вх 1991-329
Здравствуйте Владимир Георгиевич.
Считаю, что я знакома с Вами, благодаря телевизионной передаче.
Собралась с силами и отвечаю на Вашу просьбу. О своей скорби не высказать
никакими словами.
Копии фотографии отца посылаю, подлинник много хуже.
Недавно узнала где и кем был расстрелян отец моего мужа Поплюйков Григорий Дмитриевич. Слева за тюрьмой на болоте, теперь там построены благоустроенные дома. Долго же носил в себе эту ношу ныне покойный Непомнящий Павел /отчество забыла/, впоследствии, кажется инвалид Отечественной войны. Когда мне сказали, что я его хорошо знаю, попросила не называть, не позволяла обстановка. Ночью не спалось, стала перебирать гостей сына расстрелянного, брата моего мужа и не ошиблась, назвала фамилию и имя. На протяжении лет 40 был почетным гостем этой семьи т. к. жены их были родными сёстрами. Мы с мужем тоже часто бывали вместе в гостях.
Видно незадолго до смерти признался мужу внучки Григория Дмитриевича. Григорий Дмитриевич спросил его «Ты что в меня стрелять будешь». Больше ничего не знаю, хоронили ли их.
Не знала я, что до войны Непомнящий работал в тюрьме, а после войны работал над военнопленными на правой стороне Енисея, где жили и работали в лесу военнопленные. Жила в Енисейске, работала хирургической медицинской сестрой, часто лежали у нас эти несчастные. Наверное от них знала о жестокости этого человека, поэтому и подумала на него. Не помню, чтобы в нашем хирургическом отделении врачи, сестры, санитарочки плохо относились к больным и военнопленных, бывало приносили еду тяжело больным, в основном молоко, кто его имел, а ведь у самих тоже было голодно.
И в мыслях нет желания о мщении или несчастья потомкам. Одно желание, чтобы не были забыты Нашей Святой РОССИЕЙ.
Буду в Енисейске обязательно схожу в музей, возможно я знакома с Надеждой Георгиевной Черепановой или её родственниками.
Желаю Вам, Владимир Георгиевич, здоровья и сил в Вашем трудном, но благородном деле.
С уважением Антонина Гладкая-Поплюйкова
25 ноября 1991 года.
