Помнить нельзя забыть


Такое страшное время.
Врагом народа был сам народ.
Любое слово, любая тема…
И по этапу страна… вперёд!
Но мы-то помним! Теперь мы знаем.
На всё запреты, на всех печать…
Народ толпой по этапу гнали,
Чтоб было легче им управлять…

Массовая крестьянская ссылка, эта «мужичья чума» обрушилась на Красноярский округ в самом начале 1930 годов: и в форме ссыльных потоков из других регионов, и в форме массовых, и разрозненных депортаций – в пределах региона или за его пределы. Эта ссылка носила в СССР официальное название «кулацкой», а сами ссыльные именовались «кулаками». Хотя уже в 20-е годы никаких кулаков (сельских ростовщиков) давно не существовало. Но «кулаками» объявили всех тех крестьян (и не только крестьян), кто был способен прокормить себя и семью своим трудом, без «помощи» властей. «Правовой основой» репрессий послужило постановление ЦИК и СНК от 1.02.30, хотя массовые депортации начались ещё с 1929 года.

В нашем регионе тогда шёл обмен ссыльными кулаками, из Сибири в Сибирь. Из районов Красноярского округа, прилегающих к Енисею, сначала стали угонять крестьян в тайгу, на «кулацкие участки» (Мостовое, Горевка и другие). В феврале 1930 г. северо-западные районы региона (Большемуртинский, Пировский, Казачинский) были затронуты депортацией на Маковку в Енисейский район (с. Маковское на р. Кеть). Крестьян везли обозами на санях под милицейским конвоем. По дороге погибло много детей и стариков. На Кети ссыльные ютились кто по избам местных жителей, кто в наскоро построенных бараках или даже шалашах. Весной начались повальные инфекции. В начале лета охрану сняли, и большинство ссыльных смогли выбраться из этих гиблых мест.

ВИЗНЕР Сидор Иванович 1880 г.р. Проживал в с. Большая Мурта. Раскулачен в 1930, выслан в с. Маковское Енисейского района с семьёй: женой и шестью детьми.
«Городом репрессированных» стала Игарка Туруханского района. Здесь по программе принудительного, насильственного расселения проходило так называемое «перевоспитание», «перековка» классово чуждых элементов. Появились как отдельные спецпосёлки на территории района, так и специально отведённые места для компактного проживания спецпереселенцев внутри города.

АЛДАЕВ Тимофей Васильевич 1885 г.р. Проживал в д. Туган Большемуртинского района. Арестован в 1930 г. по обвинению во вредительстве. Дело прекращено. Раскулачен в 1931, выслан в Игарский трудпосёлок с женой и пятью детьми. Работал слесарем механической мастерской на леспромкомбинате. Арестован 20.03.1938 г. Обвинён в контрреволюционной агитации. Приговорён тройкой УНКВД к высшей мере наказания. Расстрелян 07.05.1938 в г. Игарка.

ЯЧМЕНЕВ Александр Константинович 1907 г.р. Проживал в д. Бобровка тогда ещё Казачинского района. Раскулачен в 1930, лишён избирательных прав, выслан. В 1930 восстановлен в правах. Вступил в колхоз. В 1931 лишён избирательных прав. Арестован в 1931. Выслан в 1931 с семьёй в г. Игарку. Счетовод в Игарском леспродторге. Арестован в 1938 г. Содержался в Енисейской и Красноярской тюрьмах. Обвинение по ст. 58-2, 58-10, 58-11 УК РСФСР. Осужден 07.03.1938 тройкой УНКВД на 10 лет ИТЛ. Срок отбывал в Норильлаге. 12.02.1948 освобождён. Арестован 30.04.1951 в с. Атаманово, 4 мес. в тюрьме. Сослан в д. Седельниково, затем в с. Атаманово, с. Миндерла.

САМСОНОВ Роман Алексеевич 1860 г.р. Проживал в с. Подъёмное Большемуртинского района. Раскулачен в 1931, выслан в г. Игарка с семьёй из пяти человек.

Большемуртинский район тоже стал «тюрьмой без стен» для тысяч людей.

ЛАЛЕТИН Егор Филиппович. Проживал в д. Медведево Новосёловского района. Раскулачен в 1930 г. и выслан в Большемуртинский район с женой и восемью детьми.

ГОРЕВ Федот Константинович. Проживал в Сибирском крае. Раскулачен в 1930 г., выслан в Большемуртинский район.

САДИКОВ Никита Петрович 1899 г.р. Проживал в с. Ужур. Раскулачен в 1930, осужден в 1931, приговорён к ссылке на Север. В 1933 г. бежал из ссылки. В середине 30-х схвачен и отправлен в ссылку в с. Российка Большемуртинского района. Печник в Красногорском совхозе. Арестован, приговорён в 1937 тройкой УНКВД к высшей мере наказания. Расстрелян 07.12.1937 в г. Красноярске. Жена и дети проживали в с. Российка, освободились из ссылки после войны.

Иногда раскулаченных с семьями даже не высылали за пределы района.

КОНОНОВ Гавриил Филимонович 1888 г.р. Проживал в д. Береговая-Подъёмная Большемуртинского района. Раскулачен, в 1929 г. выслан в д. Горевку Большемуртинского района.

ВАСИЛЬЕВ Иван Васильевич 1900 г.р. Проживал в д. Анисимовка Большемуртинского района. Раскулачен в 1930 г., выслан в пос. Предивинск с семьёй из пяти человек.

Казалось бы, к чему эти перемещения на несколько десятков километров? Власти важно было вырвать человека с корнем из привычной среды, лишить его всего нажитого, превратить в универсальную рабсилу. Тем более что это было экономически выгодно.

В списках раскулаченных я нашла своего деда ГАЗЕЕВА Гемантдина Фахертдиновича 1876 г.р., проживавшего в д. Казанка, раскулаченного в 1933 г. Грехом перед советской властью стало крепкое хозяйство с многочисленной скотиной и сельхозтехникой. Из дома выгребли всё подчистую, осталась лишь бочка с овсом, на которую запрыгнула собака и не дала никому подойти, да курица, забившаяся в щель. Как потом выживала семья с многочисленными детьми, остаётся только догадываться.

Зачастую информация о том, куда высылали раскулаченных, что стало с ними потом, отсутствует. В отделе спецфондов и реабилитации при ГУВД по краю на раскулаченных храниться лишь 74 архивных личных дела. Это то, что случайно уцелело при уничтожении в 1955 г. 11 667 дел ссыльных кулаков, находившихся в нашем крае на спецпоселении. К 1955 г. государство посчитало законченной историю раскулачивания, долг перед крестьянством, мучимым мироедами, - выполненным. Трагедия деревни осталась за страницами личных дел.

Хронология депортаций из Красноярского округа в основном ограничена 1930-1931 гг. Имеются лишь сведения о ссылке из Большемуртинского района в 1933 г. на лесозавод в Маклаково.

В результате переводов с места на место некоторые ссыльные Минусинского округа оказались также в Большемуртинском районе: в Российке и Предивинске.

1931 г. Ссыльных из Забайкалья, включая БМАССР (ныне Читинская область и Республика Бурятия), отправили вниз по Енисею. Значительная их часть была выгружена с барж под гористым правым берегом Енисея в Большемуртинском районе. Так возник посёлок Предивинск, с двумя верфями ГУСМП (Главсевморпути), где строили баржи. Часть ссыльных, выгруженных на месте будущего Предивинска, сразу или позднее перегнали за Енисей, в Красногорский совхоз (с. Российка).

ГОЛУБИН Клим Гаврилович родился в 1901 г. в Забайкальской области. Русский, грамотный. Беспартийный. Была у него большая многодетная семья (десять детей). Благодаря своему трудолюбию семья имела крепкое крестьянское хозяйство и попала в разряд кулаков. В 1931 г. Клим Гаврилович был раскулачен, лишён политических прав, выслан тройкой ОГПУ в п. Предивинск Большемуртинского района со своей семьёй. Работал плотником баржестроительной верфи.

Депортация из Восточной Польши в конце мая 1941 г. захватила в основном южные воеводства. В этом потоке преобладали украинцы. В нём были и поляки, и евреи. В наш регион этот поток пришёл из Станиславовского и Волынского воеводств. Этих ссыльных в основном загнали в леспромхозы, в том числе, в Большемуртинском районе. Очевидец Ян Замойский вспоминал: «В Красноярске нам предложили выбрать район ссылки. Это было очень странно. Южные районы: Ачинский, Минусинский – считались плодородными и хлебородными районами, в северных – преобладала тайга, где можно прокормиться летом. Мы не знали, что выбрать, но нам разъяснили поляки, приехавшие раньше нас. Там, где есть лес, - там проще выжить, так как всегда есть дрова и можно быстро согреться. В южных районах степь и топить надо кизяком, строить из глинобитной массы хижины. Мы выбрали северный район – Большемуртинский».

Тотальная депортация поволжских немцев из АССР НП по указу от 28 августа 1941 г. прошла в основном в первой половине сентября 1941. В наш регион попали депортированные поволжские немцы как из левобережной («степной»), так и правобережной («горной») части АССР НП. Большинство ссыльных поволжских немцев распихали по колхозам. Более 2 тыс. немцев оказались, таким образом, в нашем районе. Осенью 1941 г. в некоторых колхозах района немцы составляли до 50% наличной рабочей силы и примерно половину механизаторов всего района. Среди них были и женщины. Так, Амалия Филипповна Герман на комбайне обмолотила 200 га и заняла третье место по данному показателю в своём колхозе. Тяжёлые трудовые будни стали нормой жизни для немцев-переселенцев практически всех возрастов, включая подростков.

Депортированных калмыков привезли в наш край в начале 1944 г. Этот ссыльный поток разбросали по разным концам нашего региона. Часть из них была отправлена в Предивинск. Большинство ссыльных калмыков, прежде не видевших леса, попали в тайгу, к которой были совершенно не приспособлены. В первую зиму вымерла значительная часть ссыльных.

Размещение спецпереселенцев по спецкомендатурам ОСП УНКВД Красноярского края (апрель 1944 г.).

Наименование районной (поселковой) комендатуры: Б-Муртинская
Количество семей спецпереселенцев: 22
Количество сотрудников комендатуры: 9

В послевоенные годы среди сосланных в Красноярский край появились ОУНОВЦы – участники Организации украинских националистов (ОУН), а также члены их семей. Постепенно круг депортированных из Западной Украины расширился за счёт «неблагонадёжных».

Данные о количестве спецпереселенцев-оуновцев в Красноярском крае (по сводной таблице УМВД о дислокации спецпереселенцев) на 1952 г.

Большемуртинский район: 319 человек; 2,3%.

Начиная примерно с апреля 1948 г., политзаключённых перестали освобождать по концу срока. Теперь их отправляли по этапу под конвоем на ссылку. По прибытии их в ссыльный регион (в нашем случае – в Красноярск) ссыльных сначала сажали в тюрьму, в пересыльную камеру. Через день, два или неделю в тюрьму приезжали «покупатели» за рабсилой и увозили ссыльных, которых сочли работоспособными, на свои предприятия, стройки, в рудники или леспромхозы – теперь уже без конвоя. Тех ссыльных, от которых отказывались все «покупатели», обычно рассовывали по колхозам. На месте ссылки бывших узников ставили под комендатуру. Первые годы они отмечались у коменданта два раза в месяц, с 1953 г. – раз в месяц.

На тех, кого отправляли в ссылку прямо из лагеря, не оформлялось никакое дело, на них всего лишь выписывали «наряд» в отделе МГБ, в Москве, куда все лагеря заранее отправляли списки узников, досиживающих последние месяцы своих сроков. В наряде записывали обычно только ссыльный регион, а точное место ссылки определяло уже местное Управление МГБ «в рабочем порядке». Поэтому и прозвали таких ссыльных «нарядники».

Весной, и особенно летом 1949 г., начались повторные аресты бывших политзаключённых, иногда даже тех, кто отсидел срок ещё до войны. У них забирали паспорта и сажали в тюрьму, кого-то на 2-3 месяца, кого-то на год и больше. Среди заключённых их прозвали «повторники». За такими ссыльными тоже приезжали «покупатели» рабсилы.

На 1 января 1952 года в Большемуртинском районе проживало 3 848 спецпереселенцев.

Не хочется делать никаких выводов, ни призывать к чему-либо. Просто каждому нужно правильно расставить приоритеты. ПОМНИТЬ НЕЛЬЗЯ, ЗАБЫТЬ или, всё-таки, ПОМНИТЬ, НЕЛЬЗЯ ЗАБЫТЬ?

С. А. Маматова
(по материалам архива МБУК «БКМ»)
НОВОЕ ВРЕМЯ, № 43, 26.10.2019.


На главную страницу/Документы/Публикации/2010-е