Вандализм или необходимость?


Последнее время, как никогда, много и часто говорят и пишут о необходимости возвращения городам и селениям, областям и районам, улицам и площадям, кораблям их прежних, исторических названий, о ликвидации монументов большевистским руководителям, заполонивших сады и скверы, площади и улицы повсюду, по всей нашей стране, да и не только в ней. Кое-где это делается. Возвращены истинные названия городам: Самара, Тверь, Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Екатеринбург и другим, демонтируются памятники Ленину, его соратникам. Снят с фундамента, например, монумент «пламенному революционеру», «рыцарю с горячим сердцем, холодной головой и чистыми руками» — Дзержинскому, и не где-нибудь, а в Москве, на Лубянке. Возвращаются верующим сохранившиеся храмы, монастыри. Храмы реставрируются, поднимаются из руин, а иногда, правда, редко и мало, возводятся заново.

У нас в Красноярске ничего подобного еще, можно сказать, не сделано. Об этом только-только начали говорить, писать в местных газетах, что-то предлагать властям. Предлагалось. например, вернуть улицам старой части города их исторические наименования, избавиться от коммунистической монументальной и плакатной с им в блики, в частности, от громадного монумента создателя советского государства и бюста его сподвижника — «железного» Феликса.

Говорят и пишут об этом, предлагают и настаивают на своих предложениях те жители города, края, которых мы привыкли называть демократами и которые без поддержки общественности мало чего добьются: еще сильны среди депутатов, администрации, многочисленных руководителей консерваторы, реакционеры, все», те, которые десятилетиями, будучи функционерами КПСС, руководили нами идеологически, политически, экономически — всячески, вели нас к «светлому будущему», разрушая при этом русскую, российскую культуру, нравственность, мораль, духовность, общечеловеческие принципы, перекраивавшие по-своему историю, пытавшиеся создать и внедрить что-то искусственное, нежизненное. безнравственное, но свое. Разрушив старое, искалечив наши души, они ничего не создали. Не помогли им ни многочисленные бронзовые и гранитные идолы, ни стремление увековечить в названиях улиц, площадей, городов и пароходов память о яростных революционерах. Они семьдесят с лишним лет жили по принципу; «ломать — не строить». Но тогда зачем было ломать?

Противники ликвидации коммунистических идолов, переименования улиц и площадей пытаются объяснить свое упорство, бездуховность тем, что в них, в этих идолах и революционных наименованиях, — наша история. Так ли? Есть История и история. В первую — люди, их дела и поступки, их творения и достижения естественно входят и остаются навеки, во вторую — попадают, вляпываются, как в коровью лепешку, самостоятельно или с чьей-то помощью.

В 1917 году нас втянули в историю, из которой мы до сих пор не можем выбраться: нас все еще держат за полы, рукава, за что угодно и как только можно.

Все, что было за 70 лет действительно исторического, войдет в историю и останется в ней и без коммунистических идолов, без большевистской топонимики и плакатно-агитационной символики.

Кто сумеет да и посмеет вычеркнуть из истории гражданскую и Отечественную войны, Кронштадтский и Тамбовский мятежи, Соловки, коллективизацию и ликвидацию кулачества, репрессии, «психушки», ГУЛАГ, загубленный Арал, загаженный Байкал и другую борьбу за милости природы? Никто! Это все останется в истории вечно. Поддерживая красноярских депутатов-демократов, борющихся за переименования, за демонтаж памятников коммунистическим вождям, считая это столь же необходимым, как и повышение благосостояния, хочу, развивая и расширяя проблему, кое-что добавить.

Во-первых, переименования нужно распространить и на правобережную часть Красноярска, да и на весь край. Во- вторых, перечень улиц и площадей, приведенный в «Красноярском комсомольце» за 14 сентября, надо расширить, добавив улицы Бограда, Маерчака, Марковского, Республики, Красной Армии, Обороны, Партизана Железняка, площадь Резолюции. Им следует возвратить старые названия или дать новые, не имеющие никакого отношения к большевизму. Именем А. Д. Сахарова предлагаю назвать не улицу Робеспера (её, безусловно, нужно переименовать), а улицу Диктатуры пролетариата (прислушайтесь, какое рокочущее название), на которой, кстати, я родился и долго жил. Об этом я еще в 1990 году писал от имени общества бывших репрессированных.

Не должно остаться в Красноярске ни Ленинского, ни Свердловского районов, ни улицы Свердлова, ни памятника этому ярому большевику- цареубийце. Селу Дзержинскому следует вернуть старое красивое имя, если правильно помню — Рождественское. Во время моего детства, до войны еще, в Красноярске было больше десятка церквей, костел, синагога, мечеть. А что осталось? Покровская, Троицкая и Никольская церкви — и все. На месте здания крайисполкома, до недавнего времени и крайкома КПСС, когда-то стоял прекрасный кафедральный собор, построенный по чертежам архитектора Тона. Собор взорвали в 1936 году. Зачем, кому он мешал? На углу улиц Обороны и Красной Армии, над обрывом стояла красивая церковь Всех Святых. В ней в 1926 году крестили меня, а в 1932 году отпевали мою бабушку. Здание церкви умирало долго: в нем в свое время обосновался теперешний завод «Квант». Сейчас от нее и следов не осталось. Разрушен был и старый собор на Стрелке. Печальна судьба Благовещенского собора — угол Ленина и 9-го Января. Он полуразрушен, обветшал, используется как склад. Не стало синагоги, мечети. Недавно восстановили костел, установили в нем орган и используют как концертный зал. Как храм он не возрожден.

А сколько церквей было разрушено, ликвидировано в селах, деревнях края? Сотни. Недавно я проезжал по селу Частоостровскому, недалеко от Красноярска, и видел там раз-рушенную церковь. Ужас, кощунство! Интересно, как на закрытие храмов, их разрушение, растаскивание церковного имущества смотрят, в историческом плане, те, кто сегодня относит к историческим па-мятникам монумент Ленина и бюст Дзержинского? Хочется напомнить им одно историческое событие, прошедшее для них или их предшественников как само собой разумеющееся, не волновавшее ни его организаторов, ни исполнителей. Это — ликвидация культа личности Сталина, различных монументов, которых было понатыкано по всей Руси великой, пожалуй, побольше, чем памятников Ленину.  как их ликвидировали? Да чуть ли не в одночасье и повсеместно, молча, что называется. Что Сталин преступник — однозначно, но ведь он был верным ленинцем, действовал строго по Заветам Ильича. Не он один виноват в том, что произошло в России, что мы переживаем и будем еще долго переживать и помнить. И Ленин виноват, и все окружавшие его «профессиональные революционеры», все их последователи, все то, что сейчас называют Системой. Кумира из Ленина сделали: системе нужен был «мертвый бог», его и создали, вбили культ его в наши головы, да так крепко, что мы и сейчас не освободились в своем сознании от ленинизма.

Монумент Ленина с центральной площади города нужно убрать, освободить место для возведения храма в память всех погибших, невинно убиенных за все годы большевистской власти. Пусть это будет храм на крови. Это непросто, требует больших затрат, времени. Все так, но храм нужен, ибо без храма человек нищ. Уверен, храм будут строить все: и старые, и молодые, верующие и колерующие, все порядочные люди. Средства на возведение храма найдутся: взносы и пожертвования граждан, предприятий, да и государство не должно будет остаться в стороне — оно разрушало, оно и строить обязано.

На месте бюста Дзержинского необходимо возвести, и как можно скорее, памятник жертвам сталинских репрессий и красного террора. В городе одно время говорили и даже писали о необходимости реставрировать Благовещенский собор. Поговорили и бросили, почему? А ведь можно и обязательно нужно восстановить.

Пишу о восстановлении и строительстве храмов и думаю о религиозном и гражданском подвиге членов красноярской общины христиан-баптистов. Посмотрите, какой храм они возвели наискосок от бывшего Советского райкома КПСС., над Протокой Енисея! Построенный не больше как за два года руками верующих, на их средства, храм очень красив.

Недавно я был на автовокзале, в бывшем аэропорту Северном и, смотря на здание теперь уже не используемого по назначению аэровокзала, думал, что его вполне можно приспособить и, как мне кажется, с небольшими или относительно небольшими переделками, а, следовательно, и затратами, под храм. Так ли это — судить специалистам, а подумать следует и гражданским, и духовным властям.

Спрошу еще упрямых консерваторов, тормозящих дела по переименованиям и ликвидации коммунистических идолов, зачем же постоянно и повсеместно напоминать каждому о нашем ужасном прошлом названиями улиц и площадей, памятниками коммунистическим вождям.

Владимир ГУЛЬДЕНБАЛЬК, пенсионер.

ВЕЧЕРНИЙ КРАСНОЯРСК 14.11.1991


На главную страницу/Документы/Публикации/1990-е