Эхо Норильлага...


Из Норильска в Москву отправлена необычная бандероль, в ней - письмо и земля с горы им. Шмидта. Это место известно как норильская голгофа, где в годы Норильлага хоронили заключенных.

Никто не ставил на этих могилах крестов, и по-братски в одной яме могли лежать мусульманин Ахмет, православный Иван, иудей Лазарь, русский, японец, финн, татарин, латыш. И в этой ситуации уже никто не делил их на бытовиков, уголовников и политзаключенных.

Более 60 лет прошло со дня создания лагеря в Норильске, начала Большого террора в России, а не становится слабее боль за безвинно погибших родственников, и черное в истории нашего города не делается белым или красным, не становится радужным.

А в "Мемориал" и музей идут письма с просьбой помочь найти сведения об отце, дедушке, матери.

"Обращаюсь к Вам с просьбой переслать небольшую капсулу или пакетик земли с места, где был захоронен мой отец, Чефранов Виктор Петрович. Все, что произошло с нами, иначе как трагедией назвать нельзя... Наш папа занимал высокий пост в государстве, работал в Высшем Совете народного хозяйства СССР под руководством Микояна А.И. Эту дорогую для нас землю мы отвезем туда, где покоится мама и моя старшая сестра, которая из-за всех переживаний рано ушла из жизни. Заранее Вам благодарны, я и муж-фронтовик, внуки, внучки, правнуки".

Это строки из письма Татьяны Викторовны Ковыловой-Чефрановой, дочери Виктора Петровича Чефранова, в чей адрес и отправлена необычная бандероль.

Л. ПЕЧЕРСКАЯ,
директор музея.
«Заполярная правда» №123 от 10.08.1998 г.


На главную страницу/Документы/Публикации/1990-е