Несколько страниц большой жизни


Сегодня 85 лет со дня рождения Александра Емельяновича Воронцова

НЕ БУДЕМ выбирать дня, недели, весны...

8 апреля 1936 года. Главный инженер Норильстроя решил: приступить к планировке площади и рытью котлована под фундамент временной электростанции № 1, пересмотреть проект с ориентировкой на минимальное использование леса.

10 апреля 1936 сода. Совещание у главного Инженера Норильстроя. Повестка дня: доклад зав. лабораторией инженера Сергея Александровича Цурикова... Петрографическое отделение нуждается в кернодробителе и шлифовальном станке. Дробильное... нужно оборудовать двигателем (его уже два месяца собирают в электромеханической мастерской). Неплохо работает химическое отделение (8 человек). Точность анализов повышается, отпадает надобность в параллельных пробах... Пробирное отделение недооборудовано, грунтовое тоже — дает только самые элементарные определения. Флотационное и металлургическое не имеют возможности развернуться без материалов по тематике и методике из-за отсутствия кадров, оборудования и помещения...

Выступил А. Н. Розанов: нужен еще один петрограф; с определением меди и никеля дело обстоит благополучно, но с отменой параллельных проб спешить не следует. Не уточнен вопрос о чистоте опробования на кобальт, серебро, мышьяк, и ясности нет... По анализам на платину ГУЛаг до сих пор не прислало инструкцию.

Другие выступающий (Бенексон, Сципило) отметили нарушения графика доставки проб, не согласились с осторожностью Розанова по поводу параллельных анализов. П. А. Яковлев говорил о трудностях организации пробирного отделения, но закончил оптимистично: «Методика работы создана, каждый знает, что ему делать, и чувствует ответственность».

Итог совещания подвел главный инженер: обеспечение инструментарием, безусловно, недостаточнее, но больше ничего сейчас не достанешь, придется удовлетворяться имеющимся. Вопросами флотации и металлургии надо заняться в третьем квартале, а к работам по определению и извлечению Платины приступать немедленно.

21 апреля 1936 года начальник Норильстроя и ИТЛ В. 3. Матвеев в ознамёнование 1-го вселагерного слёта ударников и стахановцев Норильстроя НКВД, делегаты которого показали образцы ударно-стахановской работы на постройке заполярной железнодорожной линии Валек—Норильск, на буровых вышках, доказали возможность безаварийного вождения тракторов в Арктике, успешно осваивали технику работы отбойным молотком и т. д., — приказал за применение стахановских методов, за преданность делу строительства полиметаллического комбината премировать 87 человек ботинками, свитерами, пальто, бельем, костюмами — кого чем...

В гот же день в кабинете главного инженера проходило совещание с участием П. Ф. Аппоровича, А. М. Скульте, П. А. Яковлева, М. А. Швецова, Е, Я. Жарковского, Н. П. Бичвина и, конечно, хозяина кабинета. Было доложено, что за вторую декаду с Валька перевезли 389 тонн грузов вместо запланированных 168 т. В обратном направлении — 77 т угля, а не 166, как собирались: нечего оказалось возить... Хуже стал работать механический транспорт. В третьей декаде решили не выпускать из поля зрения завоз на трассу, прежде всего продовольствия, обязательно организовать курсы поваров и хлебопеков. Главный инженер поддержал Е. Я. Жарковского: питание строителей  электростанции не организовано на месте, люди теряют время на походы в столовую и обратно (час — туда, час — назад), Правильное замечание сделал Монин: баню-то построили, но дезкамера не пущена. Да и стирка-сушка белья оставляет, как говорится, желать...

Приказом от 25 апреля_1936 года -зам. начальника Норильстроя премировал заключенного Е.И. Аверина двадцатью рублями «за добросовестное отношение к труду  по уходу и содержанию скота, в результате чего удой коров повысился от пяти до семи литров». Назавтра, другим приказом, по личному составу, бывший начальник депо станции Валек Н. А. Бойко назначен инженером железнодорожной группы, заключенный И. Я. Сокол — заведующим технической библиотекой, заключенный А .И. Ильин-Кукуев перемещен на должность инженера по техническому нормированию энергогруппы, а заключённый И. Н. Тычков — заведующим электростанцией и мехмастерской

...Месяц спустя.

Протокол совещания у главного инженера. Рассмотрение плана работ мерзлотной станции, Главный, открывая совещание, признается, что возможности Норильстроя отстают от требований станции. «Вы требуете сто человек. Можем выделить максимум сорок». Предлагает высказаться: можно ли — и за счет чего — сократить перечень работ.

Помощник начальника железнодорожного отдела П. М. Юрченко считает излишним проводить бурение по всей трассе (это ему припомнят — А. Л.). Есть данные прошлогодних изысканий... К тому же перетрассировка уже невозможна, Изыскания необходимы под большие искусственные сооружения, на косогорах...

В. В. Николаев, начальник стройгруппы, предлагает сэкономить труд мерзлотоведов за счет трассы водопровода и площадки Под опытную обогатительную фабрику. Особое же внимание — плотине на озере Долгом, промплощадке и Дудинскому порту.

A. Н, Розанов, профессор, старший геолог, не согласен с П. М. Юрченко, прошлогоднее бурение мало что дало; опыт подсказывает, что исследования грунта следует вести очень тщательно.

И. К. Мешков, секретарь парторганизации, поддерживает Розанова: исследования по трассе... будут интересовать не только наше строительство, они представляют собой особую ценность как материалы по исследованию вечной мерзлоты вообще.

B. Ф. Тумель, сотрудник института вечной мерзлоты: объем работ уменьшить можно, но... крайне осторожно, дабы для проектирования фундаментов под ответственные сооружения комбината иметь все же достаточно данных.

Главный инженер Норильстроя назначает комиссию...

Приказ от 7 июня 1936 года:

-— Категорически запретить порубку леса в трехкилометровой зоне посёлка Норильск-1, считая исходной точкой здание химлаборатории. В этой зоне разрешить только выборочную рубку сухостойного леса. Лиц, замеченных в нарушении настоящего приказа, буду привлекать к суровой ответственности.

— За умелую  организацию поимки двух особо опасных беглецов-заключенных объявляю благодарность с занесением к личное дело вольнонаемным стрелкам ВОХРа, оперативникам станка Боганидка тт. Г. Овсянникову и Ф. Гаврикову.

Через месяц,,,

— Для повышения квалификации младшего персонала химлаборатории вводится обязательный техминимум согласно прилагаемому учебному плану из расчета на три месяца...

22 июня 1936 года увольняется начальник 6-го (санитарного — А. Л.) отделения С. Д. Ларионов... на инвалидность. (Тот самый врач, который неожиданно для себя вполне справился с обязанностями первого уполномоченного В. 3. Матвеева по Игарскому порту в июле—августе 1935 года — А. Л.).

Малозначащий в норильской истории приказ от 22 июня тридцать шестого я привел по сугубо формальным соображениям: в тот день закончился первый год норильского строительства после выхода (не в свет, но для исполнения) постановления Совнаркома СССР... Приказ от 22 июня, как и все остальные, что приведены выше, как и протоколы совещаний, распоряжения, составы созданных комиссий и прочее, подписал главный инженер строительства, он же заместитель начальника, Воронцов; он часто оставался за Матвеева, да и постоянно возглавлял ту часть работы Норильстроя, которая была ориентирован а на основную производственную деятельность в будущем.

Вы прочли считанные страницы своеобразного дневника, передающего, я полагаю, некоторые стороны, планы, да и состояние дел в Норильске 1936 года. В чьей-то жизни этот год стал бы звездным. Для Александра Емельяновича Воронцова он тоже не был рядовым, мог считаться счастливым (началось осуществление его мечты), и все же...

И все же стал обычным, вполне будничным в этой биографии, если рассматривать из сегодня, из 1988-го, жизнь редкостно богатую. Событиями, бедами, Победами, политическими страстями.

Всем смертям назло он выжил в гражданскую — не утонул в Волге, переборол тиф, не умер от ран. Вряд ли мог представить в 36-м, что ждет его после Норильска на геологических маршрутах в стране сванов, за облаками, и в сахалинской дали, на осыпях песчаных и каменных в горах и пустынях Средней Азии, да и в глуши дюн еще неспокойной Прибалтики; не говоря уж о любой из таймырских троп, урановых выработках... Впрочем, главные опасности скрывались не за самыми крутыми поворотами, не в змеином жале и не в сверхнормативных рентгенах, а, пожалуй, в поселке Норильск, в стенах родного кабинета, в улыбках визитеров, иногда и подчиненных ПО службе.

Копию любопытнейшего документа подарил мне А. Е. Воронцов на даче под Москвой, ровно двадцать лет назад (Слепота обоих глаз прогрессировала, и нужную бумагу искала и нашла в домашнем архиве Софья Георгиевна — она _ уйдет из жизни еще раньше Александра Емельяновича).

«Из Сталинграда. На Ваш запрос. Сведения оперативного отдела УГБ НКВД. Воронцов А. Е, прибыл из Одессы двух лет от роду. Выбыл из Сталинграда в 1923 году в г. Саратов. Отец Воронцова жил в Одессе, работал слесарем. Умер в 1905 году, С 1905 года А. Е. Воронцов жил в Царицыне у дяди, Хмеля Павла Андреевича, 1870 года рождения. Дядя работал мыловаром на складах Нобеля и одновременно музыкантом-барабанщиком в оркестре. В настоящее время работает барабанщиком в оркестре Сталинградского тракторного завода, Тетка (жена дяди), Прасковья Ивановна, рождения 1875 г., домохозяйка. А. Е. Воронцов окончил церковно-приходскую школу, работал учеником у часового мастера, затем рабочим на складах Нобеля. В 1918 году А, Е. Воронцов добровольцем вступил в РККА. Демобилизовался в 1923 году в г, Саратове. Компрометирующий материал не установлен».

Подпись неразборчива. Но дата... 22 июня. Тысяча девятьсот тридцать Пятого! Кому-то было недостаточно шести лет жизни Воронцова, которые он потратил на «пробивание» постановления СНК СССР: на геологические изыскания в Норильске-1 и Норильске-2, на организацию буровых работ и противодействие скептикам в Норильске, в Иркутске и в Москве, на письма в окружком, в крайком и ЦК ВКП(б), иа «выгрызание» дополнительных ассигнований, на подсчет запасов и их защиту в ГКЗ, на Доклады О. Ю. Шмидту, Г. К. Орджоникидзе, наконец, И, В. Сталину и другим членам Политбюро...

Не мог ' себе представить большевик с 1918-го, главный инженер норильской стройки и первооткрыватель «Медвежьего ручья», что от него потребуют положить на стол под красной скатертью партийный билет. Вернули довольно быстро. Да и много позже узнал Александр Емельянович, что из Норильска «на материк» не раз, не два и не три раза шли требования: «Нужен компромат на Воронцова, ищите энергичнее». Зато своими глазами — они еще были зрячие — читал в окружной газете через месяц после прибытия А. П. Завенягина («Ликвидировать последствия вредительства на Норильском строительстве!»):

— Не пурга и не суровые условия Заполярья сметали наши советские деньги, а враги народа, ставленники кровавого пса фашизма бандита Ягоды — вот кто мешал, вредил...

Статья «посвящалась» в основном Матвееву, но фамилия Воронцова читалась не только между строк:

— Это получилось потому, что многие коммунисты не усвоили указание товарища Сталина о капиталистическом окружении. Это получилось потому, что ряд коммунистов норильской парторганизации потеряли чувство революционной бдительности, не прислушались к тем сигналам, которые они имели. Члены партии, ответственные за строительство, Воронцов... и другие просмотрели ничем не прикрытую (!—А. Л.) вредительскую работу врагов народа...

...В любой день, в любую иочь можно было ждать чего угодно. Последовать за Матвеевым. Остаться в  Норильске навсегда...

У меня нет документальных доказательств, но уверен на сто процентов: Воронцова защитил Завенягин, Воронцов мог исчезнуть только вместе с Завенягиным. До этого не дошло, но попытки были. Еще чуть-чуть, и работа на складе Нобеля обернулась бы «вербовкой ещё в юности», а вступление в партию 15-летнего подростка — «заданием с дальним прицелом». Остальное было бы делом техники, отточенной по требованиям 1938 года. И в «дело» пошли бы старательно перепечатанные приказы за подписью Воронцова. К примеру:

— В целях оказания более квалифицированной медицинской помощи лагерникам-стахановцам разрешаю им обращаться.„ в поликлинику Норильстроя в установленные вечерние часы приема. (8 апреля 1936 года).

— Строительство ВЭС-2 объявляю ударным. Начальником строительства ВЭС-2 назначаю" заключенного инженера К. А. Федорова. {7 июня 1937 года)

Приходит в голову: а не для того ли, в первую очередь, Завенягин, не медля, переводит своего приятеля по Горной академии с должности главного инженера начальником геологического управления («Будешь заниматься своим делом»). чтобы, убирая в тень, лишить заодно права и возможности... подписывать приказы?

Пройдет пять лет, и депутат Верховного Совета СССР, заместитель наркома внудел Завенягин, выполняя поручение Президиума Верховного Совета СССР, вручит в Норильске орден Ленина Воронцову Александру Емельяновичу, начальнику геологического управления, за успешное выполнение заданий правительства по строительству и освоению Норильского никелевого комбината.

Пройдет пятьдесят лет...

Клавдия Павловна Воронцова, чьими заботами жил последние перед кончиной годы ветеран партии, гражданской войны, труда, вдова Александра Емельяновича, напишет: «Прекрасно понимаю, что этот орден, как и еще пять орденов, и знак многолетнего пребывания мужа в партии, знак лауреата Государственной премии, дипломы лауреата, почетного гражданина Норильска, почетного геолога, а также личный его архив, конечно же, должны быть отправлены... Многие считают, что их Место в Музее революции или в Музее истории Москвы. Я считаю по-другому, дети тоже, и как только позволят обстоятельства...».

Мне остается от имени норильчан поблагодарить Клавдию Павловну за ее подвиг самопожертвования, достойный отдельного рассказа, за ее намерения. И пожелать здоровья замечательной женщине — дочери штейгера, заслуженному металлургу, хранительнице домашнего очага Воронцовых.

А. ЛЬВОВ.

Заполярная правда 3.02.1988


На главную страницу/Документы/Публикации/1980-е