Люди и судьбы. Жертвам политических репрессий Краснотуранского района посвящается...


Рассказ Ирины Александровны Лисицы


Председатель районного отделения краевой Ассоциации жертв
 незаконных политических репрессий: И.А. Лисица

В августе 41 года, когда вышел указ ПВС СССР, начались репрессии. Моему отцу на тот момент было 14 лет Проживали они с. Блюменфельд Гмелинского района АССР Н.П.

Вся их семья, мать, отец, 6 детей старшим из которых был отец мой Линдт Александр, были выселены, как и все там проживающие немцы, по национальному признаку.

Погрузили всех людей в деревне на подводы и повезли на ж.д. станцию (по воспоминаниям отца), которая находилась км в 15 от их деревни. С собой разрешили взять только по 20 кг скарба на человека. Всё пришлось оставить: весь скот, всё нажитое. После того, как их привезли на ж.д. станцию, подводы должны были вернуть обратно в деревню. Отправили отца. Он вернулся в деревню, там шла уже зачистка, сдал подводы и пробежал 15 км, чтобы успеть на поезд, не отстать от родителей и не потеряться. Когда бежал по дороге его догнала машина в которой ехали те, которые делали зачистку в деревне. Ехали в машине забитой награбленным доверху. Проезжая мимо, они наставили на него ружье и хохотали. Они стреляли, пугали, а он плакал и продолжал бежать, потому что боялся не успеть, слышал уже отправной гудок, поезд отходил. Его отцу как-то удалось уговорить задержать поезд. И так их погрузили в вагоны и эшелоном № 829 6 сентября 41 года вывезли из АРНП в Красноярский край. В ноябре 1941 года отца забрали (ему только исполнилось 16 лет) и увезли из Красноярского края в Куйбышевскую область на спецпоселение, так называемую труд армию. Там за колючей проволокой, в одних брезентовых штатах пришлось провести 8 лет. Работал на кирпичном комбинате. Жили в бараках, спали на земляном полу. Когда однажды (я была уже взрослой), подстригая его, увидела множество шрамов на голове, спросила, что это? Он с трудом сдерживая слезы рассказал, что над ним, ребенком издевались пьяные охранники по ночам. Поднимали его, уводили в специальную комнату и били рукояткой пистолета по голове, выпытывая, сколько их людей он убил. И так восемь лет унижений, оскорблений. Голод, холод - всё вынес, остался в живых и остался человеком, не озлобленным, не сломленным, никогда, ни у кого, ничего не просящим, гордым и честным. Как и весь народ, на долю которого выпало такое тяжелое испытание только потому, что они жили в СССР и разговаривали на другом языке.

Оберт (Линдт) Марта Егоровна, 1922г.р.

Истории депортированных почти все схожи. Трагическая судьба постигла весь немецкий народ. Боль утрат не угасла с годами. И нет ответа: «За что?». За что пришлось терпеть такие лишения? Моей маме в ту пору исполнилось 19 лет, когда вышел указ о выселении всех лиц немецкой национальности из Поволжья. Моя бабушка умерла в 1933г., и у мамы, как у старшей, на руках остались три малолетних брата (6 лет, три года и 1 год). Началась депортация. Их всех погрузили в вагоны, в которых перевозили скот, и уже 6 сентября они были отправлены в Казахстан. В дороге умирали и старики, и дети. Эшелон останавливали, чтобы выбросить мертвых. Родные и близкие люди в течение своей жизни никто и никогда не узнали, где и как были захоронены умершие, и захоронили ли их вообще. В Казахстане их высадили в степи, был уже октябрь месяц, холод. Рыли землянки, спасались как могли. Отца (моего деда) сразу забрали в трудармию. Следом пришли за мамой. Мама была мобилизована в трудармию и по распределению попала в Куйбышев (ныне Самара), и там в бараках им пришлось провести 9 лет. За колючей проволокой, строем на работу, строем с работы, под конвоем, в нечеловеческих условиях пришлось работать и в шахте, и на кирпичном заводе. Приходилось терпеть унижения, оскорбления, издевательства, насмешки. Молчали и все терпели. Выжили в этом аду.

При воспоминаниях сразу плачут. Один пример из воспоминаний. Умерла подруга, мама просидела около нее всю ночь, снимая с нее вшей, и чтобы крысы ее не съели. Умерших складывали в специальный амбар, где их объедали крысы. Потом грузили в машины и куда-то увозили. И мама, никому не сказав о смерти подруги, оберегала ее тело. Даже писать об этом очень тяжело. А моим родителям и тысячам таких же пришлось пройти через это, и выжить, не сломаться. И я склоняю голову перед их мужеством, силой духа и воли. Преклоняю колени перед всеми, кто в нечеловеческих, тяжелейших условиях сохранил человеческое достоинство.
9 лет трудовых лагерей до 1950г. Комендатура до 1956г. Без разрешения местных властей не разрешалось покидать места проживания, определенные им. Каралось 20 годами каторжных работ.

В трудармии в 1949 году мама знакомится с Линдт Александром и вышла за него замуж.


Линдт Александр и Марта Егоровна

В 1950 году родилась у них дочь, которая умерла по дороге из Куйбышева в Сибирь. Поселившись в Сибири, родители прожили вместе 50 лет. И до конца своих дней они вспоминали свою родину, свой дом, потерянных близких. Мама все время твердила: «Хочу домой» - и плакала. Но, как оказалось, они были изгнаны навечно и навечно лишены Родины. Лишены без права возврата к прежним местам жительства.


Линдт Александр

Вырастили семерых детей. Двое из них также были реабилитированы. Александр, 1952г.р. и Виктор, 1955г.р. Умерли друг за другом. Одному из них было 57 лет, другому – 60.


На снимке верхнего ряда: брат Линдт Александр, брат Линдт Виктор,
брат Линдт Владимир, брат Линдт Федор, брат Линдт Иван


На оглавление

На главную страницу