Указ есть, удостоверений нет


Так как вы печатаете о людях репрессированных, решила излить вам душу.

Мне было 7 лет, когда в 1937 году забрали моего отца Роот Адама Адамовича. Он не вернулся, так что я с 1-го класса и всю жизнь испытывала, что такое «дочь врага народа». А тут еще и война началась, я  тому же и немка (Саратовская область). Выселили в Сибирь.

У людей отцы, братья погибали на войне с немцами, вся ненависть, зло переносились на нас. Людей понять можно, но и мы же от этой войны пострадали — лишились малой родины.

В институт поступить не могла со своими одноклассниками: без права выезда, комендатура... Спасибо зав. районо, направил работать в школу, училась заочно, проработала 4 года.

В 1955 г. по семейным обстоятельствам переехала в Красноярск. В школах мест не было. Решила сменить профессию. Обратилась в отдел кад¬ов завода телевизоров, тогда он иначе назывался. «Товарищ начальник», глянув в мою трудовую, увидев национальность, нашел возможным предложить мне работу только в котельной, зольщицей.

Такое когда-нибудь можно ., забыть?! Тем не менее я училась и  проработала в цехе сборки телевизоров 29 лет, из них последние 18 в должности инженера - технолога.

Спасибо коллективу, пользовалась доверием, авторитетом. Но в душе никогда не было раскрепощенности, чувства свободного человека.

А теперь есть Закон РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий». Но!

Нет удостоверения, и ты не можешь чувствовать себя реабилитированным. Удивительно, в Канске, Усть-Илимске (Иркутская обл.), Камышине (Волгоградская обл.) мои родственники реабилитированы, у них есть удостоверения.

У нас же удостоверение получить невозможно. Есть такая черная мысль, что наша городская администрация заинтересована, чтобы их не было, т. к. там указаны некоторые льготы. Может, и ошибаюсь.

Я обращалась неоднократно, и неудобно надоедать, в Октябрьский райсобес, в каб. № 25: «Удостоверений нет, обращайтесь на пр. Мира, 34».

Там отвечают: «Год назад (!) мы получали сколько-то удостоверений, распределили по районам. Вам понятно? Мы их сами не делаем!»

Как не понять?! Указ есть, а фактической реабилитации нет. И таких, как я, много!

Куда обратиться, кто даст достойный ответ?

Ф. ВОЛОСЕНКО.
г. Красноярск.

Красноярский рабочий 29.10.1993


На главную страницу/Документы/Публикации/1990-е