменты были в основном те, что он привёз из Енисейска, да какие-то подсобные инструментарии. Затем он снова возвращается в Енисейск. А оттуда за непослушание властями его выслали в Туруханск. В этом городе находится самый северный мужской монастырь. Там покоятся мощи Василия Мангазейского, который был основным настоятелем как раз для службы Святителя Луки.

Лука в Туруханске пишет своему сыну: «Когда я выходил из башни, толпа народа вся опустилась на колени, прося благословения». В Туруханске работал один фельдшер и, естественно, прибытие профессора с мировым именем и с таким опытом работы для них было чудом. В Туруханске он пробыл почти два года и за это время сделал множество операций. Оперировал и на ЛОР-органах, и как офтальмолог, и как гинеколог, и так далее. Поэтому его популярность была огромна, но – опять-таки за непослушание его ссылают еще далее, на станок Плахино. Причем после принятия этого решения ему надо было собраться в течение 30 минут. Его ссылают на 220 километров севернее полярного круга. Кто был там, тот представляет, что это такое. На сегодняшний день от станка ничего не осталось, но существует деревня Плахино, хорошее рыбацкое место. На фото видно, как оно сейчас выглядит. Лука жил в одном из домиков, где вода замерзала. В этом домике он крестил детей и лечил людей. Посмотрите на фото, как выглядел Туруханск в 1924 году, чумы эвенков прямо в городе.

В 2007 году на берегу Енисея был установлен крест в память и с благословения красноярского епископа Антония. 24 ноября 1923 года Лука получает извещение об окончании ссылки и больше месяца, до 31 декабря, добирается до Красноярска. На всех стоянках его встречали и как святителя, и как хирурга, которого знали все на Енисее.

В начале 1940 года во вторую ссылку он прибывает в село Большая Мурта. Проживает в маленькой комнате. Это данные из статьи, опубликованной Татьяной Петровной Сизых, и нескольких публикаций в нашем журнале «Сибирское медицинское обозрение» из жизни Луки большемуртинского периода. Наши студенты постоянно ездят туда в качестве волонтёров, и взаимодействие с больницей развивается. На фотографиях видна скромность Луки, ходившего в толстовке чёрного цвета. Брончевская пишет: «Он был выше среднего роста. То ли поп, то ли хирург, его доброту выдавали глаза. Своим духом он пронизывал фактически любого человека». Больница в Большой Мурте. На фото старый корпус. В ней было 15-20 коек, но работали два врача – главный врач Барский и его супруга. Много позже Барский стал профессором Самарского Медицинского института. Существуют противоречивые записи. Сам Барский пишет, что создавал условия для Войно-Ясенецкого. (Непонятно, что именно было создано.) И есть сведения, что он как раз не создавал условий для работы Луки и, по записи, он состоял в должности санитара.

Так или иначе, только 19 апреля 1940 года он был принят в больницу Большемуртинского района в качестве консультанта-хирурга и глазного врача. И с этого момента изменился его быт и отношение служивых людей. Вот фото сохранившейся из старой операционной дверной ручки и самой операционной. Борис Иванович Хоненко, в своё время возглавлявший медицинскую статистику, пишет в своих воспоминаниях выражение самого Луки: «Всё, что от меня зависит, обещаю сделать. Остальное – от Бога».Это высказывание было его основным девизом в работе, во взаимоотношении с больными и их родственниками.

В 1940 году за подписью наркома Ворошилова пришёл документ, разрешавший посещение библиотек. Валентин Феликсович едет в Томск, работает в томской библиотеке три месяца.

Вторая ссылка продолжается в Большой Мурте. Кстати, вот содержание телеграммы, отправленной в конце июня 1941 года Всесоюзному старосте Калинину: «Я, епископ Лука, профессор Войно-Ясенецкий, отбываю ссылку в Красноярском крае. Прошу мою ссылку прервать и направить меня в госпиталь. По окончании войны готов вернуться в ссылку».

В грозном сентябре 1941 года за ним в Большую Мурту прилетает самолёт, и он прибывает на работу в Красноярск в качестве главного хирурга эвакуационного госпиталя. А чуть позже его назначают главным хирургом всех госпиталей.

Сначала он жил под лестницей в школе №10. На всех медицинских аспектах не буду особо останавливаться, понятно, что вклад в практику был огромен. Появились первые научные публикации, которые Войно-Ясенецкий оставлял в различных докладах.

На 1000 штатных коек всего 20 врачей, из них опытных хирургов фактически не было. Лука начинает в 1941 году оперировать и одновременно обучать хирургов тем навыкам, которые у него были как у специалиста в оперативной хирургии и хирурга-практика.

Важнейший элемент признания на всю Россию: 24-29 марта 1943 года в Новосибирске состоялась Всероссийская конференция, где Лука делает доклад «Наш опыт лечения огнестрельного стомилита в госпитале глубокого тыла». Это было первое по сути признание на уровне страны. Позже были несколько выступлений в Иркутске. Красноярск стал центром по лечению гнойных ран и ранений крупных суставов.

Дело в том, что хоть Лука уже и был признанным хирургом и были опубликованы его работы всероссийского и мирового уровня, его в качестве докладчика дальше Красноярска никуда не выпускали. Всё-таки он был арестованным. И вот эта свобода научного доклада предоставила ему возможность общаться с коллегами не только Красноярского края, а с врачами всей страны. Были впервые изданы тезисы, а потом и подлинники полнотекстовых выступлений. И Красноярск действительно становится центром по гнойной хирургии, а началом стало выступление именно в городе Новосибирске.

Вот характеристика Войно-Ясенецкого: «Его исследованиям обязаны своей жизнью многие сотни раненых, многие ставят этого хирурга в один ряд с самыми выдающимися врачами нашего времени». Именно новосибирское выступление, а затем многие красноярские конференции получили у практиков и у Минздрава признание светское.

Луку представил на Сталинскую премию Минздрав страны, не он сам представил, и в основу легло блестящее новосибирское выступление. Плюс книги – «Очерки гнойной хирургии» и «Резекция гнойных суставов». Потом были и переиздания (1934 и 1946 годы).

О Сталинской премии. Известный факт, что Лука 130 000 рублей из 200 000 направил сиротам.

«Очерки гнойной хирургии» – это практически библия по лечению, потому что до того основной принцип лечения при ранениях конечности был – ампутация. И, как вы понимаете, в Красноярск поступали с фронта уже с гнойными осложнениями. Прогноз по суставам был понятен – дай Бог сохранить здоровье. А прогноз при ранении живота, груди и так далее – сохранить жизнь. Но надо было возвращать больных на фронт, возвращать им трудоспособность.

Имеются подлинники записей консультаций, которые Валентин Феликсович вёл для книги и для отчётности, примерно 1000 операций в год (!). Для Красноярска достижение по БСМП, например, что самый активный хирург Сергей Игнатьевич Тяпкин, заведующий хирургией, делает в год примерно 100 крупных операций.

Консультации, которые Лука проводил, в Крайздрав он представлял в виде отчёта. Он очень трепетно относился к отчётам и требовал от своих подчинённых очень жёстких отчётов по той простой форме, которую сам устанавливал, потому что ему нужна была систематизация уже для научных целей. Его записи: за две недели – 7 госпиталей, 80 человек. Это же консультации профессора, не просто первичный осмотр. И он брал всегда самых сложных больных.

В 1942 году, 15 ноября, было подписано постановление об открытии в Красноярске медицинского института.21 ноября создаётся приказ Комитета по высшей школе о выходе Красноярского медицинского университета, и начались занятия. Первые занятия были на трёх курсах, и в 1943 году 56 выпускников уже пошли на фронт.

Сохранились фотографии: занятия, медицинский персонал, Лука. Можно считать начало нашего медицинского университета с тех лекций, которые читал в 1941 году Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий.

Валентина Алексеевна Бранчевская прожила 102 года, умерла год назад. Я с ней встречался несколько раз, царствие ей небесное, она очень много воспоминаний оставила, есть аудио-, видеозаписи… Она работала в госпитале старшим ординатором, потом была начмедом. С глубоким уважением пишет о Луке, о его профессионализме, знании анатомии, как он оперировал, по 8-10 часов стоял за станком. Творчески работал, писал книги.

Жив внук Луки, Алексей Михайлович Войно-Ясенецкий, ему 85 лет, он живет в Хабаровске, заведовал кафедрой урологии. Сейчас уже не работает, я несколько раз с ним общался по телефону.

В октябре 1942 года священным Синодом Святитель Лука возведён в сан архиепископа. Он в это время продолжал служить в Николаевской церкви.

Из письма Луки своему сыну Михаилу:

«Всё в том, чтобы жизнь имела высший смысл добра. Я верю в Бога, но тружусь вопреки ему».

Сколько он от верной смерти спас,
Не уложится в людскую меру.
Пусть на небе молится за нас
Наш подвижник яростный за веру.
Он легендой, памятником стал,
Не склоняя перед властью имя.
Круглый год украшен пьедестал
Для Луки букетами живыми.

Аргументы-Енисей 14.08.2014


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е