Забытая слобода Попов луг


Слобода Попов луг формировалась и застраивалась с середины 1860-х годов. Тогда это была территория от реки Качи до улицы Казённой (ныне – ул. Маерчака) и от улицы Береговой Каченской (ныне – ул. Республики) примерно до современной улицы Красной гвардии.

Постепенно территория уплотнялась и расширялась, продвигаясь в северном направлении.

С юго-западной части слободы находилась обширная Тюремная площадь, расположенная перед тюремным замком.

Разделим наше описание на две части. В первом выпуске расскажем об истории застройки тюремного замка и мельницы (между улицами Маерчака и Железнодорожников до улицы Заводской), в следующем – о застройке между улицей Железнодорожников и Качей.

В рубрике «ГОРОДСКИЕ ТЕРРИТОРИИ» ранее мы рассказали о существовавших в начале ХХ века красноярских слободах Покровской, Николаевской, Алексеевской: их истории, развитии, современном состоянии, перспективах. Теперь предлагаем очерк градостроительной эволюции большого городского участка, который носил название Попов луг.

Топоним «Попов луг» – в отличие от иных слободок – дезориентирует большинство современных жителей города: «Где это было такое?» Или: «Где-то у Качи?»

Да, это была окраинная территория в нынешних границах между рекой Качей и улицей Маерчака (с востока – на запад), улицами Республики и примерно до ул. Красной гвардии (с юга – на север).

Слобода получила такое название после учреждения в Красноярске Енисейской епархии в 1861 году и появлением Архиерейского дома (ныне – ул. Горького, 27). Переулок, на котором располагалась резиденция епископа, был назван Архиерейским, на севере он упирался в прибрежную зону Качи, где находилась мельница, плюс недалеко от неё дома слободчан.

А дальше были пролески и луга, в том числе был выделен и участок для архиерейского, то есть «поповского» хозяйства. Так и закрепилось сначала просторечное, позднее ставшее официальным название: Попов луг.

Ныне этот участок находится практически в центре города, включает в себя разнообразие жилых домов (около 50 многоквартирных – от 5 до 16 этажей, плюс десяток 2-этажных), несколько учебных заведений и общежитий, административных зданий, сдающих помещения в аренду.

Главные достопримечательности сегодняшнего дня – это здание СИЗО, высотный офисный центр «Баланс», корпусы юридического и торгово-экономического институтов СФУ. Самобытность придаёт 500-метровая набережная вдоль Качи (восточнее от улицы Железнодорожников), с тремя беседками, от сквера им. Юдина – вверх, к северу. Тут живописное и уютное пространство. Плещутся утки, русло реки аккуратно уложено камнем с обоих берегов, есть и выходы к воде. Приятный маршрут для релаксирующей прогулки.

А сто лет назад, на городской окраине в Поповом лугу находились громадный – по тем временам – тюремный замок с бараками для пересыльных. Второй главный ориентир – мельница и около сотни деревянных жилых строений.Между тюремным замком и мельницей – хлебные «провиантские» склады, соляной и большой винный магазины, кузнечные мастерские...

Тюремный замок и мельница, построенные в начале 1850-х годов, были фронтирами территории будущего Попова луга, именно они повлияли на своеобразное развитие слободы.

Медленное освоение Попова луга во второй половине XIX века объясняется близостью тюрьмы и переселенческих бараков (за тюрьмой). Бряцанье кандалов и окрики охранников-солдат – не самые приятные звуки. Конвоируемые арестанты, постояльцы переселенческих бараков – не лучшие соседи.

Соседство с тюрьмой значительно замедлило развитие Попова луга. Но не только это. Негативным фактором было своеобразие рельефа. Попов луг располагался на восточной террасе Караульной горы рядом с Качей. Как раз в том месте, где находилась мельница с плотиной, из-за которых территория подвергалась ежегодным затоплениям и разливам качинской воды.

Эти особенности местоположения породили особую атмосферу, образ жизни и способы приложения труда жителей Попова луга на полвека.


 

Вялая жилая застройка в Поповом лугу началась в 1870-х годах. В 1885-м по решению городской управы проведено перспективное межевание земельных участков на пустой территории. Они предлагались на выкуп или в аренду. Купчие крепости заключались на 24 года по ценам значительно ниже, чем в ближайших, сформировавшихся к тому времени Покровской, Каченской и Закаченской слободах.

Люди брали землю преимущественно в аренду. Это происходило потому, что городской голова Е. А. Щепёткин пообещал: арендуемые участки – при своевременной и полной оплате аренды – после окончания срока аренды перейдут в собственность автоматически.

После введения в эксплуатацию Средне-Сибирского участка Транссиба в Красноярске значительно активизировалась застройка жилья. Ситуация с ценами на аренду и выкуп в собственность кардинально изменилась: земля подорожала в два-три раза – по сравнению с 1880-ми годами.

Цитируем по книге «Спутник по городу Красноярску» Б. И. Щипанова (1911 г.): «Наплыв разного люда, присутствие значительного числа рабочих, мастеровых и других лиц разных профессий, без которых не может обойтись железная дорога, её разнообразные мастерские, депо и проч. вызвали необходимость многочисленных построек для помещения всех этих пришельцев. На пространстве, занятом городом, уже не было свободных мест для новых построек и пришлось возводить их вне города.

Через короткое время возникли Николаевская и Алексеевская слободки. Деревенские жители, в особенности занимавшихся прежде извозом, который с проведением железной дороги, окончательно прекратился, расстались с деревней и в поисках за средствами к жизни перебрались в город, начали строиться. Попов луг, подножие Караульной горы покрылись строениями».

К тому же мельница была переведена на работу с паровым двигателем, плотина на Каче – снесена. Прекратились регулярные подтопы и наводнения.

Увы, многие арендаторы Попова луга не вносили в срок плату. Даже небольшая цена многим была обременительной. С увеличением арендной платы рост недоимок ещё более возрастал.

Городским властям было важно, чтобы жители Попова Луга возводили добротные и солидные дома (недвижимое имущество выше 3 тысяч рублей облагалось налогом), чтобы стоимость земли в этой местности неуклонно повышалась. Но арендаторы – в основном были люди не богатые, и их постройки были соответствующими.

Слобода Попов луг стала расширяться на северо-запад, параллельно железной дороге (по направлению к месту, где в 1970-х годах был построен кинотеатр «Космос». Кстати, в те же 1970-ые были снесены все дореволюционные постройки).

В 1913 году в городской думе активно обсуждался вопрос об отчуждении земель в собственность. Постановили, что лучше возобновлять контракты с арендаторами на 6 и 12 лет по ценам, установленным в 1905 году. Аренда была признана целесообразней. Землю не передавали в собственность: обещание Щепёткина не было исполнено. (А в 1921 году большевики в принципе ликвидировали частную собственность на землю, и проблема исчезла.)

Тут нужно отметить планировочное отличие от центральной части города (как и от Николаевской, Алексеевской слобод), где главные улицы располагались прямыми продольными линиями к Енисею. В слободе Попов луг главные улицы (Железнодорожников, Маерчака) продвигались к северу, повторяя изгибы Качи, не пересекая её.

Новые обитатели Попова луга – выходцы из ближних деревень, приезжие из Европейской части России, плюс ссыльные (по нетяжким уголовным статьям).

О застройке и развитии в советский период расскажем подробнее при описании истории улиц.

Самые старые жилые дома сегодня – кирпичные двухэтажные по нечётной стороне ул. Маерчака, построенные японскими военнопленными в начале 1950-х, а также несколько двухэтажных деревянных домов по ул. Охраны труда (построены в конце 1950-х гг. для сотрудников тюрьмы).

Иных старинных построек на этом участке нет. Также мало и современных зданий, интересных с точки зрения архитектурной оригинальности. За редким исключением вся застройка – индустриальная, типовая.

Благодаря появлению бизнес-центра«Баланс» (ул. Маерчака, 10) и предполагаемому строительству двух больших жилых комплексов (по ул. Заводской, на участке, где располагался бывший головной хлебозавод, и по ул. Маерчака, на пересечении с пр. Свободным, где будут снесены три двухэтажных кирпичных дома №№ 33; 35; 37), можно говорить о скором начале трансформации бывшего Попова луга.


Красноярский тюремный замок

Главное сооружение слободы Попов луг – это тюремный замок (в 1920-х годах – дом лишения свободы, с 1930-х – общая тюрьма № 1; ныне – СИЗО № 1)


1890 год

 
1927 год


2018 год

Сохранившееся до наших дней кирпичное здание губернского тюремного замка было главным в комплексе тюремных построек. Северная граница не была чётко зафиксирована, и тюремная территория постепенно расширялась, достигнув к концу XIX века площадь примерно в 80 гектаров (более, чем в три раза больше, чем участок нынешнего СИЗО № 1).

Ранее, с конца XVIII века помещения для пересыльных каторжных и арестантов, караульные казармы размещались на 1,5 км восточнее – там, где сейчас находится стадион «Локомотив».

К строительству нового тюремного замка (так официально назывались подобные учреждения) подошли с размахом. Городские власти выделили более 7 десятин земли возле берега Качи , примерно в 400 метрах от реки.

Брутального вида, лаконичный и устрашающий трёхэтажный главный корпус стал самым высоким строением в почти полностью деревянном Красноярске тех лет: 25 метров. Выше были только церкви.

Тюремный замок строили арестанты, в нём нет ни одного деревянного перекрытия. Стены и внутренние стрельчатые своды полностью выложены из кирпича, который делали и обжигали во время строительства (на территории действовал кирпичный завод). Толщина стен составляет от 1,5 до 2 метров. Кованые решётки на маленьких окнах практически невозможно перепилить или сломать. Для большей прочности эти решётки, как арматуру, закладывали глубоко внутрь кирпичной кладки.

За прошедшие полтора столетия их не меняли, они до сих пор в отличном состоянии, как и внутренние массивные двери. Фасадные стены были оштукатурены и побелены. За этот белый цвет, нетипичный для тюрем тех лет, красноярский тюремный замок неофициально называли «Белым лебедем». Уже в ХХ веке такое же «романтическое» название получили изолятор в Великом Новгороде и печально знаменитая колония особого режима в пермском Соликамске.

Были построены пересыльные казармы, виселица, бараки, прачечная, контора, помещения для администрации и персонала тюрьмы, караульные казармы и арсенал, мастерские, кирпичный завод, амбары, конюшня, кузня.

Вокруг ходили часовые, была установлена стационарная будка с охранником. Перед тюремным замком находилась Тюремная площадь.

В 1863 году на средства купца 1-й гильдии И. Г. Щёголева была возведена однопрестольная Петро-Павловская церковь при тюремном замке. Любопытно, что священник и псаломщик преподавали каторжанам и арестантским детям грамоту. По архивной записи 1899 года, «Обучаются 104 человека, выучилось читать и писать 49». (Ныне при СИЗО № 1 действует молитвенная комната-часовня праведного Иова Многострадального.)

В 1874 году городской управой был выделен участок земли непосредственно около Качи, на котором устроили огород для арестантов.

Количество ссыльных нарастало, и нужно было расширять пункт пересылки, откуда их направляли либо на север губернии, в Туруханск, либо на юг – в Минусинск, или восточнее, дальше по этапу: в Якутию, на Сахалин.

В основном, убийцы, воры-рецидивисты, фальшивомонетчики, мошенники, растратчики, поджигатели, беглые солдаты, бродяги... Небольшую часть составляли «политические» – революционеры-народники, участники польских восстаний... Шли пешком по Сибирскому тракту в кандалах (вес ручных – не менее 3 кг, ножных – не менее 5 кг, цепи – с большими звеньями, чтобы несчастный не мог повеситься).

Время в пути составляло не менее двух лет, и этот период, кстати, не засчитывался в срок отбывания наказания. На телегах везли обессиленных, больных, а также арестантских жён и детей, которые добровольно отправлялись в Сибирь (их за казённый счёт снабжали одеждой, обувью, усиленным арестантским пайком). Этап составлял 30 – 50 арестантов.

Красноярский тюремный замок был одним из крупнейших в России, а потом и в СССР. Первоначально содержали одновременно максимально 300 заключенных.

Основные задачи – временное содержание и отправка арестантов на каторжные работы и поселение. В тюремном замке находились разряды: «ссыльно-каторжные», «сосланные за государственные преступления», «каторжные», «заключённые на сроки по судебным приговорам», «административно ссыльные» и «пересыльные», «срочные» и «бессрочные». При размещении арестантов соблюдалось требование закона о разделении по полам, возрастам и категориям преступлений. Срочные, подследственные, пересыльные арестанты содержались в изолированных отделениях, с разными режимами. Дети арестантов до начала 1880-х годов помещались совместно с родителями, до строительства приюта для детей арестантов.

Административно ссыльные находились в деревянных бараках, а когда было чрезмерно много арестантов – в кирпичном тюремном замке. В кирпичных корпусах, главным образом, содержались особо опасные каторжные рецидивисты, немногочисленные «урочные» (или «срочные») заключённые и отдельно подсудимые из жителей губернии.

Преступникам наполовину выбривали голову, сзади на тулупах пришивали изображение бубнового туза. В тюрьме был свой палач (также из арестантов), содержание которого составляло восемь копеек в день (обычные преступники обходились казне в три копейки ежедневно). Палач пытал, выбивая признания, производил клеймения, выжигая на правой руке либо «СК» (ссыльно-каторжный), либо «СБ» (ссыльно-беглый), либо «Б» (бродяга).

Общеизвестное выражение «урки» – с тех же времён, это сокращение от «урочный каторжный» (урочный – имеющий определённый срок наказания, в отличие от бессрочного). В ХХ веке по аналогии появилось понятие «зэки»: первоначально, в начале 1920-х годов – «заключённые каналоармейцы» (когда строили «Беломорско-Балтийский канал имени Сталина», предшественник ГУЛАГа).

С 1890-х годов тюрьма была переполнена заключенными – порядка 500 человек одновременно. Но, как оказалось в 1930 – 1950-х годах это не было пределом, в эти годы одновременно могло быть около 1,5 тысяч осуждённых, пересыльных, находящихся под следствием.

В самом Красноярске второй половины XIX века от общего состава населения было 10–15 % ссыльных.

В 1885 году значительно увеличили помещения для пересылки: построили три двухэтажных деревянных барака, при них кухню, амбар, каменную кладовую.

Тюремные мастерские располагались в отдельных деревянных сараях. Принимались заказы от горожан на изготовление мебели, пошив сапог и верхней одежды. Работали и за пределами тюрьмы, в частности, чистили базарные площади от снега, вывозили городские нечистоты на ассенизационном обозе.

На действующем кирпичном заводе производили кирпичи, из которых построено много городских зданий в 1890 – 1900-х годах.

«Нетяжкие» арестанты были интегрированы в городскую жизнь ещё и тем, что их привлекали к работе по частным заявкам от благонадёжных обывателей.

В основном, жители Красноярска XIX века проявляли милосердие к ссыльным. В тюремных мастерских изготовили специальные металлические кружки для сбора пожертвований, которые размещали в церквях. Сердобольные горожане жертвовали деньги, приносили в тюрьму продукты.


План тюремного замка (1892 г.):
1 – тюремный замок и больница
2 – 3 – хозяйственные корпусы
4 – провиантные магазины
5 – пересыльная казарма
6 – тюремный огород
7 – переселенческий барак
8 – дорога в тюремный замок


Российский кандальный путь
«во глубину сибирских руд», о котором
А. П. Чехов написал в 1890 году:
«Сибирский тракт – самая большая и,
кажется, самая безобразная дорога
во всём свете»


И ещё из путевых записок «Остров
Сахалин» А. П. Чехова: «Из книг, что
я прочёл, видно, что мы сгноили в
тюрьмах миллионы людей, сгноили без
рассуждения, варварски...»

* * *

Красноярская пересыльная тюрьма до 1917 года через свои стены пропустила несколько десятков тысяч ссыльных. Среди них были известные на всю Россию «политические» – писатели Н. Г. Чернышевский и В. Г. Короленко, много революционеров-большевиков: Феликс Дзержинский, Иосиф Сталин, Михаил Фрунзе, Яков Свердлов, Валериан Куйбышев, пять депутатов IV Государственной думы (Бадаев, Муранов, Петровский, Самойлов, Шагов)...

С развитием железной дороги функции пересыльной тюрьмы при тюремном замке уменьшались.

В 1906 году тюрьма была переполнена бывшими участниками «Красноярской республики» 1905 года, рабочими железнодорожных мастерских, вступивших в вооружённое противостояние с царской властью. Около 600 человек было арестовано после подавления. Вопреки общепринятому мнению, что из тюрьмы не было удачных побегов, несколько успешных всё-таки случилось. Например, в мае 1906 года – через подкоп – сбежали 4 руководителя вооружённого красноярского восстания: Бондарь, Воронцов, Мельников, Рогов. Кстати, бывший слесарь Главных железнодорожных мастерских Алексей Гаврилович Рогов (1886 – 1950) был первым Народным комиссаром путей сообщения РСФСР в правительстве В. И. Ленина. В честь А. Г. Рогова названа маленькая улица (350 м) в Центральном районе Красноярска (бывшая 14-я Продольная).

После установления советской власти успешных побегов не было. В январе 1907 года военно-окружной суд приговорил повстанцев к разным мерам наказания: 9 человек – к каторжным работам, 84 – в тюрьму на разные сроки, 101 – в арестантские роты.

В 1921 году в память о тех событиях улицу Нижнетюремную в бывшей слободе Попов луг переименовали в улицу Восстания железнодорожников 1905 года. Длинное название не прижилось, оно сокращено до «Железнодорожников».

 

В марте 2009 года в подвале старого здания тюрьмы была открыта музейная экспозиция «Красноярский тюремный замок». На сайте УФСИН по Красноярскому краю можно посмотреть интересную видео-экскурсию: webpokaz.ru/media/vtours_vt/824114/tour.html

Барельефы, росписи стен, манекены, а также большинство экспонатов музея сделаны руками заключённых. Есть и подлинные раритеты: ручные и ножные кандалы, плети, другие орудия наказаний и пыток, одежда арестантов, аутентичные массивные двери и висячие замки к ним.

 

Уместно вспомнить слова Ф. М. Достоевского; «Если общество хочет проверить уровень своей цивилизации, пусть заглянет в тюрьму»


 

Дом лишения свободы

После победы большевиков порядки и нравы в тюрьме стали ещё более суровыми. В 1923 году тюремной замок переименован в дом лишения свободы.

Не хватало еды, топлива, одежды, лекарств. Начала распространяться эпидемия тифа. Больные арестанты находились в камерах со здоровыми.

На то, чтобы остановить эпидемию, ушло несколько лет. Положение перестало быть катастрофическим к середине 1920-х.

С началом первой волны сталинских арестов в 1927 году наполняемость тюрьмы резко выросла. Вместо 850 человек, как было «положено» по советским нормам, в доме лишения свободы одновременно содержалось от 1500 до 1700 человек (до революции тюремный замок считался переполненным, когда в нём находилось 500 арестантов). Теснота и антисанитария были ужасающи, не сравнимы с условиями царского периода. Постельные принадлежности, одежду, мыло – заключённым ничего этого не выдавали. На поддержание жизни должны были выдавать в сутки 100 грамм мяса, 600 грамм хлеба, 25 грамм соли, 100 грамм капусты, 100 грамм картофеля, 30 грамм сала, свеклу, морковь. На самом деле, по отрывочным воспоминаниям очевидцев, этот рацион существовал только «на бумаге», жили в тюрьме впроголодь.

Тюрьма перешла в ведение ОГПУ (с 1934 года – НКВД), в подвале была организована большая расстрельная камера, казнили на рассвете. До сих пор неизвестно, сколько людей здесь было уничтожено в конце 1920 –1930-х годах.


Рабочее место в кабинете следователя (музейная
экспозиция «Красноярский тюремный замок»)

В те же годы в Красноярске была ещё большая внутренняя тюрьма НКВД по ул. Дзержинского, 18. Вскоре появились обширные пересыльные лагеря на правобережье – один в районе ж/д станции Енисей, второй – на ж/д станции Злобино. Через пересыльную тюрьму и лагеря прошли более полумиллиона ссыльных и заключённых.

 

Общая тюрьма № 1

С 1934 года – новое название: общая тюрьма № 1. Тут же сохранялся и пересыльный пункт, значительно увеличившийся в размерах.

Вообще, территория бывшего тюремного замка расширилась, обрастая новыми хозяйственными и производственными постройками как внутри, так и на внешней городской территории. По периметру тюрьмы установили четыре вышки с охраной. Вблизи были построены около десяти деревянных дома для штатных охранников.

В тюрьму отправляли и за «политические», и за уголовные, и за бытовые преступления.

Разделений среди них при определении в камеры или бараки не было. В основном политические проходили по статье 58 УК. Что-то сказал не так – и быстрый суд определял наказание в 10-12 лет, через тюрьму в лагеря... За опоздание на работу «получали» от 3 месяцев тюрьмы, в течение которых днём работали на подсобном хозяйстве, а ночевали в здании общей тюрьмы.

Об этом периоде сохранилось немало мемуаров. Ограничимся цитатой из воспоминаний журналиста и актёра Стефана Владимировича Рацевича (провёл в лагерях и тюрьмах более 15 лет, в красноярской тюрьме был в начале 1940-х годов):

«От железнодорожной станции Красноярск в тюрьму, расположенную на окраине города, добирались пешком, увязая в непролазной грязи.

Провели в большое старое каменное здание, которое в своих стенах перевидало многие десятки тысяч заключённых. Здание построено основательно, крепко, на века – решётки из толстого кованого железа, могучие железные двери, толстенные двери и высоченный забор вокруг.

Столь огромных камер, как в Красноярской пересыльной тюрьме, я ещё нигде не видел. В нашей камере спокойно размещалось пятьсот заключённых и на сплошных
двухъярусных нарах оставались свободные места.

Свели в баню. Все вещи, кроме кожаной обуви, велели сдать в прожарку, так как у многих были вши. За отсутствием тюремного парикмахера мы не смогли пройти санобработку, постричься, снять щетину с лица. Такими же обросшими, как и приехали, вернулись в камеру после бани.

За пять дней пребывания в Красноярской тюрьме мы ещё более отощали. Поддерживались только за счёт хлебной пайки. Приварок же состоял из жидкого супа и такой же жидкой каши, сваренной из прогорклого пшена».

К концу 1940-х годов на этом участке сформировался тюремный квартал.

В его северо-западной части находилась небольшая пересыльная колония для несовершеннолетних. В 1949 году все помещения были перестроены: была создана специальная тюрьма для учёных и первоклассных специалистов технического профиля.

Это было Особое техническое бюро при секретном (закрытом) предприятии «Енисейстрой» 4-го спецотдела Главного управления МВД СССР.

Проектно-изыскательская контора, будущий «СибцветметНИИпроект».

Ныне на участке, где находилось ОТБ–1, расположены: 4-этажное здание юридического института СФУ (ул. Маерчака, 6)

и четыре 2–3-этажных административно-производственных корпуса с различными арендаторами (ул. Прушинской, 5).

Улица Лиды Прушинской в то время носила название Солидарности.

В Год Большого террора, в 1937-м, в красноярской тюрьме среди тысяч
арестантов находился В. Ф. Войно-Ясенецкий (Св. Лука).
В послевоенные годы среди узников были певица Лидия Русланова и артист
Георгий Жжёнов, скульптор Федот Сучков.

Особое техническое бюро – 1

В послевоенные годы усиленными темпами стали развивать геологоразведку с целью освоения в Красноярском крае новых месторождений полезных ископаемых, на базе которых предполагалось строительство промышленных предприятий (горно-обогатительных комбинатов, металлургических заводов).

Для выполнения этих работ и было учреждено тюремное Главное управление «Енисейстрой», в состав которого входили: ОТБ–1, таёжное горнопромышленное управление и три исправительно-трудовых лагеря (ИТЛ) в разных местах Красноярского края.

Первые заключённые в ОТБ-1 прибыли в августе 1949 года. Фактически был создан научно-исследовательский институт, где работали репрессированные специалисты высокой квалификации. Отбор был тщательный; направлялись только осуждённые по «политической» антисоветской статье 58 УК: доктора и кандидаты наук, геологи и инженеры-строители. Всего было около 200 человек, включая небольшое количество «бытовиков», среди них не было уголовников-рецидивистов.

Обширная территория ОТБ–1 была огорожена высоким забором с колючей проволокой, целый квартал. В рабочей зоне находились: проектный отдел (с полным комплектом подразделений по проектированию горнозаводских предприятий); геологический отдел (с лабораториями); экспериментальный металлургический завод по очистке металлической сурьмы до чистоты 99,99%.

В камерах жилой зоны помещалось по 20–40 человек; для высококвалифицированных заключённых выделялись камеры на 5–10 человек. Условия работы и питания в ОТБ–1 были на порядок лучше в сравнении с обычными лагерями и тюрьмами. «Арестантский рай», качественно отличающийся от «нормальных» зон сталинского времени. Прекрасные условия: у каждого своя койка и одеяло.

Кофе, макароны, колбаса и многое другое, что в те годы являлось дефицитом, тут было не роскошью, а нормой. На завтрак – масло и сахар, в обед – гарнир с двумя котлетами.

В проектном отделе ОТБ-1 «мотал срок» талантливый архитектор Геворг Барсегович Кочар (1901 – 1973), переведённый из Норильска. Г. Б. Кочар был арестован ещё в 1937 году и до Красноярска отбывал наказание в «Норильпроекте». После освобождения – в 1956–1959 годах руководил застройкой Красноярска, являясь главным архитектором нашего города. Именно на этом посту был избран членом-корреспондентом Академии строительства и архитектуры СССР.

В Красноярске разработал и осуществил проекты гостиницы «Север», реконструкции драматического театра им. А. С. Пушкина. С 1960 года до последних дней жизни – главный архитектор института «Ереванпроект».

В 1956 году все «политические» были освобождены и затем реабилитированы, ОТБ-1 – реорганизовано в Сибирский государственный проектный институт цветной металлургии «Сибцветметпроект» (с 1958-го – до начала 2010-х годов «СибцветметНИИпроект»). Ныне такой организации не существует в Красноярске.

Сейчас в помещениях легендарного института – десятки арендаторов, в том числе немало фирм с инженерно-технологическими видами деятельности...


План расположения помещений и служб ОТБ-1

А – жилая и бытовая зоны заключённых: 1 – бытовое помещение (парикмахерская, са-
пожная мастерская); 2, 3 – жилые дома; 4 – баня; 5 – вахта и вход в зону.
Б – рабочая зона: 6 – химическая лаборатория; 7 – геологический отдел; 8 – стеклодувная
мастерская и мастерская по ремонту лабораторного оборудования; 9 – металлургический за-
вод; 10 – лаборатория физических методов анализа; 11– вход и въезд в ОТБ-1; 12 – управление
лагерным отделением и санчасть; 13 – столовая для заключённых; 14 – проектный отдел.
(Из брошюры «Политические репрессии в Красноярске. Путеводитель», 2011 г.)


ОТБ-1 по ул. Солидарности (ныне
ул. Лиды Прушинской) осенью 1950 года


Участок по ул. Лиды Прушинской летом
2018 года

Следственный изолятор № 1

1964 году (в связи с решением о раздельном содержании подследственных и осуждённых) Красноярская общая тюрьма № 1 была реорганизована в следственный изолятор. До 1994 года – находился в ведении Службы по исправительным делам и социальной реабилитации УВД Красноярского края.

Сейчас – СИЗО № 1 ГУФСИН России по Красноярскому краю. Это крупнейший в крае следственный изолятор. Тут не отбывают наказания, а ждут суда, также содержатся осуждённые, в отношении которых приговор суда не вступил в силу. В корпусах – 300 камер. На каждого арестанта приходится по четыре кв. м.

В 2007 – 2008 годах были реконструированы старые и построены новые корпуса для содержания подследственных, проведён ремонт старых корпусов: «СИЗО № 1 ГУФСИН Красноярского края – это современное пенитенциарное учреждение, соответствующее международным стандартам.

Каждая камера оборудована системой видеонаблюдения, имеются холодильник, цветной телевизор, электрочайник, проведено горячее и холодное водоснабжение».

Главное управление ФСИН по Красноярскому краю находится здесь же – по ул. Охраны труда, 1.

Олег Кечин

Снип  27.12.2018

 


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е