Кто последним встречал геолога Рожкова?


корни

Москвичка Наталия Гавриловна Сапроненкова обратилась к генеральному директору Норильского комбината А. В. Филатову и к начальнику Норильской комплексной геолого-разведочной экспедиции В. Г. Ломаеву с письмами, в которых просит помочь найти следы исчезнувшего в конце 1930-х годов геолога Бориса Николаевича Рожкова, ее дяди.

ПЛЕМЯННИЦА сообщает, что матери Бориса Николаевича, Наталье Алексеевне, ничего узнать не удалось, нулевым был результат поисков пропавшего без вести, предпринятый его сестрами. И вот теперь считают своим долгом хоть что-то выяснить о судьбе Б. Н. Рожкова его племянницы: «Помогите восстановить доброе имя ученого-гёолога...».

Ну, если черная тень и коснулась, памяти этого человека, то вёсьма кратковременно и лишь в сознании тех, кто очень уж хотел поверить грязной клевете. Большинство же знакомых с Б. Н. Рожковым или даже с его трудами вряд, ли могли допустить мысль о его, скажем, нравственном падении (к сожалению, мы можем лишь предполагать, в каких грехах заставили каяться геолога: но скорее всего это было нечто похожее на обвинение, с которым пришлось иметь дело Н. К Урванцеву шпионаж!).

Нет, конечно, не о «восстановлении» доброго имени речь, никогда не терял его Борис Николаевич, да и достаточно высоко оценена роль Б. И, Рожкова в истории Норильска (в частности, в книгах Н. Н. Урванцова). Другое дело — мало мы знаем о(х этой глубокой и яркой личности и совсем ничего — о его последних днях (может быть, годах].

Мне хочется сообщать читателям (и родственникам Рожкова) некоторые сведения из труда, который редко оказывается в руках не геолога: Сергей Обручев. Тунгусский бассейн. Геологический очерк. Том 1 НКПТ (Наркомтяжпром). Государственное научно-техническое геолого-разведочное издательство. Москва — Ленинград, 1932 год. Предыстория работы такова. В 1917 году... Впрочем, нужен ли пересказ, если можно предоставить слово Сергею Владимировичу Обручеву?

... мне было поручено бывшим Геологическим комитетом исследование среднего течения Ангары от Братского острога до р. Каты (граница Енисейской области). Работа эта имела целью главным образом изучение красноцветной толщи нижнего палеозоя этой реки: ... исследование Ангары... привело меня к убеждению, что к северу от Ангары, между Леной и Енисеем.. лежит обширный угленосный бассейн... Предложил выделить этот район в особую экономическую и геологическую единицу — Тунгусский угленосный бассейн... В 1921 году при поддержке комитета Севморпути удалось исследовать реку Енисей от Подкаменной Тунгуски до Курейки...

Так вот, в 1921—1924 годах С. В. Обручев прошел по берегам этих рек и их притоков 4,5 тысячи километров, не считая обратного возвращения по воде. Продолжаю цитату:

— Моими помощниками ...были студенты... в 1924 году... Б. Рожков. Кроме обязанностей коллектора, на них лежало ведение маршрутной съемки, и нередко им приходилось заменять гребцов, когда, по незначительности ассигнованных средств, я мог нанимать только одного рабочего (лоцмана). Успех экспедиций поэтому в значительной степени зависел от их (студентов — А. Л.) самоотверженной работы.

...Так начинал Б. Рожков, будущий аспирант С, Обручева. Двумя годами позже мэтр выдвинул гипотезу об обширном оледенении Тунгбасса, причем ближним центром оледенения он называет область высокого плато в верховьях Хеты, Котуя и Курейки. Гипотеза получила подтверждение — в работах В. Обручева, Н. Урванцева, А. Толмачева, Б. Рожкова и других».

Имя Рожкова называется и в другом ряду, за Мяддендорфом, Толмачевым, Урванцевым. Тут же следуют (не исключено — горделивые) ссылки на ученика:

— Для Норильского района, судя по детальным работам Б. Рожкова. имели место... трещинные излияния (как в Южной Африке — А. Л.).

— Последние работы Б. Рожкова в Норильском районе установили с несомненностью целый ряд потоков наземных и подводных извержений.

С. В. Обручев к этому времени имел возможность познакомиться с такими работами Б. Н. Рожкова, как «Рудная зона Норильска-II» (1929 год), отчетами норильской группы 1930 года, отчетом того же года по р. Северной... Автору отчетов было только 28 лет, и ни в каком, даже самом страшном сне нельзя было представить, что его последний труд будет датирован 1937 годом.

ИЗВЕСТНО, Н. Н. Урванцев несколько охладел к норильским исследованиям примерно в 192?-м году; тот факт, что именно группа Б, Н. Рожкова продолжала планомерную работу на месторождении «Норильск-II» . (геологический поиск, съемка, опробование рудной зоны), во всем районе (геологическая съемка по заданию Института цветных металлов Главного геологоразведочного управления), в Иркутском геологоразведочном тресте (обработка материалов по Норильску) и что эта деятельность заняла целое пятилетие (1928—1932), дает основание назвать Бориса Николаевича прямым преемником Урванцева На южном Таймыре.

Это тем более справедливо, что в 1925 году, как указывает Николай Николаевич в книге «Норильск», студент-дипломник Горной академии Б. Рожков участвовал в аллилуевской экспедиции, в группе Урванцева обследовал район Ламы и Глубокого. На зимовку Борис не остался, предстояла защита диплома... А в летние периоды 1928—1929 годов геолог Рожков был единственным представителем Геолкома на норильских месторождениях (шурфами и канавами тогда разведал и участок к востоку от горы Рудной, между первым и вторым «Норильсками»).

Н. Н. Урванцев, таким образом, имел возможность в то же пятилетие изучить берега Хантайки и озера Таймыр, наконец, наносить на карту, исследовать Северную Землю в длительной  экспедиции на этот архипелаг.

О деловых взаимоотношениях Б. Н Рожкова с рекогносцировочной экспедицией «Союззолота»-1929 и руководителями стационарной (с 1930 года) норильской экспедиционно-промысловой конторы Я. С. Ведерниковым и И. П.. Зарембо у нас данных нет. Но по справка НКГРЭ, рожковский «Геолого-петрографический очерк рудного Норильска», написанный в Ленинграде, включает в себя материалы А. Е. Воронцова 1931 1934 годов, т. е. послужившие основой для решения о строительстве Норильского комбииата. Возможно, Борис Николаевич был привлечен к «защите запасов», коль его работа «Степень изученности норильских медно-никлевых месторождений» не опоздала к принятию Постановления СНК СССР (1935).

...Что еще известно? В начале 933 года Б. Н. Рожков из Иркутска направлен в Анабарскую экспедицию. По. свидетельству родственников, последующие годы зимами он 'работал в Ленинграде, а практически все остальное время проводил по заданию Главгеолкома — в тундре. В Москве бывал только в командировках и в отпуске.

Шурин Б. Н. Рожкова (муж сестры Натальи) и его ровесник (1902 года рождения) Г. А. Кулешов вспоминал, что на редкие встречи с Борисом слетались близкие и «дальние» родственники, даже сестра Татьяна из Свердловска. Для матери, Натальи Алексеевны, наступали счастливые дни: вся семья в сборё , а ее любимец то играет на пианино, то по единодушной просьбе повествует о приключениях на Таймыре (и музыкант, и рассказчик незаурядный). Среди историй Кулешову особенно запомнились — как добираются в тундру, что представляют собой «тамошняя» жизнь, экзотические нравы и обычаи аборигенов-оленеводов...

Осенью 1938 года, если не изменяет память, Борис Рожков после полевого сезона домой не вернулся. Его сотрудник сообщил матери, что сын арестован. Наталья Алексеевна пыталась добиться хоть каких-либо сведений, но ни в ГУЛАГе, ни по месту работы сына с ней не стали разговаривать. Мать, естественно, была уверена в невиновности Бориса, но надежда на то, что разберутся и освободят, таяла с каждым годом. Здоровье Натальи Алексеевны резко ухудшилось, и в 1942-м она эвакуировалась из Москвы с дочерью Верой в Пензенскую область, куда звала и где работала совхозным зоотехником старшая дочь Лидия.

Наталья Алексеевна умерла в 1943-м, так ничего и не узнав о судьбе Бориса. Двадцать два года спустя, в 1965-м, прочитали очерк об Урванцеве в «Известиях» сестры Рожковы, и старшая обратилась к Николаю Николаевичу, не знает ли он что-нибудь— тот ответил: Б. Н ; Розанов умер в смоленской тюрьме («так мне передавали»).

Когда? Возможны и другие вопросы. Например, от кого Урванцев слышал о судьбе Рожкова? (Во всяком случае могу свидетельствовать, что на мои вопросы о Рожкове Николай Николаевич только разводил руками. Т. е. ничего конкретно рассказать не мог, а значит или не значит? — что ни в Актюбинске, ни в Норильске, ни еще раньше, в «Крестах», они не встречались). Думаю, что Урванцев, отвечая, на точных сведениях не основывался. Хотя, как говорят, возможны варианты, допускать которые даже в качестве предположений не хочется, Да и нет у нас на это права. В любом случае: Н. Н. Урванцев написал Рожковым, что в Норильлаге Бориса Николаевича не было ни до 1943 года (Урванцеву бы рассказали обязательно) ни тем более во время пребывания Урванцева в Норильске. Здесь «никто геолога Рожкова не видел», — пишет Николай Николаевич и характеризует своего соратника по начальным Норильским годам как «талантливого человека и хорошего товарища».

НОВЫЙ КРУГ запросов и выяснений предприняла в последние годы племянницы Б. Н. Рожкова. И вот, 4 апреля 1989 года Наталию Гавриловну Сапроненкову пригласили в районное управление КГБ по месту жительства и сообщили, что Борис Николаевич 23 мая 1937 года был приговорен выездной сессией Военной коллегии Верховного суда СССР к 10 годам .лишения свободы (с поражением, как водилось, еще на 5 лет в политических правах), а 24 мая 1957 года приговор был отменен, дело за отсутствием состава преступления прекращено, о чем выдана справка Рожковой Зинаиде Евграфовне.

Вот те раз. Полагайся на память родственников: оказывается, ни в 1938-м, ни лаже в 1937-м полевых сезонов у геолога, Рожкова уже быть не могло. Как полупилось, что вдова Бориса Николаевича не оповестила его сестер, — не наш вопрос. Чего не бывает...

Сейчас Л. В. Добрынина, сотрудник музея истории Норильского промрайона, готовит стенд, посвященный первооткрывателю «Норильска-II», продолжившему эстафету Н. Н. Урванцева на юге Таймыра. Пусть об этом знают в «Севморгео» и других организациях, которым есть чем поспособствовать будущей экспозиции Остается неизвестной дата гибели Б. Н.  Рожкова.

Может быть, эта публикация попадётся на  глаза сотрудникам смоленских, ленинградских и других архивов, не обязательно геологических, но и более закрытых ведомств. Очень хотелось бы «помочь Наталии Гавриловне Сапроненковой  и другим Рожковым: рядом с захоронением отца :(деда) на Новодевичьем кладбище установить хоти бы символическую доску. Николай Борисович, крупный инженёр-текстильщик, посмертно был награжден орденом — Указ подписан Калининым. На могильной плите даты- 1866— 1927.

Когда оборвалась жизнь сына-геолога, мы пока знаем: 1902—... Зато знаем, что жизнь Б. Н. Рожкова продолжается. И если бы обнаружить прах первопроходца, место для него в Стене памяти на Нулевом пйкёте Норильска, Рядом с нишей Урванцевых.

А. ЛЬВОВ.

Р. S Материал был набран, когда Л. Г. Печерская сообщила, что в наш музей пришло ещё одно письмо от Н. Г. Сайроненковой. Сотрудникам Смоленского областного управления КГБ СССР удалось установить: Борис Николаевич Рожков РАССТРЕЛЯН 22 АПРЕЛЯ 1938 ГОДА. Скорбная дата выяснена.

Вопросы остаются,..

На снимке: Борис Николаевич Рожков с женой Зинаидой Евграфовной, 1930-е годы

Заполярная правда 18.07.1989


На главную страницу/Документы/Публикации/1980-е