Никто не забыт, ничто не забыто!

Никто не забыт, ничто не забыто!


Подтесовская средняя общеобразовательная школа № 46 имени В.П. Астафьева Красноярского края

Выполнили: 

Руководитель: Змейко Зоя Федоровна, учитель русского языка и литературы I категории.

Подтесово 2006 г.

Оглавление.

Введение.

9 мая 2005 года наша страна отметила 60-летие Победы над фашистской Германией. Ее приближали, «как могли», на фронте и в тылу миллионы людей. И в нашем поселке взрослые и дети делали все возможное для разгрома врага. Мужчины уходили на фронт, а женщины и дети самоотверженно трудились в тылу. Мы знаем о войне только по телефильмам и книгам, но хорошо понимаем, что война несет гибель людей, всего живого на земле, разрушения и разорение. Поэтому считаем: пока живут рядом с нами люди, пережившие эту страшную войну, мы должны узнать о том, что они пережили. Нам необходимо сохранить их воспоминания для потомков. Знать историю своей страны, ее героической борьбы за свободу – долг каждого человека.

В последнее время все чаще люди и средства массовой информации говорят и пишут о военных событиях. Наши бабушки и дедушки, родители все чаще беседуют на эту тему. Мы согласны с ними: ничто не должно быть забыто. Это послужило причиной нашего обращения к теме войны. Так появилась тема нашего исследования – «Никто не забыто! Ничто не забыто!».

Цель его:

Задачи:

В ходе своей работы мы выдвинули следующую гипотезу – и фронтовики, и труженики тыла внесли посильный вклад в победу над врагом, война отразилась на их судьбах, подорвала их здоровье.

Герои нашего исследования - ветераны войны: А.Л. Лейбович, А.Е. Ермаков и Соболев А.А., дети участников военных событий – Булаева И.А. и Шадрина А.М., а также труженики тыла: Пичуева А.Н, Мудрак Л.И., Григорьева К.С., военнопленные: И.Т. Болмасов и А.А. Лысак. Основу нашей работы составляют интервью с живыми ветеранами войны, воспоминания родных об участниках тех военных трагических событий, материалы музея Подтесовского лицея и альбомы, собранные учащимися Подтесовской основной общеобразовательной школы № 39 к дню Победы, а также материалы, собранные членами кружка «Поиск» много лет тому назад под руководством учителя истории Рябчиковой С.А. (в частности материалы о военнопленных: И.Т. Болмасове и А.А. Лысаке, рассказы ветеранов и детей войны о тех трагических событиях). Немало интересного и полезного мы узнали из книг: В.К. Логинова «В бой идут сибиряки», Ж.В. Таратуты «Война. Народ. Победа». О том, как уходили на фронт и сражались с врагом сибиряки, рассказал нам И. Туренко в книге «Фронт и тыл Енисея».

Что пришлось испытать на фронте воинам 166 Краснознаменной стрелковой дивизии (в ее составе воевал герой нашего исследования - А.Л. Лейбович), нам стало известно из очерка О. Мунина «Краснознамённая, дважды рождённая. Боевой путь 166 Краснознамённой стрелковой дивизии в Великой Отечественной войне» (взята из архива А.Л. Лейбовича). Для воспроизведения картины войны мы использовали книгу «Никто не забыт. Ничто не забыто. 1941-1945» Ю.К. Стриженова и Л.В. Ярушина. Особенно интересны документы тех военных лет, рассказывающие о подвигах советских воинов, о тружениках тыла. Материал о судьбах военнопленных мы нашли в книге Добровольского И.В. «ГУЛАГ. Его строители, обитатели и герои». В ней мы читаем: «Война не оставила без работы органы внутренних дел. 28 декабря1941 г. генеральный секретарь госбезопасности Л.П. Берия издал приказ «О создании специальных лагерей для бывших военнослужащих Красной Армии, находившихся в плену и в окружении противника». Работники Енисейского военкомата предоставили нам сведения о том, сколько человек было призвано на фронт из Подтесово, сколько вернулось, сколько погибло. В поселковом военно-учетном столе мы получили список живущих в поселке ветеранов войны. Далеко не все участники войны захотели рассказывать о военных событиях: слишком тяжело им вспоминать о тех страшных событиях.

Глава І.

§1. «…Никто не забыт, и ничто не забыто».

«…Никто не забыт, и ничто не забыто» - печальные и торжественные слова.

«…Никто не забыт, и ничто не забыто» - слова глубокого смысла, обращённые не только в прошедшее, но и в будущее. Много, очень много героев ушло от нас безвозвратно. Но их имена всегда с нами, всегда в сознании народа, в повседневном труде, всегда будут в грядущем завтра.

«…Никто не забыт, и ничто не забыто» - эти слова обращены к ветеранам войны, нашим современникам, которые не только добились победы, подняли из руин и пепла родную землю, но и небывало возвысили её своим героическим трудом. Они могут с гордостью сказать, что кровь пролита не зря. Героические, боевые и трудовые традиции, проявившиеся в период Великой Отечественной войны, живут в сегодняшних делах тружеников. Великий всенародный подвиг, ознаменовавшийся победой в 1945 г., продолжается в мирном созидательном труде миллионов людей.

Эти слова из надписи на мемориале под Ленинградом – это слова благодарности всего народа тем, кто погиб под Брестом, Москвой, на Волге и под Берлином за счастье и независимость своей Родины.

60 лет прошло после великой победы. В нашей стране немало сделано для увековечивания подвигов героев минувшей войны.

Страницы сборника документов и материалов «Никто не забыт, и ничто не забыто 1941-1945г.» вновь возвращают нас к героическим, незабываемым дням Великой Отечественной войны.

Когда более чем пятимиллионная армия фашисткой Германии и её союзников вторглась в пределы СССР, на западе немного было людей, веривших, что эта гигантская схватка закончится победой советского народа.

Фашистская Германия рассчитывала на лёгкую, молниеносную победу. Начиная войну против Советского Союза, правящие круги гитлеровской Германии планировали физическое истребление миллионов советских людей, расчленение нашей Родины, превращение её в колонию «великой германской империи», использование природных богатств нашей страны для завоевания мирового господства.

В этом заключался один из главных просчётов Гитлера и его сообщников.

Велик был приток добровольцев в армию, ряды народного ополчения, истребительные и коммунистические батальоны, группы самозащиты. С первых же дней войны советские люди развернули партизанскую войну в тылу врага.

Со всех концов страны поступали многочисленные письма и заявления от трудящихся с просьбой направить их на захваченную противником территорию для ведения партизанской войны. Коммунисты и комсомольцы были в первых рядах народа, подымавшегося с оружием в руках против гитлеровских захватчиков.

Против германского фашизма выступили советские люди всех национальностей, все союзные республики. Все народы Советского Союза стремились внести достойный вклад в разгром врага, посылая на фронт лучших своих сынов.

Могучий патриотический подъём трудящихся нашей страны возглавил героический рабочий класс Советского Союза. Глубокое понимание своей ответственности за судьбы Родины показали многомиллионное советское крестьянство и интеллигенция страны.

Как свидетельствует прочитанная нами литература, нападение фашистской Германии было вероломным, рассчитанным на быстрый успех. Планы Гитлера потерпели крах, потому что вся страна встала на защиту родной земли.

Глава ІІ. Они долго шли дорогами войны.

§ 1. «Родина-мать зовет!»

Александр Ефимович Ермаков о военных страницах своей биографии и о себе рассказал нам сам.

«Родился я в 1925 году в деревне Остяцкая Колмагоровского района. Она находилась чуть ниже Усть-Пита. В нашей семье было четверо детей. Старший брат с 1922 года рождения погиб и похоронен в братской могиле в городе Лауха Корело-Финской СССР.

Призван был на фронт Ярцевским военкоматом в ноябре 1942 года. Вначале изучал военное дело в военном городке города Ачинска, а потом – на ІІ Украинский фронт.

Трудными военными дорогами шагал, начиная с Западной Украины, по земле Чехословакии, Румынии, дошёл до Венгрии. Форсировал Дунай, брал Будапешт. Мы гордо прошли город Сидец, в нём немного отдохнули, почистили оружие и снова – на фронт.

23 декабря 1943 года – первое лёгкое ранение. Вскоре – второе, тяжёлое ранение в ногу. Лежал в полевом госпитале г. Сидец, а потом – в тыл, в госпиталь румынского города Констанция. В госпитале города Сидец условия были лучше, в Румынии – хуже. Румыния была нищая во время войны, а раненых очень много. Врачи нас лечили русские, так как это был военно-полевой госпиталь. Пролежал я в нём 8 месяцев со дня ранения. Хотели ампутировать ногу, но я не дал. Вот до сих пор и мучаюсь.

Служил я в должности младшего сержанта.

Какие дни на фронте самые тяжёлые, сложные, трудные? Я бы сказал: все дни трудные. Фронт есть фронт. Ужасная война была, гибло много народа. Помню: шли на прорыв обороны противника, погибло много нас, молодых, необстрелянных. Тогда, считай, был я пацаном 17 – 18 лет, молодой, неопытный, мечтающий о подвиге во имя Родины. Много нас таких было! Именно такие и гибли! Ведь бросались навстречу опасности необдуманно, скоропалительно. Это потом опытным становишься. А поначалу война-злодейка нас косила без разбора, не взирая на лица и звания.

Несмотря на все ужасы войны, домой мы писали: «Жив, здоров, чего и вам всем желаю». Много не напишешь. Приходилось писать письма даже в окопе. Из дома получали письма, но редко. Письма хорошие, успокаивающие, подбадривающие. Мать моя переживала за погибшего сына (моего брата). Об этом я узнал на фронте. Это заставило мстить за брата.

Отдыхать некогда на войне. Главное, найти время почистить оружие, ведь от него во многом зависела твоя жизнь.

У меня был боевой друг Стёпа Рябиков. Он вынес меня, раненого тяжело, с поля боя. Этот настоящий друг, на него я мог положиться, как на самого себя. Я попал в госпиталь. Он пошёл дальше дорогами войны. Вот так бы встретиться с ним! Не знаю, что бы я сделал для этого! Многое я бы за это отдал! На фронте жили дружно, иначе нельзя было жить. Помогали, выручали друг друга, всем делились.

В начале войны немецкая техника была сильнее. У нас с первых дней войны участвовали в боях самоходные танкетки с 45-тимиллиметровой бронёй; их пробивали вражеские снаряды, они горели, как спички, быстро. Чуть-чуть позднее нас выручала «Катюша», она выпускала 6 снарядов, пробьёт – и в тыл, чтобы не засекли её, хотя фрицы не раз пытались. У них – танк «Фердинанд», мы его называли «Андрюша», шутили: «Их с «Катюшей» поженить надо».

Потом выпустили танк с хорошей бронёй «Иосиф Сталин». Когда появились новые крепкие танки, воевать стало легче. Мы, как говорится, «дали прикурить» немцу. В боях поддерживала артиллерия, когда шли в наступление. Хорошо помогала авиация – бомбила немцев.

Особенно запомнилось форсирование Дуная. Там такие доты были накопаны! Пришлось отступать. Копали наши военнопленные. Когда Будапешт брали, воевали за каждый метр, каждый квартал. Чтобы было меньше людских потерь, форсировали ночью, на плотах и лодках. Дунай – широкая и бурная река. Через неё и во время войны был мост. Он соединял два города - Буда и Пешт. Сначала была артподготовка. Шли мы и они: кто первый, мы или они? Шли под градом пуль. Со всех сторон всё огнём горит, грохот страшный! Нас поддерживала авиация. Немцев было гораздо больше. Немецкая оборона была сильной, крепкой. Наш командир Д. Свиридов, генерал-лейтенант, погиб при наступлении в прорыве обороны. Хороший, толковый был командир. Возглавлял ІІ Украинский фронт Малиновский.

Сначала румыны воевали за немцев. Нам помогала Америка и Англия. Потом стали помогать Чехословакия, Венгрия, Румыния. Америка и Англия помогали техникой, в основном, самолётами, принимали участие и в военных действиях как союзники до самого конца войны. Одеждой и продуктами питания помогали тоже. Всяко приходилось: где были вот так сыты (Александр Ефимович делает жест рукой под горло), а где по неделе куска хлеба не видали. Кухню не подвезёшь – и всё. Если была полевая кухня, ели супы разные. Чаще же – сухой паёк. Это в основном сухие концентраты, консервы, тушёнка. Обмундирование – по сезону. Зимой – валенки и полушубок, летом – ботинки с обмотками. Теперь их в ботинках не носят.

Приходилось немцев брать в плен во время боя. Они что-то быстро говорят на своём языке, мы не понимаем их. Пленных отправляли в штаб дивизии. Строго было, особенно в конце войны. Нельзя было задеть их, причинить им боль. Но кто-то втихаря перед концом войны мог выместить на них свою злобу, ненависть, боль. Они-то ведь нашего брата не жалели.

В Венгрии попали в окружение. В окружении были дня 3. Сидели голодом, скрывались в окопах. Отбила нас оттуда 110 армия.

Помню, отдыхали, когда взяли г. Сидец. Почистили оружие. Нашли озерко, дали нам хозяйственное мыло, мы давай мыться, плескаться. Помылись, прожарили одежду, в ней насекомые, вши то есть, завелись. Брились редко. Но старались следить за собой, несмотря ни на что.

Спать приходилось очень мало, чаще в окопах. Это ведь не общежитие, и не ресторан, война, брат, ужасная штука!!!

Конечно, нас, как могли, готовили к войне. Вспоминаю палаточный лагерь. Он находился между городами Котовский и Баяты. Условия, похожие на общежитские. За неделю усиленных тренировок гимнастёрка расползлась на плечах. Были изнурительные походы, за ночь- 30 км, если не больше. После короткого отдыха – снова ученье: это и марш – броски, огромные физические тренировки, стремительные подъёмы по сигналу: «Тревога!», «В ружьё!». Гоняли нас командиры, не делая никаких скидок на усталость, никаких «не могу, не буду» не признавали. Ведь война никому не делает никаких скидок.

На войне всяко приходилось…Можно ли привыкнуть к войне? Должно быть, нет. Правда, со временем нет боязни, страха. Будешь бояться – погибнешь. Когда начиналась артподготовка, можно было умереть от страха.

А был такой случай. Ехали мы на фронт со станции Первомайская. Военный поезд. Мужчина и женщина бросили ракету – дали знать, что идёт военный поезд. И началась бомбёжка поезда немецкой авиацией. Люди бросились врассыпную. Эшелон отвели со станции в сторону, подальше от неё. Диверсантов поймали, они были под поездом. Их увели на допрос. Кто они были, зачем встали на путь предательства, не знаю. Сколько таких вредителей было? Если б не было вредительства, то, возможно, война закончилась бы раньше. Я в этом стопроцентно уверен.

Были и дезертиры на войне. Помню, военный трибунал судил двоих мужчин. Они были призваны на фронт, но скрывались. Их поймали и приговорили к расстрелу.

В госпитале, иногда во время передышки между наступлениями праздниками для нас были концерты самодеятельных коллективов, военных ансамблей и фронтовых бригад. В нашем посёлке жил фронтовик С. Гогонов, он был в военном ансамбле, плясал хорошо. Они поднимали наш боевой дух.

Это уж почти 60 лет прошло со дня Победы! Его я встречал в госпитале. Весело было. Радость лилась через край. А сейчас мне уже 79 лет. Память уже не та. Много километров прошёл дорогами войны. Демобилизовался я в 1946 году. На работу не принимали со 2-ой группой инвалидности. Пенсия маленькая. Трое детей. Пришлось перекомиссоваться на третью группу, чтобы приняли на работу. Пенсия после войны была 72 рубля по второй группе инвалидности. Как-то дали отрез на костюм; выдавали паёк мне – 600 г. хлеба.

Как повлияла на меня война? Она изменила мое отношение ко всему: к людям, к природе. Я стал умнее, сильнее, мужественнее, научился ценить дружбу, людей, научился бережному, трепетному отношению ко всему живому. Война не ожесточила меня.

Мне часто снятся военные сны. Снова и снова переживаю я то, что пережил на войне. То иду в атаку, то нахожусь в окружении…»

Александр Ефимович Ермаков и его жена воспитали трёх дочерей. Жена была учителем начальных классов, по 1,5 смены приходилось ей работать. Жили они много лет в любви и согласии. Она умерла несколько лет назад. У Александра Ефимовича два взрослых внука. Они, как и его дочери, заботятся о нём, помогают во всём.

Александр Ефимович награжден орденами: Отечественной войны І степени «За взятие Будапешта», медали: «За отвагу», «За форсирование Дуная», «За победу в Великой Отечественной войне» и др..

Трудовая книжка Александра Ефимовича полна грамот и благодарностей. Был на Доске Почёта в ОРСе. Работал внештатным сотрудником в милиции, и здесь его работа отмечена благодарностями.

Мы хотели снять фильм о нем, но, когда вышла статья в газете о нем, он прочел ее и заболел, поэтому сниматься отказался: «Что уж меня снимать? Никакой я не герой, обычный солдат! Спасибо, что выслушали, написали обо мне. Этого достаточно».

§2. «Часто, бывало - шел без привала».

Вот что мы узнали из рассказа А. Л. Лейбовича, ветерана Великой Отечественной войны: « Моя юность совпала с трагическими событиями: в 1937 году арестован отец, а потом – война. На хрупкие материнские плечи тяжёлым бременем легла забота о детях – нас было восемь. Окончив 10 классов, я поступил в Красноярское речное училище. Оттуда был призван в армию. 2 февраля 1943 года нас привезли в Заозёрный в полковую школу. Там мы изучали военное дело, Устав, готовились к службе. Через 6 месяцев присвоили звание сержанта и отправили на станцию Бологое Ленинградской области.

Туда мы прибыли утром, а вечером – первый бой. Из четырёх батальонов в живых осталось человек 120. много гибло молодых по неопытности, особенно когда шли в атаку. Это было страшное зрелище. Бежали навстречу врагу с криками «За Родину!», «За Сталина!». Смотришь: один упал рядом, другой сбоку. Думаешь: тебя сейчас постигнет та же участь… Бои шли тяжёлые. Были у нас танки, пулемёты; сильные немецкие укрепления громили ещё и с помощью самолётов. Порой не знали ни сна, ни отдыха. Питались в основном сухим пайком: сухая вобла, американские консервы и сухари. Горячее – крайне редко. Ещё реже – баня. Помню, случалось, мыться так: приезжала машина со шлангом. В нём была насадка с рассеивающей воду струёй. Нас отправляли в сарай с сеном вместо пола и поливали этим «дождём». Пока мы мылись, выпаривали вшей из нашей одежды. Зимой обтирались снегом. Настоящими праздниками для нас были концерты самодеятельных коллективов. Лирические и военные песни напоминали нам о доме, мирной жизни.

Тяжело было на фронте. Но мы писали домой хорошие письма. В тылу ведь тоже жилось нелегко.

Под Кенигсбергом получил тяжёлое ранение в ногу. В госпиталь везли в телячьих вагонах – других не было. Ехали долго. Госпитали были переполнены, нас не принимали. Рана долго не заживала. Меня в сопровождении медсестры отправили домой. А дома, как говорится, и стены лечат. Через 4 месяца – снова в армию. По решению военной медкомиссии отправлен в Новосибирск, в батальон связи. Демобилизовался лишь в 1946 году».

Начав свой боевой путь в Ленинградской области, Александр Лазаревич прошагал трудными дорогами войны и по Псковской области, мужественно и храбро бил врага под Витебском, Невелем, Кенигсбергом в составе ІІ Белорусского фронта командиром стрелкового отделения. Приходилось ему бывать и в разведке, доставлять «языков».

«Много мы испытали на этой войне, - говорит ветеран. – Но мы свято верили в победу, защищая родную землю. Сначала немцы и техника были сильнее нас. Потому они лупили нас нещадно. Занимали наши города и сёла, рушили, жгли. Ну а позже кричали: «Гитлер капут!» Просили о пощаде, говорили: «Киндер!» На ломаном русском объясняли, что у них есть семьи. Мы относились к ним гуманно. Таков был приказ, да мы ведь люди, а не звери, как они зверье в человечьем обличье, хотя они этого не заслужили.

Самое тяжёлое время для нас в ту пору – осень и весна. Грязь, слякоть, сырость. Мы – в ботинках. Портянки сушили, высовывая их поверх ботинок. Старшие заботились о нас по-отцовски, учили нелёгкой науке воевать и выживать. День Победы я встретил в Новосибирске. Прыгали, кричали от радости, как сумасшедшие, плакали, обнимались и целовались. Жили ожиданием встречи с родными…»

Родина по достоинству оценила подвиги Александра Лазаревича: орден Славы III степени, медали «За отвагу», «За взятие Варшавы», «За победу над Германией».

После демобилизации он связал свою жизнь с флотом. Настойчиво осваивал речные профессии. От шкипера до капитана – таков трудовой путь Александра Лазаревича. Его коллега В. Юшков говорит: «Могу о нём сказать только хорошее: ответственный, исполнительный, самостоятельный». Ветеран речного пароходства, он – скромный, простой, сердечный человек, хороший семьянин. С женой Валентиной Кузьмовной они – прекрасная пара, обаятельные люди. В 2001 году отпраздновали золотую свадьбу. Александр Лазаревич Лейбович воевал в 166-й Краснознамённой дивизии. Вот что мы узнали о ней из книги Олега Мунина: «Краснознамённая, дважды рождённая. Боевой путь 166 Краснознамённой стрелковой дивизии в Великой Отечественной войне» (краткий очерк). (ООГ, ГЕЦ, ГКС, УССР,1981г.)

Вот выдержки из этого краткого очерка:

Несмотря на очень трудные условия, в которых велись наступательные и оборонительные бои, советские воины, в том числе и из 166-й Краснознамённой стрелковой дивизии, продолжали проявлять массовый героизм.

Немного горькой статистики войн.

В районе Приекуле в течение нескольких месяцев велись бои, о которых в сводках Совинформбюро говорилось, как о боях местного значения и по улучшению позиций. Так вот, только на братском воинском кладбище в Приекуле похоронено 23 тысячи советских воинов, павших в этих «боях местного значения». На кладбище в Вайнеде, там, где совершил свой беспримерный подвиг Николай Грибанов, покоится шесть тысяч воинов, в основном гвардейцев из Армии генерала Чистякова. И таких кладбищ только на территории Лиепайского района Латвийской ССР восемь. Дорогой, очень дорогой ценой досталась нам победа!»

А. Л. Лейбович вспоминает об одной из сложнейших операций, в которой участвовал он в составе 166 Краснознамённой стрелковой дивизии: «Фашисты попытались окружить под Невелем советские дивизии, перейдя в контрнаступление на флангах. Вот тогда-то и образовался так называемый Невельский мешок, или «бутылка», горловина которой простреливалась противником из всех видов оружия. В эту «бутылку» были направлены дивизии 6-ой Гвардейской Армии, в том числе и наша, 166-ая стрелковая.

Двигались по горловине ночью, соблюдая все предосторожности, не только световую, но и звуковую маскировку. Но избежать обстрела всё же не удалось. Противник открыл яростный артиллерийский и миномётный огонь. Все цели у гитлеровцев были хорошо пристреляны. И уже в горловине «невельской бутылки» дивизии понесли первые боевые потери людей и техники.

Действия протекали в распутицу, особенно тяжёлую в этом болотистом районе. Несмотря на это, наши войска продвигались всё дальше вглубь захваченной немцами территории и овладевали рубежами. Наша дивизия в течение 10 дней в ноябре 1943 года вела наступление».

Олег Мунин пишет: «166-я стрелковая дивизия в этот период сыграла важную роль в срыве попытки противника закрыть горло «невельской бутылки» и окружить войска трёх Советских Армий. На счету её воинов – разгром 211 пехотной и 2-ой авиаполевой дивизии противника».

В очерке он приводит воспоминания Маршала Советского Союза Ивана Христофоровича Баграмяна, который писал в своих мемуарах («Так мы шли к победе»): «Хорошо помню тот конец осени и начало зимы. Погода окончательно испортилась. Очень трудно было преодолевать бездорожье. Не только автомашины, но и повозки вязли в грязи. Температура не опускалась ниже нуля. Болота и не думали не то что замерзать, но и подмерзать. Бойцы и младшие командиры на руках носили снаряды с пунктов артиллерийского снабжения на позиции батарей. На руках доставлялись на передовую линию ящики с патронами и гранатами, со всеми другими грузами».

В очерке О. Мунина читаем: «21 декабря 1943 года И. В. Сталин подписал приказ №50, в котором было сказано: «За успешно проведённую операцию… представить к награждению Орденом Красного Знамени 166-ю стрелковую дивизию».

Александр Лазаревич рассказал нам о командире 423-его стрелкового полка, в котором он служил, Фёдоре Никандровиче Утенкове: «Это был умелый командир, смелый воин. Он отличился во многих боях, и один из первых был награждён полководческими орденами Кутузова и Александра Невского».

Насколько сложна была подготовка советских войск к решительным наступлениям, мы узнали из очерка О. Мунина: «Перед началом штурма мы тщательно изучили систему обороны противника. Предстояло преодолеть девять линий траншей полного профиля с многочисленными огневыми точками, минными полями и проволочными заграждениями в несколько рядов».

Александр Лазаревич – человек скромный. О своих боевых подвигах не говорил, рассказывал о самом полке. «Жалею – сказал он, – о том, что стёрлись в памяти многие имена и фамилии моих боевых друзей. Уж так много лет прошло с той страшной военной поры!»

Всё, что мы узнали о боевом пути 166-й Краснознамённой стрелковой дивизии, помогло нам увидеть всю тяжесть подготовки и проведения военных операций, в которых она участвовала, прикоснуться к героическим страничкам её фронтовой биографии.

§3. Солдат - всегда солдат.

А.А. Соболев тоже – участник Великой Отечественной войны. «Шестнадцатилетним подростком ушел защищать Родину. После краткосрочных трехмесячных курсов под торжественные звуки оркестра – на фронт, причем сразу на передовую. Воевал сначала на Белорусском, а потом на Украинском фронте. Многое пришлось пережить, многому пришлось научиться в те военные годы», - рассказывает Алексей Алексеевич. «Кормили нас, как на убой», - шутит он. «Часто ходили в атаку, - продолжает рассказ ветеран, - почти все «зеленые», т.е. молодые, а возвращались единицы. Неопытные были ведь. Помню: прогремел снаряд, и от человека остались только ребра. Ужас и ненависть обуяли меня в тот момент! Война научила меня стойко переносить трудности, ничего не бояться, полагаться в основном на себя. В марте 1943-го был контужен, получил тяжелое ранение руки и грудной клетки разрывной пулей в бою за г. Минск. Долго лечился в госпитале. В начале 1945-го демобилизовался. До дома меня сопровождала медсестра. Мама долго плакала, причитала, увидев меня. Я ее успокаивал: «Не плачь! Главное – живой вернулся!» «Раньше жить было легче, - сокрушается Алексей Алексеевич, - люди были добрее, отзывчивее. Продукты, вещи можно было купить, а сейчас цены огромные – не подступишься. Люди перестают общаться по-человечески. Правда, в доперестроечное время пять раз ездил в санаторий. Не забывают меня поселковая администрация. Школьники помогли переколоть и сложить дрова. Районная администрация помогла купить квартиру. Живу с дочерью, зятем и внуками. Держим скотину, продаю творог, молоко. С одной рукой, но помаленьку тружусь». Алексей Алексеевич награжден орденом «Отечественной войны І степени» медалью Жукова и медалью «За победу в Великой Отечественной войне». Человек волевой, он с израненной рукой без локтевого сустава не сидит дома без дела, помогает по возможности своим родным и близким. «Переживаю за будущее своих внуков. Ведь воевал за счастливую мирную жизнь на земле. А в мире неспокойно очень: войны, террористы. А мы ведь думали, что война будет последней!», - говорит Алексей Алексеевич в заключение нашей беседы.

Итак, на разных фронтах воевали наши земляки. Многое им пришлось пережить на войне, но они с честью выдержали все испытания и вернулись победителями.

Глава ІІІ. Они – дети войны, их отцы – защитники Родины.

§1. «Мои родители стойко переносили все превратности судьбы»

Булаев Владимир Иванович рассказывает о своём отце и военном времени:

«Отец родился в 1903 году. Забирали его на фронт в 1942 году из Игарки. Но уехать оттуда призывники не могли – не на чем. Первым пароходом отец выехал из Игарки вместе с женой и двумя детьми. Семью он оставил в деревне Вилимовка у тестя. Деревня тогда, как все, жила трудно.

В 1943 году принял присягу в Западном стрелковом полку. С 20 декабря 1943 года он – стрелок. Воевал на ІV Украинском фронте в составе 52-ой армии 312-ой дивизии 105 полка.

Отец не любил рассказывать о войне, смотреть военные фильмы. Утверждал, что это враньё. Говорил, что страшно верил Сталину. Ведь жизнь становилась лучше после войны.

Отец рассказывал, что воевал в Крыму. Там, на Сиваше, немцы вели сильные бои. Ни поесть, ни отдохнуть возможности не было. Варили в каске или в котелке ковыль и конину. Нельзя было поднять голову. Заходили в Крым через Сиваш в тех местах, где в гражданскую войну брали Перекоп. Красногвардейцы переносили на себе снаряды на Крымский полуостров. В Сиваше вода солёная, ледяная. Бойцы видели в ней законсервировавшиеся трупы красногвардейцев в пилотках и шинелях, оставленные там еще со времен гражданской войны. Отец говорил: «Я бы и сейчас нашёл это место, узнал бы – слишком много было гильз. Был страшный бой, северная бухта вся горела. Города не было – были одни руины. Через Сиваш ходили, подвергая себя смертельной опасности. В степи то и дело взмывали в небо немецкие ракетницы. В любую минуту бойцы могли быть обнаружены.

Стрелком прошёл всю войну. Был ранен при взятии Севастополя 9 марта 1944 года. Лежал в госпитале города Саки. Затем догонял свой полк, с которым шёл до конца войны. Был награждён Орденом Отечественной войны II степени после войны. Он её не очень ценил: «Вот если б я её получил в то время, сразу после взятия Севастополя, - вот это была бы награда!» - говорил с горечью отец.

Я и сестра были маленькие, когда нас отец оставил с мамой в деревне. Было трудно. Всю войну работала мельница. Деревня спасла столько людей, у которых отцы ушли на фронт! Мужиков не было. Помню, нас, ребятишек, собирали вместе в праздник и кормили. Дедушка принял две семьи: нашу и сына Андрея. Нас, детей, было четверо. Зимой ходили, собирали оставшуюся картошку, из неё жарили драники. Летом – на подножном корме: трава–лебеда и черемша. Мамина беда была в том, что она не была колхозницей. Мама привезла отцу прекрасные валенки. Он – ей: «Зачем они мне? Я и в чирках прохожу». Мама поменяла их на хлеб. Дело было так. Мужчина, который их взял, сказал: «Получу по трудодням хлеб и расплачусь за них с вами». А его обвинили в нечистоплотности, т.е. сказали, что он не чист на руку, и арестовали. Мама написала на фронт отцу об этом. Отец обратился за помощью к командиру. Тот написал в с. Казачинское. Оттуда приехал уполномоченный от военкомата, разобрался во всём. Мужчину освободили, оправдали. Он впоследствии отдал за валенки хлеб. Отец говорил: «Мы победили, потому что было внимание к людям, справедливость».

Помню, как мама и другие женщины, гадали на отцов. Жгли бумагу на тарелке у кути печки в религиозные праздники (в Святки, Рождество и др.), при свече. По тени судили, что будет, придумывали объяснения. Выпало маме, что отец живой. Радости её не было границ! Часто приходили похоронки. Тогда плакала вся деревня. Женщины ходили черные от страшных известий. И у мамы, и у отца погибли все братья. Это страшное горе.

Демобилизовался отец в 1945 году. За героические подвиги награждён Орденом «Славы», медалями: «За участие в Великой Отечественной Войне», «За победу над Германией», «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны».

По возвращении с фронта отец с нами вернулся в Игарку. Привезли туда и корову, которую вырастила моя мама в деревне (мама отдала все свои хорошие вещи взамен тёлочки).

Время послевоенное было тяжёлое, трудное. Дети заболели цингой. Пришлось переехать в Минусинск, так как умерла дочь Нина.

Когда отец вернулся с войны, не упал духом. Ему в Игарке как орденоносцу, старому бывшему рабочему высокой квалификации дали квартиру. Никогда из уст родителей не слышал жалоб на жизнь. Оба добросовестно трудились, стойко переносили все превратности судьбы».

§2. Танкист-пулеметчик.

«Мой отец Александр Максимович родился в с. Елань Енисейского района в 1923 году. В армию призван в 1940 г. А в 1941-ом добровольцем ушел на фронт. Он говорил, что молодые бойцы рвались туда с искренним желанием поскорее разгромить врага, пылая ненавистью к нему – рассказывает Светлана Александровна. – Папа был водителем-танкистом на протяжении всей войны». Судя по записям, сделанным в его военном билете, вначале был курсантом, механиком-водителемТ-34 70 запасного стрелкового полка, затем воевал в составе 258 танкового батальона, чуть позже - в ¬составе 116 гвардейского полка в должности командира. Танкистом-командиром и дошел до Берлина. Вернулся в 1946-м.

О войне папа рассказывал очень редко. Помню: часто говорил, что «война – зрелище не для слабонервных», что очень много гибло молодых солдат, особенно в первые годы войны. «Сердце готово было разорваться, когда в бою шли по трупам нашим и немецким, а их было великое множество! Кишки наматывались на гусеницы. Это страшно! Не дай бог никому видеть такое!» В Польше отец спас маленькую девочку. Она сидела в полуразрушенном подвале и плакала. А рядом, на лестнице, лежали ее мертвые родители. Они погибли во время бомбежки. Отец успокоил ее, накормил, а потом отвез в госпиталь. Впоследствии ее удочерила военврач.

Папа трижды горел в танке, получил серьезную контузию. Лечился в Ростовском госпитале. Едва начав выздоравливать, сбежал на фронт с товарищем, причем без документов. Вот насколько было сильным стремление поскорее разгромить фашистов».

Нам удалось побеседовать и с женой Александра Максимовича Анной Яковлевной, маленькой худенькой женщиной (ей уже за 80 лет): «Молоденькой девушкой я работала на Коломенском военном заводе, эвакуированном в г. Красноярск во время войны. Наш 2–й цех выпускал пушки и отправлял их на передовую. Мы, подростки, гордились тем, что помогаем взрослым выпускать пушки для фронта. Тяжелое это было время. Недоедали, очень мало отдыхали, одеть по-путнему было нечего. Но мы не жаловались – понимали, что всем трудно, а на фронте бойцам – вдвойне. Верили, что победим врага. Тогда станет жить легче, сытнее. С Сашей я познакомилась во время навигации в Игарке на Енисее. Он был специалистом высокого класса – первым механиком. В Дудинке поженились. Позднее перебрались в Подтесово. Сашу в течение нескольких лет избирали депутатом районного Совета. Конечно, война для него не прошла бесследно. В последние годы стал чаще выпивать и вспоминать военное лихолетье. Когда рассказывал о войне, плакал, все повторял: «Не дай, бог, повториться этой кровавой бойне! Страшно, Аня, ой как страшно было и тяжело! Врагу лютому такого не пожелаю!» Жалел погибших, горевал. Не любил смотреть фильмы о войне, говори, что в них нет ничего того, что пришлось испытать советским воинам. Но война не сделала его злым и жестоким! (это подтверждает и дочь). Нервным его сделала послевоенная жизнь. Даже сегодня о нем соседи говорят только хорошее, потому что он всем помогал, чем мог, никому не сделал ничего плохого». Светлана Александровна вышла замуж за белоруса и живет в Белоруссии. (Сейчас она приехала в поселок навестить больную мать). Она рассказала нам о своем свекре Василии Васильевиче: «Когда немецкие войска подходили близко к деревне Борисовка, жители с детьми уходили в лес, в землянках жили. Забирали с собой одежду, продукты, скот. На фронт отца свекра не взяли по состоянию здоровья. Люди возвращались в деревню, когда немцы уходили из нее. Его жена с двумя малолетними детьми пошла домой помыться, протопить печку. Вошли немцы. Собрали всех жителей деревни в один сарай и подожгли. «Страшное это было зрелище! –рассказывал Василий Васильевич. - Никого не пощадили варвары, даже детей не пожалели! Там были в основном женщины и дети. Всех сожгли заживо! Остались в живых лишь те, кто был в лесу. Чем мы могли помочь своим родным и близким?» Для всех живых это людское пожарище осталось вечной, незаживающей раной. Отец жил войной, говорил только о войне, вспоминал только о ней. Мы боялись, что он сойдет с ума. Ведь в один день он потерял сразу родных, любимых жену и двух малолетних детей!». Василию Васильевичу в ту пору было 16 лет. С войсками Красной Армии он ушел добровольцем на фронт. Героически сражался за родную землю. Он еще жив. А отец мой ушел из жизни в 1989 году. Война сильно подорвала его здоровье».

За военные подвиги Александр Максимович получил много высоких наград: ордена «Отечественной войны ІІІ степени», «Славы ІІІ степени», «Красной Звезды»; медали: «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Берлина», «За освобождение Варшавы», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне». Часть военных документов и наград А. М. Шадрина хранится в Енисейском краеведческом музее в экспозиции, посвященной Великой Отечественной войне (он сам их подарил музею).

§3.«В войну всем жилось трудно!»

А.Н. Пичуева была подростком в годы войны. Она рассказывает: «Всем в войну жилось очень трудно. Большинство мужчин ушло на фронт. В деревне в основном женщины да дети. Мы, чем могли, помогали фронту. Все подростки оказывали посильную помощь колхозу. Я помогала маме доить коров на ферме, чистить там, возить шивяки. Мы, подростки, помогали на колхозном огороде, возили воду для полива, садили и пололи всякую мелочь, в том числе и овощи. Помню: рано увозили нас в поле. С 7 утра до 11 вечера мы пололи хлеба. Поздно вечером приходили в зимовье. Там нас ждал ведёрный бачок воды, забеленной кобыльим молоком. Наливали нам этот мутный кипяток и давали 50 граммов хлеба. Это весь ужин. Спали на соломенных нарах. Утром – снова на работу. Вот так и жили – холодно, голодно. Отец и два брата были на фронте. Братья погибли оба. Фёдор – танкист – в Германии, там и похоронен. Иван – ранен и умер в Брестской области, Косовом районе.

Отец вернулся с фронта в декабре 1946 года израненный, чуть живой, с орденами и медалями. С фронта принёс одну махорницу. Нас с матерью осталось пятеро, когда отец и братья ушли на фронт.

С востока, помню, шли эшелоны с солдатами с японской войны. Мы бегали к эшелонам, пели песни, читали стихи для солдат. Они в знак благодарности (а может, из жалости к нам, голодным, худым ребятишкам) отдавали свои пайки, жалели нас, не ели сами. Мой старший брат Фёдор ехал с Японской войны на запад, забегал к нам на 15 минут повидаться. Даже угостить его было нечем.

Голодное было время. В колхозе снимали урожай осенью. Пытались собирать колоски. Объездчик гонял нас. Что это было? Вредительство, что ли? Пусть пропадет – взять нельзя! Если поймают, посадят. Помню: мои ровесники просверлили пол в амбаре с зерном, взяли по 1 кг. Их поймали, судили, дали всем по 3 года. Картофель, оставшийся в земле, копать не давали. Это тоже, по-моему, вредительство. А весной мы, дети, ходили, кайлили землю, находили мёрзлый картофель. Приносили домой, клали на печку, она растает, начинаешь с аппетитом есть. Ели и мёрзлый турнепс. Он в войну был вместо лакомства. Травой летом питались, лебеду ели.

В войну ходили полураздетые. Мать постирает бельё. Мы спим на печке голые. У каждого была одна рубаха-перемываха. Утром оденешь и ходишь целый день.

Печку нечем топить было, дров не было. Ходили в лес с саночками, возили черёмушник, распиленный там. Собирали сухие коровьи шивяки, зимой ими печки топили. Огонь брали друг у друга. Случалось, что и не давали его. Кто побогаче, мал-мало жили.

Работали на трудодни. Если урожай не уродился, ничего не давали. Картошка, и та почему-то не родилась. Как-то купили мешок мелкой картошки, посадили. Думали: хороший урожай будет, ждали, надеялись. Но она не уродилась. Да и что может с такой родиться? Овощи почти не садили. Да и как их растить, если колодец один на всю деревню. Так и стояли в очередь за водой. Овощи начали садить лишь в 60-е годы. Семена – где кто даст помаленьку. Не пойму, почему ничего не давали друг другу, даже взаймы. Не давали, даже если было, что дать.

Ничего хорошего не видели. Всю войну – холод и голод. Помню, в августе 1944 года принесли похоронку на младшего брата. Мы её спрятали под крышей, боясь показать матери. Но нас заставили её все-таки отдать. 8 марта 1945 года принесли похоронку на старшего. (Копии благодарностей и похоронок есть в приложении). Невозможно передать материнское горе да и наше тоже! Вручал её председатель сельского совета. Всю жизнь мама горевала по ним. Плакала и причитала: «За что, господи? Зачем погибли, мои кровиночки? Им бы землю пахать, хлеб сеять, детей растить, жизни радоваться, а они землю парят! Будь проклята эта война!» (Анна Николаевна сама не смогла сдержать слез от нахлынувших воспоминаний. Чувствовалось, что ей очень тяжело вспоминать)

Из Америки приходили посылки семьям тех, чьи родственники были на фронте. В них были вещи и продукты, сало-шпик (небольшой кусочек), в том числе. Из вещей, помню, было платье и полусапожки.

Хорошо помню, как в колхозе давали хлебный паёк – 250 граммов на человека. Кладовщик (это был израненный фронтовик) бросит булочку на весы, а она кукурузной была, тяжёлой. Это делал он настолько быстро, что не успеешь и глазом моргнуть - увидеть вес. Но – бери и иди. Этим и жили. Держали корову. На молоко меняли хлеб. Сами пили молока мало. На рынок ходили редко.

С 1953 года стала работать прицепщиком. Тракторист научил меня работать на тракторе. Стала пахать землю. Сутки пашешь – сутки отдыхаешь. Тогда хорошо заработала: премиальных получила 1,5 т пшеницы, и на трудодни дали по 1 кг пшеницы. Мы с отцом получили целую машину зерна. За это быстро сняли председателя, хотя он расплатился с нами по справедливости.

Работы я не боялась никакой. Трудилась на тракторе и на комбайне, на волокушах возила сено, на площадках насыпала зерно, на коне верхом возила копны сена. Вырастила троих сыновей. Стаж – 42 года. А пенсия – 2100 рублей. Получается, больше не заработала? Не имею никаких льгот, хотя с 8-ми лет трудилась с матерью на ферме».

Действительно, тяжёлую жизнь прожила Анна Николаевна, голод и холод военной поры пришлись на её детство. Почему же и сегодня ей так тяжело живётся? Сыновья по возможности помогают ей Военная пора (и послевоенная тоже) подорвали её здоровье.

Глядя на эту женщину, с болью рассказывающую обо всём пережитом, хочется верить ей. Но…одни люди говорят, что они жили в войну дружно, выручали друг друга, помогали, чем могли. Должно быть, разные были люди, как и сейчас. Одни бескорыстные, другие – эгоистичные. А, может, были и такие люди, у которых ничего у самих не было, потому и не давали ничего?

Действительно, отцы и сыновья мужественно сражались с врагом на фронте, а в тылу самоотверженно трудились женщины, дети, старики. Об этом свидетельствуют и материалы, помещенные в приложении: письма и рассказы участников войны и их внуков. Нелегко приходилось и тем, и другим. Но они верили, что победят врага. Вера придавала им силы в борьбе с фашистами.

Глава ІV. Защитники Родины – «враги народа».

1 сентября 1939 года разразилась вторая мировая война. Её важнейшей, и едва ли не самой трагической страницей стала борьба советского народа против фашистской агрессии. Великая Отечественная война Советского Союза – это решающий этап мировой войны, так как на её фронтах решалась судьба не только нашей страны, но и Европы, и всего мира.

22 июня 1941 года на рассвете, без объявления войны, вероломно нарушив договор о ненападении, немецко-фашистские войска вторглись на советскую землю. Тысячи немецких орудий внезапно открыли огонь по советским пограничным заставам, по штабам и расположениям войск. Немецкая авиация нанесла бомбовые и штурмовые удары по военным и промышленным объектам, по городам Прибалтики, Белоруссии, Украины. Так началась Великая Отечественная война советского народа против фашистской Германии.

Вероломное нападение Германии застало врасплох большинство дивизий и полков приграничных и военных округов. Оборонительные рубежи вблизи границ не были заняты войсками, которые ещё в мае были выведены в летние лагеря вблизи учебных полей и стрельбищ. Артиллерия находилась на окружных полигонах вдали от границ и своих дивизий. Авиация не была рассредоточена по полевым аэродромам.

Осуществление «плана Барбаросса», по которому фашисты стремились захватить за 68 недель территорию нашей страны по линии Архангельск – Астрахань, началось ударами авиации и танковыми прорывами противника по трём основным направлениям – на Москву, Ленинград, Киев.

Итог внезапного удара был страшен. Десятки тысяч убитых, раненых, пропавших без вести красноармейцев. Уже к 10 июля немецкие войска продвинулись на северо-западном направлении на 500 км, на западном – на 600 км, на юго-западном – на 350 км. Они захватили Прибалтику, Белоруссию, Молдавию, часть Украины. За три недели наши войска потеряли 3500 самолётов, 6000 танков, более 20000 орудий и миномётов. Тем не менее, с первых же минут войны враг встретил упорное и отчаянное сопротивление. Первые удары гитлеровцев приняли на себя пограничники.

Многие погранзаставы в течение нескольких дней вели бои с превосходящими силами противника. В течение месяца сопротивлялся гарнизон Брестской крепости. Пограничники дали клятву: «Умрём, но из крепости не уйдём!» Во главе защитников крепости были Майор Гаврилов П. М. и полковой комиссар Е. М. Фомин.

В начале июля на центральном направлении немецкие войска подошли к Смоленску. Завязалось ожесточённое сражение за город, продолжавшееся два месяца.

В середине сентября фашисты прорвались к Ладожскому озеру, отрезав тем самым Ленинград с суши. Началась 900-дневнаая блокада Ленинграда, унесшая около миллиона человеческих жизней.

К середине августа на южном направлении немецко-румынские войска, обладавшие пятикратным превосходством, прорвали советские позиции и попытались захватить Одессу, но успеха не добились. Продвижение немецких войск к Донбассу и угроза захвата Крыма вынудили Ставку отдать приказ об эвакуации войск из Одессы в Крым. К этому времени немецкие войска прорвались в Крым и устремились к Севастополю, который оборонялся в течение 250 дней.

За первые неудачи Красной Армии значительная доля вины лежит на политическом руководстве страны, и, прежде всего, лично на Сталине, переоценившем значение советско-германского договора. Вождь начал искать виновников неудач, и уже в начале июля 1941 года суду военного трибунала была передана группа генералов Западного, Северо-Западного и Южного фронтов. Приказ о расстреле военачальников был зачитан «во всех ротах, батареях, эскадронах и авиаэскадрильях».

16 августа, когда советские войска отступали по всему фронту и многие части и соединения попадали в окружение, был подписан приказ Сталина за номером 270. Приказ объявлял всех без разбора военнопленных предателями и изменниками. Семьи пленных командиров и политработников подвергались репрессиям, родные же пленных солдат лишались всех льгот, предоставляемых семьям участников войны. А ведь в плен попадали по-разному. Чаще всего это были бойцы, получившие тяжёлые ранения. А окружение крупных группировок советских войск зачастую происходило из-за просчётов верховных командований и нечётких действий командиров. И хотя этот приказ сыграл некоторую положительную роль, он обрёк на страдания миллионы семей, сделал изгоями людей, вернувшихся из плена.

Над пленными гитлеровцы издевались с дьявольской изощрённостью. Они кололи их штыками, били прикладами, не давали есть.

Вот что вспоминал лейтенант Кузнецов, который был выручен своими из фашистского плена.

«Я был тяжело ранен, лежал без сознания. Когда наше подразделение отошло на новый рубеж, меня схватили фашисты и бросили в сарай. Вскоре сюда бросили ещё одного тяжелораненого красноармейца. Оба мы истекали кровью, но перевязать нам друг друга категорически запрещали. Невыносимо хотелось пить, но пить нам не дали. После долгих, ужасных издевательств над нами фашисты принесли помои и вылили в свинячью кормушку. Сюда же они пустили свинью; сначала к кормушке они подвели свинью, а потом подтащили нас и заставили пить вместе со свиньёй».

О подобных издевательствах фашистских извергов вспоминали и наши земляки, которым пришлось пройти адские мучения плена. Война искалечила им жизнь, разлучила с любимыми. Сотни тысяч бывших пленных советских солдат были строго наказаны, отправлены в тюрьмы, лагеря, в ссылку.

§1. Их жизнь исковеркана войной.

Иван Тимофеевич Болмасов родился в 1912 году в селе Софеевка Оренбургской области. В 1941 году ушёл на фронт, оставив дома жену и троих детей. Вскоре его отряд попал в окружение у города Старая Русса и Иван Тимофеевич попал в плен. В плену, по его словам, кормили очень плохо, избивали пленных, заступиться никто ни за кого не мог. В лагере находилась бойня скота, около неё – яма, куда сбрасывали отходы от убитых животных. Пленные, страдая от голода, рискуя жизнью, подкрадывались к этой яме, брали оттуда порой протухшие отходы, варили их и ели. Охранники водили пленных работать на склады, но строго следили за тем, чтобы никто ничего не взял. Очень редко позволяли охранники взять что-нибудь съестное.

После войны Иван Тимофеевич, как и другие пленные, был передан советской комендатуре и был осуждён на 6 лет. Сначала был направлен в Дудинку, а потом попал в Подтёсово, работал на пароходе «Молотов». Каждый месяц отмечался в комендатуре.

К военнопленным всегда относились презрительно, так как они были объявлены врагами народа. Как правило, им давали тяжёлую и грязную работу.

Семья у Ивана Тимофеевича Болмасова осталась в Оренбурге. Когда он написал письмо домой, то получил страшный ответ: дети и жена отказывались от него, как от изменника Родины. Страшные муки и страдания пришлось пережить этому человеку. Но время лечит. В 1949 году Иван Тимофеевич женился, у него появились дети, вторая семья, но он всегда помнил о своих старших детях, мечтая когда-нибудь увидеть их. И такое время настало. После того, как Болмасов Иван Тимофеевич был реабилитирован, первая жена с младшим сыном, которому было уже 18 лет, приехали в Подтёсово за ним, но было уже поздно, так как здесь тоже были дети, жена, а затем и внуки.

В Подтёсово Иван Тимофеевич проработал до пенсии в РСУ плотником и землекопом. Умер в 1986 году.

§2. Фронт. Плен. Норвегия. Сибирь.

Лысак Афанасий Артёмович родился в 1923 году. До войны жил в Винницкой области в селе Леуки. На фронт пошёл в неполные 18 лет. Вдвоём с другом, горя огромным желанием сражаться за родную землю, бежали в город Харьков, попали в стрелковую часть, где и сражались в течение восьми месяцев. В одном из боёв Афанасий попал в плен. Когда пленных вели по Украине, они бросали бумажки с фамилиями и именами, где жили, чтобы их освободили из плена. Немцы иногда отпускали пленных, отдавали их жителям деревень. Но таких счастливчиков было очень мало.

Афанасия Артёмовича вместе с другими пленными угнали в Норвегию. В пути им пришлось испытать много трудностей: одежда была изорвана, обувь разбита. Пришлось вместо обуви использовать шарф и пилотку.

В Норвегии строил дорогу. Если человек падал, не мог работать, его убивали. Голод, холод. Однажды он простыл: всё тело покрылось чирьями, работать не мог, но всё равно приходилось трудиться. За ним наблюдал поляк. Когда Афанасий Артёмович показал поляку чирьи, тот сказал: «Нема работы» и освободил его от работы. После излечения Афанасий вышел трудиться. Среди пленных встречались жестокие, нечестные люди. Вот такой случай произошёл в лагере пленных. Один из пленных съел чужой паёк, сказав, что это сделал Лысак. За это Афанасия избили резиновыми дубинками, хотя сначала хотели отдать на растерзание собакам, но поляк-надзиратель пожалел его. Иногда даже давал ему покурить «бычки».

Кормили пленных по очереди, а так как Афанасий был небольшого роста и хрупкого телосложения и не мог постоять за себя, то часто его порцию съедали другие, более сильные и наглые.

Освободили Лысака А.А. из плена американцы и передали советским органам, ему сказали, что он едет домой. Но когда проехали Украину, он спросил у проводника, почему проехали мимо нужной ему станции, тот ответил: «Не твоё дело!»

Ехали товарным поездом до Красноярска, там их встретили работники МВД. Всех определили под надзор комендатуры. Сначала Афанасий Артёмович работал на строительстве гостиницы, носил доски, кирпичи, выполнял всякую тяжёлую работу. Затем попал на теплоход «Молотов», где работал кочегаром с 1949 по 1954 год. Переехав на поселение в Подтёсово, женился, работал в РСУ землекопом, на кирпичном заводе рабочим. Паспорт получил в 1954 году. Умер в Подтёсово.

Таковы истории жизни воинов, мужественно сражавшихся с фашистами. Их судьбы были исковерканы войной и жестокостью властей, объявивших безвинных людей «врагами народа», «предателями Родины».

Таким образом, мы узнали, что люди по-разному попадали в плен. Мы считаем, что правительство было несправедливо, точнее, бесчеловечно по отношению к ним. Ведь бойцы защищали родную землю от немецко-фашистских захватчиков, не щадя себя. Думаем: они не заслужили такой страшной участи.

Мы никогда не должны забывать о таких людях, оказавшихся «без вины виноватыми», защищавшими Родину, оказавшуюся несправедливой по отношению к ним.

Заключение.

По данным Енисейского военкомата, из Подтесово было призвано на фронт 110 человек, вернулось 46 человека, погибло 64 человека. По сведениям поселкового военно-учетного стола, в живых осталось всего 10 ветеранов войны.

Из материалов, собранных членами кружка «Поиск» под руководством учителя истории Рябчиковой С.А., мы узнали имена воинов, награжденных орденами. Вот они:

Подтёсовцы – орденоносцы.

1. Баженов Пётр Петрович.

2. Борздо Сергей Иосифович.

3. Бабкин Николай Федорович.

4. Варыгин Петр Степанович.

5. Голубев Василий Яковлевич.

6. Гудимов Сергей Алексеевич.

7. Гарбуз Дмитрий Васильевич.

8. Евдокимов Павел Алексеевич.

9. Ермаков Александр Ефимович

10. Задорнов Федор Фомич.

11. Зырянов Георгий Васильевич.

12. Кочегаров Владимир Петрович.

13. Лейбович Александр Лазаревич.

14. Матвеев Иван Егорович.

15. Мизенин Валентин Афанасьевич.

16. Сальмонович Иван Платонович.

17. Сысоев Яков Сергеевич.

18. Толстиков Алексей Ильич.

19. Тюрин Тимофей Аркадьевич.

20. Черников Григорий Петрович.

21. Шадрин Александр Максимович.

А список погибших, по их сведениям вот такой:

(Вечная им память!)

1.Агарычев И.Л.

2.Агарычев Н.П.

3.Атаков Г.Ф.

4.Александров П.А.

5.Большаков А.К.

6.Батуров Н.Ф.

7.БрюхановМ.Г.

8.ГостевИ.К.

9.ДоброжанскБ.М.

10.Доброжанский Н.Н.

11.Дурных И.Г.

12.Ефименко И.И.

13.Задисенский И.Е.

14.Ивахненко П.Е.

15.Краснопёров Г.П.

16.Косьянов Г.Л.

17.Косьянов Н.К.

18.Карпинский А.К.

19.Коковин И.Г.

20.Крахалёв И.П.

21.Катинцев В.Ф.

22.Коковин Е.А.

23.Корякин Е.В.

24.Кабак П.П.

25.Максимов В.Т.

26.Миненко Г.М.

27.Михайлова В.М.

28.Малышев М.З.

29.Никифоров А.А.

29.Неличенко А.Ф.

30.Непомнящих М.Л.

31.Овечкин А.В.

32.Овечкан М.В.

33.Касьянов Н.К.

34.Карпинский А.К.

35.Туртов И.Н.

36.Туртов К.Н.

37.Потапов В.К.

38.Рябченко И.П.

39.Соколов И.Г.

40.Соломатов А.Е.

41.Слостьянов Г.Ф.

42.Сосновский Г.С.

43.Сосновский Т.С.

44.Середа П.А.

45.Степанов Г.Т.

46.Струев Л.М.

47.Смирнов М.Д.

48.Сусеков М.В.

49.Таскин О.М.

50.Тюрин И.Е.

51.Фёдоров И.М.

52.Фомин Н.Т.

53.Чермянин В.Г.

54.Чермянин Е.Г.

55.Чермянин Н.Г.

56.Шаталов Ф.Н.

57.Шелеметев А.И.

58.Шароглазов М.В.

59.Щербаков И.Т.

В результате своего исследования мы пришли к следующим выводам:

Бесспорно, общаться с живыми участниками войны нам было очень интересно. Рассказывая о пережитом, они будто вновь прошли дорогами войны, вновь пережили те страшные события. Каждый раз, когда мы шли к ним, боялись за состояние их здоровья. В ходе работы перед нами встали вопросы: «Почему не вся правда о войне рассказывалась? Почему скрывались истинные причины поражений в начале войны? Как можно было поступать так жестоко с теми, кто, защищая родную землю, в силу сложившихся обстоятельств попадал в плен?» Мы хотели побеседовать со всеми ветеранами, но большинство из них отказалось рассказывать о своей фронтовой жизни по состоянию здоровья. Они заслужили, чтобы о них рассказали. Ведь их фронтовые биографии – это живая история нашей Родины. Именно им мы обязаны счастьем жить под мирным небом. И сегодня на Земле идут войны, гибнут люди. Мы считаем, что против войны надо бороться, нужны сплочённые, активные действия миролюбивых сил.

Мир! Всего три буквы в этом слове. Три буквы, а как много они значат! Все наши силы, энергию, волю необходимо посвятить тому, чтобы народы не знали таких мрачных дней, таких горестных часов, такой душераздирающей скорби. Наш долг, долг каждого честного человека – во что бы то ни стало обеспечить МИР на планете!

Эту работу мы выполняли под руководством Зои Федоровны. Она учила нас проводить интервью, работать с различной литературой, общаться с ветеранами войны и их детьми, составлять материалы работы и приложения к ней, вместе с нами ходила к героям нашего печального повествования.

Библиография.

1. Добровольский И.Г. ГУЛАГ. Его строители, обитатели и герои. Франкфурт/Майн-Москва. МОПЧ,1999.

2. Мунин О. «Краснознамённая, дважды рождённая. Боевой путь 166 Краснознамённой стрелковой дивизии в Великой Отечественной войне» (краткий очерк). (ООГ, ГЕЦ, ГКС, УССР,1981г.)

3. Таратута Ж.В. «Война. Народ. Победа».1941-1945».Москва. Политиздат,1984

4. Тельпуховский В.Б. «Никто не забыт, и ничто не забыто. 1941-1945».Минск. ЦК КП Белоруссии, 1969.

5. Туренко И.А. «Фронт и тыл Енисея». Красноярское книжное издательство, 1990.


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»