Валерий Хвостенко. Случайные воспоминания

Приключения бумажника

А вот ещё одна история диссидентских времён. Произошла она в начале семидесятых. Я жил в Якутске, женился, работал в ИКФИА (Институт Космофизических Исследований и Аэрономии Якутского филиала СО АН СССР). Мы сотрудничали с ИКИ – институтом космических исследований. На одном из спутников стоял наш прибор. Я написал программу для обработки поступающей со спутника информации. По тем временам – очень круто. Программа для БЭСМ-6, самой мощной вычислительной машины, миллион операций в секунду. Таких машин в стране стояло всего несколько. Отлаживаться и считать я ездил в Новосибирский Академгородок. Директор нашего института Шафер Ю.Г. на спутниковых данных делал докторскую диссертацию. Я торчал в Новосибирске месяцами, часто летал в Москву. Это мне очень нравилось, так как у меня там завелись замечательные друзья.

В Москве я останавливался тогда в двух домах: у Лавутов и у Хохлушкиных. Игорь Хохлушкин вращался в кругах русских религиозных националистов, близких к Солженицыну. Саша Лавут, – член знаменитой Инициативной группы, – диссидент-правозащитник. Я восхищался своими старшими друзьями. Для меня они были и остались эталоном понятия "настоящий человек".

Новосибирск не уступал Москве силой притяжения. Там жили Кулаков Юрий Иванович, Фет Абрам Ильич, с которыми я очень сблизился, а также Боря Найдорф. Останавливался я всегда у Бори, мы с ним год работали на полярной станции. Я много почерпнул у него для своего развития.

Семидесятые для меня – время безудержного чтения самиздатской литературы. В Москве можно было достать и "тамиздат". Друзья бесперебойно снабжали меня книгами, а я давал их читать в своём кругу. Занятие небезопасное, КГБ не дремало и за распространение преследовало. И вот лечу я из Москвы в Якутск с остановкой в Новосибирске. Дел у меня в Н-ске особых нет, просто чтобы с Борей повидаться. Чемодан сдал в аэропорту в камеру хранения, к Боре поехал налегке, с одним портфелем. Пообщались, взял на прочтение очередную книжку. Мой самолёт вылетал на другой день рано утром. Боря жил "в городе", возле площади Калинина. Не в Академе. "Ты иди на площадь, там всегда таксисты стоят", – посоветовал мне Боря. Утром, затемно, я пришёл на площадь. Действительно, стоит такси. Сел. "В аэропорт", – говорю.

Произошли два события. Во-первых, по дороге таксист попросил разрешения подсадить пассажира, как оказалось знакомого. Из их разговора я понял, что они коллеги. Во-вторых, на моё неудовольствие таксист сказал: "А зачем вам ехать со мной в аэропорт? Я вас доброшу до агентства. Оттуда часто ходит экспресс". Это меня вполне устроило – дешевле. В агентстве я сунулся во внутренний карман за бумажником, где у меня паспорт, билеты туда-обратно, все деньги, бирка в камеру хранения – и похолодел. Пусто!

Таксиста след простыл. Восстановил картину произошедшего. Портфель я держал на коленях. Бумажник приготовил, чтобы рассчитаться, положил его к портфелю. Полусонный забыл об этом. Когда узнал сколько с меня причитается, понял, что эта сумма есть у меня в плаще, рассчитался из кармана, взял портфель – и вышел.

Первая мысль – чемодан!! В нём, помимо рабочих документов, несколько запрещённых книг. Чтобы выручить чемодан, придётся описать, что в нём находится и показать содержимое. А это, как говорят сейчас, – "палево". Остальное менее страшно, но тоже болезненно. Потеря билетов – это потеря денег, но не только. Без паспорта новый билет так просто не купишь. Паспорт можно восстановить, но в Якутске и не сразу.

Впервые в жизни я испытал сильную сердечную боль и ощущение страшной несправедливости. Как?! Как такая лажа могла произойти со мной, любимчиком вселенной? Показалось, что обрушился мир. Наверное, так могли себя чувствовать люди в землетрясение, когда внезапно разверзалась трещина у них под ногами.

Надо действовать! Но как? Что предпринять? Нужен таксист! Я взял таксиста у агентства, описал ситуацию, попросил отвезти на площадь Калинина. По дороге выяснил, что дело довольно безнадёжное. В городе два таксопарка, причём в разных концах. В каждом по пятьсот машин. Я ехал на чёрной "Волге", это сужает круг поисков, но не кардинально. А главное, в какой парк кинуться?

– Шашечки видели на заднем бампере? Если шашечки – это у Дулькина.

Я понял, что Дулькин – директор таксопарка. Пытаюсь восстановить в памяти. Утренние сумерки, подхожу сзади к "Волге"… Что-то брезжит на краю подсознания. Вроде, шашечки… Или нет? Впрочем, выбор невелик. Решаю ехать к Дулькину. Взял у Бори денег, расплатился с таксистом. Звоню Люсе в Якутск.

– Я сегодня не прилечу. Возникли проблемы.

Люся в слёзы, говорит, что уже на выходе, собралась в аэропорт.

– Да что случилось-то?

– Не по телефону. Ничего страшного. Приеду – расскажу.

Вычислил, что мой таксист только вышел на смену, а подсаженный – со смены. И ради того, чтобы его подвезти, от меня-то и отделались. У советчика выяснил, кстати, режим работы и когда смена кончается. Вечером еду в таксопарк на троллейбусе. Рука, стиснувшая сердце, не разжимается, сердце в груди болит. Стресс, мать его. А водитель троллейбуса по громкой связи балагурит, разговаривает с воображаемым "зайцем".

– Ну, что ты пятачок свой в кармане вертишь? Доставай, не жмись!

И так всю дорогу. Позитивный, добрый человек. И у меня немножко отлегло. Еду, улыбаясь сквозь невидимые миру слёзы.

В таксопарке никакой бумажник никто не сдавал, да если и сдадут, то в конце смены. Ну, могу сам поискать своего таксиста. Я вошёл в зал прибытия. Огромное помещение с колоннами. Вокруг каждой колонны столики типа конторок. Таксисты подходят к конторкам, выкладывают чёрные фирменные бумажники, достают и подсчитывают денежки, заполняют какой-то листок-декларацию. Что-то отделяют на карман. По залу ходит уборщица с ведром, подходит к столикам. Таксисты бросают в воду мелочь – род социальной помощи. Пристально всматриваюсь в лица. Да я ведь и не помню человека толком, дремал всю дорогу. Маячил слева какой-то силуэт... Всматриваюсь, а таксисты недоброжелательно косятся на меня: что это за хрен наблюдает за их интимными операциями, не иначе мент или ревизор.

Помещение соединяется туннелем-коридором с гаражом. Оттуда появляются таксисты и туда уходят после сдачи бумажников. У них устойчивые компании на разъезд. Заступившие на смену берут нескольких компактно проживающих коллег и развозят по домам. Не бесплатно. Это ритуал для почина, чтобы смена удалась. Несколько раз я порывался подойти к очередному человеку с вопросом, но что-то меня удерживало. Как будто мне дана всего одна попытка и её нельзя истратить. Корю себя, мучаюсь, время идёт, люди один за другим исчезают в туннеле. Вдруг что-то щёлкнуло в голове – он! Узнавание на уровне подсознания. Воистину мозг запечатлевает и хранит больше информации, чем мы осознаём. Догоняю уже в туннеле, останавливаю, спрашиваю волнуясь:

– Скажите, это не вы сегодня утром брали пассажира с площади Калинина до агентства аэрофлота?

– Нет!

Ответ мгновенный и решительный. Но в глазах что-то промелькнуло. У меня инсайт – он!

Начинаю заклинать.

– Поймите, у меня никаких претензий к вам нет! Я потерял в вашей машине бумажник, там у меня всё: билеты на самолёт, паспорт, багаж… Мне деньги не нужны, я и сам готов вам доплатить. Только верните!

– Ах, ты гад! – вскричал таксист.

Я опешил. А из тоннеля зовут попутчики: "Петрович! Петрович! Ну, где ты там?!"

А вот что происходило с бумажником. Машина трогается с места – бумажник прячется под сиденье. Машина тормозит – бумажник выползает. Когда рассвело, первый же пассажир – тот самый гад – выходя из салона его заметил, наклонился и спокойно положил в карман.

– Мы одновременно на бумажник посмотрели. Ну раз он взял, я и подумал, что его. Да я двадцать лет за рулём! Да я чужого не взял за всю свою жизнь!..

– Всё, Петрович, всё. Я понял. Претензий нет. Скажи, где ты его высадил?

Зачем спросил – сам не знаю. Надежда найти таксиста и добыть бумажник – лопнула. А на секунду поверил… Возвращался убитый горем. По дороге осенила идея. На другой день с утра, вызнав адрес, я поехал в райотдел милиции по месту высадки бессовестного вора. Оставил заявление, телефон и, ни на что особенно не надеясь, вернулся к Боре. Стал соображать, как быть дальше. Через пару часов звонок.

– Хвостенко?

– Да.

– Валерий Иванович?

– Да.

– Дуй в райотдел за паспортом!

Господибожемой! Кто-то нашёл бумажник то ли в урне, то ли возле урны, и снёс в милицию. Всё цело, кроме денег.

Мир покачнулся – и устоял. Я опять любимчик вселенной!

31.01.2019.

Приключения бумажника. Послесловие.

Друзья!

Только что закончил рассказик про историю с бумажником. Триллер с элементами мистики и хэппи эндом. И как будто в подтверждение необычности случая, в процессе написания испытал некое потрясение.

Это навело на размышления. Почему я вообще пишу? От скудости своей теперешней жизни. Круг бытования сильно сузился, круг общения – по пальцам перечесть. Вот и ухожу памятью в те времена, когда случались приключения. А жизнь моя когда-то кипела, есть что вспомнить.

Я не писатель во многих смыслах, но ещё и потому, что не пользуюсь художественным вымыслом. И тема у меня одна – моя жизнь. Все мои писания сухо реалистичны. Что видел, то и пою. Даже мистификацию и розыгрыш не применяю. Я рассказчик, баешник, а не писатель. Несоответствие с правдой бывает – когда память подводит. Жалею иногда, что не вёл дневников. Да до того ли было!

Вот и в этом рассказе непросто удавалось свести концы с концами, ведь почти полвека прошло. Год события так и не смог точно установить. По идее должен бы поработать в Н-ске и командировку отмечать – не помню напрочь. И другие мелочи и нестыковки мучили меня. Одно из преткновений – фамилия директора таксопарка. Мог ли я запомнить такую незначительную деталь? И кто вообще помнит этого директора через 45 лет? Но по ходу рассказа фамилия нужна. Решил выдумать, грех небольшой. Помнилось, что смешная. Вроде Башашкина. Давай перебирать. Добкин, Булькин, Долькин… Дулькин, во! Остановился на Дулькине. Но и долго сомневался, не слишком ли нарочито придумал.

Потом засомневался в количестве машин в таксопарке. Помню, что несколько сот, но 300 или 500? Для повышения достоверности полез в инет. Нашлась "История такси в Новосибирске". В 1980 насчитывалась тысяча машин суммарно во всех таксопарках. Ну что ж, с порядком величины сходится, допустимо. И вдруг меня как громом поразила фраза:

"К 1961 году в Новосибирске под руководством майора в запасе Владимира Дулькина появились два таксомоторных парка".

Если это не мистика, то что? Кто шепчет мне в ухо? Вы как хотите, а меня просто ошеломило.

Когда придумал фамилию "Дулькин", совершенно не было ощущения, что я её вспомнил.

01.02.2019.


Zum Seitenanfang