Немцы


История немецкой колонизации Сибири насчитывает более ста лет. Немцы находились среди первых переселенцев в Сибирь, они активно участвовали в колонизации Сибирского края вместе с русскими. Первые описания Сибирского края принадлежит немецким учёным и путешественникам: Даниилу Мессершмидту, Фридриху Миллеру, Симону Палласу и другим. Много немцев было среди сибирских чиновников и офицеров, священников и учителей, архитекторов и музыкантов, купцов и ремесленников. После событий 1825 г. в Сибирь попало много декабристов немецкого происхождения. С середины XIX в. в Енисейской губернии появляются и первые немецкие сельские поселенцы. Переселенцы периода проведения столыпинской реформы, беженцы и военнопленные первой мировой войны увеличили численность немцев в Енисейской губернии почти до 5 тыс. человек к 1920 году.

Следующий период в истории немцев края приходится на депортацию во время Великой Отечественной войны. По печально знаменитому Указу Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 г. «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья», признавалось необходимым переселить всё немецкое население, проживающее в Поволжье, в другие районы. Прибывших переселенцев в Красноярском крае распределяли по районам. Все работоспособные взрослые должны были обязательно получить рабочие места, дети – пойти в школу. Спасло поволжских немцев в ту годину только их трудолюбие и желание жить. Подавляющее большинство из них были селяне, знакомые с крестьянским трудом – трактористы, коневоды, слесари, кузнецы.

10 января 1942 г. Государственный Комитет Обороны (ГКО) принял Постановление «О порядке использования немцев-переселенцев призывного возраста от 17 до 50 лет». Началась мобилизация мужчин трудоспособного возраста в трудовую армию. Вместе со спецпереселенцами в трудовую армию забирали и местных немцев. При максимальном напряжении сил, в условиях практически подневольного труда советские немцы выжили и трудились по-ударному. Начальник УНКВД по Красноярскому краю И. П. Семенов в докладной записке в адрес Отдела спецпоселений НКВД СССР в феврале 1946 г. писал: «Многие из спецпоселенцев выполняют и перевыполняют нормы, к труду относятся хорошо».

В Большемуртинский район прибыли в основном немцы Саратовской области, Гмеленского, Зельманского, Энгельского районов Поволжья в количестве 2611 человек, больше, чем в другие районы края. Репрессированных развозили по деревням на конях или на баржах. Заселены поволжскими немцами были в основном Большая Мурта, Предивинск, Юксеево, Михайловка, Крутинка. Располагали на место жительства в непригодных для семейного жилья условиях, конюшнях, подвалах, если в домах, то в большом количестве: по несколько семей. Прибывший спецконтингент стал большим подспорьем для руководителей колхозов: комбайнёры, механизаторы, трактористы из числа поволжских немцев заменили ушедших на фронт местных мужчин. Осенью 1941 г. в некоторых колхозах Большемуртинского района немцы составляли до 50 % наличной рабочей силы. В отчёте райкома они отмечались как добросовестные работники. Немногим лучше было положение некоторых немецких учителей и врачей, которые осенью 1941 г. смогли устроиться на работу по специальности. По сообщениям отдела народного образования Большемуртинского района, в местных школах были трудоустроены немецкие учителя, что было особенно важно, так как многие немецкие дети не знали русского языка. Привлечение к работе немецких учителей, врачей было мерой вынужденной, так как не хватало кадров. Они находились под особым контролем со стороны местных властей и при любом удобном случае вызывали подозрение.

Специальности прибывших из Поволжья немцев-спецпереселенцев (выборочно)

Наименование районов шофера трактористы слесари плотники бухгалтеры врачи учителя
Б-Муртинский 15 48 5 7 24 -- 22

План финансирования затрат по приёму переселенцев в 1941 г.

Наименование районов Количество человек перевозка питание квартиры Почта, телеграф Общая сумма затрат
1 2 3 4 5 6 7
Б-Муртинский 2000 -- 11400 2850 1140 116950

О взаимоотношениях с местными жителями репрессированные вспоминали по-разному. Но очевидно, что складывались они непросто. Некоторые жители помогали и прикармливали нищих переселенцев, некоторые называли фашистами, плевали, били. Кроме того, сближению местного населения и ссыльных мешал языковой барьер, большинство немцев не владели русским языком. В первые годы ссыльное немецкое население имело статус нищих маргиналов, чернорабочих.

Из воспоминаний репрессированных немцев.

Рау Эрика Яковлевна. «Нас перевезли из нашей родной деревни в незнакомую нам деревню Хмелёво. Мы ехали на пароме, нас сгрузили, как овечек. Жили мы в небольшой избушке. Через несколько месяцев наша мама устроилась работать на промышленный комбинат. Нам сразу же дали маленькую комнату в большом общем доме, а так как нас было трое детей, нам было очень тяжело, ведь мама работала одна, отец так и не пришёл с войны… Люди относились к нам так, как подобает людям, которые понимают, что такое горе случилось. У нас были очень добрые отношения с русскими, среди них я даже нашла свою первую любовь».

Варкентин Луиза Кенриковна. «Из деревни Фриденкайм Саратовской области нас привезли в Красноярск, а из Красноярска на барже по р. Енисей доставили в с. Юксеево, а потом на конях развозили по деревням. Я попала в деревню Михайловка. Нам не дали ни дома, ни работы, мы кочевали по местам. Я до сих пор вспоминаю и благодарю тех русских людей, которые помогли мне выжить, они жалели меня, ведь у меня была на руках пятимесячная девочка».

Нарутто Галина Александровна. «Жизнь была очень тяжёлой, сколько терпели оскорблений и унижений от местных жителей! Детям нельзя было выходить на улицу, потому что летели кирпичи и камни в ограду, обзывали фашистами, а какие ж они фашисты, они просто маленькие дети…»

Вернер Роза Егоровна. «Нас посадили на поезд и повезли в Сибирь в деревню Предивинск. Там дали жильё, работу. И мы стали жить так же, как и на родине, хотя и было тяжело, но потом привыкли. Вот только, что было плохо то, что мы не могли учиться (у нас не было одежды), да и за детьми надо было смотреть, пока мать на работе. Я не могла даже поиграть с другими ребятами, мне было тяжело слышать, как дразнили: «фашистка, фашистка». О том времени я стараюсь не вспоминать. Оно оставило в моей памяти чёрный отпечаток…»

И лишь 28 февраля 1956 г. на основании Указа ПВС СССР от 15.12.1955 г. все немцы были освобождены от поселения. Большинство из них осталось в Сибири, на обжитых местах. По признанию самих переселенцев, уровень жизни поднялся только с 1960-х годов, когда начали платить заработанную плату, стали давать премиальные, помещать на доске почёта фотографии немцев – передовиков производства, дарить ценные подарки. В 1972 г. 15 % всех награждённых орденами и медалями в крае были немецкой национальности.

После распада СССР в стране началась волна эмиграции. В 1990-е годы 80-85 % эмигрантов Красноярского края были немцы. Значительно сократилось их численность и в Большемуртинском районе.

Репрессивная политика советского государства нанесла большой урон национальной культуре российских немцев. Запрещалось говорить на родном языке, отмечать национальные праздники, а о каких-либо религиозных объединениях и речи не могло быть. Все эти проблемы способствовали утрате важной составляющей любого народа – национальной культуры. Фактически молодое поколение немцев не знает национальных традиций и обычаев, не владеет немецким языком. Была утрачена преемственность в поколениях, бабушки и дедушки не могли передать свой национальный язык, культуру детям и внукам.

Немцы честно жили и живут среди русского населения, создавали и создают интернациональные семьи. Благодаря приверженности к порядку, законопослушности, бережливости, пунктуальности и педантизму немцы добились уважения со стороны своих земляков.

С. А. Маматова.
(из архива краеведческого музея)

«НОВОЕ ВРЕМЯ», № 29, 20.07.19


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е