Сообщение Вернера Александра Гейнриховича, Вернера Виктора Александровича


Вернер Александр Гейнрихович родился 25 августа 1929 года в Саратовской области селе Альт-Варенбург.

Его отца Вернера Андрея Карловича (1905 г.р.) и мачеху Вернер Кристину Кондратьевну (1906 г.р.) вместе с сыном и бабушкой с дедушкой выслали из Саратовской области села Альт-Варенбург (Привольное) в 1941 году. Там у них был большой дом, держали хозяйство, были сады. Их на барже доставили до железной дороги и посадили на поезд. С собой у них было не много вещей, то, что спешно успели собрать. В «телячьих вагонах», в которых были нары, везли до Абакана. Во время пути забота о питании лежала на плечах ссыльных, никакого пайка предусмотрено не было. Кто успел, взял провиант с собой. Другие во время остановок покупали еду у торгующих на станциях бабушек.

После Абакана их доставили в село Старомолино. Там их подселили в дом к местным старикам. Дед был сапожником, и поэтому особых проблем с пропитанием у них не было: всегда кому-то требовалось починить обувь, и платили, как правило, продуктами. Потом им дали корову. Выдали один раз и целый матрас пшеницы. Мачеха не работала, а отец работал в колхозе, в основном возил грузы на лошадях. Отца спустя год забрали в трудармию, куда-то на Урал, валить лес. Как он рассказывал сыну, очень много там умирало работников, бывало по два-три трупа с утра видели. Выкапывали траншею, и туда их складывали. Паек был скудный, 200 грамм хлеба в день. Через два года он вернулся.

Александр Гейнрихович в школу не ходил, в Саратовской области окончил только один класс, работать начал с 12 лет. Первый раз все лето пропас баранов. На второй год зимой дали коня, возить дрова. А потом дали пару лошадей, возить сено.

Каждый месяц родители отмечались в комендатуре. Отношение местных к ним было не очень хорошее, иногда они обзывали «фашистами», бывало, спорили, ругались. «Кто был поумнее, тот понимал, какие мы фашисты, всю жизнь жили в Советском Союзе».

Мачеха Александра Гейнрихочива практически не говорила по-русски. А отец еще в Саратовской области немного разговаривал с местными. Сын же их не говорил по-русски, но быстро освоился.

В Каратузском районе у родителей родилось еще двое сыновей: Николай и Виктор. Последний уехал в Германию. Они не попали под репрессии, поскольку родились после 1960 года, точных дат Александр Гейнрихович не помнит.

В семье поддерживались немецкие традиции, справляли католические рождество, пасху. И в то же время советские праздники, например, первомай. Кухня была преимущественно из немецких блюд.

После лет шесть семья Вернеров жила неподалеку в другой деревне. Александр Гейнрихович не помнит точного названия, говорит «жили на ферме».А потом он женился на русской девушке. Его родители вначале были против, но после даже подружились с невесткой. Молодые уехали в Чубчиково, там и родился Вернер Виктор Александрович в 1959 году. Было у них еще два сына Анатолий и Владимир. Последний уехал в Германию больше 20 лет назад, где и живет до сих пор. Супруга научилась готовить немецкую кухню. Работала она дояркой, а Александр Гейнрихович работал в совхозе. После они уехали в Алма-Ату, прожили там три года. Но их потянуло обратно, на родную землю и они вернулись в село Черемушка. Им дали квартиру. Александр Гейнрихович говорит, что его тут все знали, работал он хорошо. До конца пенсии проработал слесарем.

Сын звал его уехать в Германию, но Александр Гейнрихович отказался. Он ездил к нему в гости на месяц, не понравилось. «Язык я их не знаю. Зайду в магазин, прислушаюсь, может что вспомню. Некоторые слова вроде бы понимал, но речь совсем другая». Сказал сыну, что подождет немного, а после умерла его жена, и он решил остаться в родных местах. «С бабкой лежать вместе буду».

Узнал он о том, что реабилитирован, когда оформлял пенсию.

Сын Александра Гейнриховича, Вернер Виктор Александрович не особо ощутил на себе последствия репрессий. Бывало, в детстве их обзывали в школе, но они давали сдачи. Дом у них был хороший. Держали хозяйство. Традиций особо не соблюдали и дальше не передались. Это практически все, что помнит Виктор Александрович из детства. Сам себя он считает и не немцем, и не русским: «Я сибиряк». В Германию уехать не захотел, дескать, делать там нечего. Немецкий язык не знает. Он узнал, что пострадал от репрессий, когда оформляли пенсию.


Вернер Виктор Александрович

Беседовала Татьяна Назарец

 

Экспедиция Красноярского государственного педагогического университета  им. В П. Астафьева и Красноярского общества "Мемориал" по проекту «Антропологический поворот в социально-гуманитарных науках: методика полевых исследований и практика реализации устных нарративов» (грант Фонда Михаила Прохорова). 2016 г. Каратузский район.


На главную страницу