Книга памяти жертв политических репрессий Республики Хакасия. Том 2


ГУЛАГ в судьбах женщин Хакасии

В годы сталинских репрессий среди миллионов репрессированных были тысячи женщин, они необоснованно обвинялись в чудовищных государственных преступлениях и были осуждены тройками ОГПУ, НКВД, МКБ, военными трибуналами, особыми совещаниями и различными судебными органами. В первый том Книги памяти жертв политических репрессий Республики Хакасия занесены поименно около сотни реабилитированных женщин.

В чем же вина этих женщин: колхозниц, работниц, журналистов, домохозяек, учителей? В чем вина несовершеннолетних "врагов народа"?

Обвинения – полный набор всех 18 пунктов статьи 58 УК РСФСР, утвержденного в 1926 году ЦИК СССР и в дальнейшем приказами НКВД, постановлением ГКО. Это – измена Родине, шпионская деятельность, антисоветская агитация, участие в контрреволюционной деятельности, клевета на вождей партии и правительства, восхваление жизни за границей, буржуазный национализм, жена врага народа, член семьи изменника родины, недонесение на контрреволюционную деятельность мужа, восхваление немецкой военной техники, принадлежность к различным религиозным сектам и т.д.

Обвиняемые женщины приговаривались к расстрелу, лишению свободы и направлению в лагеря, ссылке, выселению, гласному надзору МГБ.

Одним из руководящих документов на применение репрессий к семьям «врагов народа» явился оперативный приказ народного комиссара внутренних дел Союза ССР Ежова за № 00486 от 15.08.37 г. Приказ состоит из 10 разделов и 36 пунктов. Публикуем отдельные выдержки из этого зловещего приказа:

«С получением настоящего приказа приступите к репрессированию жен изменников Родины, членов право-троцкистских шпионско-диверсионных организаций, осужденных военной коллегией и военными трибуналами по первой и второй категории начиная с 1 августа 1936 года».

При подготовке операции в приказе рекомендуется: «В отношении каждой намеченной к репрессированию семьи производится тщательная ее проверка, собираются дополнительные установочные данные и компрометирующие материалы».

Согласно разделу «Производство арестов и обысков»:

«4) Аресту подлежат жены, состоящие в юридическом или фактическом браке с осужденным в момент ареста. Аресту подлежат также и жены, хотя и состоявшие с осужденным к моменту его ареста в разводе, но:

а) причастные к контрреволюционной деятельности осужденного;
б) укрывавшие осужденного;
в) знавшие о контрреволюционной деятельности осужденного, но не сообщившие об этом соответствующим органам власти.

5) Аресту не подлежат:

б) жены осужденных, разоблачившие своих мужей и сообщившие о них органам власти сведения, послужившие основанием к разработке и аресту мужей.

7) Все имущество, лично принадлежащее арестованным (за исключением необходимых вещей, верхнего и нижнего платья, обуви и постельных принадлежностей, которые арестованные берут с собой), конфискуется. Квартиры арестованных опечатываются.

8) После производства ареста и обыска арестованные жены осужденных конвоируются в тюрьму. Одновременно, порядком, указанным ниже, вывозятся и дети».

Далее приказывается:

«11) Особое совещание рассматривает (Особое совещание при народном комиссаре внутренних дел СССР было создано постановлением ЦИК и СНК СССР от 05.11.34 г.) дела на жен осужденных изменников Родины и тех их детей старше 15-летнего возраста, которые являются социально-опасными и способными к совершению антисоветских действий.

12) Жены осужденных изменников Родины подлежат заключению в лагеря на сроки, в зависимости от степени социальной опасности, не менее как на 5-8 лет.

13) Социально опасные дети осужденных, в зависимости от их возраста, степени опасности и возможности исправления, подлежат заключению в лагеря или исправительно-трудовые колонии НКВД, или водворению в детские дома особого режима Наркомпросов республик».

Безапелляционен и порядок приведения приговоров в исполнение:

«16) Осужденных Особым совещанием жен изменников Родины направлять для отбытия наказания в специальное отделение Темниковского исправительно-трудового лагеря по персональным нарядам ГУЛАГа НКВД СССР.

17) Осужденные жены изменников Родины, не подвергнутые аресту в силу болезни и наличия на руках больных детей, по выздоровлению арестовываются и направляются в лагерь. Жены изменников Родины, имеющие грудных детей, после вынесения приговора немедленно подвергаются аресту и без завоза в тюрьму направляются непосредственно в лагерь. Так же поступать и с осужденными женами, имеющими преклонный возраст.

18) Осужденные социально опасные дети направляются в лагеря, исправительно-трудовые колонии НКВД...»

Нарком Ежов в приказе предусмотрел и действия в отношении детей осужденных родителей:

«19) Всех оставшихся после осуждения детей-сирот размещать:

а) детей в возрасте от 1-1 1/2 лет и до 3-х полных лет – в детских домах и яслях Наркомздравов республик в пунктах жительства осужденных;
б) детей в возрасте от 3-х полных лет и до 15 лет – в детских домах Наркомпросов других республик, краев и областей и вне Москвы, Ленинграда, Киева, Тбилиси, Минска, приморских и пограничных городов.

21) Грудные дети направляются вместе с их осужденными матерями в лагеря, откуда по достижении возраста 1-1 1/2 лет передаются в детские дома и ясли Наркомздравов республик».

В приказе предусматривается отбор воспитательского состава детдомов НКВД:

«25) Начальники органов НКВД... производят проверку персонала детдомов и лиц, политически неустойчивых, антисоветски настроенных и разложившихся, увольняют. Взамен уволенных персонал детдомов доукомплектовывается проверенным, политически надежным составом, могущим вести учебно-воспитательную работу с прибывающими к ним детьми».

В НКВД СССР представляются именные списки детей. «В списках дети перечисляются по группам, комплектуемым с таким расчетом, чтобы в один и тот же дом не попали дети, связанные между собой родством или знакомством».

Завершающие пункты приказа:

«34) О ходе операции доносить мне трехдневными сводками по телеграфу. О всех эксцессах и чрезвычайных происшествиях немедленно.

35) Операцию по репрессированию жен уже осужденных изменников Родины закончить к 25/Х с/г.

36) Впредь всех жен изобличенных изменников Родины, право-троцкистских шпионов арестовывать одновременно с мужьями, руководствуясь порядком, устанавливаемым настоящим приказом».

В годы Великой Отечественной войны были подвергнуты массовым репрессиям члены семей изменников Родины (ЧСИР) – солдат и командиров Красной Армии, оказавшихся изменниками Родины. Руководящим документом для репрессирования несовершеннолетних членов семей изменников Родины явилось постановление Государственного Комитета Обороны № ГОКО-1926 ее от 24.06.42 г.:

«3. Применение репрессий в отношении членов семей... производится органами НКВД на основании приговоров судебных органов или решений Особого совещания при НКВД СССР.

Членами семьи изменника Родины считаются: отец, мать, муж, жена, сыновья, дочери, братья, сестры, если они жили совместно с изменником Родины или находились на его иждивении к моменту совершения преступления или к моменту мобилизации в армию в связи с началом войны».

Мерой наказания членов семей изменника Родины определялась ссылка в отдаленные северные районы сроком на 5 лет под надзор МГБ.

Вот судьбы лишь некоторых женщин, подвергшихся репрессивным мерам. Все они реабилитированы за отсутствием состава преступления. Самая суровая мера наказания за «преступления» – это расстрел.

8 октября 1937 года была арестована в Абакане Татьяна Никандровна Жирова – экономист-статист Хакасского областного промсоюза (возраст – 38 лет, имела высшее образование). Арестована через 3 месяца после ареста мужа И.Т.Жирова – прокурора Хакасской области. Т.Н.Жирова почти 9 месяцев находилась под следствием в Минусинской и Красноярской тюрьмах. Следователи предъявили ей обвинение в активном участии в антисоветской троцкистской организации. Жирова отрицала предъявленные ей обвинения, хотя на очных ставках видела уже тяжелобольного и постаревшего мужа, который всего на 2 года был старше ее. Муж, не выдержав применяемых на допросах пыток, умер. Молодую женщину не смогли сломить пытки и истязания, она не признала себя виновной, никого не оговорила. Приговором Военной коллегии Верховного суда СССР 17 июля 1938 года Т.Н.Жирова была приговорена к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение в Красноярске в тот же день.

22 сентября 1956 года Военная коллегия ВС СССР реабилитировала Т.Н.Жирову посмертно. В этом же году был реабилитирован ее муж – бывший прокурор И.Т.Жиров.

Решением НКВД и прокурора Союза ССР от 09.04.38 г. была приговорена к расстрелу Антонина Георгиевна Золотовская – начальник группы статистики треста «Хакасуголь» (Черногорск). 8 мая 1938 года приговор был приведен в исполнение в Минусинске. Ей исполнилось тогда всего 27 лет. Она обвинялась «как агент японской разведки, связанный с действовавшей в Черногорске японской диверсионной группой из числа корейцев, работавших на шахтах города». Постановлением прокурора Красноярского края А.Г.Золотовская 06.11.89 г. реабилитирована.

В Ширинской райпотребкооперации работала счетоводом ссыльная грузинка Мария Алексеевна Каланадзе, 1896 года рождения. Она была выслана в Сибирь под гласный надзор НКВД как бывший член партии грузинских меньшевиков. 16 февраля 1938 года она была арестована. Ее обвинили в том, что она как «грузинская меньшивистка клевещет на Советскую власть, проводит контрреволюционную работу по срыву выборов в Советы». На следствии она все отрицала. Через 50 дней после ареста, 5 апреля 1938 года, тройка УНКВД приговорила се к расстрелу. Реабилитирована в 1989 году.

В расстрельном списке – имя Анны Федоровны Федоровой, 1885 года рождения. Она проживала в поселке Главстан Саралинского района. Домохозяйка. Органами НКВД была арестована 9 ноября 1941 года. Более полугода находилась под следствием. 1 июля 1942 года постановлением Хакасского областного суда А.Ф.Федорова приговорена к высшей мере наказания – расстрелу. Ей было предъявлено обвинение по статье 58, п.1 «а» УК РСФСР – шпионаж. Какие охраняемые государством тайные сведения могла сообщить иностранной разведке пенсионерка? Разве только о том, что в Главстане добывается золото для победы над фашизмом. Но об этом знали все. 18.11.89 г. краевой прокурор реабилитировал А.Ф.Федорову за отсутствием каких-либо преступных действий.

2 июля 1931 года особая тройка ПП ОГПУ (полномочного представителя Объединенного государственного политического управления) Западно- Сибирского края в Аба¬кане приговорила большую часть хакасов – жителей Аскизского района к различным мерам наказания. 26 человек из 54 приговоренных 3 июля 1931 года были расстреляны в Абакане, остальные осуждены к различным срокам лишения свободы. Общее обвинение – участие и содействие действовавшей в 1930-1931 годах в Аскизском районе банде Хыйлаха Кидиекова. Среди расстрелянных 43-летняя Марья-Кок Дмитриевна Киргенекова из Кызласовского сельсовета. К 5 годам лишения свободы были приговорены Кока (Матрена) Николаевна Балганова, 1912 года рождения, Екатерина Егоровна (Павловна) Пакачакова, 1905 года рождения. К 3 годам лишения свободы (условно) приговорена Узур (Наталья) Алексеевна Аданакова, 1873 года рождения. Через 60 лет прокуратуры края и РХ реабилитировали 37 человек, а 17-ти отказали, в том числе К.(М.)Н.Балгановой.

8 сентября 1937 года была арестована ответсекретарь редакции областной газеты «Советская Хакасия» Елена Ильинична Степанова. Ее обвинили «в участии в контрреволюционной организации». 9 месяцев и 9 дней длилось следствие в Красноярской тюрьме. Военная коллегия Верховного суда СССР 17 июля 1938 года приговорила Е.И.Степанову к высшей мере наказания – расстрелу. Приговор приведен в исполнение в тот же день. Ей тогда исполнилось 34 года.

Через 19 лет Военная коллегия Верховного суда СССР отменила постановление от 1938 года и посмертно реабилитировала Е.И.Степанову из-за отсутствия преступления в ее действиях.

В этот же день, 17 июля 1938 года, Военная коллегия ВС СССР приговорила к расстрелу заведующую отделом школ и культурно-просветительской работы Хакасского ОК ВКП(б) Эмму Борисовну Абрамсон. Реабилитирована 22.09.56 г.

Председатель Аскизского райисполкома Анна Ивановна Интутова- Маганакова была обвинена «как одна из руководителей контрреволюционной буржуазно-националистической организации в Аскизском районе». Была арестована и 13 июля 1938 года приговором Военной коллегии ВС СССР расстреляна в Красноярске. Посмертно реабилитирована в 1957 году.

Репрессиям по политическим мотивам подвергались и школьники. Хочу описать дикий случай осуждения в 1941 году несовершеннолетней ученицы 7 класса Подвинской семилетней школы Саралинского (ныне Орджоникидзевского) района З.В.Маметьевой.

10 апреля 1941 года в школе появились листовки антисоветского содержания и порочащие учителей школы, написанные на тетрадных листах печатными буквами. Агентурный и следственный аппарат сработал оперативно: через два была задержана ученица Маметьева, 14 апреля выносится постановление на ее арест:

Утверждаю: нач. Хакоблуправления НКГБ КК капитан ГБ Якубсон 14 апреля 1941 г

Арест санкционирую: Хакоблпрокурор Симонов

13 апреля 1941 г. Постановление (на арест)

14 апреля 1941 года, г.Абакан.

«Я, старший следователь Хакоблуправлени: НКГБ мл. лейтенант Госбезопасности Коперник, рассмотрев поступившие в УНКВД материалы о преступной деятельности Маметьевой Зинаиды Васильевны, 1925 г. рождения, уроженки с.Таштып, того же района Красноярского края, гражданка СССР, образование 7 кл., не судима, член ВЛКСМ, учащаяся 7-го класса Подвинской НСШ Саралинского района.

НАШЕЛ:

что Маметьева З.В., будучи враждебно настроенной к существующему строю, распространяла среди учащихся школы анонимки контрреволюционного содержания. 10 апреля Маметьева написала и распространила в классе среди учащихся десять анонимок явно контрреволюционного содержания с призывом бороться против существующего строя.

ПОСТАНОВИЛ:

Маметьеву Зинаиду Васильевну, проживающую в пос.Теплостанция Саралинского района подвергнуть аресту и обыску».

При обыске 14.04 ничего не обнаружено (а что могло быть обнаружено у школьницы?). Были взяты отпечатки пальцев правой и левой рук арестованной и контрольные оттиски с фалангами. Все оформлено как у преступника, совершившего тяжкое государственное преступление. Допросы продолжались по 2-2,5 часа днем и ночью. Вначале Зина отрицала все предъявленные ей обвинения. Но следователи были опытны и изощрены в ведении допросов, и она вынуждена была признать себя виновной в написании листовок.

На вопрос следователя: «От имени кого писала листовки?» Зина ответила: «Листовки написаны от имени представителя капиталистических стран, чтобы читатели не узнали, что листовки написаны гражданином СССР. Листовки писала дома после подготовки уроков, никто не знал об этом, даже родители». На вопрос: «Что побудило распространять контрреволюционные листовки?» девочка ответила: «Недовольство к преподавательскому составу школы и, в частности, к учительнице Т.Н.К., которая занижала отметки. Писала в порядке мести, чтобы учителям немного попало, думала, что автора не установят. Я ничего не имела против существующего строя». На вопрос: «Кто оказывал враждебное отношение и злобу к Советской власти, которая изложена в листовках?» обвиняемая ответила: «Во мне постепенно воспитывали это взрослые трудпоселенцы, а также учащиеся – дети трудпоселенцев... Нам рассказывали, что при Советской власти жить трудно, нет продуктов питания. Раньше было все, а сейчас иждивенцу дают 300 граммов хлеба... А учителя в классе говорили нам о хорошей жизни при Советской власти и плохой – при царском строе. У меня получилась путаница в этих вопросах, и я стала считать, что действительно лучше жилось раньше. Раньше были церкви, а их теперь поломали. Мы с учениками задавали вопросы учителям, почему дают хлеба по 300 граммов...»

Листовки подшиты в следственном деле. Они написаны на ученической тетради печатными буквами. Что же писала ученица 7 класса в своих крамольных листовках? «Долой советских учителей. Советские учителя – вредный элемент, вы не слушайте их», «Так ринемся же в бой и свергнем власть Советов, испортившую мир!!! Вперед!!! За капитализм!!! Быстрее и смелее!!!».

Через 4 месяца З.В.Маметьева предстала перед судом. Последнее слово подсудимой: «Простите граждане судьи, я прошу меня простить, я больше никогда делать так не буду. Следить буду за другими и разоблачать их».

Судебная коллегия по уголовным делам Хакасского областного суда 31 июля 1941 г. приговорила Маметьеву Зинаиду Васильевну по статье 58 пункт 10 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы с отбыванием в исправительных колониях несовершеннолетних. Дополнительно – после отбытия наказания лишить избирательных прав сроком на 5 лет. 4 августа 1941 г. Маметьева написала ходатайство в Верховный суд РСФСР. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР 14.09.41 г. определила: «Приговор Хакасского областного суда оставить в силе, а жалобу Маметьевой оставить без удовлетворения».

Так была осуждена как «враг народа» ученица 7 класса. Сведений о дальнейшей судьбе З.В.Маметьевой в деле нет. Последний документ – Красноярская краевая прокуратура на основании статьи 3 пункт «а» и статьи 5 пункт «а» Закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий» Маметьеву Зинаиду Васильевну реабилитировала 18.10.1991 г.

Не менее трагично сложилась судьба у Парасковьи Николаевны Токмашевой, 1911 года рождения. Она до ареста работала инструктором Таштыпского райисполкома по работе среди женщин. Летом 1934 года ОГПУ Западно-Сибирского края в Хакасии «раскрывает» крупную контрреволюционную националистическую организацию из числа национальной интеллигенции. В числе арестованных была П.Н.Токмашева. Всю группу обвинили в буржуазном национализме, в «попытке вместе с Горной Шорией и Ойротией образовать одну автономную социалистическую республику с двухпалатной системой управления. Цель этой организации поднять национальную культуру, внедрять глубже родной язык и усилить коренизацию хозяйственного аппарата...». (Из обвинительного заключения суда).

30 августа 1934 года в Новосибирске специальная коллегия Западно-Сибирского краевого суда (Хакасия тогда входила в Западно-Сибирский край) приговорила всю группу к различным срокам лишения свободы. П.Н.Токмашева приговорена к 3 годам ИТЛ. После отбытия срока наказания Парасковья Николаевна поступила учиться в Хакасский зооветтехникум. 27.10.37 г. ее вновь арестовывают и через четыре месяца тройка УНКВД приговаривает за «буржуазный национализм» к 8 годам ИТЛ. Отсидев 8 лет в лагерях ГУЛАГа на Урале, П.Н.Токмашева вернулась в Хакасию. В 1948 году вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о направлении в ссылку под надзор МГБ отбывших сроки наказания в ИТЛ опасных государственных преступников. По постановлению Особого совещания МГБ СССР 19.11.51 г. П.Н.Токмашева выслана на север на 3 года под надзор МГБ. Обвинение прежнее: «член антисоветской националистической организации».

В общей сложности П.Н.Токмашева просидела свыше 14 лет в лагерях и ссылке. Трижды была приговорена и трижды реабилитирована по каждому приговору: президиумом Хакоблсуда, прокурором Новосибирской области, прокурором Красноярского края за отсутствием состава преступления. Парасковья Николаевна умерла в 1987 году в возрасте 76 лет в родном Таштыпском районе.

На том же судебном заседании в Новосибирске в 1934 году «за буржуазный национализм» к 3 годам ИТЛ была приговорена женорганизатор «Красной юрты» аала Сиры Таштыпского района Вера Ивановна Канзычакова. Реабилитирована в 1992 году прокурором Новосибирской области.

В соответствии с приказом НКВД от 15.08.37 г. (выдержки из этого приказа даны в начале статьи) 21.10.37 г. арестована Анна Степановна Змачинская, 1909 года рождения, уроженка рудника Коммунар, проживавшая на руднике Балахчин Ширинского района. До этого был арестован ее муж Александр Казимирович Змачинский, поляк, уроженец Варшавы. Работал на руднике Балахчин. Он бежал в 1925 году из Польши. А.К.Змачинский был обвинен как «агент польской разведки». На руднике «вел шпионскую диверсионную работу, проводил антисоветскую работу». Тройкой УНКВД 16.12.37г. приговорен к расстрелу. Его жену А.С.Змачинскую обвинили в том, что она хорошо знала о контрреволюционной и диверсионной деятельности мужа, скрывала и не сообщила об этом органам власти.

Решением ОС НКВД СССР от 2.07.38. г. А.С.Змачинская была приговорена на 3 года ИТЛ. Реабилитирована в 1989 году. Последняя строка в ее деле: «По розыску в 1989 г. адресной справки в Красноярском крае не значится».

Десятки женщин Хакасии были репрессированы по обвинению как «жены изменников Родины», участники «контрреволюционных организаций», в «антисоветской агитации» и других государственных преступлениях.

За недонесение органам власти о контрреволюционной деятельности мужей в январе 1938 года были приговорены к 5 годам ссылки в Туруханский край жительницы деревни Богословка Бейского района А.Ф.Полиенко, О.Н.Шевелькова, А.А.Стрига. Жительница деревни Новокурск Бейского района М.А.Чикизубова в 1938 году приговорена была к 5 годам ИТЛ за «недонесение о шпионской деятельности» своего мужа И.П.Чикизубова, расстрелянного в 1937-м.

Мария Афанасьевна Слободская – председатель Хакасского облрадиокомитета, за «антисоветскую деятельность и антисоветскую агитацию» приговорена к 10 годам ИТЛ. По таким же обвинениям были приговорены к 10 годам ИТЛ домохозяйка из Черногорска Евдокия Игнатьевна Москвина (19.04.38 г.), ссыльная из Боградского района Ксения Акимовна Дроздецкая (31.03.41 г.), Анастасия Филипповна Базанова – трелевщица Мало-Арбатского ЛПХ (14.09.41 г.), Доминика Карловна Коновалова – директор буфета станции Абакан (9.02.38 г.), Ева Егоровна Хошко – работница Ширинской химлаборатории (25.05.38 г.).

В Абакане проживает бывшая политзаключенная Зинаида Ефимовна Марковчева. Она 14.11.38 г. Хакасским облсудом была приговорена к 3 годам ИТЛ по обвинению в «антисоветской агитации». До ареста работала бухгалтером областной больницы. Реабилитирована Верховным судом РСФСР 27.11.59 г.

Среди осужденных были и работники народного образования, учителя. 9.01.38 г. тройкой УНКВД приговорена к 5 годам ссылки по обвинению в «контрреволюционной агитации и вредительстве» учительница из Абакана Людмила Константиновна Потылицына. Реабилитирована в 1989 году. За «антисоветскую агитацию» ОС ОГПУ 26.04.29 г. к 3 годам ИТЛ приговорена заведующая Абазинским детским домом Анисья Николаевна Потехина. Реабилитирована в 1992 году. ОС НКВД в 1942 году к 5 годам ссылки приговорило заведующую школой прииска Артем Таштыпского района Тарасову. Реабилитирована в 1989 году. Судебная коллегия Хакасского облсуда 6.06.45 г. приговорила учительницу немецкого языка Бельтырской средней школы Аскизского района Березу Яковлевну Гертнер к 5 годам ИТЛ по обвинению в «антисоветской агитации». Реабилитирована ВС РСФСР в 1962 году. По такому же обвинению 25.10.46 г. приговорена ссыльная калмычка Евдокия Мушиновна Манджикова. Она жила на спецпоселении в Боградском районе. Срок наказания – 7 лет ИТЛ и 3 года поражения в правах после отбытия наказания. Реабилитирована в 1990 году.

30-е годы не были началом репрессий, ведь террор против мирных жителей начался раньше.

В годы гражданской войны с директивы ЦК РКП(б) от 24.01.19 г. начался массовый террор против казачества. В Хакасии массовые аресты и расправы с конца 20-х годов обрушились на казачьи станицы Арбаты, Монок, Табат, Таштып, Имек, Форпост и другие. Особенно же тяжкие удары по казачеству были нанесены в 1937-1938 годах. В первый том Книги памяти, по имеющимся у нас сведениям, включены фамилии казаков Сипкиных – 44 человека, из них расстреляно 34 человека. Репрессиям подверглись и жены казаков. Так, Анисья Елизарьевна Чанчикова, Кристина Дмитриевна Постельникова из Арбатов приговорены 21.04.31 г. к 3 годам ИТЛ. Наталья Николаевна Псарева (Жилкина) приговорена к ссылке в Туруханский край. Парасковья Ананьевна Чанчикова из Арбатов 8.07.41 г. приговорена к 5 годам ИТЛ.

Все они реабилитированы за отсутствием состава преступления.

Репрессивная машина тоталитарного государства активизировалась в годы Великой Отечественной войны. Арестовывались и приговаривались к наказанию не только отдельные граждане, но и целые народы.

ГКО 24.06.1942 г. издает постановление о репрессировании совершеннолетних членов семей военнослужащих и гражданских лиц, осужденных по статьям 58-1 «а» и 58-1 «б» за переход на сторону врага, за дезертирство, за попытку к измене Родине и изменнические настроения.

Согласно этому постановлению 12 мая 1945 года были приговорены к 5 годам ссылки сестры Мария, Елизавета и Клавдия Григорьевы из колхоза имени Буденного Ширинского района. В этот же день приговорены Зоя Васильевна и Вера Петровна Ванькины-Костины, мать и дочь из поселка Орджоникидзевский Саралинского района. 14.11.1942 г. приговорена семья Михайловых из Усть-Абакана: 78-летний Федор Михайлович, его 68-летняя жена Екатерина Васильевна и невестка Анна Ильинична, 39 лет.

Все они реабилитированы постановлением прокурора Красноярского края в 1989 году.

Политическим репрессиям подверглись и женщины, совершавшие какие-либо религиозные обряды. В Уголовном Кодексе РСФСР 1922 года было записано «использование религиозных предрассудков масс с целью свержения рабоче-крестьянской власти или для возбуждения к сопротивлению ее законам и постановлениям – карается наказаниями, предусмотренными ст.69» (Это – лишение свободы на срок не ниже трех лет, со строгой изоляцией).

Тройкой ОГПУ 16.11.1931 г. были приговорены монахини Анжульского монастыря Таштыпского района: Е.Б.Тюмерекова, А.П.Лысова, К.Е.Лысова, А.В.Берестова, сестры Амзараковы, Варвара и Вера. ОС НКВД 27.08.37 г. приговорена на 1 год домохозяйка г.Абакана Т.В.Шишиова за создание сектантской ячейки. 15.05.1948 г. судом Красноярского края жительница Черногорска К.Ф.Ордикова была приговорена к 25 годам ИТЛ и 5 годам поражения в правах по обвинению в создании секты духоборов. 60-летняя Татьяна Ивановна Пинегина из Усть-Абакана приговорена к 10 годам ИТЛ за участие в секте иеговистов. За участие в секте ионитов 26.01.1946 года краевым судом была приговорена к шести годам ИТЛ и трем годам поражения в правах Аграфена Максимовна Тайдонова из Саралинского района.

По собранным нами сведениям политическим репрессиям подвергались сотни женщин, проживавших в Хакасии. Все они реабилитированы за отсутствием состава преступления.

Главное управление лагерей СССР включало и около двух десятков лагерей и лагерных отделений на территории Хакасии. В черногорских лагерях содержались свыше 18 тысяч заключенных, среди них было много политических. После отбытия срока наказания бывшие заключенные лишены были права выезда и оставались здесь в ссылке. В городе располагался известный многим спецлагерь, где содержались осужденные по политическим статьям, в основном женщины. Бывшие узницы и ныне живут в Черногорске. В спецлагере отбывала шестилетний срок китаянка Тамара Васильевна Ли-Чун-Лин. Сегодня она возглавляет Черногорское общество «Мемориал». Латышка Генриэтта Вольфридовна Массой, немка Александра Эмильевна Миллер, украинка Ольга Михайловна Кулакина (Пашко), русская Антонида Артемьевна Михайлюк отбывали 5-летний срок в лагере, полячка Ромуальда Антоновна Кугель просидела в лагере 9 лет, 4 месяца и 12 дней (Она была приговорена Хакасским облсудом 23.07.1943 г. по ст.58-10, ч.2 на 10 лет).

Женщины прошли весь ад сталинских лагерей. Рабочий день длился по 10-14 часов в сутки, без каких-либо выходных или праздничных дней. Женщины работали наравне с мужчинами на лесоповале, в шахтах, на земляных работах. Дети, родившиеся в лагерях, впитывали заразный воздух ГУЛАГа и познавали мир через колючую проволоку. Матерей, кормивших грудью, водили под конвоем к новорожденным детям. Ребенок со дня рождения находился не в больнице, а в «детгородке» или в доме малютки. После того, как ребенку исполнялся год, его отправляли в детский дом НКВД. И редко когда мать находила, спустя годы, своего ребенка.

В заключение хочется коротко написать о судьбах жен, матерей, детей, расстрелянных или приговоренных к ИТЛ, как «враги народа» или «изменники Родины». Их семьи стали изгоями общества. После ареста мужа семью немедленно выселяли, жен увольняли с прежней работы, детей не принимали учиться в учебные заведения. Десятилетиями за ними был негласный надзор органов госбезопасности. У многих до сих пор сохранился страх перед органами власти.

– После ареста отца нас из квартиры выселили, – вспоминает Клара Романовна Кызласова, – маму уволили с работы, позже, когда опять восстановили ее в педучилище, за ней была установлена негласная слежка. Любое слово на уроке, понятое студентами превратно, могло для нее кончиться печально. Об этом ее заранее предупредили в НКВД. Дома у нее всегда был готов узелок с вещами... Я боялась за мать, и, просыпаясь по ночам, всегда ощупывала ее постель – здесь она или нет. Зимой, несмотря на мороз, мать пешком носила передачу отцу по реке в Минусинскую тюрьму. Часто возвращалась усталая, перемерзшая, с непринятой передачей...

При утверждении меня в комсомол в горкоме ВЛКСМ секретарь заявила: «Ты – дочь врага и недостойна быть в рядах Ленинского комсомола». И меня выставили за дверь...

Ее отец, Р.А.Кызласов, работал председателем Хакасского облпотребсоюза. 21 сентября 1938 года по постановлению Военной коллегии Верховного суда СССР был расстрелян. Реабилитирован в 1958 году.

И несмотря ни на что, К.Р.Кызласова выучилась, закончила мединститут и долгие годы работала главным врачом родильного дома Абакана. Сейчас она является заместителем председателя республиканского общества «Мемориал».

Из воспоминаний Валентины Георгиевны Потаповой:

«Отца арестовали 6 ноября 1937 года. 9 ноября пришли три человека в милицейской форме и стали выбрасывать наши вещи на улицу, а мороз в то время был под 30-40 градусов. Три дня и три ночи мы жили под открытым небом. Соседи боялись предложить жилье. Все дни жгли книги из библиотеки отца. В нашу квартиру переехал жить начальник милиции Абакана. На четвертый день поселили нас в старый большой дом, который народ назвал «Домом врагов народа», «Домом троцкиста», где в большой скученности ютились несколько семей «врагов народа»...

Мать не брали на работу даже уборщицей, меня исключили из пионеров. В классе со мной за одной партой никто не стал сидеть. По утрам на крышке моей парты всегда было мелом написано: «Здесь сидит дочь врага народа».

Ее отец – Г.Г.Потапов – работал председателем Усть-Абаканского райисполкома (центр района располагался тогда в Абакане). В апреле 1941 года Г.Г.Потапов был приговорен к 20 годам ИТЛ и пяти годам поражения в правах. В 1942 году Г.Г.Потапов умер на севере в Норильске. Посмертно реабилитирован.

Вот такая тяжкая доля досталась прекрасным женщинам 30-50 годов. Многие удивляются, как они могли это все перенести и вырастить достойных детей.

Николай Абдин

Книга памяти жертв политических репрессий Республики Хакасия. Том 2.
Республика Хакасия, 2000 г.


На главную страницу