Куперштох Н. А., Крайнева И. А. Сибирский период биографии физика-теоретика Ю. Б. Румера


УДК 001(09)

Аннотация. В статье рассмотрена деятельность выдающегося физика-теоретика Юрия Борисовича Румера (1901–1985) в сибирский период его жизни. В биографии ученого трагическим образом отразились сложные перипетии ХХ в. Талантливый ученик М. Борна, профессор Ю. Б. Румер был репрессирован в 1938 г. и отбывал ссылку в Енисейске в 1948–1950 гг. Благодаря ходатайству известных ученых он смог продолжить научную работу в академических организациях Новосибирска.

Ключевые слова: физика XX века, Ю. Б. Румер, Енисейск, Новосибирск.

Физик-теоретик Юрий Борисович Румер (1901–1985) принадлежит к плеяде выдающихся советских ученых, научная деятельность которых осуществлялась в сложных социальных условиях. Долгое время жизнедеятельность Ю. Б. Румера и его научные результаты были известны лишь узкому кругу специалистов. Первой работой популярного характера стала книга М. П. Кемоклидзе [2]. В последние несколько лет  появились фундаментальные публикации о Ю. Б. Румере, основанные на широком круге источников [11, 3]. Сибирскому периоду жизнедеятельности ученого посвящены лишь отдельные публикации [4]. А между тем этот период составляет 37 лет — это столько же, сколько Ю. Б. Румер прожил в Москве, Гёттингене и снова в Москве до своего ареста. Цель статьи — проанализировать деятельность Ю. Б. Румера во время ссылки в Енисейске; показать основные научные результаты деятельности ученого в период работы в академических и образовательных учреждениях Новосибирска.

Для того чтобы понять, какого масштаба ученый оказался в Сибири, необходимо обратиться к его биографии. Родившись в состоятельной семье московского купца, Юрий с детства знал несколько иностранных языков. В 1924 г. он окончил физико-математический факультет МГУ.

Блестящее знание современной математики позволило ему в конце 1920‑х гг. стать ассистентом школы теоретической физики Макса Борна в Гёттингене. В Германии формируется та широта научных интересов Ю. Б. Румера, которая разовьется в последующем: теория относительности, волновая механика, квантовая химия, теория сверхпроводимости, оптика и теория света.

После возвращения в Москву Ю. Б. Румер читал в МГУ курсы лекций по квантовой механике, электронной теории, теоретической механике. Работая в Физическом институте АН СССР (ФИАН), издал монографии «Введение в волновую механику» (1935 г.) и «Спинорный анализ» (1936 г.), стал ведущим специалистом в области теоретической физики в СССР. В соавторстве с Л. Д. Ландау опубликовал несколько классических работ, в том числе научно-популярную книгу «Что такое теория относительности».

После ареста в 1938 г. по надуманным обвинениям в шпионаже Ю. Б. Румер был осужден на 10 лет лишения свободы. Он работал в закрытых КБ («шарагах») по различным проблемам вместе с легендарными специалистами отечественного самолетостроения — А. Н. Туполевым, В. П. Глушко, Б. С. Стечкиным, С. П. Королевым в Москве и Омске, с Р. Л. Бартини — в Таганроге.

По истечении срока заключения Ю. Б. Румер былнаправлен на поселение в Енисейск Красноярского края сроком на пять лет. С 1 сентября 1948 г. он приступил к преподавательской деятельности на отделении физики и математики в Енисейском учительском институте (с 1954 г. — Енисейский педагогический институт). Ольга Михайлова, с которой Румер познакомился в Таганроге, приняла решение перебраться в этот сибирский город.

Заработная плата, которую Ю. Б. Румер стал получать в учительском институте, позволила наладить сносные бытовые условия. В 1949 г. в семье родился сын Михаил. Енисейский период (лето 1948-го — лето 1950 г.) ученого описан Ю. А. Старикиным, коллегой по Енисейскому учительскому институту. Он пишет о добрых, но сдержанных личных отношениях с четой Румеров, обусловленных их положением ссыльных: «Юрий Борисович никогда не вызывал меня на личные контакты, чтобы не ставить под удар…». В то же время Ю. А. Старикин отмечает, что «жена Юрия Борисовича Ольга Кузьминична и моя жена Ольга Александровна стали близкими приятельницами» [11, с. 227–228, 525].

Научная деятельность Ю. Б. Румера в енисейский период была весьма насыщенной. Ученый восстановил переписку с физиками Л. Д. Ландау, Е. М. Лифшицем, М. А. Леонтовичем, М. А. Марковым, продолжал развивать исследования, начатые в 1946 г., — идеи пятиоптики, единой теории тяготения и электромагнетизма [7]. Кроме того, Ю. Б. Румер руководил научной деятельностью двух преподавателей физики, Ю. Старикина и В. Яцеева, которые под его руководством готовились к сдаче кандидатских экзаменов, писали работы и публиковали их в центральных научных
журналах.

Относительное благополучие семьи Румера оказалось недолгим. 28 января 1949 г. публикацией в газете «Правда» статьи «Об одной антипартийной группе театральных критиков» в СССР началась кампания по борьбе с космополитизмом, которая носила в том числе и антисемитский характер. Чистка вузов от преподавателей с компрометирующими фактами в биографиях докатилась и до Енисейска. 12 января 1950 г. Енисейский райком партии «дал директиву дирекции института» заменить Румера преподавателем, не имевшим судимости [11, с. 160].

С помощью московских друзей Ю. Б. Румер добивался перевода в Новосибирск, где были вузы, НИИ, и он рассчитывал получить там работу. Президент АН СССР академик С. И. Вавилов принял участие в судьбе ученого и всячески помогал в поисках достойного его квалификации места [11, с. 177]. Однако кончина С. И. Вавилова в январе 1951 г. означала для Юрия Борисовича крах всех надежд на трудоустройство.

Семья Румера, с июля 1950 г. проживавшая в Новосибирске, осталась без средств к существованию. Ни в Новосибирске, ни в других крупных городах Сибири шансов найти работу не было, поскольку решался этот вопрос с привлечением сведений, почерпнутых из следственного дела.

Не помогли отзывы о Румере как ученом академиков Келдыша, Ландау, Стечкина, Тамма. На обращение устроить Румера в один из томских вузов был получен ответ, что в Томске и без того отмечается «значительная засоренность профессорско-преподавательского состава <…> политически сомнительными элементами» [10].

Выжить семье Румера помогла поддержка московских физиков и родственников. Сохранились письма Л. Д. Ландау, где он приглашает Румера к написанию учебников по курсу молекулярной физики и главы по макроскопической электродинамике для «Курса теоретической физики» [6, д. 23, л. 8–9]. Из переписки с М. А. Леонтовичем известно о сборе денег для семьи Румера среди физиков, сам Юрий Борисович имел случайные заработки в виде репетиторства и переводов. Эта ситуация длилась два с половиной года.

Еще перед тем, как выйти на свободу, Румер задумался о том, с каким научным багажом он предстанет перед физическим сообществом? Начав работу над пятиоптикой в Таганроге, Румер продолжал ее в Енисейске и Новосибирске. Научный прорыв, как писал Румер, был сделан летом 1946 г. [6, д. 3, л. 3]. Рукописные статьи о пятимерном обобщении теории тяготения, в которых пятой координате был придан физический смысл действия, вывезла в Москву его будущая спутница О. Михайлова. Однако московские коллеги назвали пятиоптику «изящным математическим построением, не имеющим прямого отношения к физике» и всячески удерживали Румера от публичной дискуссии.

Новосибирские коллеги придерживались иной точки зрения. При поддержке физика Д. Д. Саратовкина и геолога Г. Л. Поспелова в ноябре 1951 г. было составлено письмо И. В. Сталину: Румер просил вызвать его в Москву для проведения закрытой дискуссии по научным и философским проблемам его теории [6, д. 3, л. 2]. Через год, 11 декабря 1952 г. в Академии наук СССР состоялась дискуссия по пятиоптике с участием ведущих физиков — Е. Л. Фейнберга, Л. Д. Ландау, М. А. Маркова, Е. М. Лифшица, И. Я. Померанчука и др. Она показала сдержанно-скептическое отношение большинства участников дискуссии к идеям Румера [8]. Только в 80‑е годы XX в. была осознана «применимость многомерных теорий для описания не только электромагнитного, но и других взаимодействий» [1, с. 303].

После смерти Сталина Ю. Б. Румер был реабилитирован и восстановлен в звании профессора и ученой степени доктора физико-математических наук. 28 марта 1953 г. по ходатайству московских академиков Л. Д. Ландау, М. В. Келдыша, Б. С. Стечкина, И. Е. Тамма он был принят на работу в Западно-Сибирский филиал (ЗСФ) АН СССР [6, д. 32, л. 2]. В 1954 г. профессор Румер возглавил отдел технической физики ЗСФ.

Установив научные связи с ведущими институтами АН СССР, Ю. Б. Румер активно включился в научную жизнь, часто бывал в Москве, Томске. Его приглашали на семинары и конференции, он читал лекции студентам МГУ о пятиоптике — они вызывали интерес не только своим содержанием, но и персоной лектора.

В 1955 г. профессор Румер возглавил кафедру теоретической физики и астрономии в Новосибирском педагогическом институте, где читал лекции до конца 1962 г., затем продолжил преподавательскую деятельность в Новосибирском государственном университете. По воспоминаниям физика А. В. Чаплика, с появлением Румера Новосибирск стал мощным центром притяжения для молодежи из различных городов Советского Союза [9, с. 69]. Научная активность Румера и его учеников позволила говорить о становлении школы теоретической физики в Новосибирске.

Наличие научной школы стало основанием для организации первого в Новосибирске института физического профиля. В январе 1957 г. был создан Институт радиофизики и электроники (ИРЭ) во главе с Ю. Б. Румером. Содействие в его организации оказали академики М. А. Лаврентьев, Л. А. Арцимович, В. А. Котельников и др., а также руководитель ЗСФ Т. Ф. Горбачев.

В феврале 1957 г. директор ИРЭ Румер рассказал о задачах нового института, реализацию которых должна была обеспечить структура из пяти лабораторий — теоретической физики, электроники, сверхвысоких частот, катодной электроники, физики газового разряда [6, д. 39, л. 1].

В мае 1957 г. было организовано Сибирское отделение АН СССР, в состав которого вошли все институты ЗСФ. В начале 1960‑х гг. ИРЭ состоял уже из трех крупных отделов: электроники СВЧ (Г. В. Кривощёков), радиосвязи (В. А. Смирнов), ядерной электроники (Р. В. Гострем), а также нескольких лабораторий. Необходимо отметить, что логика развития научных направлений института была нарушена созданием отделов под прибывших из центральных НИУ ученых В. А. Смирнова и Р. В. Гострема. В то же время инициативы ИРЭ по развитию некоторых перспективных направлений реализовать не удалось.

В сентябре 1961 г. директор Румер обратился к председателю СО АН СССР М. А. Лаврентьеву с просьбой создать в институте отдел физики полупроводников как естественное продолжение исследований на стыке квантовой физики и радиоэлектроники [5, д. 29, л. 1–3]. Возглавить его должен был В. А. Преснов из ТГУ, однако М. А. Лаврентьев не разрешил организацию нового отдела. Не поддержала Румера и комиссия АН СССР, проверявшая работу института. Не поддержала потому, что в 1962 г. в Новосибирске был организован Институт физики твердого тела и полупроводниковой электроники (ИФТТиПЭ) во главе с А. В. Ржановым, избранным в этом же году членом-корреспондентом АН СССР.

К этому времени ИРЭ достиг весомых результатов по нескольким направлениям. Для того чтобы обеспечить интеграцию физиков-теоретиков и радиофизиков, была начата разработка теории электромагнитных волноводов. Исследования представляли интерес не столько для физики волноводов, сколько для релятивистской квантовой механики. Под руководством Ю. Б. Румера и В. Л. Покровского получены результаты мирового уровня в квантовой и классической механике (А. М. Дыхне, С. К. Саввиных, Ф. Р. Улинич), теории сверхпроводимости (В. Л. Покровский, М. С. Рывкин), электродинамике (А. М. Дыхне, И. А. Гилинский, А. П. Казанцев, С. К. Саввиных) [4].

Созданный в ИРЭ первый в Сибири газовый лазер означал переход от молекулярных СВЧ-генераторов к оптическим квантовым генераторам, при этом ключевую роль в становлении квантовой электроники сыграл Г. В. Кривощёков. Среди пионерных исследований ИРЭ — работы П. А. Бородовского по применению гармонических колебаний электронов для генерации СВЧ, исследования Ю. В. Троицкого о влиянии магнитного поля на параметры электронных пушек в приборах СВЧ, результаты В. П. Чеботаева по исследованию СВЧ-генератора с тормозящим полем, и др.

Тем не менее в руководстве СО АН СССР высказывались суждения, что работы ИРЭ по электронике СВЧ больше соответствуют тематике отраслевого НИУ. Интересы коллектива ИРЭ было бы проще защищать директору с академическим статусом. Однако попытки Ю. Б. Румера баллотироваться в члены Академии наук СССР в 1958 и 1962 гг. не увенчались успехом, прежде всего из-за настороженного отношения ряда академиков к исследованиям по пятиоптике.

В сентябре 1963 г. Ю. Б. Румер предложил объединение ИРЭ с институтом А. В. Ржанова, чтобы сохранить кадры и научные направления в Академии наук. Предполагалось, что объединенный институт будет заниматься изучением квантовых эффектов при взаимодействии электромагнитных волн с твердым веществом. Реакция М. А. Лаврентьева на предложение объединить институты была положительной. Но, как оказалось, концепцию деятельности объединенного института Ю. Б. Румер и А. В. Ржанов представляли по-разному. А. В. Ржанов дал понять, что лаборатории будут перепрофилированы на полупроводниковую тематику.

Президиум АН СССР 24 апреля 1964 г. принял постановление об объединении ИРЭ и ИФТТиПЭ в Институт физики полупроводников (ИФП) под руководством А. В. Ржанова. При объединении три лаборатории ИРЭ были расформированы, девять лабораторий перешли в ИФП, скорректировав деятельность под научные направления этого института.

Хотя организаторы ИФП и отмечали в качестве позитивного фактора появление двух теоретических лабораторий во главе с Ю. Б. Румером и В. Л. Покровским, эти ученые не задержались в объединенном институте. Ю. Б. Румер перешел в Институт математики, затем в Институт ядерной физики Новосибирского Академгородка, где трудился до конца своей жизни. В. Л. Покровский продолжил научную деятельность в Институте теоретической физики им. Л. Д. Ландау, затем уехал в США.

Несмотря на то что ИРЭ под руководством Ю. Б. Румера просуществовал всего семь лет, он оставил заметный след в истории академической науки России, а его сотрудники явились основоположниками новых научных направлений, достигли результатов мирового уровня, удостоены престижных премий и наград. На основании проведенного исследования можно сделать вывод, что именно в сибирский период жизни Ю. Б. Румер наиболее полно реализовал свой научный и педагогический потенциал. Его школа — это школа-мастерская, а тип его лидерства — эмоциональный, когда лидер вызывает доверие, уважение, психологический комфорт, хотя в признании лидерских качеств Румера немаловажную роль играла и его эрудиция.

Источники и литература:

1. Владимиров Ю. С. Геометрофизика. М.: БИНОМ. Лаборатория знаний, 2005. 600 с.

2. Кемоклидзе М. П. Квантовый возраст. М.: Наука, 1989. 272 с.

3. Крайнева И. А. Научное наследие советских ученых в электронных архивах СО РАН: Мастер. Проповедник. Лидер. Новосибирск: ИПЦ НГУ, 2018. 386 с.

4. Куперштох Н. А., Крайнева И. А. История новосибирского Института радиофизики и электроники (1957– 1964 гг.) // Гуманитарные науки в Сибири. 2017. Т. 24. № 2. С. 109–113.

5. Научный архив Сибирского отделения РАН. Ф. 15. Оп. 1.

6. Научный архив Сибирского отделения РАН. Ф. 21. Оп. 1.

7. Открытый архив СО РАН [электронный ресурс]. URL: http://odasib.ru/openarchive/DocumentImage.cshtml?id=Xu_zoya_634993802406113281_1759&eid=Ru_0001_0625 Куперштох Н. А., Крайнева И. А. Сибирский период биографии физика-теоретика Ю. Б. Румера

8. Открытый архив СО РАН [электронный ресурс]. URL:
http://odasib.ru/openarchive/Portrait.cshtml?id=Xu_zoya_634993802406113281_3825 9. 40 лет Институту физики полупроводников Сибирского отделения Российской академии наук / отв. ред. И. Г. Неизвестный; ред. Э. В. Скубневский. Новосибирск, 2004. 375 с.

10. Центральный архив ФСБ РФ. Арх.-уголовн. дело Р 23711. Л. 121.

11. Юрий Борисович Румер: Физика, XX век / отв. ред. А. Г. Марчук; авт.-сост. И. А. Крайнева и др. Новосибирск: Изд-во «АРТА», 2013. 592 с.

 

 

Енисейская Сибирь в истории России (к 400-летию г. Енисейска) [Электронный документ] // Материалы Сибирского исторического форума. Красноярск, 23–25 октября 2019 г. — Красноярск: ООО «Лаборатория развития». 2019. — 452 с


На главную страницу