Святитель Лука в Красноярске


ПАМЯТЬ

К 140-летию Святителя Луки (В. Ф. Войно-Ясенецкого) и к 75-летию Красноярского государственного медицинского университета им. проф. В. Ф. Войно-Ясенецкого установят памятник Св. Луке

Автор идеи Иван Павлович Артюхов, ректор КрасГМУ им. проф. В. Ф. Ясенецкого: «Памятник станет символическим отображением заслуг Святителя Луки перед церковью и медициной: в одной руке Святитель будет держать крест, а в другой - скальпель. Также на монументе будут изображены Святое Евангелие и главный медицинский труд архиепископа - "Очерки гнойной хирургии".

Православные люди чтят архипастыря Луку, как верного христианина. Но он был, в первую очередь, врачом, который работал - зачастую сутками - в нашем городе в войну. Он был Врачом от Бога. Мы, как врачи, изучаем богатое и до настоящего времени актуальное творческое наследие Войно-Ясенецкого - хирурга. Для нас, медиков, его научные труды - бесценные учебные пособия.

Памятник создаётся на пожертвования. Удивительно и радостно, что так много тех людей, кто неравнодушен к истории нашего города и университета. Считаю своим долгом выразить личную благодарность каждому благотворителю».


Рабочий вариант памятника в мастерской скульптора

Авторы проекта - художник Игорь Вильчевский и скульптор Константин Зинич. Высота монумента - 4,15 метра.

Профессор В. Ф. Войно-Ясенецкий (1877-1961) прибыл в Красноярск 30 сентября 1941 года на службу в эвакогоспитале № 1515. Уехал - в феврале 1944-го.

В июле 1937 года профессора-хирурга и священника В. Ф. Войно-Ясенецкого в Ташкенте арестовали в четвёртый раз, обвинили в шпионаже, в декабре осудили. В начале 1940-х он находился в ссылке (в третий раз) в селе Большая Мурта; работал в районной больнице за пищу и бельё. Платили 200 рублей за счёт вакантной ставки санитарки. В таких мрачных условиях великий врач напряженно работал над книгой «Очерки гнойной хирургии».

В июне 1941-го он отправил телеграмму на имя Председателя Президиума Верховного Со¬вета СССР М. И. Калинина: «Я, профессор Войно-Ясенецкий, отбываю ссылку. Являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам в условиях фронта или тыла, там, где будет мне доверено. Прошу ссылку мою прервать и направить в госпиталь. По окончании войны готов вернуться в ссылку. Епископ Лука».

30 сентября - по распоряжению из Москвы через краевое управление НКВД - опальный священник перевезён самолётом из места ссылки в Красноярск, доставлен на службу в э/г № 1515. В тот же день он написал старшему сыну Михаилу: «Завтра же начнём оперировать. Прервалась на время моя работа над последней главой книги, но я взял с собой материалы и надеюсь писать здесь».

Вскоре профессор получил назначение: он стал заведующим хирургическим отделением э/г № 1515, главным хирургом-консультантом в других госпиталях Красноярска. В четырёх отделениях госпиталя была одна тысяча коек. Самых сложных раненых и больных направляли на лечение к В. Ф. Войно-Ясенецкому. Он делал от двух до пяти операций почти каждый день.

В 1941-1942 годах положение с дисциплиной раненых и медработников в госпитале было тяжёлым. В одном из писем Войно-Ясенецкий замечает: «работать приходится в невыносимых условиях: штат неумел и груб, врачи не знают основ хирургии».

Где бы ни работал профессор, он не смирялся с безответственностью, низким уровнем профессионализма... Иногда он выгонял нерадивых хирургов из операционной.

Врач В. А. Суходольская вспоминала: «Мы, молодые хирурги, к началу войны мало что умели делать. На Войно-Ясенецкого смотрели мы как на Бога. Он многому научил нас. Остеомиелиты, кроме него, никто оперировать не мог. А гнойных ведь было - тьма! Он учил и на операциях, и на своих отличных лекциях. Лекции читал в десятой школе раз в неделю».

Жил на положении ссыльного: дважды в неделю был обязан отмечаться в милиции. Зимой 1941-1942 годов на ночлег он приходил в сырую и холодную комнату, которая до войны принадлежала дворнику школы № 10. На госпитальной кухне, где готовилась пища на 1200 раненых и больных, хирурга-консультанта кормить не полагалось. А так как у него не было ни времени, чтобы отоваривать свои продуктовые карточки, ни денег, чтобы покупать продукты на рынке, то он постоянно голодал. Санитарки тайком пробирались в дворницкую, чтобы оставить на столе тарелку каши. Весной 1942 года ему предоставили жилье - отдельную комнату в одноэтажном доме врача-стоматолога Сусанны Степановны Потылицыной (ул. Вейнбаума, 21).

Основное количество операций Войно-Ясенецкий проводил в главном хирургическом отделении э/г № 1515 (школа № 10, ул. Ленина, 114) и двух корпусах э/г № 1515 (школа № 7, ул. Профсоюзов, 17 и школа № 11, ул. Урицкого, 26). Помимо этого он регулярно консультировал и оперировал ещё, как минимум, в семи зданиях: э/г № 983 (школа № 47, ул. Песочная, 20 и школа № 48, ул. Крайняя, 4), э/г № 985 (пр. Мира, 99), э/г № 987 (школа № 4, ул. Горького, 97), э/г № 1968 (пр. Мира, 86), э/г № 3349 (школа № 36, ул. Сопочная, 40), э/г № 3355 (Красноярский дом отдыха).

Грандиозные нагрузки тяжело повлияли на здоровье хирурга. 11 декабря 1942-го у него случился сердечный приступ, был в бессознательном состоянии. Сразу же после выписки из больницы - 18 декабря - он провёл операцию...

24-29 марта 1943 года в Новосибирске прошла конференция хирургов Сибирского военного округа, где профессор Войно-Ясенецкий сделал доклад о лечении огнестрельного остеомиелита (принят слушателями восторженно). На следующий день после выступления, во время показательной операции в госпитале, он демонстрировал свой классический распил пятки при остеомиелите. Солидные хирурги, начальники отделений, - лезли на стулья, чтобы разглядеть ювелирную технику проведения операции.

В декабре 1943 года пришло письмо из Москвы: дирекция Медгиза просит глубокоуважаемого профессора поскорее прислать рукопись «Очерков гнойной хирургии» и монографию о суставах. Обе книги будут изданы безотлагательно. А на пороге нового 1944 года министр здравоохранения РСФСР Третьяков специальной телеграммой известил хирурга: «...Ваша книга включена Медгизом в план первого квартала (1944 г.), устанавливаем контроль за её передвижением. Рукопись будет направлена в Комитет по Сталинским премиям».

В феврале 1944 года профессора перевели в Тамбов, в госпиталь № 1106. Одновременно приступил к служению Архиеписком Тамбовским и Мичуринским на Тамбовской кафедре РПЦ, 26 февраля провёл первую всенощную службу.

26 января 1946 года В. Ф. Войно-Ясенецкому Постановлением Совета народных комиссаров СССР - присуждена Сталинская премия Первой степени за «научную разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений».

Из писем к сыну Михаилу в Сталинабад:

9. 10. 1941 г.: «Я назначен консультантом всех госпиталей Красноярского края и, по-видимому, буду освобождён от ссылки. Меня просили организовать научную работу врачей (их прибыло много, четыре профессора)... Устроился отлично».

5.07.1942 г.: «Вчера получил четыре букета цветов от больных командиров... Они вызвали директора обувной фабрики и заказали сделать мне ботинки по мерке и достать резиновые сапоги для операций. Заказали также две смены белья, два полотенца, носовые платки. С первого июля живу в новой квартире».

29. 08. 1942 г.: «Приезжал глава Тувинского правительства со свитой. Было большое заседание в нашем госпитале, который тувинцы взяли под своё шефство, и были все красноярские власти... Превозносили мою работу, и тувинцы подарили мне часы... Мнение обо мне в правящих кругах самое лучшее и доверие полное. Слава Богу!».

18 октября 1942 г.: «Я дошёл до очень большой раздражительности и на днях перенёс столь тяжкий приступ гнева, что пришлось принять дозу брома, вспрыснуть камфару: возникла судорожная одышка. В таких условиях ещё никогда не работал.

Прогрессирует моя творческая работа. Совсем по-новому я стал теперь делать резекции коленного сустава, и моя новая техника будет немалым вкладом в хирургию. Моя операция распила пятки при остеомиелите и фронтальный распил огромной костной мозоли нижнего конца бедра приводит в восторг хирургов. Мои лекции врачами чрезвычайно высоко ценятся. Их усердно слушают доценты и профессора... Почёт мне большой: когда вхожу в большие собрания служащих или командиров, все встают».

21.12.1942 г.: «Моё здоровье неважно: 18 декабря я выписался из больницы крайкома, по-видимому, поправившись. Но уже на другой день опять слёг в постель вследствие большой слабости сердца... Больные и сотрудники заботятся обо мне. Начальник госпиталя, доцент-терапевт, говорил, что по выздоровлении я не должен работать больше 4-х часов в сутки...».

14.02.1943 г.: «Отношение ко мне здесь самое лучшее, популярность такая же, как в Ташкенте. Шефы из крайкома узнали, что у меня обветшали рубахи и принялись шить для меня две рубахи, чуть ли не шёлковые. Ещё одна новая сшита, и кальсоны из подаренной материи, так что белья будет достаточно».

5. 03. 1943 г.: «Господь послал мне несказанную радость. После 16 лет мучительной тоски по церкви и молчания отверз Господь снова уста мои. Открылась маленькая церковь в Николаевке, предместье Красноярска, а я назначен Архиепископом Красноярским. Конечно, я буду продолжать работать в госпитале, к этому нет никаких препятствий... Первое богослужение сразу же очень улучшило моё нервное состояние, а неврастения была столь тяжёлая, что невропатологи назначили мне полный отдых на две недели. Я его не начал, и уверен, что обойдусь без него».

22.03.1943 г.: «Моё монашество с его обетами, мой сан, моё служение Богу для меня величайшая святыня и первейший долг. Я подлинно и глубоко отрёкся от мира и от врачебной сла¬вы, которая могла бы быть очень велика. А в служении Богу - вся моя радость, вся моя жизнь, ибо глубока вера моя. Однако и врачебной и научной работы я не намерен оставлять».

23.04.1943 г.: «Я полюбил страдание, так удивительно очищающее душу».

8.09.1943 г.: «Второго мая я послал Сталину письмо о своей книге с приложением отзыва о ней Приорова и предисловия Мануйлова. В этом предисловии профессор Мануйлов положительно до небес вознёс мою книгу и ярко подчеркнул её значение для хирургии войны. Нет сомнения, что Сталин велит издать книгу».

1. 08. 1943 г.: «Тяжело переживаю смерть больных после операции. Было три смерти в операционной, и они меня положительно подкосили. Тебе, как теоретику, неведомы эти мучения, а я переношу их всё тяжелее и тяжелее».

СНиП 08.05.2017


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е