Сообщение Чаадаевой Стефании Николаевны


1933 г.р.
Отец, Николай Иосифович, 1888 г.р. Окончил 4 класса приходской школы. Кузнец.
Мать Декий Мария Байтковна (А.Б. - ???) 1898 г.р.

Жили на Украине в Тернопольской области, Козовский (?) р-н, с. Олесино. Имели 5 детей. Было хозяйство: 12 га.
Николая Иосифовича убили на войне.

В церковь при Советах ходить не разрешалось. За то, что дети ходили в церковь, в школе их наказывали - все уроки они должны были проводить стоя, ничего не записывая в тетрадь и вынуждены были запоминать учебный материал.

Энкаведешники убили сестру и брата. А семью репрессировали за соучастие УПА. Мать вызвали в НКВД, избили. Стефания Николаевна рассказывает, что когда мать пришла домой и снимала сапоги, то в сапогах были сгустки крови. Кроме того, ей отбили почки.

22 июня 1951 г., в три часа ночи, пришли экаведешники с матами и криками "Собирайтесь в Сибирь, бандиты!" разбудили мать с двумя детьми. Сразу забрали скот, который только недавно прятали от немцев.

Везли семью сосланных в товарных вагонах, предназначенных для скота. В них были сделаны нары. Три с половиной месяца прожили в пересыльном пункте, в тюрьме. Окна были закрыты, снаружи забиты досками и находились высоко, так что ссыльные не могли ничего увидеть. В небольшой камере жило несколько семей. Посередине помещения - параша. За любой проступок отправляли в карцер.

Стефания Николаевна вспоминает следующий случай: всех переселенцев согнали во двор. Начался дождь и их выставили вдоль стены, чтобы они не промокли, а вещи остались под дождём. Мать Стефании послала её подтащить вещи под навес. Стефания пошла за вещами, но человек, который следил за спецпереселенцами, оттолкнул её. Стефания к матери, а та опять её отправляет. Это заметило начальство, и Стефанию посадили в карцер.

После трех с половиной месяцев пребывания в пересыльном пункте семью Декий переселили в Тюменскую обл., Дубровинский район, с.Абсурка. Вещей не осталось, так как они хранились на пересыльном пункте на крыше тюрьмы и почти все продукты погрызли мыши и крысы.

Добирались до места опять опять в товарных вагонах. Многие умирали, их выбрасывали на станции, слегка присыпали песком. Везли две недели. Поселили переселенцев в заброшенных домах: печи были разобраны, стёкол в окнах не было.

Как только приехали, всех отправили на лесозаготовки. До работы шли 15 километров. Работали 12 часов в сутки без выходных.

Вначале местные жители с ненавистью относились к спецпоселенцам, даже не подпускали к колодцам, и им приходилось ходить за водой на Иртыш.

Со стороны местной молодежи ненависти и вражды по отношению к спецпоселенцам не было.

Оплата. Если ты не выполнишь норму, то не получишь паёк. Инструменты, которыми работали, несли с собой. Брали с собой кусок хлеба и две картошки. Приходя, сразу разводили костёр, который поддерживали порубочными остатками. Работали в шестидесятиградусные морозы.

Выдвижения спецпоселенцев в бригадиры, механики и т.д. не было.

Спецпоселенцы не имели права уходить дальше чем на 24 км. от селения. Отмечались у коменданта один раз в месяц. Если человек опаздывал , то его штрафовали. Переписка была запрещена - разрешили только после смерти Сталина.

В 1955 году Стефанию Николаевну сослали в Стрелку. Местная власть обвинила её в пропаганде украинской культуры среди жителей.

В 1984 г. сын Стефании Николаевны Олег подавал документы в Москву на поступление, но ему пришёл ответ: "Так как Ваша мать репрессирована, мы Вас не принимаем на учёбу".

Опрашивали Мария Гаврик, Елена Мишутина

(АБ -примечания Алексея Бабия, Красноярское общество "Мемориал")
Четвёртая историко-правовая экспедиция, Усть-Кемь 2007 г.


На главную страницу