Помним прошлое


Недавно в Москве в День памяти жертв политических репрессий открылся мемориал «Стена скорби». Памятник представляет собой барельеф с изображением человеческих фигур, которые символизируют репрессированных.

Предвоенное десятилетие было катастрофой для населения Советского Союза. Через лагеря, тюрьмы прошли миллионы советских людей. Безвинно пострадали писатели, артисты, музыканты, военные. В регионы спускались списки на арест «врагов народа». Признания выбивались пытками, доказательства – доносами. Пострадали даже дети «врагов народа», они жили в детских домах.

Волна репрессий прокатилась по всем регионам страны, в том числе коснулась и Эвенкии. В якутской фактории Ессей были арестованы руководители всех хозяйств. Многооленные коренные жители округа были объявлены кулаками. Олени, пушнина, даже ружья, нарты стали колхозными. Этим были недовольны даже бедняки. Началось бегство с родной земли в поисках привычного уклада жизни. Люди не понимали, что революция произошла на всей территории страны.

Беглецы изменили фамилии и имена. Легенда гласит, что некоторые семьи не знали, что была война, и объявились после нее в Байкитском районе. Потомки их до сих пор живут в Суринде. Репрессии в Эвенкии прошли в 1938 году. Вот, что рассказывал житель фактории Стрелка Ким Алексеевич Петров, в то время он был подростком: «Моего отца забрали из чума утром, повели его босиком, он не успел обуть унты! Во время обыска нашли «тозовку». На улице стояли арестованные, охраняли их сотрудники НКВД. Было много женщин с детьми, нас - подростков. Люди не понимали, что происходило, за что их забрали, ведь ничего плохого они не сделали, даже пьяных не было! Повели их пешком в Ванавару. Потом говорили, что мой отец убежал, его не поймали, но он не появился в Стрелке ни тогда, ни позднее, вообще никогда. Вот диво было. Никто из арестованных не вернулся. Из Ванавары на илимках увезли в Кежму, а дальше в Красноярск, в тюрьму». Рассказ был на родном языке, очень эмоциональный.

Репрессии прошли во всех факториях. Люди боялись сказать лишнее слово, оно могло стать роковым, опасным. Из рассказа бывшего оленевода колхоза «Северная Искра» Семёна Ивановича Шалёкина: «Однажды весной я приехал на факторию за продуктами, и в тот день загулял с друзьями. Наутро меня разбудил милиционер. Я очень испугался, никак не мог вспомнить, что я сделал. В милиции завели к начальнику. Он мне на родном языке сердито, категорично и строго говорит: «Сейчас же пешком, на собаках или на оленях езжай в тайгу! В другой раз знай, с кем выпиваешь!». Начальника звали Павел Петрович Увачан. Хороший был человек, он помогал и ангарцам, чтобы их не отправили обратно в колхозы на Ангару».

В Ванаваре жили депортированные представители народов Кавказа, прибалтийских республик, немцы с Поволжья. Среди них были врачи, учителя. Их помнят до сих пор: врачей Г.М. Френкель, Таргамадзе (хирург), Гродиус из Прибалтики, учителей О. Тунксон, В.Х. Шильке. Местное население хорошо относилось к депортированным, помогало всем, чем могли. Даже детей брали на воспитание. Кстати, об этом писал А.Н. Немтушкин в своей книге «Олень любит соль», в которой все персонажи взяты из жизни, не вымышленные.

Многие молодые люди остались навсегда в Эвенкии, которая стала для них родиной, создали семьи. Разводов в этих семьях никогда не было, они и сейчас живут, вырастили хороших детей.

Воздать должное жертвам политических репрессий - это общее дело, в память об униженных и безвинно погибших. Это не только период нашей истории, а человеческие судьбы…

Мария КОНОР
г. Якутск

Эвенкийская жизнь 24.11.2017


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е