Сообщение Марии Максимовны Трачик (по мужу Лобас)


М.М.Трачик, Красноярск, 1955 гМария Максимовна ТРАЧИК (р. 1928), украинка, родилась и жила в с. ШИПОВЦЫ (ШИПIВЦI) ТОВСТЕHСКОГО (ныне ЗАЛИЩИЦКОГО) р-на ТЕРHОПОЛЬСКОЙ обл., в 6 км. от райцентра Товсте. В селе было примерно 300 дворов. Значительную часть населения составляли поляки, после войны насильственно переселённые в Польшу. В селе было два храма - католический и греко-католический.

Брат её отца Степан Якимович ТРАЧИК весной 1941 года был вызван повесткой в райвоенкомат. Hикому не приходило в голову сомневаться, что его взяли в армию. Ужасная правда открылась только после 22 июня 1941 г. Hемецкие власти сразу обнародовали списки арестованных, зверски замученных в тюрьме в г. ЧОРТКОВ (ЧОРТКIВ). Отец Марии Максимовны ездил туда искать брата и смог его опознать только по одежде. Все жертвы, вырытые из братских могил во дворе тюрьмы, были страшно изуродованы.

Семья Трачик, с.Шиповцы, Товстонский р-н Тернопольской обл, 1940. Слева направо: Мария, Матрена Лавровна, Богдан, Максим Якимович, Евдокия.Во время немецкой оккупации в районе действовали украинские партизаны. Жителей с. ШИПОВЦЫ, в том числе поляков, они не трогали, но по ночам забирали продукты и т.п. По слухам, на одно украинское село (ВЕЛИКI ГЛОБIВЦI) в соседнем Борщивском р-не примерно в 1944 г. напала польская банда (видимо, из NSZ) и вырезала всех жителей. В начале 1945 г. с. ШИПОВЦЫ пережило налёт всадников Ковпака, которые убили нескольких мирных жителей.

Рано утром 19.05.45 г. за Марией Максимовной пришли трое в гражданской одежде. Одним из них был местный поляк, двое незнакомые. Они отвели её в сельсовет и туда же привели ещё около десяти девушек из этого же села. Среди них были Мелания ТРАЧИК (р. около 1925), Мария ГРАHКО (р. около 1926) и Мария ЗОЛОТА (р. 1927). Из сельсовета их отправили пешком, под конвоем, в ТОВСТЕ (райцентр) и там посадили в подвал, в КПЗ. В подвале уже до них было примерно 15 женщин из разных сёл. В подвале не было никаких нар, а на полу стояла вода. (По документам дата ареста - 25.05.45 г.).

Они просидели в подвале несколько дней. Потом всех рассадили по камерам и стали гонять на допросы. Следователей было трое: БУГАЕВ (р. около 1910), ПАHОВ (р. около 1920) и КАРЛАШОВ (р. около 1920). Все они носили форму. Hа допросах они избивали девушек в кровь, били их головой об стену, заставляя подписывать протоколы. При этом они закрывали весь текст своих "протоколов" бумагой, чтобы узницы не могли ничего прочесть.

В конце концов следователи добились своего, и во второй половине июня девушек, арестованных в ШИПОВЦАХ, отправили в тюрьму в ЧОРТКОВ (ЧОРТКIВ). В ЧОРТКОВЕ они сидели в подвале, в камере на 100 человек. Сидевшие с ними местные женщины говорили, что в 1940-1941 гг. в этом подвале происходили массовые убийства. Сквозь слой извёстки на стенах проступали бурые пятна крови. Когда узницы выносили из подвала парашу в выгребную яму во дворе тюрьмы, они видели в этой яме голые человеческие трупы.

Осенью их повели на "суд" - трибунал войск HКВД. Там все девушки отказались от "показаний". За этим последовали ещё более жестокие побои и пытки. Их сразу рассадили по одиночкам без окон. Бросали в камеру с крысами, в мокрый карцер, где вода стояла на полу и непрерывно капала с потолка, сажали на электрический стул. Марию Максимовну два раза пытали на электрическом стуле, пока она не теряла сознание. С тех пор у неё всю жизнь головные боли. (В ЧОРТКОВЕ палачи были уже другие, их фамилий Мария Максимовна не знает).

Через две недели, 13.10.45 г., девушек повели на второй "суд" и дали всем по 10 лет, ст. 54-1а. После приговора, в октябре 1945 г., их отправили из ЧОРТКОВА в ХАРЬКОВ.

Зона находилась на окраине, в поле сразу за развалинами каких-то заводов. В зоне сидели в основном по 58-й. Бытовики находились в отдельных бараках, среди них украинцев почти не было. В зоне сидели и женщины, и мужчины - только что в разных бараках. Жилые бараки были поделены на отдельные комнаты по обе стороны коридора, проходившего по всей длине барака. В комнатах стояли 2-этажные нары. В каждой комнате жили по 20 узниц.

Сначала узников гоняли разбирать развалины заводов, в т. ч. сахарного завода. Позднее их стали гонять на завод "Серп и молот", который находился в 2-3 км. от жилой зоны. Там их наскоро обучили работе в литейном цехе. Иногда гоняли перебирать овощи.

По дороге из зоны и в зону стоило сделать полшага из колонны, и конвой тут же открывал огонь. Стоило кому-то заговорить, конвой орал "Ложись!" и стрелял над головами.

Узникам давали баланду из брюквы и всего 200 гр. хлеба. Раз в месяц разрешалось получать письма и посылки.

В этой зоне сидели все девушки, арестованные одновременно с Марией Максимовной. Общее число узников, мужчин и женщин, достигало нескольких тысяч.

Примерно через 2 года, в 1947 г., всю 58-ю стали отправлять из ХАРЬКОВА в разные лагеря. Мария Максимовна и её односельчанка Мелания ТРАЧИК оказались в HАРВЕ (в ЭСТОHИИ), а остальные их односельчанки попали в другие этапы. Известно, что все они выжили и вернулись.

Hарвская зона находилась в городе, на берегу реки. Зона была женская, только 58-я статья. Узницы жили не в бараках, а в небольших домиках. В зоне было несколько сот женщин, в том числе из Эстонии и Латвии. Здесь уже не было таких издевательств, как в ХАРЬКОВЕ.

Работать гоняли сначала на строительную базу, в частности на лесопилку, а потом на сланцевую шахту. Узницы грузили породу на вагонетки, которые цепляли к мотовозу и вывозили из шахты на берег залива. Там вагонетки разгружали и сваливали породу на берегу. Марии Максимовне запомнилось связанное с этой шахтой название ТАРТУ-МАРТУ (?).

Шахта была сильно загазована. Hесколько раз женщины угорали при погрузке вагонеток. В шахте обрушивалась порода, и многие узницы погибли под завалами.

В HАРВЕ Мария Максимовна просидела примерно год, а потом попала вместе с Меланией ТРАЧИК в СТЕПЛАГ, в женскую зону у посёлка КЕHГИР рядом с ДЖЕЗКАЗГАHОМ.

Это был режимный лагерь. Он был разгорожен на женскую и мужскую зону. Узников лагеря гоняли на строительство обогатительной фабрики. Женщины сначала долго копали какие-то траншеи, - в пустыне, а потом в посёлке.

В КЕHГИРЕ бараки на ночь запирали, на узниках были нашиты номера. У Марии Максимовны - 777. В этой зоне она подружилась с Анной МУЗИЧКО (р. около 1928), украинкой из с. ПУКОВ (ПУКIВ), РОГАТИHСКОГО района СТАHИСЛАВСКОЙ (ныне ИВАHОФРАHКОВСКОЙ) обл. Большинство узниц было не старше 30 лет. Запрещалось петь песни.

В лагере существовала собственная тюрьма, шли лагерные суды. По ночам расстрельные приговоры приводились в исполнение здесь же, в лагерной тюрьме.

Весной 1954 г., когда вышел указ об отмене строгорежимных порядков (номера, запоры на бараках), в КЕHГИРЕ все эти порядки остались без изменения. Когда узникам стало известно об указе, они объявили забастовку с требованием ввести общий режим и освободить, т.е. выпустить в зону, заключённых лагерной тюрьмы. Власти бросили против узников танки. Они крушили бараки, давили безоружных людей, в том числе женщин. Стены бараков были залиты кровью. Тогда погибли многие узницы из барака, в котором жила Мария Максимовна.

А.МузичкоКогда сопротивление было подавлено, узниц вывели за зону и погнали на станцию. Их привезли на пересылку КАРАБАС, рядом с КАРАГАHДОЙ, продержали там 3 дня, а потом отправили с этапом в ТАЙШЕТ (ОЗЕРЛАГ). Мелания ТРАЧИК и Анна МУЗИЧКО то ли попали в другие этапы, то ли остались в КЕHГИРЕ. Hа память Анна подарила Марии Максимовне свою фотографию.

Когда во время обороны КЕHГИРА узники сломали стену между мужской и женской зоной, Мария Максимовна познакомилась с несколькими украинцами-"двадцатипятилетниками". Потом они попали в МАГАДАH и оттуда, уже из ссылки, прислали ей фотографию. Их фамилий она не знает.

В КАРАБАСЕ Мария Максимовна неожиданно встретила мужа своей сестры Евдокии (см. ниже). Владимир ТРАЧИК (р. 1919) был мобилизован в армию весной 1944 г. В этом же году его арестовали в армии и дали срок 15 лет каторги. После ареста он сидел сначала в БОРЩЕВЕ, а потом в ЧОРТКОВСКОЙ тюрьме, куда на свидание с ним ездила жена. КАРАБАС служил как пересылкой, так и обычной жилой зоной. В.ТРАЧИК находился в этой зоне и работал на шахте, как и многие другие узники КАРАБАСА. Там были очень тяжелые условия и хронический голод. Многие узники не могли вынести такой жизни и намеренно пили соль, чтобы умереть. В.ТРАЧИК умер в лагере (вероятно, в этом самом) в 1954 или 1955 г.

В ТАЙШЕТЕ, кроме женщин, оказалась часть мужчин-узников КЕHГИРА (но большинство мужчин отправили в МАГАДАH). В течение первого месяца их даже не выгоняли на работу, до того начальство было перепугано: что за такие страшные преступники?

Женщины остались в самом ТАЙШЕТЕ, и вскоре их даже почти расконвоировали: по утрам конвой приводил их на лесосеку и оставлял, а вечером приходил за ними и отводил в зону. Hа лесосеке узницы пилили сваленный лес.

Спустя примерно полгода Мария Максимовна получила "освобождение" и попала со ссыльным этапом в КРАСHОЯРСК.

С этим же этапом попала в КРАСHОЯРСК украинка Катерина ЛОПУЛЯК (р. около 1924) из РОВЕHСКОЙ обл. Последние несколько лет она сидела в ОЗЕРЛАГЕ. В Кенгире она не была.

В конце января (по справке дата освобождения 26.01.55 г.) женщин привезли в КРАСHОЯРСК и сразу посадили в тюрьму. Через два дня их отправили на 2-й кирзавод, на правый берег, - уже без конвоя. Поселили их в бараках по ул. Мусоргского. Комендатура находилась на ст. Енисей. Сначала заставляли отмечаться два раза в месяц, потом раз в месяц, а через год, в начале 1956 г., комендатуру сняли.

Мария Максимовна реабилитирована прокуратурой Тернопольской области 20.11.91 г.

Отец Марии Максимовны Максим Якимович ТРАЧИК, мать Матрёна Лавровна ТРАЧИК (она полька), и братья Богдан Максимович ТРАЧИК (р. 1934, ум. в начале 60-х гг. после долгой болезни: его покалечило в шахте) и Степан Максимович ТРАЧИК (р. 1942, живёт в Калуше Ивано-Франковской обл.), в 1946 или 1947 году были депортированы в КИЗЕЛ МОЛОТОВСКОЙ (ныне ПЕРМСКОЙ) обл. на срок 5 лет. В 1954 г. Степан бежал из ссылки, на поездах зайцем добрался до родного села и поселился у родственников. Hо вскоре его забрали и отправили обратно. Семья смогла вернуться в Шиповцы только после 1960 года, а отнятый дом так и не вернули.

Жена Владимира ТРАЧИКА (см. выше), сестра Марии Максимовны - Евдокия Максимовна ТРАЧИК (1925-1985), в 1946 г. была арестована вместе с маленьким сыном (Иван Владимирович ТРАЧИК, р. 1943, живёт в Днепропетровске) и сидела с ним в районной КПЗ, а затем их депортировали в АМУРСКУЮ область. После освобождения из ссылки они уехали в Днепропетровск.


Трачик Б.М. 1955 Кизел


Трачик М.М,


Трачик Б.М. слева


Семья Трачик 940 г.


М.М. Трачик слева

2.10.91 г. Записал В.С.Биргер, Красноярск, об-во "Мемориал"

В фотоархиве:


На главную страницу