Забвению не полежит …


Среди суеты и забот никто не должен забывать не только о своих родных людях, которым мы обязаны жизнью, но и о людях, которые были. Есть и будут частицей истории страны. Наш долг – запечатлеть в памяти и записать для своих потомков историю жизни наших предков. И важно успеть сделать это сегодня! Завтра может быть поздно …

Год назад на страницах газеты я рассказывала о Шемякине Сергее Ивановиче, репрессированном из Забайкальского края и расстрелянном в 1937 году. Тогда в нашей библиотеке побывала его племянница – Бакланова (Шемякина) Кира Николаевна. Эта встреча имела продолжение в этом году. На этот раз у нас в гостях были его внуки: Геннадий Григорьевич, Галина Григорьевна и Евгения Григорьевна, которые привезли с собой фотографии, воспоминания отца и рассказали о своей семье и более всего об отце – Шемякине Григории Сергеевиче. Старожилы нашего посёлка, конечно же, помнят и эту семью, и её главу.

Из воспоминаний Григория Сергеевича:
«Родился я в 1909 году в селе Ушмун Читинской области. Село было большое – 300 дворов. Было в основном четыре крупные фамилии – это Шемякины, Макаровы, Кузнецовы и Широковы. Семья была трудолюбивая, все работали от зари до зари. Сеяли рожь, овёс, пшеницу. Работали по 14-16 часов, отдыха как такового не бывало, только время было на сон да покушать. Возили хлеб в Маньчжурию на продажу, тем и жили. Состояли в казачестве. Когда в село приехали геологи, с целью разведывания полезных ископаемых, отец Григория, Сергей Иванович, показал на гору, где есть вольфрам и его оформили в геологоразведывательную партию на работу, и о нём была даже статья в журнале «Вокруг света» и газетах» (как пишет в своих воспоминаниях Григорий Сергеевич).

Вместе с отцом оформили на работу и сына, но проработать ему пришлось всего шесть дней.

Из воспоминаний:

«Приехали из района, меня и отца арестовали, как кулаков. Отца увезли в город Сретенск, а я с семьёй – нас из Ушмуна шесть семей раскулаченных – на лошадях в город. Ну, с собой были сундуки домашние с одеждой, мука, сухари были, и в городе Сретенске погрузили в телячьи вагоны и повезли. Мы сами не знали, куда нас везут, нам ничего не говорили. Выгрузили всех в чистое поле, и сказали своим ходом добираться до Красноярска. Взяли с собой только то, что могли унести в руках. Через шесть вёрст вышли к реке Енисей».

Через четверо суток подошёл пароход, погрузились и привезли их на первую верфь, но через четыре дня на плотах, сделанных своими руками, отправились вниз по течению на вторую Предивинскую верфь, где сейчас находится наш посёлок. Тогда там был только лесозавод и три домика. Пришлось рыть землянки и в них жить.

«Дело было летом, жара, голод, дети болели дизентерией, врачей нет, лекарств нет, ежедневно хоронили детей ссыльных. На работу ходили голодные люди. По дороге идёт человек, упал и умер. Вот так. Ели траву. У меня заболела жена Анна Платоновна, а была беременна. Я пошёл в деревню Чёрная, понёс с себя штаны и рубаху, два калача на них выменял. Принёс черемшу, а больше ничего не было менять».
Жена умерла, умер и родившийся сынок, но осталась трёхлетняя дочь Катя. Надо было жить и работать, чтобы помогать матери, братьям и сёстрам. Как вспоминает Григорий Сергеевич, приходилось работать в две смены, чтобы по карточкам хоть каких-нибудь продуктов принести в дом.

Через некоторое время наш герой знакомится с Марией Яковлевной Замиховской – репрессированной с Украины, подружили три месяца и сошлись. Семья стала прибывать, первым родился сын Николай. Григорий Сергеевич работал на строительстве барж плотником шестого разряда. Потом из тюрьмы вернулся отец – Сергей Иванович – и стал работать на лошади: возил сено, дрова. Для того чтобы кормить семью купили корову, разрабатывали целину в тайге под покос и огороды. Днём – на строительстве барж, а вечерами – огород, сенокос; выходных не давали.

Из воспоминаний:

«Отец недолго с нами в Предивной жил. Его опять энкывыдышники забрали, арестовали и увезли. Ни писем даже не было, где отбывал срок, там и умер».

Долгое время дети не знали, что арестованный 22 декабря 1937 года их отец был отправлен в Красноярскую тюрьму, обвинён по ст. 58-10 (антисоветская пропаганда и агитация) и через пять дней приговорён к высшей мере наказания. 30 декабря 1937 года был расстрелян в Красноярске. Как говорят дети Григория Сергеевича, никто не мог подумать, что за каких-то пять дней решилась судьба их деда, и узнали об этом они только в девяностые годы, когда сделали запрос и смогли ознакомиться с делом.
В декабре 1941 года Григория Сергеевича призвали на фронт. Воевал связистом.

Вспоминает Геннадий Григорьевич, сын:

Как-то отца послали на задание: оборвалась связь и надо было её восстановить, задание выполнил и, вернувшись, увидел, что на месте, где был блиндаж – воронка. Это и спасло отца. За время войны на него дважды приходили похоронки, и как трудно было матери! А потом объявлялось, что он жив. Вернулся в сентябре 1946 года, жив, здоров, как и родной брат Василий. Только вот младший брат Павел пропал без вести, и о нём ничего неизвестно».

Григорий Сергеевич награждён двумя орденами Славы, орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу». В одном из наградных листов так описывается личный подвиг солдата Шемякина Г. С.

«За время наступательных действий 10.08.1944 г., при форсировании реки Айвиэкстэ, первым из телефонистов под ураганным автоматно-пулемётным огнём противника форсировал реку с концом телефонного провода и установил связь с командованием полка, после чего вернулся обратно, погрузил на плот катушки с кабелем и аппараты, и второй раз поплыл через реку, на середине реки пулей противника перебило кабель, которым был скреплён плот, брёвна начали расплываться. Сняв с себя ремень, скрепил плот и поплыл дальше, имущество связи было спасено, чем обеспечил связью при продвижении вперёд. Достоин награждения орденом Славы III степени».

Вот так крестьянская смекалка и выдержка, отчаянная храбрость помогали нашему герою! Пусть власть и обошлась несправедливо с его семьёй, но воевал же не за власть, а за Родину-матушку!

После окончания войны Григорий Сергеевич работал мастером на верфи и трудился достойно, о чём свидетельствует Книга Почёта Предивинской судостроительной верфи, куда он занесён одним из первых в мае 1948 года. Несмотря на домашние заботы – семья, дети, подсобное хозяйство – для того, чтобы как-то жить, Григорий Сергеевич брал книжки, тетрадки и шёл в вечернюю школу. Окончил семилетку. Воспитал шестерых детей, двух сыновей и четырёх дочек. Как они говорят, воспитывал строго, и с самого детства приучал к добросовестному труду. За что они ему благодарны: все получили образование и честно работали всю свою жизнь. По семейным обстоятельствам Григорий Сергеевич с семьёй переехали жить в Казахстан.

Вспоминает Галина Григорьевна, дочь:

«Как мы попали в Казахстан? Когда ссыльным разрешили менять место жительства, мама уговаривала отца поехать на Украину к своим сёстрам. Тяжело было в Сибири: морозы зимой, летом комары, мошка, пропитание скудное, мечтала, чтобы мы ели яблоки. В 1962 году отец поехал и заехал к двоюродным братьям в Казахстан, в село Боровое, ему там понравилось; устроился плотником, забрал нас. Привёз в палатку, в школу ходили на другой берег озера в село – 3 километра в любую погоду. Ничего, выжили … Трудности закалили нас».

Григорий Сергеевич прожил 85 лет и ушёл из жизни в октябре 1994 года.

Их гнула судьба, но они не сломались, смогли выстоять и стать настоящими людьми! Действительно, семья эта, закалённая в трудностях, не растеряла за долгую жизнь оптимизм и любовь к своей малой родине – посёлку Предивинск. С большой теплотой вспоминали наши гости о своём детстве и юности, проведёнными в нашем посёлке, о своих друзьях и соседях, о своих родителях. Несмотря на свой возраст, они приехали сюда, скорей всего, в последний раз, чтобы встретиться с друзьями юности и поклониться праху своей бабушки Анны Семёновны. Удивительные люди, достойные уважения и преклонения!

В. В. Харчук, Предивинская поселковая библиотека

НОВОЕ ВРЕМЯ, № 45, 9.11.2013.


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е

Красноярское общество «Мемориал» НЕ включено в реестр общественных организаций «иностранных агентов». Однако, поскольку наша организация входит в структуру Международного общества «Мемориал», которое включено в данный реестр, то мы в соответствии с новыми требованиями российского законодательства вынуждены маркировать нашу продукцию текстом следующего содержания:
«Материалы (информация) произведены, распространены и (или) направлены учредителем, членом, участником, руководителем некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента, или лицом, входящим в состав органа такой некоммерческой организации».
Отметим также, что Международный Мемориал не согласен с этим решением Минюста РФ, и оспаривает его в суде.