Сообщение Майснер Марии Андреевны


Майснер Мария Андреевна родилась 21 ноября 1954 года в селе Каратузское. Родители Майснер Андрей Вильгельмович (18.08.1930) и Майснер (Вернер) Лидия Христофоровна (25.09.1926) поволжские немцы, жившие в Кукусском районе, село Штрауб. В сентябре 1941 года их выслали. На баржах довезли до железной дороги и отправили до Абакана в вагонах-«скотовозках». Если по дороге умирали дети, или взрослые, их просто выкидывали и ехали дальше. Там встретили на конях. Отца с семьей увезли в Сосновку, мать в Копь. Они тогда были детьми. До самой реабилитации, им необходимо было отмечаться комендатуре.

Мария Андреевна многое помнит только со слов родителей.

В Саратовской области у них был дом, хозяйство. Известие о депортации было внезапным. Приехали в Каратузский район почти без имущества. Работали доярками, кто-то лес готовил, кто-то с конями занимался. По приезду у них отбирали подушки, одеяла, и другие вещи, в обмен на предоставленное место проживания. И спали она на поленьях, подкладывая их под голову. При этом родители при переезде забрали с собой не только вещи, но и картину с ангелами и надписью «Твой бог на небе». Они в большей степени задумывались о душевном. Если пропитание и одежду можно добыть, то для поднятии духа найти что-нибудь в Сибири немцам было сложно.

Жили бедно, у многих не было элементарных вещей. Питались очистками, которые выбрасывали местные.

Отношение к ним было не самым доброжелательным от местных. Даже Марию Андреевну и ее сестер позже обзывали «немцами», «фашистами». Старшая сестра, когда получала паспорт, сразу же написала в графе «национальность» русская. Но Мария наоборот с гордостью воспринимала свою национальность. Родители их на всякие обзывания говорили, что наоборот научили местных нормально жить. Имеется ввиду уклад быта. До приезда ссыльных немцев, местные белье, например, сушили на заборах, и только потом увидели как это делают другие, используя натянутые веревки. Также у местных не было привычки занавешивать окна, стелить половики, это они тоже подсмотрели у ссыльных. Поэтому Мария Александровна всегда говорила: «ну и пусть я немка, зато чистоплотная».

Родители между собой дома говорили по-немецки, с детьми на русском. При этом дети в основном понимали немецкую речь.

В доме бабушки собирались, пели на немецком, крестили детей. Когда умерла их мать, все собрались у гроба, плакали, пели молитвы. Пересказывали жизнь усопшего, сколько детей, где работала, как жила. Так и проходили похороны многих. Хоронили по немецкому обычаю, тоже пели песни. После, когда не стало хранителей традиций, никаких особых обрядов не проводилось.

Каждое воскресенье мать пекла кребели, вафли, суп-компот с галушками.

Немецкую пасху запрещали отмечать, как и русскую, но они все равно отмечали. Делали тарелочки, накладывали яйца, печеное накладывали. Отмечали рождество. Перед ним старались прибраться.

В Каратузском семье выделили место в бараке, где с ними в одной квартире жила семья родственников. Квартира состояла из комнаты и кухни. Марию Андреевну многие родственники в шутку звали «цыганка», была она черноволоса и кучерява. Игрушки у них были самосшитые. Дедушка вырезал стульчик со столом своими руками. Дети так до сих пор и пользуются им, стул так и ходит по родне.

После их семья строила себе дом, с помощь родственников. Отец работал в кузнеце. Мать работала в колхозе. Выращивали табак, капусту.

Когда разрешили уезжать в Германию, родители не хотели покидать Каратузское. Да и по рассказам многих уехавших, там их ожидала только черная работа. Сама Мария Андреевна собирала документы для переезда, ей оставалось сдать только экзамен по немецкому языку в посольстве. Но она подумала, что дочери будет сложно там поступить в университет, поэтому планы не были воплощены в жизнь.

Мария Андреевна даже и не знала, что она относится к репрессированным, пока председатель колхоза Герман не начал заниматься этим вопросом и слать запросы в Красноярск. Там же были данные и об имуществе каждой семьи, оставленном в Саратовской области в 1941 году. Многие после получили денежные компенсации.

Мать ее так и умерла не реабилитированной


Семья Майснер


Майснер Андрей Вильгельмович и Майснер Лидия Христофоровна


Майснер Мария с сестрами


Майснер М.А.


Свидетельство о рождении Майснера Андрея Вильгельмовича


Свидетельство о рождении Майснер (Вернер) Лидии Христофоровны


Картина привезена с Саратовской области родителями. Написано .твой бог на небе. (или, более точно,
„Ehre sei Gott in der Höhe“, т. е. Слава в вышних Богу,
(«Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» От Луки 2:14)


Занавески для окон


Занавески

Опрашивала Татьяна Назарец

Экспедиция Красноярского государственного педагогического университета  им. В П. Астафьева и Красноярского общества "Мемориал" по проекту «Антропологический поворот в социально-гуманитарных науках: методика полевых исследований и практика реализации устных нарративов» (грант Фонда Михаила Прохорова). 2016 г. Каратузский район


На главную страницу