Красноярская «шарашка» как памятник истории и науки советского периода (по материалам личного характера и протоколам первичных партийных организаций отделов ГУ «Енисейстрой» МВД СССР)


Совлук Е.В.,
г. Красноярск, Государственная универсальная
научная библиотека Красноярского края

Во всех крупных промышленных городах СССР были свои «шарашки» (Особые Технические Бюро). В Красноярске спецтюрьма появилась в 1949 году, как один из шагов по выполнению ударного плана в области естественнонаучной промышленности принятого постановлением о 1947 года. ОТБ-1находилось на улице Солидарности, ныне Лидии Прушинской. Вся деятельность этого учреждения была государственной тайной, однако на его территории трудились не только заключенные и военные, но и вольнонаемные сотрудники.

Необходимо заметить, что эта «шарашка» являлась структурным подразделением ГУ «Енисейстроя» МВД СССР, поэтому основное направление ее работы была геология. Так как Особое Техническое Бюро № 1 было головным подразделением наукоемкого производства, то для исследовательских полевых работ от него выделялись и оборудовались лагпункты и командировки1.

ОТБ-1 из ряда других подобных учреждений выделяла его приоритетность перед другими спецтюрьмами. СССР во второй половине 1940х годов втягивается в Холодную войну. Главным оружием в этой войне стали атомные бомбы. Советский Союз эти бомбы только начинал строить, в большой спешке и совершенно секретно. Ради таких целей были созданы несколько Главных Управлений ГУЛАГа, в том числе ГУ «Енисейстрой» МВД СССР. На гонку вооружения советское руководство денег не жалело: относительно «шарашек» других отраслей народного хозяйства те, что «строили бомбу» не нуждались. Также в структуре внутреннего устройства и организации «атомных» лагерей было много общего2.

Внутреннее устройство ОТБ-1 было следующим: оцепленная колючей проволокой по периметру территория делилась на две части – меньшую жилую и большую производственную. На территории росли деревья, цветы. В жилой зоне находились спальные бараки и бытовые службы (баня с бассеином, парикмахерская, сапожная мастерская). Как правило, арестанты размещались в больших, светлых камерах, на железных койках с матрацем, набитым мочалом, с перовой подушкой, простыней и байковым одеялом. В камерах помещалось 20-50 человек; для высококвалифицированных заключённых выделялись небольшие камеры на 5-10 человек. В камерах содержалась чистота силами уборщиков из уголовных арестантов. Скученности в камерах не наблюдалось уже только потому, что в них арестанты практически только ночевали. Подавляющую часть суток арестанты проводили в рабочих помещениях. Они могли задерживаться на работе до позднего вечера. Производственно-административные отделы, столовая и цеха размещались в производственной зоне. Не только внешний мир от спецтюрьмы отделял КПП (Вся территория ОТБ-1 охранялась, с ул.Солидарности. Были вышки, охранники, надзиратели.), но и производство с жилой территорией сообщалось через вахту3. Вход на территорию Бюро осуществлялся по спецпропускам, постоянным либо разовым, периодически производился личный досмотр постоянных вольнонаемных сотрудников при приходе на работу4. Корреспонденция доставлялась в спецотдел канцелярии, где сортировалась, частично перлюстрировалась, отмечалась особым штампом и либо доставлялась адресату на внутренние отделы, либо уходила к месту назначения за периметром5.

В структуре будущего «СибцветметНИИпроекта» были следующие отделы, цеха и заводы (рис. 1. План расположения служб ОТБ-1.): химическая лаборатория, геологический отдел, стеклодувная и мастерская по ремонту лабораторного оборудования, лаборатория физических методов анализа, металлургический завод, проектный отдел, управление лаготделением и санчасть. Кроме того здесь же был небольшой магазинчик, в котором был очень ограниченный ассортимент, даже по меркам того времени. Изредка в него привозили некоторые невысокого качества товары, которые заключенных вынуждали покупать.

Один из лагпунктов «Енисейстроя» МВД СССР, работавший непосредственно с ОТБ-1, находился в районе станции Злобино на правобережье Красноярска. До 2001 года сохранялось кирпичное одноэтажное здание столовой-клуба для офицерского состава6. Снабжение основными продуктами питания осуществлялось по договоренности с населением близлежащих сел. (Фото 1. Столовая-клуб.)

Организация питания в самом ОТБ-1 зависела от наличия судимости и от занимаемой должности. Руководство питалось в спецстоловой 7, рядовые сотрудники обеспечивали себя обедом сами, принося его из дома. Заключенные, в основном представители научно-технической интеллигенции, получали питание до пяти раз в день, и при этом могли помогать-подкармливать вольнонаемных лаборантов8. Ассортимент предлагаемых блюд также не был однообразным (возможно, благодаря «птичьему бунту» 1947 года в одном из «атомных» ОТБ в Казахстане9).

Известно так же, что у заключенных научных сотрудников выпускалась своя стенгазета, проводились вечера, на стенах института устраивались выставки марок и открыток заключенных коллекционеров10.

В то же время другая часть репрессированной геологической экспедиции по красноярскому делу геологов 1949 года находилась лагерях на общих работах или тоже в «ОТБ», но не приоритетных отраслей промышленности. В последнем случае ученым хотя бы можно было помогать одеждой, питанием и медикаментами11.

Разница в условиях содержания научно-технической интеллигенции в системе ГУЛАГа МВД СССР зависела от степени важности тех или иных направлений научных изысканий для государства в тот период времени, и была весьма существенна. Таким образом, мы можем согласиться с мнением СОЛОВЬЁВ а Э. И. о том, что из суперкаторги он мало-помалу превращается в гигантский работный дом. Определяющим мотивом становится целенаправленная государственная эксплуатация бесправия, в анализе которой Марксовы понятия «прибавочного продукта» и «прибавочной стоимости», пожалуй, могут работать даже лучше, чем при интерпретации фабричного капитализма XIX века (без обильного смазочного материала «опосредований»). Формируется современное доходное рабство, прочно включенное в плановую экономику (в этом, если угодно, основная примета бериевщины и ее основное отличие от ежовщины). Зона постепенно захватывается техническим прогрессом, подвергается расчленению по квалификациям, в ней возникают очаги наукоемких технологий («шарашки») и особо ответственные отсеки, связанные с оборонной промышленностью.

Никакого роста «комфортности» при этом не происходит. «Хрен редьки не слаще»: труд зэка по-прежнему остается телесным наказанием высшей пробы, работой на износ, на инвалидность; средняя продолжительность жизни в ГУЛАГе не делается более высокой12.

Примечания:

1. Из материалов общественной организации красноярский «Мемориал»
2. Наука и жизнь. - 2006 г. - № 9- № 10.
3. Из материалов общественной организации красноярский «Мемориал»
4. Из материалов общественной организации красноярский «Мемориал»
5. ЦХИДНИ, Ф-2816, Оп-1, Д-10.
6. Из материалов общественной организации красноярский «Мемориал»
7. ЦХИДНИ
8. Из материалов общественной организации красноярский «Мемориал»
9. Наука и жизнь. - 2006 г. - № 9- № 10.
10. Из материалов общественной организации красноярский «Мемориал»
11. Из материалов к дипломной работе Совлук Е.В. «Красноярское дело геологов 1949 года». – Красноярск, 2006 г.
12. СОЛОВЬЁВ Э. И. Карательная справедливость и юридический гуманизм // Справедливость и ненасилие: российский контекст / Отв. ред. С. В. Девяткин, Е. Г. Луковицкая; НовГУ имени Ярослава Мудрого. – Великий Новгород, 2005 г. – С. 13-54.
13. Рисунки и фотографии из материалов общественной организации красноярский «Мемориал».


На главную страницу