Владимир Биргер. Стихи 1968 г.


Глубокоуважаемая госпожа Биргер,
Глубокоуважаемые дамы и господа из красноярского Мемориала,

В приложении Вы найдете 2 стихотворения, написанные Вашим коллегой и моим дорогим однокурсником и товарищем Владимиром Соломоновичем Биргером не позднее сентября 1969 г. о событиях в Польше и Чехословакии в 1967 -- 1968 г.

Тогда же в сентябре 1969 стихи о Польше я положил на простейшую рок-маршевую музыку под 3 до-мажорных аккорда C, F, G.

В уходящем 2018 г. исполнилось 50 юбилейных лет как с тех событий, так и с того времени, как мы с Володей Биргером закончили школу и поступили на математическое отделение мехмата Харьковского университета. Володя был абсолютно блестящим студентом, полиглотом, обладателем огромного математического таланта, вероятно одним из двух-трех лучших студентов нашего потока, как оказалось достаточно сильного в научном и человеческом плане.

После вновь начавшихся контактов с миром, с мировой культурой, литературой и музыкой, несравненно более свободными, чем в СССР; после духовного подъема в 60-х и тут же организованными репрессивными судебными процессами; после Шестидневной войны, поражения советско-арабской коалиции; после провала и очевидной несостоятельности советской идеологии и хозяйственно-военной доктрины; после событий в Польше и Чехословакии; после зарождения движения диссидентов; -- после всего этого КГБ начало поиск козлов отпущения в стране и в частности в Харькове.

Многие из профессоров, преподавателей и студентов прошли тогда через допросы в КГБ. Были и "случайные" избиения на улице. Помогло, что рекомендации Есенина-Вольпина о поведении на допросах были известны даже нам, в ту пору 17 – 20 летним студентам. Кажется, никто не пошел на сотрудничество и никого не сдал, не считая уже внедренных стукачей.

Но репрессии были. Один из наиболее ярких профессоров И. М. Глазман был доведен до самоубийства. Другие были чрезвычайно ограничены в работе. Несколько студентов были исключены из университета. На нашем курсе был исключен В. С. Биргер, несмотря на то, что он был отличником. Он был наиболее независимой личностью среди всех нас. Это проявлялось в его мышлении, манере поведения, даже в одежде, и это раздражало власти. В Харькове ему было перекрыто всё, и он был вынужден уехать в Красноярск.

На Вашем сайте есть замечательные материалы о Володе. Я нашел их и поделился со своими друзьями и однокурсниками, в первую очередь с теми, кто оставался в контакте с Володей. Мы все Вам за эти материалы, за их поддержку на сайте и за труд по их хорошей структуризации очень благодарны.

С наступающим Новым годом
Будьте здоровы, ещё раз здоровы и счастливы
Успехов, Удачи

Ваш
Леонид Остромухов


Монолог консерватора

(К 1968 в Чехии и Словакии)

 Кто сказал, что я консерватор?
Моя конечная цель – коммунизм.
Быть может, все-таки я не новатор,
Но коммунистом я был всю жизнь.

Народ мне роднее родного брата,
Попросит, “Татру” ему отдам.
Партия! Авангард пролетариата!
Слава твоим боевым рядам!

И мы не допустим, чтобы враг коварный,
Прикрываясь личиной интернационализма,
Сеял раздор в рядах нашей партии,
Пороча завоевания социализма.

Внутренний враг опасней, чем внешний,
Он наши (!) пускает в ход слова,
Но вы-то помните все, конечно,
Чье имя начинается с буквы “А”?

Наше терпение кончилось!
Хватит с нас этой критики!
Мы им покажем сборища!
Мы им устроим митинги!

Вот если б семнадцать лет назад
Мы бы не дали маху,
Они не то, чтобы сказать,
Не пикнули бы со страху.

С ними нужно вести разговор
Хорошей дубинкой резиновой,
А их писанину – прямо в костер,
Без церемоний с ними.

Пленум! Уж тут-то они не ослушаются...
А если ослушаются –
Ну так, давите, стальные гусеницы,
Предутреннюю тишину!

В крайнем случае даже, –
Но это уж крайний случай, –
Пустим по ветру сажей[1]*,
Это для них же лучше.

Вперед за правое дело!
Партии вечная слава!
Бей шагающих левой!
Правой! Правой! Правой!

Аудио:

Варшава 1967 – 1968

Сегодня мы уже с утра
не стали заниматься,
Сегодня мы, как и вчера,
пошли на демонстрацию. 

Митинговали долго,
Крича “долой правительство”,
Путь преграждая “Волгам”,
По Маршалковской двинулись.

Кругом кричат: “Долой фашизм!”,
Со всеми я кричу,
Но я не понял бы ни в жизнь,
Чего же я хочу.

Товарищ мой из Бабеля[2]  
Кричит “Долой, долой!”,
Быть может, это правильно,
Но я хочу домой.

Держу Барбару за руку,
Шепчу: “давай отколемся”,
Сворачиваем за угол,
Нас уже ждут, как водится.

Как водится, с дубинками,
мундиров синева,
У наших ни слезинки²,
Но – кружится голова...

Стою я и качаюсь,
Барбара мне: “Ты ранен?”,
Я ей не отвечаю,
Хватаю в руки камень,

По каске бью с размаха,
Внизу мундир сереет,
Нагнать хотели страха,
Ну что же, им виднее.

И грянул бой, варшавский бой.
Смешалось в кучу все.
По радио подымут вой:
Again clash in Warsaw…”

На этом не кончается,
Чем дальше, тем все больше,
Так что же получается,
Я – враг народной Польши?

Аудио

[1]* сажей, идущей из труб крематориев в концлагерях

[2] Бабель / Babel – легендарный еврейский студенческий кафе-клуб, располагавшийся и действовавший при Обществе евреев Польши по ул. Новогродзкая / Nowogrodzka 5. Вновь открыт в августе 2017 на ул. Пружная / Próżna. http://warszawa.naszemiasto.pl/artykul/legendarna-klubokawiarnia-powraca-po-50-latach-bedzie-sie,4261119,artgal,t,id,tm.html

² из-за слезоточивого газа

Политический кризис в Польше (1968)

https://en.wikipedia.org/wiki/1968_Polish_political_crisis

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9_%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%B7%D0%B8%D1%81_%D0%B2_%D0%9F%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B5_(1968)

 


На главную страницу