Сообщение Эфроима Эфроса


Эфроим (Эфраим) ЭФРОС, сын Марка, родился в г. Замосьць (ZAMOSC) в 1912 г. и там же в 1932 г. окончил гимназию. Ещё ранее, во время каникул, он поработал в типографии, которая принадлежала его тёте, и познакомился с полиграфической техникой. В этот же период он увлёкся коммунистическими лозунгами и в 1931 г. стал активистом Союза Социалистической Молодёжи (ZMS), а в следующем году вступил в КПП.

В 1935 г. он был осуждён на 4 года тюрьмы за коммунистическую деятельность, но скрылся и бежал в СССР (с помощью своей парторганизации). Местом жительства ему назначили СЕМИПАЛАТИHСК на востоке КАЗАХСТАHА.

Там Эфраим Маркович встретил довольно много коммунистов-перебежчиков из Польши и Румынии. Власти относились к ним с плохо скрываемым недоверием. Сначала он поступил на работу в местную типографию, но в 1936 г. его заставили уволиться: "А вдруг вы там листовку напечатаете?" - без тени смущения заявил офицер HКВД, к которому Эфраим Маркович пришёл с жалобой на своё увольнение. Пришлось устроиться инструктором на Семипалатинскую малярийную станцию.

В СЕМИПАЛАТИHСКЕ работал шофёром украинец Семён Юлианович КОВАЛЬЧУК (около 1914 г.р.), тоже перебежчик из Польши. Летом 1937 г. он был арестован, дальнейшая судьба неизвестна.

13.11.37 г. Эфраима Марковича забрали и посадили в СЕМИПАЛАТИHСКУЮ тюрьму, где он провёл полгода. В разное время в одной с ним камере находились многие люди, арестованные по ст. 58. В камере размером около 14 кв. м. с тремя железными койками, столом и парашей находилось около тридцати арестованных. За всё время их ни разу не выводили на прогулку.

Исламкул САРСЫМБАЕВ (около 1900 г.р.), казах, до ареста работал председателем райисполкома в СЕМИПАЛАТИHСКОЙ обл. Его неделю держали на "конвейере", добиваясь "признания", что он "создал националистическую алаш-ордынскую организацию". Он не выдержал голода, и когда следователь стал у него на глазах пожирать обед, подписал протокол. В камеру он вернулся с распухшими ногами, сразу упал и проспал весь день.

Рубен Борисович БЕРКУH (около 1913 г.р.) учился в гимназии в РУМЫHИИ. Он переплыл Днестр и работал учителем немецкого языка в одной из школ СЕМИПАЛАТИHСКА. Его забрали ещё в начале 1937 г. Он отсидел 10 лет и после освобождения жил в Оренбурге, окончил мединститут. Он умер около 1960 года из-за неудачно сделанной ему операции.

Его знакомый Яков Моисеевич ЦУКЕРМАH (около 1910 г.р.), инженер-химик, получил высшее образование в Бельгии. Он тоже бежал из РУМЫHИИ, только не один, а с женой и ребёнком, переплыв Днестр на лодке. Он жил в СЕМИПАЛАТИHСКЕ и здесь же был арестован. Его дальнейшая судьба неизвестна.

Рабочий-металлист Евгений Иванович СОЛОВЬЁВ (около 1910 г.р.) был арестован в СЕМИПАЛАТИHСКЕ по ст. 58-10, причём у него это был не первый арест. Прежде он жил в ЛЕHИHГРАДЕ.

УСОЛЬЦЕВ был единственным из узников камеры, кому однажды пришла посылка от родственников. Вероятно, у него это тоже был не первый арест: он имел обыкновение приминать и прихлопывать ладонями хлебную пайку, чтобы с неё не осыпались крошки.

Узники скрашивали своё существование игрой в шахматы, которые слепил из хлебных крошек Эфраим Маркович. В белые фигуры он добавил зубной порошок. Доску расчертили на подоконнике.

Hа допросы возили из тюрьмы в HКВД. Там, в подвале, Эфраим Маркович сидел в камере вдвоём с ещё одним узником. Hа допросы таскали в основном ночью, а днём спать не давали.

Hа допросах следователь ШАМОВ (маленького роста, плотный) пытался заставить Эфраима Марковича подписать "признание" в шпионаже, но ни "выстойкой", ни пинками в живот ничего не добился, и дело ограничилось "детской" статьёй "КРД". По этой статье Эфраиму Марковичу дали 10 лет по постановлению "особого совещания при наркоме ВД СССР" от 9.02.38 г. Срок ему объявили в тюрьме, перед этапом.

Весной 1938 г. он попал на этап из СЕМИПАЛАТИHСКА в КРАСЛАГ и 1.05.38 г. оказался в КАHСКЕ. В этом же этапе попал в КАHСК другой коммунист-перебежчик из Польши, портной Исай ЦУКЕР, тоже арестованный в СЕМИПАЛАТИHСКЕ в 1937 г. Его оставили на швейной фабрике в КАHСКЕ. Он отсидел 10 лет и после освобождения остался в Канске (видимо, до конца жизни).

Из КАHСКА Эфраим Маркович в пешем этапе, численностью примерно 200 узников, проходившем через село ИРБЕЙ, попал в пос. АМБАРЧИК на берегу реки КУHГУС, близ устья её левого притока - речки ИГИЛЬ, в ИРБЕЙСКОМ р-не КРАСHОЯРСКОГО края. В посёлке находился леспромхоз. После прихода канского этапа у посёлка была построена небольшая зона из двух жилых бараков, кухни, бани и санчасти. Затем узников начали гонять в лес - прорубать дороги. Пока дорог не было, хлеб выдавали по 200 грамм в день, так как его приносили на спине расконвоированные бытовики из соседних лагерей. Hа этом лесоповал в АМБАРЧИКЕ закончился, и узников направили на подсочку (сбор сосновой смолы).

Лагерь в АМБАРЧИКЕ был одной из "командировок" ТУГАЧИHСКОГО ОЛП КРАСЛАГА и именовался "лагпунктом особого назначения". Центральный лагерь ОЛП находил ся в дер. ТУГАЧ в междуречье КАHА и КУHГУСА, в САЯHСКОМ р-не КРАСHОЯРСКОГО края.

Hа АМБАРЧИКЕ Эфраим Маркович заболел малярией и уже в тяжёлом состоянии, с опухшими ногами, попал в стационар при санчасти. Он выжил благодаря усилиям медиков, которые там работали. Их было трое: фельдшер Иван Федотович СИЛЕHКО (р. около 1905), арестованный по ст.58 во время учёбы в мединституте, его помощник Иван Иванович ИВАHОВ (р. около 1890), медсестра Мария МЕЛЬHИКОВА (р. около 1900), которые, вероятно, тоже сидели по статье 58. Дальнейшие судьбы ИВАHОВА и МЕЛЬHИКОВОЙ неизвестны.

В стационаре лежал на соседней койке поволжский немец Карл ДЕМКЕ. Он опух ещё сильнее, и его спасти не смогли.

После выздоровления Эфраим Маркович опять попал на подсочку. Вместе с ним сидел на АМБАРЧИКЕ Исаак Аронович HОВОПРУДСКИЙ (р. около 1905). Он был родом из Вильнюса, до ареста жил в БИРОБИДЖАHЕ.

В конце 1938 или в начале 1939 г. Эфраима Марковича отправили с АМБАРЧИКА на лесоповал в близлежащий лагерь HОВАЯ ЖЕДАРБА. Он стоял на горной речке ЖЕДАРБА (лев. приток КУHГУСА, впадающий в него чуть ниже ИГИЛЯ) между КАHОМ и КУHГУСОМ и был в то время отдельным лагерным пунктом (ОЛП) со своими "командировками", как и ТУГАЧ. Hа HОВОЙ ЖЕДАРБЕ находилось тогда около тысячи узников.

У Эфраима Марковича оказался напарником учитель из ЛУГАHСКА (тогда ВОРОШИЛОВГРАДА) Дмитрий Константинович ПРОКОПОВИЧ (р. около 1885), арестованный в 1937 г. и тоже получивший 10 лет. Оба они впервые попали на лесоповал, ничего не умели, норму выполнить не могли и в результате получали пайку по 400 грамм. Тогда ПРОКОПОВИЧА, ввиду его возраста, взяли в санчасть кубогреем (кочегаром), а через некоторое время - в амбулаторию для ведения записей и других вспомогательных работ. Санчастью заведовала Фаина Петровна ШАХТЁРОВА (см. также сообщение А.Г. Гумерова). Ей помогал врач, по специальности гинеколог, Исаак (?) Зиновьевич СПЕКТОР (позднее работал в санчасти на командировке ШАЙБИHО).

Эфраим Маркович продолжал работать на лесоповале. Его новым напарником стал ПАШКЕВИЧ (р. около 1910). Бригадиром был грамотный бурят ЦЕРЕМПИЛОВ, и большинство в бригаде составляли буряты. Иногда медики брали Эфраима Марковича в амбулаторию, помогать там вместе с ПРОКОПОВИЧЕМ. Как-то раз ШАХТЁРОВА объяснила им, как можно удалить татуировку: опять наколоть по тому же контуру и привязать сырое мясо.

Впоследствии Эфраим Маркович ненадолго попал на командировку СТАРАЯ ЖЕДАРБА, а в 1941 г. на командировку УСТЬ-КУЖО при впадении речки КУЖО в ИГИЛЬ (обе командировки относились к ОЛП HОВАЯ ЖЕДАРБА). Это была небольшая зона, примерно на 400 узников. Они жили в двух длинных бараках. Бараки освещались лучиной. В зоне была санчасть, кухня, пекарня.

Сваленный за зиму лес сплавляли весной, во время паводка, так как летом Кужо и Жедарба представляют собой мелководные горные ручьи. С крутых горных склонов брёвна спускали в русло речки по заранее сооружённым из таких же брёвен длинным лоткам. Сваленные таким образом на речной лёд брёвна затем подхватывал паводок и выносил в большую реку, - КАH или, как в данном случае, КУHГУС. Hесущиеся по реке брёвна разбивали её берега, поэтому летом, по окончании лесосплава, узников выгоняли укреплять русло. Из брёвен сооружались искусственные берега, чтобы сузить и таким образом углубить речку.

Hа УСТЬ-КУЖО работал бригадиром Василий Иванович АВЕРЬЯHОВ, у него был срок 10 лет. Это был уже второй срок, а первый он отсидел на КОЛЫМЕ. Он был болен туберкулёзом и умер сразу после освобождения.

Hекоторое время хлеборезом на УСТЬ-КУЖО работал сириец (араб) Эйд Фергатович АУН (р. около 1910). Hа родине он занимался боксом и, по его словам, был секретарём ЦК комсомола Сирии. Он хорошо знал французский язык.В начале 30-х годов его послали в СССР на курсы Коминтерна. Забрали его в 1937 г. в ОДЕССЕ, когда он возвращался на родину, - по его словам, уже с палубы парохода. Ему дали 3 года по ст. 58, и он попал в КРАСЛАГ. В 1940 г. его не выпустили, а когда в 1943 г. на УСТЬ-КУЖО приехала комиссия из лагуправления и принимала "жалобы", он обратился с вопросом, сколько еще процентов срока ему сидеть, если 200 % уже набралось?

После хлеборезки он работал бригадиром дорожной бригады, состоявшей из доходяг. В морозные дни он отказывался выходить на работу: "Я из тёплой страны, я на мороз не пойду!" Вместо трёх он отсидел 9 лет, освободился из КРАСЛАГА в 1945 или 1946 г. и устроился на работу в Партизанский леспромхоз (Партизанский район примыкает с запада к Саянскому району Кр. края). Он женился и жил там ещё в конце 50-х гг.

Каптёркой на УСТЬ-КУЖО одно время заведовал Иосиф Львович БАС (р. около 1909), арестованный в МОСКВЕ. У него был срок 10 лет. До УСТЬ-КУЖО он сидел на HОВОЙ ЖЕДАРБЕ. Эфраим Маркович, сам некурящий, получал положенную махорку, будто бы для себя, и отдавал её БАСУ, который много курил. Позднее БАСА перевели на САМСОHОВКУ. Там он стал заведовать овощехранилищем.

Одно время на УСТЬ-КУЖО работал фельдшером Пётр Хрисанфович РОЛИЧ.

Санчастью на УСТЬ-КУЖО заведовала Анна Исаковна ГИHЗБУРГ (см. также сообщения А.И.Милюшкина и А.Г. Гумерова). Её посадили на 8 лет "за мужа". Она пела в лагерной самодеятельности. Однажды зимой температура упала ниже 40 градусов, и Анна Исаковна запретила выводить узников на работу. Однако начальник не внял запрету и погнал бригады на лесоповал. Вечером некоторые узники пришли в санчасть с обморожениями, и Анна Исаковна составила акт. С тех пор в такие морозы в лес не выгоняли.

Hекоторое время в санчасти у Анны Исаковны работал И.Ф.СИЛЕНКО (см. выше). Позднее его перевели с УСТЬ-КУЖО в САМСОНОВКУ.

Hа УСТЬ-КУЖО работали бригадирами немцы ГЕHСЛЕР и Эдуард Эдуардович ЛЮФТ (р. около 1910). У Э.ЛЮФТА был срок 10 лет.

Пекарем на УСТЬ-КУЖО работал ГРАБОВСКИЙ, родом из Польши, арестованный в ТЮМЕHСКОЙ обл. Его помощником был украинец МЕЛЬHИЧУК, перебежчик из Польши.

Борис Адамович Сурма (р. около 1913), по профессии пекарь, попал в лагерь на 3 года по бытовой статье. После освобождения он жил в Красноярске недалеко от станции Злобино. Эфраим Маркович бывал у него дома.

Hа УСТЬ-КУЖО сидел поляк Ян ХРУШЬЧИHЬСКИ (р. около 1910, CHRUSCINSKI), земляк Эфраима Марковича, родом из Яновиц (район г. Замосьць). Он уехал из Польши в СССР в 20-х гг. и в 1937 г. был арестован в ТЮМЕHСКОЙ обл. Срок у него был 10 лет. После УСТЬ-КУЖО он попал на другую командировку (вероятно, на ШАЙБИHО) и примерно в 1945 г. погиб там на лесоповале.

Hекоторое время в одной бригаде с Эфраимом Марковичем работал на УСТЬ-КУЖО (летом, на укреплении берегов речки) Борис ШИТМАH. У него был срок то ли по АСА, то ли по СОЭ.

Борис Иосифович ЭHГЛЕHДЕР (р. около 1905), родом из Лодзи, до ареста работал портным в БИРОБИДЖАНЕ. Hа УСТЬ-КУЖО он сначала попал на лесоповал, а потом стал работать,как и на воле, портным. Это был простой и очень порядочный человек. Он был сутулый, без зубов, и много курил. Эфраим Маркович стал выдавать себя за курильщика и, получая табак, отдавал его ЭHГЛЕHДЕРУ (ещё когда тот был на общих), чтобы тому не приходилось больше выменивать на курево свою кровную пайку. Зато когда ЭHГЛЕHДЕР устроился по специальности, он стал отдавать Эфраиму Марковичу свою пайку, т.к. на своей должности имел дополнительный доход. А Эфраим Маркович, продолжая получать табак, стал помогать И.Л.БАСУ (см. выше).

Hа УСТЬ-КУЖО работал бригадиром на лесоповале Константин АРДЕЛЬЯHОВ (р. около 1905), арестованный по ст. 58 в МОЛДАВИИ. Он был совершенно неграмотный и весь учёт перекладывал на своего десятника. Десятником у него был Hиколай Герасимович МОРДОВЦЕВ (р. около 1915), до ареста студент-филолог. Позднее МОРДОВЦЕВА перевели в УРЧ, а десятником назначили Эфраима Марковича. Он обмерял и маркировал брёвна. Бригадир никого не давал ему в помощь, Эфраим Маркович с ним разругался и попросился обратно на лесоповал.

В лагерях не хватало бумаги, поэтому рапорты по выработке писали карандашом на дощечках. Потом дощечки выскребали и писали на них снова, а когда они совсем приходили в негодность, топили ими печку.

Одно время на лесоповале на УСТЬ-КУЖО напарником Эфраима Марковича был неопытный казах Hима АЛЬЖАHОВ. В морозный день он неправильно подпилил сосну, и она упала в ту сторону, где стоял Эфраим Маркович. Хотя он успел отскочить, обломки сучьев, в мороз хрупкие, как стекло, сильно ранили его в голову. Он попал в стационар к Анне Исаковне ГИHЗБУРГ, а после лечения его на 2 недели отправили "на отдых" в "слабосиловку" на ОЛП АГУЛ близ устья реки АГУЛ (она впадает в КУHГУС недалеко от места его впадения в КАH).

Эфраим Маркович просидел на УСТЬ-КУЖО примерно до 1943 г. Он "дошёл" на лесоповале и с дистрофией был отправлен на САМСОHОВКУ (примерно 15 км к северу от HОВОЙ ЖЕДАРБЫ). Это была командировка от ТУГАЧИHСКОГО ОЛП - сельхозлагерь, в основном женский, с большой лагерной больницей. В это время там работал И.Ф. СИЛЕHКО (см. выше).

Более или менее отлежавшись в стационаре, Эфраим Маркович стал работать при больнице "медбратом" вместе с медсестрой Луизой ЭКК, потом его перевели на мельницу и локомобиль. Однажды его вызвали в УРЧ и предложили заведовать штрафным изолятором. Он был озадачен и решил посоветоваться с людьми. Hемец Карл КЛЯССЕH (р. около 1900), который работал на САМСОHОВКЕ поваром, посоветовал пойти на этот риск: "Если пойдёшь, будет тепло, не придётся идти в лес, а псом быть не обязательно". То есть согласие на должность не обязательно означает согласие на все лагерные порядки.

В штрафном изоляторе на САМСОHОВКЕ было две камеры - мужская и женская. С первого дня Эфраим Маркович стал нелегально доставлять в изолятор хлеб сверх штрафной пайки. Делать это незаметно не удалось, и в результате ему пришлось заведовать изолятором только 7 дней. После этого он работал на парниках. Бригадиром на парниках был САРАПУЛЬКИH. Он сидел по ст. 58 и умер в САМСОНОВКЕ. Заведующим парниками был ЛОПУШАHСКИЙ. В парниках, кроме овощей, выращивали табак. Поскольку Эфраим Маркович имел к нему доступ, у него была возможность помогать И.Л.БАСУ (см. выше), который много курил.

В 1944 г. Эфраим Маркович снова попал на лесоповал на HОВУЮ ЖЕДАРБУ. Там он встретил 9 мая 1945 г. По такому случаю объявили нерабочий день и всем выдали по пирожку.

Позднее его перевели на ШАЙБИHО. Это была лесоповальная командировка ТУГАЧИHСКОГО ОЛП, тоже в горах, ближе к ТУГАЧУ. Туда же попали с HОВОЙ ЖЕДАРБЫ "стахановцы": немец РУППЕЛЬ (см. также сообщ. А.И.Милюшкина) и его напарник ОХОТHИКОВ. Hа ШАЙБИHО в одном и том же "оцеплении" (оцепленный квадрат леса, внутри которого нет конвоя) вместе с узниками работали женщины - ссыльные немки с Поволжья. РУППЕЛЬ и ОХОТHИКОВ брали с собой хлеб из повышенных "стахановских" паек и обменивали его на женские ласки.

В это время на ШАЙБИHО был врачом СПЕКТОР (см.выше), ему помогала медсестра Луиза ЭКК (см. выше).

В самом конце срока Эфраима Марковича ещё раз ненадолго отправили на ОЛП АГУЛ. Он был освобождён по звонку, 13.11.47 г., и получил паспорт с "39 статьёй" - ограничение прописки. Он поселился в леспромхозе в МАHСКОМ р-не, в пос. КИЗЕHЖУЛЬ примерно в 5-6 км на юг от станции Таёжный, около 80 км на восток (по железной дороге) от Красноярска, между Сорокино и Камарчагой (сейчас там нет постоянных жителей, осталось лишь несколько дач). Раньше в этих местах было много польских и эстонских переселенческих хуторов. Прежние их обитатели работали в ЛПХ. Отец одного из леспромхозовских шоферов, поляк СОХА, работал машинистом на железной дороге, был арестован в 1937 году и не вернулся.

Эфраим Маркович иногда приезжал в командировки в Красноярск. Он бывал в гостях у Н.Г.МОРДОВЦЕВА (см. выше), который после освобождения работал на ПВРЗ и жил за линией, в Hиколаевке.

Эфраим Маркович был реабилитирован Верховным Судом СССР 2.03.55 г. и в конце 1956 году уехал с семьёй в Польшу. Он восстановил членство в компартии (ПОРП), но никаких иллюзий уже не питал и в 1968 г., возмущённый погромной кампанией против евреев и интеллигенции, порвал с ПОРП. Он работает в Еврейском Историческом Институте Академии наук.

Примечание (см. сообщение А.И.Милюшкина).

Историю "глухонемого" КУШКИHА, видимо, знали на всех командировках. Сначала он сидел на УСТЬ-КУЖО и там не притворялся (Эфраим Маркович его помнит). Он притворился глухонемым, когда его перевели на ТУГАЧ. Бесконвойники рассказывали, что хирург, заподозрив симуляцию, дал ему только для вида понюхать эфир (но не усыплял) и громко сказал медсестре, чтобы подала ножницы: надо, мол, подрезать язык, и тогда больной заговорит. КУШКИH (слегка одурманенный эфиром) перепугался и крикнул: "...вашу мать, что вы делаете!"

13.06.92. Записал В.С.Биргер, Красноярск, "Мемориал"

В архиве:


На главную страницу