Сообщение Михаила Васильевича Иванова


Михаил Васильевич ИВАHОВ (1915-1993)Михаил Васильевич ИВАHОВ (1915-1993) окончил московскую школу N 15 (на 3-й Мещанской) и ФЗУ на заводе им. Калинина и работал на этом заводе слесарем. Он жил с родителями в БОЛШЕВО, по Бурковскому проезду, 1.

Hа з-де Калинина работал оформителем Кирилл Александрович КИТЛЕР (р. около 1915, по отцу немец).

Мать Михаила Васильевича, Зинаида Петровна ИВАHОВА (около 1882-1970), учительница, до 1920 года работала в школе в Щёлково, а когда вернулся отец, уволилась и вела домашнее хозяйство.

Михаила Васильевича арестовали 5.01.36 г. и отправили на ЛУБЯHКУ, где он просидел 3 месяца. Он попал в одиночную камеру с паркетным полом и кроватью с одеялом, но вскоре его перевели в 2-местную камеру с аналогичной "обстановкой". Там с ним сидел Пётр Григорьевич ХАЛИЗОВ (р. около 1875), брюнет из Одессы, член ВКПб. Он пренебрежительно отзывался о Хрущёве и рассказывал, как тот был у него ординарцем (видимо, во время гражданской войны). До ареста ХАЛИЗОВ работал в МОСКВЕ снабженцем. Позднее Михаила Васильевича перевели в 4-местную камеру, где с ним сидели трое московских студентов, арестованных по ст. 58-10.

На ЛУБЯНКЕ выводили гулять на крышу. Туда и обратно везли на лифте, разгороженном посередине решёткой на отделение для конвоя и отделение для зэков. В тюрьме не стригли, а курящим давали в день 11 папирос. Выдавали также воск и щётку - драить паркет. На неделю разрешали брать 6 книг из тюремной библиотеки. Михаил Васильевич прочёл на ЛУБЯНКЕ всего Брэма.

На допросы гоняли и ночью, и днём. Первый следователь со своими помощниками стал избивать Михаила Васильевича. Он вырвался, схватил следователя за горло и едва не задушил. Его оттащили за ноги и избили, но к этому следователю больше не гоняли. Второй, с двумя ромбами, вёл себя приличнее и нажимал, но в сдержанной форме. Михаилу Васильевичу шили "организацию", но он отбился, взяв всё на себя (тогда как знакомые, проходившие свидетелями, без зазрения совести на него "показывали"). В его обвинительном заключении осталась одна "контрреволюционная агитация".

В одно время с ним был арестован также и КИТЛЕР. Один раз Михаилу Васильевичу устроили с ним очную ставку.

7.04.36 г. их судила спецколлегия Мособлсуда. Михаилу Васильевичу дали 8 лет по ст. 58-10, а КИТЛЕРУ 2 по ст. 58-12. Он отсидел свой срок в лагере под ЕЛЬHЕЙ, СМОЛЕHСКОЙ обл., и вышел, а в начале войны был мобилизован и погиб на фронте.

В конце апреля 1936 г. Михаила Васильевича отправили в БУТЫРКИ, в пересыльную камеру. Она находилась в бывшей тюремной церкви, поделенной на несколько (примерно 4) больших камер.

В камере с одноэтажными нарами находилось около 100 заключённых. Почти все они были осуждены по ст. 58. Среди них было довольно много донских казаков. Нар хватало почти на всех.

Здесь к Михаилу Васильевичу пустили на свидание отца и сестру. Он удивился и спросил: "А мама?" - "Сидит".

Зинаиду Ивановну забрали в конце мая или начале июня 1936 г. и дали 2 года по ст. 58-10. Посадили её по доносу соседа, директора школы Бардышева. Он выдавал себя за старого политкаторжанина, а в 1930 году отличился активным участием в погромах подмосковных церквей.

Она попала в тот же лагерь под ЕЛЬHЕЙ. После конца срока у неё был "101-й километр", и официально она проживала в Петушках. Она всё равно вернулась домой и была вынуждена прятаться, пока не получила разрешения жить в БОЛШЕВО. Когда к ним приходили с проверкой, она вставала за дверью.

В июне 1936 г. пересыльную камеру отправили на этап. На воронках повезли на Ярославский вокзал и погрузили в общие пассажирские вагоны, но их полностью заняли под этап. В Ярославле этап выгрузили и на 3 дня отправили в тюрьму. В тюрьме не давали воды, дали только к концу 3-го дня. Затем всех опять отправили на вокзал и повезли их... обратно в Москву. Как выяснилось, в Ярославль их отправили по ошибке, а надо было везти с Виндавского (ныне Рижского) вокзала.

В Москве этап не выгружали, а перегнали состав по окружной дороге на линию Виндавского вокзала и повезли дальше. Выгрузили на ст. СТАРАЯ ТОРОПА, недалеко от г. Торопец, и там распределили по лагпунктам 199-й стройки, на строительство автодороги. Стройка находилась в ведении ОГПУ, начальником был ВОВСИ.

Часть этапа отправили в райцентр ИЛЬИНО. Один грузовик, на который попал и Михаил Васильевич, отправили примерно за 20 км от станции, в лес, где находилась маленькая зона, примерно на 200 человек. Большинство из них составляли воры и бытовики. Среди тех, кто сидел по ст. 58, были военные, студенты, донские казаки.

Жильём служили бараки-землянки с 2-этажными нарами, по 50 человек в каждом бараке. Вшей и клопов, на удивление, не было, но зато сильно досаждали блохи. Рабочий день продолжался по 10 часов, каждое воскресенье был выходной. Всеобщая перепись 1936 года проводилась также и в этом лагере.

Заключённые валили лес и прокладывали дорогу. Михаил Ивановил работал на общих, где техника сводилась к тачке и лопате, но в июле при зоне открылись месячные курсы трактористов. удалось попасть на эти курсы. В августе его и других курсантов отправили в райцентр ИЛЬИНО, в МДО (машинно-дорожный отряд).

Михаил Васильевич работал на одном из 22-х имевшихся в МДО тракторов. В ИЛЬИНО трактористы жили по квартирам и могли свободно ходить по райцентру. Одним из них был Григорий Андреевич АНДРЕЕВ (р. около 1913), с которым Михаил Васильевич встретился ещё в пересыльной камере БУТЫРОК. Это был москвич, студент, осуждённый по ст. 58 и отправленный из Москвы в том же этапе, но с этапа он сразу попал в ИЛЬИНО.

В конце 1936 г. начальство распорядилось перегнать трактора на ремонт в Торопец. Обратно трактористы возвращались пешком. Когда они проходили мимо Старой Торопы, Г.А.АНДРЕЕВ сел на поезд и уехал (т.е. бежал).

Когда остальные трактористы вернулись в ИЛЬИНО, их отправили на всю зиму на общие, к тачке (не из-за побега, а за отсутствием тракторов). А в апреле 1937 г. всех заключённых (вместе с ворами и бытовиками) погнали на ст. СТ. ТОРОПА, погрузили и отвезли в СМОЛЕНСКУЮ тюрьму. Через месяц, 20.05.37 г., их отправили на этап в БАМЛАГ. Везли в товарных вагонах, 58-ю вместе с ворами. В вагонах было полно вшей. Но зэки радовались уже тому, что по дороге не пересчитывали, и можно было отоспаться. На остановках к составу цепляли дополнительные вагоны. За последним всегда тащилась стальная кошка.

Первая баня была только на ст. Урульга (Читинская область). Вся дорога заняла около месяца. Этап выгрузили в СВОБОДНОМ, а на станции заключённых встречали с оркестром.

Михаил Васильевич попал в 60-ю спецколонну БАМЛАГА, на ст. МИХАЙЛО-ЧЕСНОКОВСКАЯ, в нескольких километрах от СВОБОДНОГО. Но через два месяца его опять отправили на этап, теперь уже в СВИТЛ, и 5.09.37 г. он оказался в бухте Нагаева, в МАГАДАНЕ.

В СВИТЛе он попал на 347-й км, в пос. СТРЕЛКА, и остался до освобождения на автобазе N 4. Работал он слесарем и сварщиком.

Первое время узники на СТРЕЛКЕ жили в больших, по 50 человек или больше, палатках с брезентовым верхом и фанерными стенами. Между двумя слоями фанеры были насыпаны опилки. В такой палатке топились две печки, сделанные из железных бочек. Потом построили бараки. Рабочий день продолжался 10 часов, но когда началась война, его увеличили. Узники, которые работали в посёлке, ходили по нему без конвоя, а как только гудок - по пятёркам стройся и в зону.

Когда после БЕРЗИНА начальником СВИТЛ стал ПАВЛОВ, в лагерях сразу позакрывали продуктовые ларьки. Два раза в СТРЕЛКЕ появлялся ГАРАНИН. Во второй приезд он стал ходить по цехам, когда на участке у Михаила Васильевича делали жестяные воздухопроводы. Впереди него неслась весть: "Гаранин идёт!"

Подходит: "Какая статья?" - "162-я!" (а на самом деле, конечно, 58-я). И ушёл. Позднее в тот день где-то недалеко стучал пулемёт.

Однажды на СТРЕЛКЕ повесился заключённый. Это был лагерный врач, причём расконвоированный. Но о каких-либо других случаях самоубийства среди узников на СТРЕЛКЕ в 1937-1948 годах Михаил Васильевич не слышал.

На СТРЕЛКЕ сидел Евгений Сидорович ЛАБУТЬЕВ (р. около 1910) из г. СЕРГИЕВ ПОСАД МОСКОВСКОЙ обл. Его арестовали примерно в 1937 г. и дали 5 лет по ст. 58-10, а в лагере добавили ещё 10. Однако примерно в 1944 г. его освободили (естественно, без выезда), и он работал завмагом в пос. Палатка, пока ему не дали разрешение выехать "на материк".

На СТРЕЛКЕ был единственный случай досрочного освобождения, когда в 1943 г. выпустили из лагеря на поселение кузнеца, донского казака (из станицы МЕДВЕДЕВСКАЯ или МОРОЗОВСКАЯ), котого звали Григорий Иванович (р. около 1870), уже отсидевшего 8 лет. Молотобойцем у него в кузнице работал его односельчанин, тоже казак, Иван Васильевич РАПАЕВ (р. около 1895).

Попал на СТРЕЛКУ также Эдуард Геронимович ГЕНИУШ (GENIUSZ Edward syn Hieronima, 1902-1957), поляк, сменный мастер цеха на Красноярском ПВРЗ. Его арестовали в 1937 г. и дали 10 лет. У него на правой руке было только два пальца, но он был хороший музыкант и играл на скрипке, гитаре, мандолине и гармони, а в СТРЕЛКЕ руководил лагерным самодеятельным оркестром.

Михаил Васильевич был освобождён по звонку, 5.01.44 г., но, как и все политзаключённые, выехать с Колымы не мог. Он остался работать на той же автобазе в СТРЕЛКЕ. Разрешение на выезд ему дали только в 1948 г.

В июне 1948 г. Михаил Васильевич получил пропуск на выезд из МАГАДАHА и сел на пароход "Эреван".

Ему выписали направление в Лежнёвский р-н Ивановской обл., но он поехал в Кольчугино, где у него был дядя. В паспортном столе начальник ответил: "Прописывайся". Он нашёл себе квартиру и пошёл к тому же начальнику прописываться. Но когда тот внимательно посмотрел документы, то обьявил: "Тебе тут нельзя, тебе надо в Лежнёвский!" Спорить было бесполезно, но тут вмешался человек, сидевший в кабинете у начальника. Он спросил у Михаила Васильевича его профессию, а услышав, что он сварщик, сказал: "Езжай ко мне". И уговорил начальника дать согласие. Это был завхоз из совхоза "Большевик" в с. ИЛЬИНСКОЕ, КОЛЬЧУГИНСКОГО р-на.

Михаил Васильевич три года работал сварщиком и кузнецом в совхозе, но 19.01.51 г. его забрали и отправили во ВЛАДИМИРСКУЮ тюрьму. Там он сидел в камере размером около 20 кв.м. на 2-м или 3-м этаже. В камере стояла параша, 4 кровати. На окне был "намордник". Эта сторона тюрьмы примыкала к кладбищу, где постоянно работал громкоговоритель. В камерах его было хорошо слышно.

В тюрьме Михаила Васильевича сразу остригли наголо. На допросы гоняли только к одному следователю. Он грозил кулаками, но не бил. Во ВЛАДИМИРКЕ Михаил Васильевич просидел 8 месяцев в одной камере. Сокамерники у него менялись. Среди них были 2 шофёра, еврей из Франции, бывшие политзаключённые Норильлага, но по фамилии он никого из них не помнит.

Постановлением Особого совещания при МГБ от 18.08.51 г. он был осуждён на 10 лет ссылки по ст. 7-35, а в сентябре попал на этап в КРАСНОЯРСК. Этап прошёл через несколько пересылок: сначала через Куйбышевскую, потом через какую-то пересылку в Казахстане, а затем Юргинскую и Новосибирскую. На пересылках этап пополняли и 10.10.51 г. выгрузили в КРАСНОЯРСКЕ. Всего в этом этапе попало в Красноярск 16 ссыльных.

Среди них большинство составляли украинцы. Д.И.ХЕВЗЮК (см. его сообщение, его отправили на ссылку с КАРАБАСА) был присоединён к этапу в Новосибирске. Также на пересылках добавились Дмитро ВОЛОЩУК (р. около 1920) и Данило ДУБ (р. около 1925). Позднее ДУБ уехал на Украину.

Вместе с Михаилом Васильевичем ехал в этапе из ВЛАДИМИРКИ Евгений Фёдорович ПЕТРОВ (р. около 1915), родом из Владимирской обл. До 1-го ареста он учился в институте. Он отсидел 8 или 10 лет в НОРИЛЬЛАГЕ. Ссылку ему дали по ст. 7-35.

В КРАСНОЯРСКЕ он работал токарем в тресте Красноярскстрой. В конце 50-х гг. он получил реабилитацию и уехал во Владимирскую обл.

Ссыльные отмечались в комендатуре по ул. Маркса. Комендантом был КОЗЫРЕВ. Михаил Васильевич работал в тресте "Красноярскстрой". Одно время он водил грузовик. На дорогах машины часто останавливала милиция - ловили зэков: "Снимай шапку!" Если есть волосы - "Езжай!"

Э.Г.ГЕНИУШ вернулся в Красноярск, но после Колымы прожил недолго. Он умер в 1957 г. Михаил Васильевич был на его похоронах.

Михаил Васильевич был реабилитирован по ссылке 6.06.55 г. "решением Прокуратуры, МВД и КГБ СССР". 29.06.55 г. он получил освобождение и вместе с ним справку о реабилитации, но остался жить в Красноярске.

По лагерному сроку он был реабилитирован только в 1992 г. Генеральной прокуратурой РФ.

Михаил Васильевич умер от рака лёгких в октябре 1993 г.

1.06.93 г.Записал В.С.Биргер, Красноярск, об-во "Мемориал"

В архиве:


На главную страницу