Л.О.Петри, В.Т.Петри. Таймырская быль


Рейс на Соловецкие острова

Лето 1972 года оказалось очень жарким с крупными на Шатурских болотах пожарами и с сильным всей Москвы задымлением. Мы с Виктором решили уехать водным путём от дыма на Север по Мариинской системе Петра 1 на Белом море до Соловецких островов. Обзаведясь на Кузнечном мосту в географическом магазине с соответствующими картами того района и расписанием движения водного транспорта мы составили маршрут от Москвы до Соловков только водным путём и с обратным возвращением из Архангальска в Москву самолётом. Полный расчёт нашего путешествия, начиная с 20-го августа, уложился в 10 дней и с точным определением всех расходов на транспорт и питание. Для того чтобы не было проблемы с ночёвками, мы взяли два надувных матраца, т.к. на пристанях всегда найдётся место для этих 2-х спальных мест. Рейс начался с Химкинского речного вокзала в Москве на колёсном пароходе «Помяловский». Провожала нас Витя. Путь наш на пароходе лежал до Ярославля, до которого он дошлёпал почти за сутки. Было нам хорошо тем, что в каюте не было вибрации, т.к. пароход имел паровую машину, была тишина, мы любовались берегами через подзорную трубу, которую дети пассажиров часто у нас просили посмотреть. Боясь, что в Котласе не будет билетов, мы на имя начальника пристани дали телеграмму: «Прошу забронировать 2-х местную каюту до Архангельска Петри» Побывали на экскурсии в Кирилло-Белозёрском монастыре. Видели разорённую многовековую основателя этого монастыря Святого Кирилла могилу, с которой по указанию Ленина в 20-е годы была большевиками снята надгробная из чистого серебра плита. Сейчас лежит обыкновенная бетонная плита. Большой интерес у нас вызвала историческая знаменитая Мариинская водная система, соединяющая Волжский бассейн с Северной Двиной и выход в Белое море. Мы плыли мимо г.Кирилл, г.Вологды по р.Сухоне до Котласа. Поднявшись на колокольню вологодского храма, мы увидели 11 колоколов до петровского литья: российские, голландские, и немецкие. Мы поинтересовались - почему на военные нужды колокола не были сданы Петру Первому? Действительно, по Указу Петра настоятель храма за эту провинность должен был быть повешен. Однако, при царском проезде через Вологду настоятель попросил царя прослушать игру на колоколах. Была исполнена плясовая мелодия «Камаринская». Пётр задумался и сказал: «Быть по сему!» и за красивую на колоколах игру простил город Вологду, сохранив умельцам колокольный музыкальный инструмент. До сих пор действуют древние шлюзы с перепадом воды в 2 м. Также нас удивило, что стенки шлюзов укреплены сплошной из лиственницы древесиной. Экскурсоводы подчёркивали, что эти стволы, которые в воде не гниют, доставлены по приказу Петра1 из Сибири. Весь наш путь нас спасал тёплый прогноз погоды. В Котласе нас ждала огромная очередь за билетами, вся пристань полна народа, а мы с двумя рюкзаками на плечах смело пошли к начальнику пристани. Он нас хорошо встретил, сказав, что нашу телеграмму получил и забронировал для нас 2-х местную каюту, билеты можно получить в кассе предварительной продажи. Без всякой очереди мы свои билеты купили и сразу пошли на теплоход, который из-за низкой воды и частых на реке мелей ожидал некоторого подъёма воды. На реке стояли обсохшие с лесом плоты, которые необходимо сплавить в Архангельский лесокомбинат. Наш теплоход, не взяв груз, а только пассажиров к вечеру вне расписания тронулся в рейс вниз по Северной Двине. Особенным в этом северном районе России мы отметили местную сельскую архитектуру домов: дом с «двором» для скота и одной общей высокой крышей, под которую зимой на санях лошадьми завозят сено, а потом кормят скот, сбрасывая сено вниз. Это на много облегчает зимний уход за скотиной. В Архангельске мы ночевали на морском вокзале, где в полночь нас разбудил милиционер, потребовав документы, я показал наши паспорта, при этом он улыбнулся, глядя на наши надувные матрацы, сказав-«Спите дальше». Утром мы узнали, что на Соловки в ближайшее время ничего не идёт - ни пассажирский водный транспорт, ни самолёт. Но нам подсказали, что вечером в 18 часов от морского причала на Соловки пойдёт с экскурсионным рейсом морской корабль «Татария», пассажиры которого едут по путёвкам предприятий. Я Виктору сказал, что мы спасены, т.к. находимся в России, а в ней никогда пусть даже в 4-м классе на палубе, но нас не оставят. Уже было 17 часов вечера, когда мы оказались на прекрасном морском причале с памятниками Петру1 и ещё некоторым полярным исследователям, участникам полярных экспедиции в Ледовитый океан. Стоит и памятник известному полярному исследователю, первому начальнику Главсевморпути О.Ю.Шмидту. Наша «Татария» уже стояла у пирса с опущенным трапом и дежурным матросом у входа. На интересующий нас вопрос он ответил, что нам нужно обратиться к пассажирскому помощнику капитана, стоящей на палубе. Я поднялся к ней и она предложила нам ждать конца посадки, тогда будет видно. Медленно потянулись экскурсанты на посадку. Появился мужчина с удилищами и встал в стороне. Я Виктора толкнул локтем, показывая на рыбака - он то тоже без билета и уверен, что его не оставят, значит и нас возьмут. Раздался первый гудок корабля. И вдруг через всю площадь бежит молодой человек в студенческой стройотрядовской защитной форме, взмахивая руками подбегает у трапа к пом. капитана и просит задержать на 1 час отправку корабля, т.к. студенты за хорошую работу получили от ЦК ВЛКСМ 75 путёвок, но из-за мели на реке их теплоход с опозданием на 1 час прибывает в город. Помощница капитана командиру стройотряда категорически отказала. Я опять толкнул локтем Виктора и говорю : нам сейчас предложат не то что 2 билета, а все 75 и причём бесплатно. Так оно и получилось. Но у меня совесть не позволила воспользоваться студенческой неудачей и я вынул последние 21 рубль (обратный авиабилет был уже куплен) и с силой сунул в грудной карман командира студотряда Московского строительного института (МИСИ), а он мне дал две путёвки на корабль (при цене одной путёвки - 45 р.) Раздался уже 3-й гудок и мы с Виктором как законные пассажиры по трапу вбежали на палубу и пока не облазили всю «Татарию» не пошли в каюту. Она оказалась 4-х местной с круглым иллюминатором. Пока мы размещались по радио услышали приглашение к ужину. Каково же было наше удивление, увидев в носовом ресторане полностью сервированные хорошей едой столики на 75 мест и только мы вдвоём за одним из них. Порядочно голодные мы за четверых очистили от еды столик. Играла музыка, но не было танцев и юношеского смеха, т.к. отсутствовали те, кто заслуженно за свой хороший труд не получил угощения и радость путешествия. Мы проплыли мимо огромного, полного брёвнами лесокомбината, грузовые лесные терминалы, где грузились лесом иностранные корабли. Ночью штормило и нам пришлось задраить иллюминатор. К середине следующего дня мы прибыли к Соловецким островам, ославившиеся своим «СЛОНом» - «Соловецкий лагерь особого назначения». Нашу в десяток человек небольшую группу туристов перед выходом на остров хорошо накормили завтраком, а затем была организована пешая экскурсия, начиная со многих веков назад, по наиболее интересным местам острова. Сюда русские люди со всей страны шли отмаливать свои грехи, работая монахами только за еду. Экскурсовод, изучая историю Соловков, на этом материале пишет диссертацию. Главным объектом Соловков является собор, который в советское время был превращён в тюрьму. Во времена Екатерины II в соборном подвале высотой 1,5 м без отопления в камере 3х2 м 25 лет сидел украинский атаман и был освобождён в возрасте 105 лет. Он был выпущен на свободу, но от яркого света тут же ослеп. Его мраморная надгробная плита сохранилась, но место его могилы не известно. На плите написана вся история атамана. На острове сохранилась «Переговорная» плита на том месте, где в 1918 году шли переговоры между адмиралом английской военной эскадры и местным архиепископом по поводу снабжения кораблей пресной водой. Англичане получили отказ, как враги новой революционной России. Начался сильнейший обстрел из корабельной артиллерии. Но монастырская крепость из огромных многотонных валунов устояла. Места попадания в стены монастыря и крепости обозначены чёрными кругами. Собор всегда венчался на куполе золотым крестом. С момента организации в конце 20-х годов «СЛОНа» на место креста была установлена красная звезда, сохранившаяся до сих пор. Беда современных Соловков заключается в том, что теперь после «СЛОНа» на острове нет хозяина. Возможно теперь будет восстановлена опять церковная собственность? Экскурсия закончилась вечером и мы пришли на корабельный ужин уставшие, но очень довольные от услышанного и увиденного. В Архангельский аэропорт мы добрались бесплатно по авиабилету на автобусе аэроагенства, а в Московском метро бросили последние два пятака. Такое точное тогда исполнение расписания нашего тура и расходов в современных условиях, думаю, невозможны. Прибыли домой 30 августа,, а 31-го я был уже в актовом зале на общем собрании преподавателей МЭИ. Эта наша экспедиция носила не только познавательный, но и воспитательный, патриотический характер. Для Виктора за 10 дней было много случаев видеть жизнь, какой она есть и как решались «узкие» места. Вернувшись с Соловков, Виктор начал работать в ЭНИНе и выполнять плановую тематику Минэнерго. Настало время, когда Виктор на одном из вечеров в ЭНИНе познакомился с Наташей (будущей женой), которая работала в другой лаборатории и училась на вечернем отделении железнодорожного института. Позже после весёлой свадьбы в одном из ресторанов на ВДНХ, Наташа переехала к нам в Новогиреево. В 1973 году по разнарядке своего треста «Спецэлектромонтаж» Вите было дано право купить автомобиль «Жигули», который мы с Витей за 7200 рублей (третью модель) купили на автоскладе в Ногинске. Ещё год до этого по предложению дяди Миши мы вступили в гаражный кооператив на 1000 мест. Председателем был избран член правления гаражного кооператива, Герой Советского Союза генерал-майор. Стоимость одного бокса-1550 рублей. Пока шло строительство д.Миша выдал нам доверенность на свою «Победу», т.к. членом кооператива мог быть только тот, кто уже имеет автомобиль. Строительство 5-ти этажного корпуса было завершено за 5 лет. В подвальном этаже был организован филиал Тольяттинского автозавода с несколькими мастерскими по ремонту и снабжению запчастями членов кооператива. Это было очень удобно для автомобилистов получать квалифицированное обслуживание. С окончанием строительства гаража наступил счастливый момент - жеребъёвка боксов. Мы доверили это сделать Наташе и она выполнила его очень удачно, вытянув бокс № 367, в конце 3-го этажа, что очень удобно в том смысле, что мимо никто не проезжает и можно при ремонтных делах выкатывать машину, используя проезжую часть. У Вити в электромонтажном управлении мы тут же заказали металлические шкафы и антресоль, а также провели для подъёма талями машину монтажным пистолетом пристрелку к потолочной ж.б. балке крюка. Бокс имел размер 6 х 3 м, что соответствует занимаемой машиной площади и двум шкафам. Сбоку умещался ещё, стоя на заднем бампере, автоприцеп. Двухстворчатые ворота были сетчатыми, чтобы в случаи пожара из вне бокса можно было бы тушить бокс водой. В целом воздушным нагревом гараж хорошо отапливался и в морозы температура была не ниже 15 градусов тепла.

С момента приобретения «Жигулей» мы стали постоянно путешествовать по Европейской части России. Первый наш рейс был в начале сентября 1973 года на юг по городам: Орёл, Харьков, Симферополь и Севастополь с пляжем на берегу Чёрного моря, где была хорошая стоянка для машины и купания. Обошли весь город с музеями и крепостью. Посмотрели дворец «Ласточкино гнездо», выехали на новую верхнюю автотрассу и чуть были не смяты мчавшейся колонной, сопровождавшей какого-то короля. Мы еле-еле успели уехать вправо и остановились пока не проехали вся колонна. Взяли курс на Симферополь и далее на Москву. По пути заехали на знаменитую «Курскую дугу», где в июле 1943 года произошла трёхтысячная танковая битва, равной которой история человечества не знает. По радио в машине слышали, что в эти дни в Чили произошёл государственный переворот, демократ президент страны Альенде, героически защищаясь, погиб в своём дворце. Власть захватил диктатор Пиночет.

Вот так закончилась наша первая дальняя поездка на новой машине. На стоянках люди всегда останавливались и интересовались её конструкцией и красивыми формами. Ведь эта модель-2103 была первой массовой с отличным качеством для 70-х годов. Теперь, мы с Витей стали объезжать знакомые места Подмосковья. Так, побывали в совхозе «Будёновец», видели бывшую помещичью усадьбу с двухэтажным хозяйским домом, превращённым сейчас в неприглядное общежитие, и дворовыми пристройками, в одной из которых мы в 1931-1932 годы жили. Видели двухэтажный кирпичный дом в селе Внуково, где мы жили в 1932-1934 годы. Мы были рады, что спустя 40 лет эти «святые» для нас места ещё сохранились. Вспомнили гору, с которой в 30-е годы зимой на лыжах катались Эльза с д. Мишей, от которого здесь я впервые узнал почему все предметы падают на землю и не держатся на весу. Следующая поездка в эти края (Дмитровский район Подмосковья) была в село Рогачёво - большое бывшее торговое село, с красивой большой церковью. В этом селе перед войной жила и учительствовала моя тётя Эмма Александровна Гергенредер, (сестра моей мамы, 1902 г.р.). Нам было тогда лишь известно, что она жила на территории церкви в «сторожке» и что та местность зимой 1941 года была занята неприятелем и всё. С таким «багажём» мы поехали в это село. Сохранились бывшие купеческие дома с торговыми лавками на первых этажах, в центре красивая церковная ограда и действующая церковь с колоколами. По всему было видно, что село всегда жило в достатке. В «сторожке» ни каких следов о тёте Эмме мы не нашли. Новые жильцы лишь дали нам ценный совет - сходить в школу, где истопником служит бывший солдат-фронтовик, знавший всю здешнюю округу. Действительно, подходя к школе, мы увидели поднимающегося из кочегарки мужчину в старой солдатской форме. Он сразу нам ответил, что хорошо помнит учительницу Эмму Александровну. Мы пригласили его сесть в машину и он рассказал следующее: «Э.А. была учительницей начальных классов, жила с мужем-военным офицером и с ребёнком лет 3-х. С началом войны её мужа сразу же призвали на фронт и судьба его неизвестна. Так как к осени 1941 года наша местность оказалась под угрозой военных действий, то всё население села было мобилизовано на рытьё траншей и противотанковых рвов. Маленькие дети остались без родителей и вообще без ухода. Тогда Э.А. с согласия родителей согласилась собрать 15 детей к себе в «сторожку», школа одобрила это решение. Однако, война есть война и село в течение одной недели оказалось под неприятелем. Обстановка в селе в этот момент было не нормальной. Сразу же появились доносчики, которые выдали всех комсомольцев, которых фашисты расстреляли. (Коммунисты были в армии). Э.А., знавшую немецкий язык, фашисты не тронули, т.к. она содержала 15 детей. Через неделю Красная Армия фашистов из села выбила и здесь надо было видеть как провокаторы ещё перед селом встречали нашу армию, спасая себя от своих жертв, стали наговаривать небылицы на других. Так Э.А. была оклеветана как немка и арестована. Дети остались без «мамы», но это никого не волновало, главное пойман очередной «враг народа». Конечно она была расстреляна, ведь другой тогда кары не существовало». Так благодаря доброго школьного истопника и очевидца была раскрыта тайна кончины тёти Эммы, семья которой перестала существовать ещё 30 лет тому назад. Нашего хранителя памяти о тёте Эмме Витя отблагодарила коробкой шоколадных конфет. Таким образом, к имевшимся в семье Петри добавилась ещё одна жертва тогдашнего в стране режима.

 

На оглавление На предыдущую На следующую


На главную страницу