На лагерных могилах нет крестов


Официальная дата образования посёлка Тугач Саянского района - 1957 год. Но ещё за два десятка лет на месте слияния небольшой речушки Тугач и Кана был организован исправительно-трудовой лагерь, где отбывали свой срок не только воры и убийцы, но и так называемые политические, осуждённые по знаменитой 58-й статье УК за измену Родине.

В глухой тайге среди болот на высоком сухом месте зэки построили бараки, клуб, санчасть на 35 коек и конюшню. Поскольку убежать из этой глухомани в ту пору было просто невозможно, лагерь не огораживали. Занимались заключённые заготовкой леса, который на лошадях трелевали на нижний склад к берегу Тугача. Весной, когда речка разливалась, брёвна сплавляли по Кану в Ирбей.

Работать приходилось в неимоверно трудных условиях: зимой морозы зашкаливали за 40 градусов, летом донимал гнус. А одежонка у зэков была известно какая: лёгкая роба да шапка, которая хоть и называлась ушанкой, но согревала плохо. Оттого и смертность в лагере была чрезвычайно высокой. В иной год умирало до 8 процентов численного состава ИТЛ.

Хоронили заключённых в пойме реки среди разлапистого ельника. Могилы копали неглубокие, поэтому местные мальчишки уже в наши дни то и дело находят кости несчастных жертв. Старожилы рассказывают, что зимой, чтобы не долбить стылую землю, умерших складывали штабелями, а весной хоронили всех в одной братской могиле. Наверное, это правда, поскольку площадь кладбища невелика, а умерших было много.

Что интересно, после XX съезда КПСС, на котором новый лидер партии Никита Хрущёв разоблачил культ личности Сталина и осудил массовые репрессии, Тугачинский ИТЛ и другие лагеря по Кану сразу не закрыли. Освободили только "блатных", а политические рубили здешнюю тайгу ещё до 1957 года. Рубили так по-стахановски, что в радиусе 100 километров не осталось ни одного взрослого дерева, всё сплошь - молодая поросль.

Но всему когда приходит конец, и к лету 1957 года на свободу вышли осуждённые по 58-й статье. Лагерь закрыли, но настоящая жизнь в Тугаче только началась. В посёлке был образован леспромхоз. Лесорубами стали и бывшие зэки, и бывшие конвоиры, не уехавшие после освобождения из этих красивейших мест. С 1957 года берёт отсчёт история села как свободного поселения.

- Наследство от исправительно-трудового лагеря нам досталось большое,- рассказывает уроженка Тугача, фельдшер местного ФАПа Валентина Дроздова.- На три тысячи жителей - больница на 35 коек, укомплектованная выдающимися врачами и сестринским персоналом, двухэтажный клуб, промышленная зона, где перерабатывалась часть древесины. Жизнь в посёлке тогда била ключом.

Так продолжалось до начала перестройки. А потом леспромхоз закрыли, бывший клуб для заключённых сгорел, работы не стало, и жители посёлка стали массово уезжать со своей малой родины. Не спасло даже то, что новая дорога сократила путь от Тугача до райцентра Агинского с 90 до 35 километров.

Сегодня в некогда большом посёлке проживают менее 600 человек. Сердце болит, когда видишь ряд добротных домов, в которых уже никто не обитает. Вместо участковой больницы - только фельдшерско-акушерский пункт. Кроме этого есть двухэтажная школа, небольшой клуб. Из рабочих мест - пилорама, где постоянно заняты всего пять человек.

Не густо. Поэтому отток жителей из Тугача продолжается. Уехала в Красноярск даже бывшая глава посёлка Тамара Петрова, и сегодня муниципалитетом управляет избранный населением полтора года назад Павел Кузьмич.

Казалось бы, в таком историческом тупике оставшимся жителям ничего не остаётся делать, как собирать свои вещи и тоже уезжать или терпеливо и безропотно ждать своей участи. Но тяжёлые географические и погодные условия так закалили тугачинцев, что они не собираются сидеть сложа руки.

При поддержке фонда Елены и Геннадия Тимченко в рамках Всероссийского конкурса "Культурная мозаика" в минувшем году в посёлке зародилось движение "Совершенно секретно. Тугачинский КрасЛаг". Учителя, школьники и просто неравнодушные к судьбе этих мест решили не просто вспомнить тяжёлое время в истории малой родины, но и восстановить для потомков реальную картину бытия заключённых Тугачинского ИТЛ.

Сделать это оказалось очень не просто, поскольку архивы бывшего ГУЛАГа засекречены до сих пор. И только помощь руководителя Красноярского отделения общества "Мемориал" Алексея Бабия помогла приоткрыть завесу тайны тех трагических лет.

Очень помогли инициативной группе тугачинцев начальник краевого ГУФСИН Николай Васильев, начальник управления общественных связей краевой администрации Роман Баринов, главный специалист Светлана Долженкова.

О жителях посёлка разговор особый. Нашлись старожилы, которые хорошо помнили, как работал лагерь, как жилось в нём заключённым. Причём объединились в одном благородном порыве дети и внуки тех, кто сидел в ИТК, и тех, кто охранял заключённых. Время настолько стёрло старые обиды, а жизнь в таёжной глухомани так сплотила, что в итоге образовалось единое целое - жители посёлка.

Интересно, что идеей тугачинцев заинтересовались даже за границей. В прошлом году, к примеру, в Тугач приезжал шеф-редактор французской газеты "Фигаро" Пьер Авриль. Впрочем, за бугром тему массовых репрессий муссируют давно.

И не понять иностранцам, что в сибирском Тугаче тяжёлые моменты в истории страны вспоминают не для того, чтобы посеять вражду, а для того, чтобы подобное не повторилось вновь, чтобы молодое поколение россиян знало и помнило, как это было на самом деле.

Первый этап создания музея "Совершенно секретно. Тугачинский КрасЛаг" закончился 10 июня, в канун большого российского праздника. В этот солнечный и тёплый день на площадке у школы собралось много народа, в том числе приезжие из Красноярска, Канска, соседних районов и даже из Калининградской области.

На митинге, посвящённом открытию музея, произносили добрые слова о тех, кто словом и делом помог инициаторам движения восстановить картину трагических лет. Многие были отмечены дипломами администрации Саянского района и Тугачинского поссовета.

Но самой дорогой наградой для людей, которым дорога история малой родины, стал, конечно, музей под открытым небом. Его экспозиции начинаются в небольшом школьном музее, где можно увидеть макет и карту исправительно-трудового лагеря, одежду и посуду заключённых. Интересно, что алюминиевые чашки и ложки испещрены всевозможными надписями, в том числе фамилиями владельцев.

Дальше дорога привела нас к восстановленному бараку - в таких жили заключённые. Нары в два ряда, посредине железная печка, справа от входа на гвоздях висит нехитрая роба зэков, чуть выше - зимние шапки.

Выходим и по тропке спускаемся вниз к ельнику, на краю которого высится большой деревянный крест. На нём надпись: "В память о погибших и умерших в годы репрессий". Дальше начинается кладбище, где хоронили заключённых.

С первого взгляда даже трудно понять, что это погост. Никаких тебе крестов на могилах, пирамидок со звёздочками, оградок. Место захоронения определяется до ужаса просто: если в земле провал или большая яма - значит, здесь находится могила. Правда, показали нам и одинокий упавший крест с деревянной оградкой. Кто-то положил на могилу букет цветов.

Честно скажу, в тени больших елей среди заброшенных могил чувствуешь себя не очень хорошо. А за лежащих здесь под тонким слоем земли людей втройне досадно и горько. Ведь многие из них (не скажу за всех, в лагере отбывали свой срок и так называемые "блатные") нашли своё последнее пристанище безвинно. И что самое обидное, до сих пор неизвестны их имена.

По словам Алексея Бабия, чтобы выяснить досконально, сколько заключённых умерло в Тугачинском ИТЛ за два десятка лет его существования, нужно просмотреть миллион учётных карточек, а это непосильный труд для малочисленных правозащитников. Одно известно: с 1937 по 1957 год через этот лагерь прошли 4 700 осуждённых.

Почти не известно и то, кто из именитых советских людей сидел здесь по 58-й статье. Местные жители говорят, что в Тугачинском ИТЛ одно время находилась знаменитая певица Лидия Русланова. Но Бабий сходу отверг этот лагерный миф, поскольку Русланова отбывала срок в "Тайшетлаге".

Впрочем, поправляется Алексей Андреевич, могло быть, что певица выступала в лагере с концертом. Ещё в советское время тогдашний директор Тугачинского леспромхоза Иван Рукосуев рассказывал мне, что его соседом в доме на два хозяина был сподвижник председателя Всеукраинского ЦИК Григория Петровского.

Ему дали срок только за то, что он похвалил своего бывшего товарища, не зная, что тот уже арестован как враг народа. После 1957 года узник уехал в Москву и работал завгаражом Президиума Верховного Совета РСФСР. К сожалению, за давностью лет я забыл фамилию этого человека. Нет уже в живых и директора Рукосуева.

Но можно быть уверенными, что инициаторы проекта "Совершенно секретно. Тугачинский КрасЛаг" продолжат поиск имён заключённых, и мы узнаем о тех, кто безвинно отбывал срок в дремучей сибирской глухомани. А пока символом тех непростых в истории страны и посёлка лет станет музей и аллея памяти, высаженная 10 июня в Тугаче.

Виктор РЕШЕТЕНЬ, соб. корр. "Красноярского рабочего".

Фото автора. п. Тугач, Саянский район.

Красноярский рабочий 22.06.2018


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е