И Господь нас не слышит, зови – не зови...


В многочисленных документах красноярского "Мемориала" есть и список из более чем двухсот священнослужителей, которых трагическая судьба так или иначе свела с нашим краем в 20-40-е годы, названные кем-то с горькой иронией "свинцовым" веком — по аналогии с "золотым" и "серебряным" веками российской поэзии. Большинство из них были на енисейские берега сосланы, многие здесь расстреляны безо всякой вины, прочие в ссылке умерли, и лишь единицы, подобно Войно-Ясенецкому, превозмогли все испытания. Собрать сколько-нибудь полные данные о каждом из несчастных активисты "Мемориала" не в силах; низкий поклон им за то хотя бы, что имена собрали воедино и бережно сохранили для будущих историков — светских и церковных. Вот вам лишь одна судьба; сведения об этом человеке отрывочны, далеко не полны, но это все, чем располагает картотека "Мемориала".

В ноябре 1990 года житель Енисейска Иван Пироженко получил официальное письмо из управления КГБ по Магаданской области. Из этого письма он узнал наконец, более полувека спустя, обстоятельства гибели своего брата, священника Илiи:

"Ваш брат — Пироженко Илья Иванович, 25 мая 1935 года осужден спецколлегией главсуда по ст.58-10 УК на 10 лет в Казани. Наказание отбывал в исправительно-трудовом лагере НКВД по Дальстрою в поселке Хатынгнах Ягодинского района Магаданской области. Работал сторожем... 5 мая 1937 года он в числе других был арестован за якобы проводимую им среди заключенных контрреволюционную агитацию и участие в повстанческой организации. 8 июля 1937 года Отделением Дальневосточного краевого суда... приговорен по ст.58-10... к 10 годам ИТЛ и поражением в правах на 5 лет.

На основании этого же обвинения ваш брат 8 сентября 1937 года тройкой УНКВД по Дальстрою приговорен к высшей мере наказания.

16 октября 1937 года приговор был приведен в исполнение в Магадане".

Из дальнейшего следует, что по приговору 1937 года Илья Пироженко реабилитирован. А насчет реабилитации по приговору 1935 года престарелому брату следует еще похлопотать. Но и этот приговор не был для священнослужителя первым.

"1929 г. 31 окт.

Пешковой Е.П.

от ссыльного свящ.

Илiи Ивановича Пироженко, ст.58 п.10

28 ноября 1927 года я был арестован в г.Воронеже и постановлением (нрзб) был выслан в Сибирь, в Туруханский край, где и прожил год (станок Вершинский). Без просьбы с моей стороны был переведен в Енисейск, где прежде всего было объяснено мне, что я не политический, а административный ссыльный, очевидно, с тою только лишь целью, чтобы мне не выдавать пайка и 64 рубля в месяц, в которых я нуждаюсь. Хотя и недостаточная хлебная норма 8 кгр, но и того, живя в Енисейске 3 ? мца, не могу доставать. Усердно прошу Вас, окажите милость в помощи денежным пособием и хлебным.

С 1924 г. по 1926 г. я отбывал срок в Соловецком лагере на принуд. работах — теперь на вольной ссылке, но в более затруднительном положении несравнимо, чем там. Как бы было приятно и полезно чувствовать, что и я наравне с прочими такими же человеками получаю законную помощь от власти, против которой (нрзб) как священник правосл. св. церкви Христовой по долгу стараюсь и по убеждению быть искренним носителем сана.

В надежде милостивого участия к Вам обращаюсь с просьбой. Священник Илiя Пироженко. Сибирь, Енисейск, Богоявленский собор".

Мы не знаем, отозвалась ли неистовая подвижница тех лет Екатерина Пешкова на письмо человека, умирающего от голода в далеком Енисейске, — слишком много она получала подобных писем в те годы. Многим и помогала как могла, пока деятельность ее комитета не запретили по приказу тирана. Однако каким-то образом отец Илiя выжил. Выжил в Сибири, чтобы вскоре быть вновь арестованным в Казани и погибнуть от чекистской пули в Магадане.

Анатолий Ферапонтов. 
«Городские Новости», № 77, 09.10.1998 г.


На главную страницу/Документы/Публикации 1990-е