Сообщение Шлейнинга Александра Яковлевича


1935 г.р

Семья Шлейнингов жила в Поволжье, Энгельский район Саратовской области, д.Кнадусельск (?). В 10-15 км. от их деревни были русские деревни. В семье три брата. Мать – Екатерина Филипповна, отец умер еще в Поволжье. Еще была бабушка – 99 лет.

В сентябре 1941 г. их депортировали. Деревню окружили солдаты с автоматами (?скорее с винтовками - АБ), объявили сутки на сборы. Скот отводили в школьную ограду, там выдавали расписку о сданном скоте. Обещали выдать на месте поселения такой же скот. (Действительно, выдали в Красноярском крае, но корова оказалась бракованная, текла кровью, но хоть немного, но давала молока).

Всё, что взяли с собой, погрузили на телеги и, на верблюдах, быках, лошадях повезли до узкоколейки. Вещей взяли немного.

Везли в телячьих вагонах. В вагоне главное было – найти угол. Когда ехали в поезде, никто не умер. Мама взяла ведро котлет (зарезали быка), сверху налила жиру, и котлеты не портились. Ехали неделю.

В Галанино их привезли в сентябре. Выгрузили 40-50 семей. Следующую партию выгрузили в Зотино. Уже пробрасывал снежок, это было необычно для тех, кто всю жизнь прожил на Волге. Плакали, задавались вопросом - куда нас привезли.

Местные брали их по домам. Семью Шлейнинг взяла вдова (муж погиб на фронте), но повестка была фальшивой, после войны муж вернулся.

Зиму перезимовали, потом стали рыть землянки. Материала было полно. Старшего брата сразу забрали в трудармию, среднего отправили на курсы трактористов (для трудармии он был слишком молод). Дядю тоже отправили в трудармию, и его там убили: подсунули под подушку булку хлеба, заключенные стали делать обыск и нашли, а дядю забили до смерти.

Года три-четыре была надежда, что, возможно, их заберут и отправят обратно, но потом стало ясно, что это не произойдёт. В 1949 г. их перевели в Момотово. Там мать работала в колхозе, вручную косила пшеницу. Она была хорошей работницей, и ей добавляли 5 кг овсяных отрубей в неделю, из которых варили кисель. Он казался таким вкусным (наверное, потому, что они были голодными). Хлеба не давали: был закон, что ты должен 80-100 дней в году работать в колхозе, а на трудодни давали 300 граммов зерна. Колхоз восстанавливался, поэтому давали мало.

Мать работала еще у местных жителей – сеяли лён, коноплю, вили верёвки, ткали на станках, шили холщевые рубашки. С Поволжья привезли двухгиревые большие часы, променяли их на еду. Взамен дали очень мало, мать плакала.

Носить было нечего, и он в апреле бегал босиком в школу. В навоз вставал и грелся – ноги от холода горели огнём. За пять минут добегал. Тетрадок не было, писали на бланках, которые были в колхозе. Кое-как закончил два класса, мать не настаивала на продолжении учёбы, т.к. условия были плохие. Учился потом в ФЗУ, там давали обмундирование, питание. 33 года работал слесарем.

Мать умерла в Момотово в 1958 году от цирроза печени.

Два брата после перестройки уехали в Германию, они там уже умели. А.Я. ездил в гости, его звали перебраться, но он не поехал.

Женился на немке с Поволжья, девичья фамилия Гаун. В данный момент 5 детей, 12 внуков, 7 правнучек, 1 правнук.

Опрашивали Алсу Ахмадеева, Мария Пичуева, Сергей Килин.

(АБ -примечания Алексея Бабия, Красноярское общество "Мемориал")
Шестая историко-правовая экспедиция, Момотово 2009 г.


На главную страницу