Сообщение Овсянниковой (Ничковой) Нины Ивановны


В 30-е годы Нина Ивановна была замужем за механиком Григорием Тарасовичем Плотниковым (р. около 1902 г.) и жила в Ленинграде. Брак оказался неудачным, и Плотников уехал из города на какую-то стройку километров за 200 от Ленинграда. В это время Нина Ивановна познакомилась с Георгием Эммануиловичем Ангальтовым. Он переселился в Ленинград вместе со своей матерью из Одессы после того, как утонула в море его жена. Жил он недалеко от ресторана «Астория», работал главным бухгалтером в здании на углу Невского и канала Грибоедова, где сейчас находится магазин «Дом книги».

Примерно в марте 1937 года Т.Г.Плотников был арестован, о чем Нина Ивановна узнала из записки, кем-то брошенной в квартирный почтовый ящик. В записке говорилось, что Плотникова забрали из пивной вместе со всеми остальными, кто там был.

В ноябре 1937 года Нину Ивановну Ничкову вызвали в НКВД, отобрали паспорт и выслали в Омск, а оттуда в райцентр Большеречье (на Иртыше). Там НКВД собиралось заслать ее еще дальше в глушь, но она нашла работу в районном финуправлении. Нина Ивановна сразу написала оттуда письмо Ангальтову, он немедленно приехал к ней, снял приличное жилье, а затем, вернувшись в Ленинград, уволился с прежней работы. В самом начале 1938 года он снова приехал в Большеречье, уже с вещами, и поступил на работу в финуправление главным бухгалтером (у него было высшее финансово-экономическое образование). Его мать осталась в Ленинграде: не хотела терять квартиру.

Спустя некоторое время Ангальтову его мать написала, что его ищут, все время спрашивают. Она волновалась и настаивала, чтобы он приехал. Он не хотел оставлять Нину Ивановну, но беспокоился и о матери. В июне 1938 года он поехал к ней – и уже не вернулся. Его мать написала Нине Ивановне, что его арестовали «без права переписки», и упрекала ее, что это из-за нее он арестован. Ей просто ничего другого не приходило в голову.

Оставшись одна, Нина Ивановна поселилась вместе со ссыльной из Таганрога Верой Ивановной Короленко (ей было около 40 лет) и она знала, что ее муж расстрелян. В.И.Короленко освободилась из ссылки только после войны. Нина Ивановна как-то раз получила от нее письмо из Москвы. Короленко поехала туда к брату, а тот, по существу, прогнал ее, испугавшись возможных неприятностей из-за ссыльной сестры (он состоял в партии).

В июне 1940 года Нину Ивановну неожиданно вызвали в местное отделение НКГБ. Она ожидала ареста или допроса, а начальник подает ей ее собственный паспорт и говорит: «Извините нас, что все так получилось, можете ехать в Ленинград». Нина Ивановна вспоминает: «Этого момента не забыть. Я ведь все это время думала – не будет конца моей ссылке… Некуда же, к кому ехать, если там все кончено, квартиру отобрали, вещи описали и увезли… А главное, как посмотрит ленинградское начальство в то страшное времся?..» Она осталась в Омске.

Г.Т.Плотников заезжал во время войны к матери Нины Ивановны. После своего освобождения он не стал возвращаться в Ленинград. О дате его освобождения нет данных, но можно думать, что оно предшествовало освобождению Нины Ивановны из ссылки.

26 февраля 1990 г.
Записал В.С.Биргер, Красноярск, об-во «Мемориал»


На главную страницу