Из писем Николаю Формозову


...С приветом к вам Закир Зинатулович*. И так в первую очередь своего письма сообщаю Вам о том, что я получил второе ваше письмо и бандероль с книгами, за что вам большое спасибо. Я вам должен сказать, что ни одну книгу я не прочитал, ибо у меня плохое зрение, а очков я не имею. Ибо живу в глухомани. Обращался в районе к окулисту. Он мне ответил, что нет стекол. Второе – вы знаете – у нас здесь в деревне трудно найти тетрадь. Теперь и бумага в дефиците. Но дело еще не в этом, не подумайте, что я вымогаю у вас бумагу.
________________________________
*При публикации письма сохранен стиль автора – одного из самых достойных и уважаемых нами участников Сопротивления в ГУЛАГе

Я вам должен сказать вот что – если вы сможете написать Архипелаг ГУЛАГ от своего имя, тогда игра будет стоить свеч. Я вам должен сказать, я слушал из Америки больше двух лет тому назад. Американский диктор читал вот это самое, что пишет Александр Исаевич Солженицын. Я вам должен сказать, что он писал и о моем грозном побеге, а притом вооруженном, а еще под силой оружия взяли паровоз вместе с машинистом. Я знаю, что побегов было много в те годы и разные, но такой как наш был единственный. Да в пути следования была сильная перестрелка, одним словом сказать мы ехали как на бронепоезде в гражданской войне. Были жертвы с обеих сторон, я вам сейчас подробно описать не могу. Но в свою очередь вам должен сказан, чтобы вы знали, что Солженицын описал не правильно, о том что мы ехали по узкоколейке, а колея была широкая. А самое главное он написал, что при побеге нас всех десятерых постреляли. Вот что мне не понравилось, что он раньше времени похоронил меня, да еще окромя меня остались еще пятеро. Я был вынужден написать Чингису Айтматову о том, что опровергаю свое событие так как оно искажено. И написал чтобы подняли архив в коллегии военного трибунала по улице Пушкина в Москве, так было и сделано. Чингис Айтматов отправил мое письмо Солженицыну в Америку, по сегодняшний день я не могу получить ответ*. Я пробежал в этих книгах оглавление, о моем событии так как он написал раньше безусловно у нас издание печатать не будет.

Побег мы делали из Краслага** 1951 года 4 марта. После этого был большой бунт через месяц, только на другой зоне, где солдаты МВД постреляли 64 человека заключенных. За этот бунт сидели парни со мной в одной камере. Я этот бунт знаю как свое событие и на почве чего он делался. Я знаю еще ряд событий, о которых обязательно нужно писать книгу...
_____________________________________
*Александр Исаевич позднее ответил Габайдулину.
**Краслаг – Красноярские лагеря

Вы представьте себе сколько раз я мог этапироваться за 28 лет. Вы мне пишите, много ли было у меня статей и сколько прошел тюрем. Я вам сейчас не могу этого написать из-за отсутствия очков и бумаги. Мне бы хотелось с вами дня три посидеть спокойно вдвоем в моей квартире, я бы вам рассказал, а вы бы писали. Я еще раз говорю эта игра будет стоить свеч.

В общем Николай Александрович если вы действительно взялись за эту историю, я думаю вам следовает здраво подумать: возможно для вас больше не представится такая возможность и такой человек как я. Это мое последнее, что я вам могу сказать, а там смотрите вы сами. Вам виднее.

3.3.Габайдулин
17.09.91


...Бывшие мои партизаны и сослуживцы по чешскому корпусу называют меня «русский фанатик», и этим я горжусь. Я владею в совершенстве чешским, немецким, разговорным английским (американизированным) и всеми славянскими языками, плюс литовским – дорога на запад была мне открыта, но я верил, что война изменила, а не ужесточила сталинский режим (погоны, церковь и сладкие речи), и не было чувство вины за то, что, вступив в бой в Литве на границе в 3.30 22.06.1941 в качестве взводного 18-летним мальчишкой, я честно дрался, пока из 45 человек на заставе не остались я и один солдат, оба раненые.

Мы отходили на восток и видели, как комиссары и политруки рвали документы и партбилеты, переодевались в гражданское и бросали плохо вооруженные батальоны на таких сопляков, как я. Плен под Рудней, побег из-под расстрела в Каунасе, Вязьма, тяжелое ранение и плен под Россошью, концлагеря 304 шталаг 4а, побег; пойман и сдан в гестапо, тюрьма Мельбург, штрафлагерь в Альгиенберге, и в январе я возглавил группу офицеров (24 человека); перебив конвой, бежали через рудные горы в Чехословакию. С февраля 1945 до 16.05.1945 был командиром бригады партизан на территории Чехии и Брдских и Рожмитальских лесах. С 5.05 по 9.05.1945 участвовал с ротой в Пражском восстании и последний бой – 12.05.45 под местечком Милин с прорывавшимися к американцам остаткам войск СС дивизий «Grossdeutschland», «Adolf Hitler» и «Prinz Egond».

За час боя потерял много убитыми и ранеными. Слу¬жил в чешской армии по борьбе с бандитизмом и Судетах.

Выкраден сов. НКВД и гор.Хеб и вывезен в контрразведку СМЕРШ при центральной группе войск и Баден-Бадене, в 30 км от Вены, затем Тройка, ст.58-16, 10 лет и 5 поражения в правах. Из Австрии и Шопронскую тюрьму после попытки к побегу из поезда, оттуда во Львов и Кузбасслаг (Камышлаг), в абагурскую пересылку, и оттуда в Шадринский л/п Мысковского района, на притоке реки Томь река Мраз, лесоповал. Там был знаменитый садист, начальник Камышлага Стаценко. В 1948 году на лесоповале (на сплаве), не сговариваясь и безо всякой подготовки, я, Воропаев Григорий, капитан лейтенант и украинец, которому не имели права отказать, обезоружив часового, ушли в тайгу, ориентируясь по р.Мраз вверх по течению, думали уйти в Китай и дальше, шли 25 дней; питались дарами тайги и кедровыми орехами. Наткнулись на деревню. Я предложил обойти ее тайгой, но ребята были очень измучены и настояли идти берегом реки. Когда проходили деревню, но нас открыли огонь из автоматов и ружей. Нас прижали к обрыву, и чувствуя, что сопротивление бесполезно, я утопил винтовку, и мы сдались. Были зверски избиты и на плоту сплавлены в Абагур. Везли связанными, там пробыли в ШИЗО до суда, дали 25 лет, начиная с 1948 года; оттуда в Степлаг, Джезказган, где начали готовить вооруженное восстание. Мы были разбиты на пятерки, был пароль «Свет» и ответ «Свобода». Наша пятерка: генерал Колдыбаев, полковник Алексеев, капитан Козлов и я были преданы Георгием Г.* и суждены в тюрьме при лагере Кенгир к высшей мере, но заменили на 25 лет, начало срока с 1950 года по ст.58-2-10-11 через 17.
______________________________
*Составитель не считает возможным обнародовать имена подозреваемых в предательстве на основании частной переписки

В Воркуту попал в 1950 году осенью. Восстание на шахте 29 началось с организации комитета во второй половине июля 1953 года. Я был приглашен в комитет, но по решению товарищей был законспирирован, так как они запретили мне быть открытым. Мы требовали пересмотра дел и справедливости; брать оружие в руки было не предусмотрено, мы просто настаивали на освобождении невиновных. На шахту выходили только люди, от которых зависела сохранность шахты (крепильщики, на откачке воды и др.); забойщики и основная масса шахтеров не выходили на работу.

В день восстания по нашему приказу раздался вой котельной. Гудок гудел около двух часов. Это был сигнал к восстанию всей Воркуте. Нас сразу же поддержала Яич-Яга (ш. № 1) и все шахты. Сразу же были организованы отряды по охране порядка и выдаче продовольствия в столовой, а также по предупреждению, чтобы неожиданно не ворвалась охрана. Руководил охраной Валентин Евстигнеев. Стукача Федора В. мы заставили писать лозунги протеста и вешать их на видные места.

Знаю я Лапотенкова, Финогенова, этих я помню, а остальных нет, так как в лагере все по имени (чем меньше знаешь фамилий, тем лучше), это лагерный закон. Кажется, на второй или третий день приехали войска МВД под командованием ген. армии Масленикова и ген. прокурора Руденко.

Вокруг лагеря были установлены пулеметы в пулеметно-огневых точках, и лагерь взяли в кольцо.

В зону зашли Руденко и Маслеников. К Руденко обратился старый большевик Рыбаков И.И. и спросил:

– Гражданин прокурор, я слышал, в войну был генерал Власов и власовцы, что с ними?

Руденко: Власов повешен как изменник Родины, а власовцы получили по 5 лет ссылки.

Рыбаков: А что с Берией?

Руденко: Неужели не слышали? Он расстрелян как и враг народа.

Рыбаков: А что стало с бериевцами?

Руденко: Провоцируешь, да?

...После этого они вышли из зоны, и мы увидели, что стали собираться каратели, они заняли огневые точки.

3/к был дан приказ выйти к вахте, взяться под руки и не позволять солдатам разбивать на группы и выгонять из зоны. Каратели несколько раз пытались нас рассеять и выгнать из зоны в тундру, но мы, не применяя рук, грудью выталкивали их из зоны. После этого был по нас открыт ураганный огонь; оставшиеся в живых стали разбегаться по баракам и там делали баррикады, но врывались солдаты и выгоняли в тундру, где проходила сортировка. Меня выдернул старший надзиратель по кличке Яшка-артиллерист (очень активный и жестокий).

Я с товарищами был отправлен этапом в закрытую богучарскую тюрьму и пробыл в одиночке 11 месяцев, затем Озерлаг (Тайшет), потом Шексна в Вологодской области, откуда и освободился в октябре 1956 г.

Мне приходилось слышать и встречать комитетчиков восстаний в Норильске, Кенгире, где, говорят, против женщин даже применяли танки (точно не знаю). О восстании на 501-й стройке мне ничего не известно, но гражданские, когда в нас стреляли на шахте 29, кричали: «Убийцы, в кого вы стреляете? Они же воевали за Родину». Маслеников приказал поверх их голов стрелять.

Б.И.Кудрявцев
4.01.92, Дегтярск


...Восстановить хронологию лагерных восстаний, голодовок, забастовок – это значит исследование движения сопротивления режиму, которое не прекращалось в лагерях со дня основании ГУЛАГА. При каждом управлении ИТЛ был штрафной лагерь, своего рода лагерь смерти, где, по меткому выражению заключенных, из 100 содержавшихся там человек – 99 плакали и один смеялся, и исследователям нужно обратить внимание на эти штрафные лагеря, в которых погибли самые активные участники Сопротивления. Но кто подскажет географию этих штрафников? Живыми оттуда вышли немногие, да и те рассеяны по всему Союзу, и докричаться до них не просто, а без этих свидетелей в таком деле не обойтись. «Вирус мятежа» наиболее проявлял себя именно на этих штрафниках, где были собраны самые непокорные зэка, и если таким им удавалось объединиться, они восставали, приобщая к восстанию и все другие лагпункты. Искра норильского восстания была высечена в режимной тюрьме, а чтобы из этой искры возгорелось пламя, достаточно было любого повода, и таким поводом стал беспричинный расстрел 5 з/к в 5-м лаг. отделении 25 мая 53-го года. Восстание продолжалось до 1 июля, а в некоторых лагерях (в 1-м и 13-м) до 3 сентября. При подавлении было расстреляно свыше тысячи человек. 1 июля 1954 года мы отмечали в Озерлаге годовщину гибели своих товарищей.

Восстания в других лагерях тоже, как мне доподлинно известно, начинались со штрафников или режимных учреждений – тюрем, изоляторов, но о тех восстаниях со¬общить не могу, поскольку знаю о них только по слухам и рассказам людей, которые участвовали в восстании, но не возглавляли его.

...В 1949 году произошло какое-то крупное восстание в Сучане. Во время восстания к заключенным, сидевшим по 58-й статье, примкнули уголовники и воры в законе. Об этом восстании очень много рассказывали воры, которые расценили свое участие в нем как непростительную ошибку и впредь на союз с мужиками, сидевшими по 58-й статье, не шли, заявляя, что они не забыли урок Сучана, когда, поверив контрикам, впутались не в свое дело и погибли ни за что. По их словам, там погибли тысячи людей и в их числе сотни воров.

Слышал я о восстании в ИТЛ – 503 (трасса мертвой дороги – Лабытнанга–Енисей), которое произошло в 1952 году. Руководил им Герой Советского Союза полковник Ершов. Восставшие разоружили несколько конвойных дивизионов, освободили многие лагерные пункты и организованно отошли в тайгу, но там были блокированы и разбиты. Однако полковник Ершов и многие руководители восстания остались живы, были судимы, и кое-кто из них впоследствии в 56-м году был освобожден из мест заключения. Более достоверно мне известно восстание в Речлаге (Воркута). Руководил восстанием полковник Князев, оно начиналось почти одновременно с восстанием в Горлаге – 28 мая – и продолжалось до середины июня. Московскую комиссию, прибывшую в Воркуту, возглавлял начальник ГУЛАГа генерал лейтенант Долгих. В состав комиссии входил ген. прокурор Руденко. Начальником Речлага был генерал Деревянко. Жертв в Речлаге не было, но все активные участники были водворены во Владимирский политический изолятор, а потом одним этапом с нами, норильчанами, подставлены в Озерлаг, на 65-й лагпункт (пос.Анзеба), весной 1954 года. Чуть позже сюда доставят и активных участников восстания в Степлаге.

От Френкеля Павла Андреевича слышал о восстании в БАМлаге, где-то в 30-е годы, но сведения настолько скупы, что сейчас за давностью лет ничего припомнить не могу.

Что касается забастовок и голодовок, то, право, не знаю, что и писать Вам. Этот вид сопротивления был постоянным и имел место во всех лагерях. Лично я держал голодовку трижды, а сын министра Эстонии Хэллат постоянно, с небольшими перерывами, пока его не отправили в закрытую тюрьму. Голодовку держали в одиночку и группами. Но об одной голодовке стоит упомянуть. Ее объявили заключенные 307-го лагпункта Озерлага 10 января 1956 года, потребовав пересмотра дел. Всего объявило голодовку 950 заключенных, a 12 января голодовку объявили заключенные 308-го лагпункта. Это еще 800 человек, и в этот же день голодовку объявили заключенные изолятора при 026-м лагпункте Озерлага. На шестые сутки голодовки прибыла представительная комиссия из Москвы, и был подан санпоезд. Многие заключенные были освобождены, а 23 человека и я в том числе были снова отправлены во владимирский политизолятор, откуда всех нас в августе-сентябре 56-го года освободила комиссия Президиума Верховного Совета. Об этой и других голодовках, а также о забастовках я когда-нибудь изложу Вам подробно. Обо всем в одном письме не напишешь.

Вы пишете, что пытаетесь «восстановить историю лагерной войны со стукачами». Дорогой Николай Александрович! Не было такой войны со стукачами. Во время забастовки в Горлаге мы вскрыли сейфы МГБ, и, согласно обнаруженным там документам, выяснилось, что стукачом был каждый пятый лагерник. Так против кого же было воевать? Мы и до этого знали об этом и думами не о войне с ними, а о защите от них и устраняли не каждого, кого уличали, а только того, из-за которого страдали люди. Из 650 стукачей в 4-м отд. Горлага только трое были повинны в муках наших товарищей, но и этих троих мы не тронули, а предоставили им возможность искупить свою вину...

Г.С.Климович
12.12.90, Гомель


...«Шпальщики» – объединение мужиков (политических и бытовиков), созданное с целью противостоять воровскому произволу в лагерях. Впервые появилось оно в 30-е годы в БАМлаге среди работяг, строивших железную дорогу. Со временем это объединение было во многих лагерях, независимо от того, какие работы выполняли заключенные того или иного лагеря. «Шпальщики» не ставили целью борьбу с ворами. Они защищали только себя, не позволяя ворам произвольничать над собой и унижать их человеческое достоинство, т.е. – защищали только свою группу, человек 50-60, и оставались безучастными к действиям воров над другими мужиками не из их группы. Во времена, когда ворам становилось трудно, они занимали сторону «воров в законе» в их борьбе с бывшими «ворами-суками» 5-го блока, т.е. с теми «суками», которые находились на службе у администрации лагеря, были комендантами, нарядчиками, зав. изоляторами и другими «придурками».

«Ломом подпоясанные» – объединение мужиков, которые были непримиримы к ворам, видели в них врагов своих и противоборствовали с ними, не желая знать, какой масти были те или иные воры («в законе», «суки», «махновцы» и т.д.). Из зон, в которых мужики «ломом подпоясанные» брали власть, воры бежали или вынуждены были вести себя тише воды и ниже травы. «Ломом подпоясанные» относились с уважением к тем ворам, которые порывали с воровским сообществом и становились нормальными людьми – не сверхчеловеками, как они мнили о себе, заявляя, что только одни они люди, а все остальные – это черти. Воры боялись «ломом подпоясанных», но когда встречали их на своих воровских командировках – пощады не давали. Впоследствии «ломом подпоясанные» явились самыми активными участниками сопротивления режиму, а там, где это сопротивление достигало высшей точки, они были в авангарде, и их первыми подвергали репрессиям, а многих расстреливали.

«Металлисты» – объединение работяг, уроженцев городов, имевших рабочие специальности (электрики, токари, слесари, монтажники и т.д.) и в лагерях работавших по специальности. «Металлисты» жили в отдельных бараках, составляли отдельные бригады и, как правило, держались в стороне и от других работяг, и от воров. Они не помогали работягам и не позволяли ворам произвольничать над собой.

Но когда режим в лагерях становился невыносимым, «металлисты» объединялись с «ломом подпоясанными». Тогда администрация вынуждена была либо облегчать режим, либо чаще всего прибегать к репрессиям. В изоляторах и БУРах «металлисты» сидели чаще других.

Все эти объединения мужиков были тогда в каждом лагере, но не везде они были сильнее воров и администрации и могли активно противостоять воровскому и чекистскому произволу, но себя защищали всегда. По сравнению с другими объединениями «металлисты» были более организованными. Благодаря им выжили сотни интеллигентов, сами они были интеллигентнее других лагерников. Лично я выжил благодаря этим объединениям мужиков. Многие также выжили только благодаря им...

Г.С.Климович
25.11.91, Гомель


...Вы, наверное, слышали об убийстве поэта Ингала. Он был убит в туалете ударом ножа в спину, и потому

Больше он ничего не напишет
Ни о жизни чужой, ни о жизни своей.
Над могилой его только ветер колышет
Поседелые травы казахских степей

Но выяснить, кто его убил, – следовало бы. Тогда в лагере многие считали, что убийство Ингала – дело рук украинских националистов. Однако это не так. Я дружил и имел доверительные беседы со многими оуновцами*, которые потом были этапированы со Степлага в Горлаг, например, с профессором Павлишиным Лукой Степановичем, со Степанюком Германом Петровичем, с Морушко Михаилом, с Горшко Геннадием и др. Все они категорически утверждали, что никто из украинцев к этому убийству не причастен. В противном случае они знали бы об этом. Того же мнения был и близкий друг Ингала по заключению – инженер Бомштейн Семен Зиновьевич (с ним я оставался дружен до его смерти – 15 января 1989 года). По другой версии Ингала убили уголовники-воры. Это тоже неправда. Старшим нарядчиком того лагеря, в котором убили Ингала, был Вячеслав Нагуло, украинец из гор.Новгород-Северский Черниговской области. Старшим нарядчиком Нагуло стал по общей просьбе мужиков-работяг, с тем чтобы защитить их от воровского произвола. И это ему удалось. Впредь в Степлаге воры не возникали. Об этом в «Архипелаге ГУЛАГ» пишет Солженицын, но А.И., видимо, был не знаком с Нагуло и не знает, как происходило противоборство с ворами, а потому ограничился только констатацией факта, а между тем в лагерях Сибири и, в частности, в Мариинских лагерях появилось новое слово «нагуловщина», которое ободряло мужиков и приводило в трепет воров. Впоследствии мы с Нагуло сидели в одной камере во Владимирском политизоляторе и иркутской тюрьме, и Слава рассказывал мне, что Ингала убили не воры, а стукачи или сами надзиратели...
____________________________
*ОУН – организация украинских националистов

Г.С.Климович
15.11.90, Гомель


...Еще мне было очень приятно узнать, что наконец кто-то занялся кенгирским восстанием. Дело в том, что это самое белое пятно в истории лагерных восстаний. Я никого из этих людей не встречал. Только однажды видел на тайшетской пересылке заключенного, сидевшего на чемодане возле вахты. Мы были на прогулочном дворе: кто-то сказал: «Это руководитель кенгирского восстания Кузнецов». И все.

В конце прошлого года я гостил в США и Канаде. Вытупал с докладами на эту тему (их было 17). После каждого выступления меня спрашивали о кенгирском восстании: все почему-то называли одну круглую цифру – 500 человек, раздавленных танками. Я такой цифре не верю. Во-первых, она слишком круглая, а во-вторых, никто из числа оставшихся в живых не мог подсчитать (из тех з/к, которые остались в живых). Об этом знала только администрация. Возможно, имеются, данные в архивах; а может быть, их нигде нет. Я считаю, что надо бы проверить самым тщательным образом. Если число погибших нельзя установить, нужно просто констатировать: были жертвы. Ведь число убитых в Норильске, которое я называю в своих воспоминаниях, непроверенное. Это мой большой недостаток. На одном из моих выступлений в Канаде оказался бывший з/к 3-й зоны Горлага, который заявил, что у их зоны было расстреляно 300 человек. Опять круглая цифра и опять сильно преувеличенная. Наша беда в том, что мы склонны к преувеличениям и часто оцениваем те или иные события по количеству жертв, а не по достигнутым результатам. Я с горечью замечаю, что люди часто расценивают эти события как очередной зверский нажим на з/к з/к* со стороны Москвы, не видят там никакой борьбы, никакого сопротивления и тем самым обесценивают борьбу з/к з/к, которая положительно повлияла не только на их дальнейшую судьбу, но и явилась началом расшатывания этой уродливой системы. Нужна только правда.
________________________________
*«з/к з/к» – так в официальных документах обозначались двое и более заключенных. Слово «зэк» ни в официальных документах, ни в среде заключенных, насколько это известно составителю, не употреблялось. Оно отсутствует и в рассказах Шаламова. В словах «зэк» и «зэки» есть оттенок самоуничижения, что было вовсе не свойственно заключенным, особенно в послевоенный период (прим. сост.)

Е.С.Грицяк
21.04.91, Ивано-Франковская обл.


...Неужели мы так очерствели, что нам обязательно подавай тысячи, миллионы, а жизнь одного или десятка человек мы в счет не берем?
Поэтому я еще раз ставлю под сомнение 500 человек убитыми в Кенгире!..
Е.С.Грицяк
Ивано-Франковская обл.


...В 1-м отделении расстреляли 2 заключенных 23 мая 1953 года. Их расстрелял старший лейтенант Ширяев при таких обстоятельствах: группу заключенных увозили на штрафной л/пункт. Среди штрафников был один верующий. Его товарищ, оставшийся в зоне, сам попросился на штрафной, лишь бы не расставаться с товарищем. Ширяев, руководивший отправкой, разрешил добровольцу на штрафной сесть в автомашину. Тот направился к машине и тут же был застрелен Ширяевым. Его товарищ спрыгнул с машины и тоже был убит тем же Ширяевым.

...Причины расстрелов были более глубокими. Мне думается, администрация Горлага, чувствуя приближение организованного сопротивления, решила таким образом обнаружить и уничтожить потенциальных инициаторов и активистов.

Эту версию косвенно подтвердил мне киевский полковник КГБ Павленко.

Беседуя со мной в начале 80-х гг. по поводу публикации моих воспоминаний, он среди прочего спросил: «Как вам удалось это организовать?» Я ответил: «Нас на это спровоцировали». Павленко: «Да, это верно, что они вас спровоцировали, но они не ожидали таких масштабов».

Вторая догадка: постсталинское руководство хотело продемонстрировать нам и всей стране, что советская власть не ослабела, что она и далее будет жестокой и беспощадной. После ареста Берии появилась еще одна догадка: Берия вызвал эти беспорядки для того, чтобы укрепить позиции своего ведомства.

...На 4-м л/о были 2 черных флага и один черный с красной полосой, который был установлен после расстрела заключенных в 5-м л/о. Никакого захоронения в 4-м л/о не было. У нас, правда, хранился труп убитого в 5-м л/о заключенного Гриця (фамилии не знаю). Этот труп хранился у нас целую неделю, потом, опасаясь эпидемии, мы отдали его администрации...

...Доска с надписью «Нас убивают и морят голодом» была установлена на подоконнике 5-го строящегося жилого здания...

...Что такое группы самообороны? Все мы оборонялись. Отвечаю за 4-е л/о. Никаких специальных комиссий или групп не было. Каких-нибудь взломов и повреждения имущества тоже не было, что с удивлением было отмечено московской комиссией.

...Прибыв на 4-е л/о, Кузнецов сделал следующее заявление:

«Москве стало известно о беспорядках, чинившихся в Норильске, в том числе и в вашем 4-м отделении. Для выяснения обстоятельств на месте Москва направила сюда правительственную комиссию. Председателем комиссии назначен я – полковник Кузнецов, начальник тюремного управления МВД СССР, личный референт Лаврентия Павловича Берии. Члены комиссии: начальник конвойных войск МВД СССР генерал-лейтенант Середкин и представитель от ЦК партии товарищ Киселев».

Далее Кузнецов предложил выделить группу из трех-пяти заключенных, которая изложила бы комиссии все наши требования.

Никакой оценки труда, никаких общений не было.

...Никакая прокуратура решать такие вопросы не могла. Да и сам Кузнецов говорил о Советском правительстве, а не о каких бы то ни прокуратурах. А ответ мы получили через 3 дня, т.е. 9 июня. Кузнецов сообщил нам тогда, что правительство рассмотрело наши требования и решило:

1. Заменить руководство Горлага.
2. Сократить рабочий день до 8 часов.
3. Гарантировать выходные дни.
4. Разрешить заключенным свидания с родственниками и отправлять по 2 письма в месяц.
5. Снять с бараков замки и решетки, а с заключенных – номерные знаки.
6. Вывезти из Норильска всех инвалидов.

«Кроме того, – заявил Кузнецов, – Советское правительство заверило, что со временем будут пересмотрены все личные дела осужденных».

...По заключенным 4-го отделения был открыт огонь в ответ на удар камнем в голову полковника Михайлова. В результате около 20 человек было ранено; убитых не было.

Но под утро 4 июля я имел разговор с Кузнецовым и понял, что у него уже созрел план решительных действий. Он готов применить оружие.

Тогда я предложим заключенным выйти за зону, как этого требовал Кузнецов, и подчиниться администрации. Реакция была неоднозначной, но вышли все.

В норильской тюрьме один надзиратель сказал мне, что мое решение было принято за два с половиной часа до намеченного расстрела.

Я считаю, что и в других отделениях расстрелов можно было избежать. Что лучше – не знаю. Да и не мне об этом судить.

Е.Грицяк
12.12.91, Ивано-Франковская обл.


...Теперь хочу Вам намекнуть на событие в одном из бытовых лагерей, что имели место, кажется, в 1959 году. Это зона бытового лагеря близ селения Штыровка Луганской области. Туда в 1959 году прибыл мой одноклассник Теодор Тарнавский. Он рассказал мне, что когда он туда прибыл, зона была совершенно пустая. До его приезда туда там было 1200 з/к. Между прибывшими туда новыми з/к з/к ходили слухи, что те 1200 человек по неизвестной причине расстреляли всех до единого. Конкретно ничего узнать ему не удалось, но расстрел наверное имел место, т.к. его, Тарновского, заставили написать 1200 бирок (он художник-оформитель) с номерами з/к з/к. Больше он об этом деле ничего не знал. Теперь его уже нет.

Е.С.Грицяк
30.06.91, Ивано-Франковская обл.


«Сопротивление в ГУЛАГе». Воспоминания. Письма. Документы.
Москва. Возвращение, 1992 г., май


На главную страницу