Новости
О сайте
Часто задавамые вопросы
Мартиролог
Аресты, осуждения
Лагеря Красноярского края
Ссылка
Документы
Реабилитация
Наша работа
Поиск
English  Deutsch

Материалы (информация) произведены, распространены и (или) направлены учредителем, членом, участником, руководителем некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента, или лицом, входящим в состав органа такой некоммерческой организации

Ни у кого так и не отыскались родители


Точно не известно, сколько в СССР было послевоенных детей-сирот. Чаще всего называют цифру 680 тысяч человек. Подумать только: более полумиллиона сломанных судеб, больших трагедий, отнятого детства.

На территории Сухобузимского района в годы Великой Отечественной войны и после нее действовало три детских дома.

Страх. Боль. Отчаянье

…Ночью снова снился дом. В эти прекрасные минуты возник образ мамы: в воскресенье напекла чудесных пирожков, все сели пить чай с вишневым вареньем. Дом напоен ароматом свежей сдобы, радостными голосами, яркими лучами солнца. Отец улыбается: мать у нас мастерица.

Резко хлопает дверь. Мальчик встрепенулся, потом еще крепче зажмурил глаза, чтобы продлить чудесное виденье. Но… загрохотали брошенные у печки поленья – и тотчас исчезла светлая горница с вышитыми полотенцами. Вместо нее – казенная комната с множеством кроватей. Как в больнице.

За окном непроглядная тьма, по-волчьи завывает вьюга. Холодно. Чтобы хоть как-то согреться, мальчик притягивает к худенькому тельцу коленки. Уткнувшись в соломенную  подушку, беззвучно плачет. Знает: наяву уж никогда не повторятся мгновенья счастья и радости от общения с мамой и папой, и не переступить больше порог родного дома, уничтоженного немецкой бомбой.

В 1942 году в Атаманово привезли эвакуированный детдом из Донбасса. Об этом сообщал в своей книге «Район в центре Сибири» Почетный гражданин Сухобузимского района, краевед Виктор Александрович Аференко. Вероятно, прибыл детдом в начале 1942 года или даже в конце 1941-го.

В Государственном архиве Красноярского края я находила «План посева зерновых и огородных культур по детским домам на 1942 год» (ГАКК, Ф.Р. 1386., Оп.1., Д. 824,. Л. 21), в нем перечислены все имеющиеся в Красноярском крае детдома на 25 февраля 1942 года. Всего 24, среди них – Атамановский со среднегодовой численностью воспитанников 138 человек. По решению исполкома краевого Совета депутатов трудящихся детдом обязали посеять 10 гектаров овса, 5 – картофеля, и еще 1,57 гектара отводилось под овощи. Дополнительно предполагалось выделить 28 гектаров пашни и 50 гектаров сенокосных угодий. По разнарядке учреждение должно было получить 7 лошадей и 8 коров.

О том, как обустраивался украинский детдом в Сибири, помнит жительница Атаманово, педагог-ветеран Галина Александровна Наумова (Лукьянова). Она в то время работала учительницей начальных классов Атамановской школы. Эвакуированные поступили и в ее класс.

В 2018 году я побывала у нее в гостях, и она рассказывала мне, какими несчастными выглядели эти дети. Испуганные, исхудавшие, плохо одетые, голодные. В глазах – боль и тоска. Маленькие постоянно плакали: «Где моя мама?» Им не говорили, что мамы нет в живых.

Многие сидели на уроках с отрешенным видом. Не до учебы им было: довелось испытать столько боли, отчаянья и страха, не каждый взрослый смог бы справиться.

Бывало, на уроке в сердцах бросят:

– Шо вы нас панькаете!

Русский язык большинство не знало, да и спустя годы часто путали украинские слова с русскими. Им трудно было усвоить школьную программу.

В отчете Сухобузимского районо за 1944 год (ГАКК Ф.Р.1383, Оп.1, Д.617) сообщается о том, что дети Атамановского детдома не знают русского языка, 17 человек не аттестовано, а в Карымской начальной школе по этой же причине 11
учеников немецкой национальности оставлены на повторное обучение.

Зима стала для украинских ребятишек настоящим испытанием. Таких морозов они никогда не переносили. Подходящего для детдома здания в селе не нашлось, детей разместили в старом клубе, соседних домах. В приспособленных зданиях было холодно. И в школе – тоже. Запасти достаточного количества топлива не удалось. Учащиеся, начиная с 5 класса, вместе со взрослыми заготавливали дрова для школы и детдома. Одежонка у детдомовцев была худая, валенок на всех не хватало, по этой причине они часто пропускали занятия в школе. Кроватей было мало: спали по двое, а на нарах, покрытых соломой, – сколько поместится. Мальчики спали на топчанах в два ряда, валетом. Подушки тоже набивали соломой.

Недоставало умывальников, мебели, мягкого инвентаря, даже посуды: котлов, ведер, тазов, стаканов, тарелок. Бывшая жительница Атаманово Любовь Антоновна Мельникова (Карепова) вспоминала, что ее отец, горшечник Антон Никифорович Мельников, изготавливал для детдома и пионерского лагеря «Таежный», открывшегося в 1944 году, глиняные миски и стаканы.

В других детдомах и этого не было. В 1942 году инспекторы крайоно проверяли Чебаковский детский дом Ширинского района и увидели там: густую пищу дети едят руками, а суп и чай хлебают блюдцами. Оказалось, в учреждении не было ложек.

Вечерами учили уроки при коптилке, керосиновых ламп тоже не хватало, а электричества вообще не было. Со временем лампами все же снабдили, но часто их не зажигали: были постоянные перебои с керосином. Учебник и тот был один на весь класс. Из-за недостатка тетрадей писали между строк на использованных газетах, журналах, оберточной бумаге. В ходу были любые клочки.

Галина Александровна Наумова вспоминала:

– Нам отдать им было нечего, сами бедствовали. Но когда дети приходили в гости, мы всегда приглашали их к столу. Что было – тем и покормим. Детдомовцам не так поесть хотелось, как побыть в домашней обстановке. Всем нужен дом…

В гости ребята приходили часто. Без приглашения. И не по одному, а группами. Но мою маму Лукерью Андреевну это не раздражало, всех привечала. Не только Лукерья Андреевна, но и все жители Атаманово жалели маленьких страдальцев: всегда старались их хоть чем-нибудь да угостить, хотя и свои дети недоедали.


Галина Александровна Наумова (Лукьянова) учила детдо-
мовских детей.
Фото из альбома Галины Александровны Наумовой

Галина Александровна, в ту пору совсем молоденькая девушка, чуть было не усыновила одного мальчика. Мама едва отговорила. Убеждала: в детдоме мальчик не пропадет, а в семье еды не хватает, сможем ли прокормить ребенка.
По словам жительницы Атаманово, бывшего педагога Александры Ивановны Мельниковой (интервью 2018 года), сирот в Атаманово привезли из Украины и Белоруссии. Выглядели они перепуганными, несчастными. Видно было: хлебнули горя за свою короткую жизнь. Говорят, их вывозили из-под вражеского огня. Ребятишки сильно тосковали по родным местам. Одна отчаянная девочка трижды сбегала из детдома, видимо, мечтала найти близких или хотя бы вернуться на малую родину.

Я спросила Александру Ивановну:

– А бывали случаи после войны, когда у кого-то из детей находились родители?
– Нет, не помню ни одного такого события. Отцы у многих погибли на фронте, а матери – от бомбежек.

Но Галина Александровна Наумова рассказывала, что однажды после войны встретила в Красноярске свою бывшую ученицу, воспитанницу детдома Лиду Ефимову, и та поделилась с ней большой радостью: нашлась ее родная тетя, живет в Ленинграде:

– Целеустремленная была девочка. Окончила 7 классов, потом медучилище. Мечтала стать врачом. Но чтобы учиться дальше, нужно было хотя бы одеться. У выпускницы детдома – понятное дело, ни одежды, ни обуви. Лида поехала в Норильск, заработала денег и поступила-таки в медицинский институт.

Да, в послевоенное время не было редкостью, когда детдомовцы получали высшее образование. В Павловщине много лет проработал детским врачом Юрий Иванович Иванов, он и его жена, медсестра Лидия Дмитриевна, выросли в детдоме. Юрий Иванович, как и большинство детдомовцев, окончил ремесленное училище, потом – вечернюю школу, в 1961 году – медицинский институт.

Лекарство – с кожевенного завода

На 01.08.1941 года в Красноярском крае имелось 14 школьных и 5 дошкольных детских домов, общее число воспитанников – 2795 человек. Война с каждым днем умножала число детей-сирот. Почти каждый месяц открывались новые учреждения. На 01.07.1944 года – уже 83 детдома, в них – 8559 детей, в 1945-м – 89 детдомов, численность воспитанников превысила 11000 человек.

Предположительно в 1944 году в Сухобузимском районе открылся второй детдом. Его разместили в Кекуре. В изученных мною архивных документах ГАКК 1944 года – материалах заседаний Красноярского исполкома краевого Совета депутатов трудящихся, на которых обсуждалось положение детских домов, уже значится не только Атамановский, но и Кекурский детдом.

В обоих жили дети разных национальностей. В районе отбывали ссылку депортированные немцы, украинцы, калмыки, латыши, литовцы, поляки, румыны и представители других национальностей. Случалось, их дети тоже попадали в детдома: отцы погибали в лагерях или их забирали в трудармию, матери умирали от болезней, недоедания, непосильной работы. Нередко попадали и в заключение: по законам военного времени любой проступок карался жестоко. Матери, укравшей несколько пригоршней пшеницы, чтобы накормить голодную ораву, давали 8 лет.

Например, в Кемчугском детском доме Козульского района в 1942 году из 253 воспитанников 38 – дети репрессированных родителей, 22 – из эвакуированных и депортированных семей, в том числе 2 немца, 15 финнов. Статистики по сухобузимским детдомам у меня нет, но думаю, и у них примерно такая же картина, разве что больше носителей украинской, немецкой, польской, белорусской, калмыцкой национальностей. Хотя, рассказывают, калмыки, как бы трудно н было, не сдавали сирот в детдом. Деток, потерявших родителей, забирали родственники и даже чужие семьи. Так часто поступали представители и других национальностей. Когда рабочую совхоза «Таежный» румынку Марию Бахнарел за пригоршню зерна посадили на три года, ее сыновей Михая и Тодора, трех и пяти лет, приютила румынская семья, тоже высланная с Буковины. Мария, освободившись из лагеря, сразу забрала сыновей.

Но случались трагедии и пострашнее, как среди местного населения, так и ссыльных. Тогда детдом был неизбежен. В Миндерлинском совхозе НКВД (МГБ, МВД, КГБ) умерла молодая женщина, депортированная из Бессарабии, отец ребенка был в возрасте, видимо, болел, не мог самостоятельно растить маленького сына, отдал в детдом. В этом же подсобном хозяйстве после войны отбывала ссылку уроженка Чехословакии чешка Генриетта Чесла. Во время ареста у нее забрали и увезли в неизвестном направлении единственного сына (грудного или чуть старше), и мать, не зная русского языка, отчаянно добивалась, чтобы ей вернули ребенка. В розыске мальчика чешке помогала ссыльная еврейка Эстер Вайнцвайг, хорошо знавшая русский язык. Спустя годы
Эстер Моисеевна пыталась узнать дальнейшую судьбу Генриетты. Ей сообщили, что она уехала в Германию. Но оказалось, что эти сведения не соответствовали действительности…

Буква льно месяц назад в Сухобузимском муниципальном архиве я изучала похозяйственные книги Миндерлинского сельсовета. И вот в одной из них за 1955 год (Ф.Р. 1, оп. 1, Д. 56) неожиданно нашла знакомую фамилию. Выясняется: Генриетта Августовна Чесла (так записано в книге), 1920 года рождения, по-прежнему проживала в поселке подсобного хозяйства. Но не одна, а с Александром Ивановичем Илясовым, 1912 года рождения. Скорее всего, ее избранник тоже был из числа ссыльнопоселенцев. Из архивного документа видно, что чудо все же случилось – матери привезли в ссылку ее сына, сама она как спецпоселенка отлучаться из поселка более чем на три километра не имела права. Мальчик записан как Георгий Иосифович Чесла, родившийся 18 сентября 1945 года, в 1955 году учился в первом классе начальной школы. Возможно, его имя работники сельсовета записали на русский лад, а настоящее имя Георг или Гейбк, к тому же отчеств у чехов не бывает, только имя и фамилия. Но благодаря этому было названо имя отца ребенка.

Документ приносит еще два открытия. Оказывается, у Генриетты 21 апреля 1954 года родился еще один сын. Записан как Валентин Александрович Илясов.

Однако присмотревшись к поблекшим записям похозяйственной книги, неожиданно обнаруживаю пометку напротив фамилии чешки – «умерла». Точная дата не указана, но видимо, это случилось в том же 1955 году. Что стало с ее двумя сыновьями – грудным ребенком Валей и 10-летним Георгием? Не исключено, что оба попали в детский дом.

Семья Фриды Барановой (Б ауэ р), депортированная из Республики немцев Поволжья, в 1941 году попала в Сухобузимский район, в Красные Горки. В ссылке Бауэры голодали, обменять на продукты было нечего. Внезапно умерла мать, прямо в поле, где собирала колоски. Отец был уже немолод, сильно болел. Не смог прокормить двух маленьких дочерей, с невероятной болью в душе отдал их в Кекурский детдом. Наверное, предчувствовал свою скорую смерть. Первое время часто навещал дочек, но очень быстро ушел вслед за женой.


Выпускница Подсопочного детского дома Фрида Давыдовна
Баранова (Бауэр). Фото Натальи Головиной

Девочки остались одни на белом свете. Лет 10 назад Фрида Давыдовна рассказывала корреспонденту «Сельской жизни» Наталье Головиной о том, как в Кекурском детдоме они едва не умерли от голода. На их счастье, в районо узнали о крайне истощенных детях. Приехали и забрали их в больницу, более крепких – перевели в Атамановский детдом, а Кекурский, по словам Фриды Давыдовны, расформировали, виновных сотрудников наказали, кажется, кого-то тогда посадили.

В больнице Фрида и Ирма Бауэр получали усиленный паек. Когда окрепли, их отправили в Подсопочный детдом. Там находились 120 детей. Были среди них и ребята с Поволжья, они старались держаться вместе.

Кстати, ослабленных, истощенных детей в красноярских детдомах было немало,
особенно среди вывезенных из блокадного Ленинграда. 12 июня 1944 года Красноярский краисполком в решении «Об улучшении работы детдомов и детинтернатов» (ГАКК, Ф.Р. 1386,Оп.1., Д. 926, Л.5.) записал:

«Выделить в июне с. г. для ослабленных детей детдомов и интернатов медикаменты, для чего обязать:
а) зам. Председателя исполкома крайсовета т. Власова отпустить 500 литров рыбьего жира из цистерны, полученной Кожзаводом;
б) Управляющему мясотрестом т. Шурыгину отпустить 100 кг. гематогена;
г) Начальнику Крайпищепрома т. Голюнову отпустить 150 кг мальц-экстракта».

Что это такое мальц-экстракт? В интернете я нашла определение этого вещества – это солодовый сахаристый сироп, богатый ферментами продукт, получаемый из ростков чуть-чуть пророщенного зерна, чаще всего ячменя и ржи.

Выйдя из стен детдома в 1948 году, Фрида Давыдовна Бауэр осталась жить в Подсопках. Ей некуда было ехать. Первое время работала в детдоме, ухаживала за скотом в подсобном хозяйстве, получая за это в сутки 500 граммов хлеба и совсем мизерную зарплату. Ее как депортированную немку поставили на учет в спецкомендатуре, где она обязана была отмечаться каждый месяц. Выехать с места поселения не имела права. Позже вышла замуж, родила сына и дочь. Устроилась на маслозавод, потом – дояркой в колхоз. Работала всегда на совесть. Ее сын Альберт Алексеевич Лопатин с гордостью сказал мне, что его мама за достижение высоких показателей была награждена орденом Трудового Красного Знамени.


1947 год. Атамановская средняя школа. На снимке, возможно, есть и воспитанники детдома.
Фото из альбома Галины Александровны Наумовой


Воспитанники детдома в Подсопках.
Фото предоставлено библиотекарем Подсопочной библиотеки Верой Пригода

Сами себя кормили

В годы войны никто не вел праздную жизнь. Постоянно были заняты делом и детдомовцы: учились, работали в собственном подсобном хозяйстве и в колхозе, мыли пол, наводили порядок в помещениях и во дворе, шили и починяли одежду и обувь. Фрида Давыдовна Баранова (Бауэр) вспоминала: однажды им выдали хлопчатобумажную ткань, и девочки сами шили себе нижнее белье. Материал был черного цвета, но и такому были рады, так как совсем обносились. Маленькие донашивали обувь и одежду старших до полной ветхости.

В документах военного времени Государственного архива Красноярского края отмечается: в детских домах не хватало одежды и обуви. В 1942 году в Чебаковском детдоме Ширинского района у мальчиков не было даже брюк, они
ходили в школу в кальсонах. По этой причине сидели на уроках в пальто (Ф.Р. 1386, Оп. 1, Д. 824, Л.7). Зимой ребята нередко ходили в школу в галошах, фуфайках или демисезонных пальто. Юрий Иванович Иванов вспоминал: детдом выдал шапки, сшитые из сукна, они не спасали от морозов и холодного ветра. Не хватало варежек и рукавиц. До седых волос помнил Юрий Иванович «пронизывающий до костей холод» военного детства. С одеждой стало чуть легче в 1944 году, когда в детдома Красноярского края поступило «26500 шт. американских носильных вещей».

Дети часто голодали. В войну продовольствия не хватало, достаточного количества хлеба не могли выделить даже детдомам. К тому же из-за недостатка муки его выпекали с различными малосъедобными добавками.

В детских домах создали подсобные хозяйства как дополнительный резерв питания, но в тяжелое время они становились основным источником. Дети и персонал учреждения самостоятельно выращивали картошку и овощи. При этом
огороды вскапывали вручную, пололи посевы, воду для полива носили с речки на коромыслах. Детдомы содержали животных и птицу. Ребятишки ухаживали за ними, запасали корма. Девочки постарше доили коров, мальчики помогали косить и убирать сено.

Детдомовцы постоянно помогали колхозам и совхозу «Таежный» в уходе за посевами, уборке урожая, сборе колосков, удобрений (золы и птичьего помета). Учительница Галина Александровна Наумова вспоминала, как однажды ее с детьми отправили скирдовать скошенные зерновые.

С приходом весны дети собирали съедобные травы и коренья: шавель, дикий лук, крапиву, лебеду, саранки. Толстые стебли пучки почитали за лакомство.

А уж когда поспевали клубника, кислица, черная смородина, черемуха, все спозаранку бежали в лес, на луга и склоны гор, за несколько километров от села. Но и на полянах ребятишкам некогда было объедаться ягодами. Ведь каждый должен был принести в детдом дары леса, которыми не только пополняли летний рацион, но и сушили на зиму. Детдома солили и сушили грибы, квасили на зиму капусту и солили огурцы.

В.А. Аференко в книге «Район в центре Сибири» опубликовал список землепользователей колхозных земель в 1945-1946 гг. Оказалось, более 35 предприятий и организаций арендовали поля в Сухобузимском районе, в их числе совхоз «Таежный» Норильского ИТЛ-Норильского комбината, Миндерлинский совхоз ХОЗО НКВД, подсобные хозяйства военных заводов, фабрик, затонов Енисейского речного пароходства. В этом реестре странно было увидеть два детских дома – Подсопочный и Атамановский. Но архивный документ подтверждает: первый имел в пользовании 90 гектаров земли, второй – 25.

А о том, что и после войны воспитанники Подсопочного детдома обихаживали подсобное хозяйство, рассказывается в №28 районной газеты «Ударник социалистических полей» 1946 года. Детдом выращивал зерновые и технические культуры, картофель, овощи, а также скот. Ребята вместе с директором детдома Зоей Ивановной Самсоновой, заведующей учебной частью Швейцовой, воспитателями Верой Исаевой, Маргаритой Керге, Марией Лесной
ухаживали за животными и посевами. А также постоянно помогали местному колхозу имени Куйбышева в прополке, осенью копали картофель.

В газетной публикации сообщалось, что силами воспитанников заготовлено 250 кубометров дров, 100 центнеров силоса, сено для скота. Дети под руководством инструктора по трудовому обучению Матвея Павловича Самсонова спилили в лесу 80 деревьев, заготовили 200 жердей для огораживания двора детского дома.

В планах детдома – с помощью шефов, в числе которых был завод «Коммунар», оборудовать мастерские, построить овощехранилище, провести ремонт помещения, сообщала газета.


Воспитанники Подсопочного детдома

Была елка и был Дед Мороз

Как бы трудно ни было, для обездоленных детей устраивали праздники. Игрушек детдома поначалу не имели, но почти сразу появились различные кружки. Воспитатели учили ребят петь, танцевать. В детдоме ставили спектакли, проводили литературные и музыкальные вечера.

Самым долгожданным праздником была встреча Нового года. Дети из старых газет и бумаг клеили или шили пакеты для подарков. Мастерили игрушки на елку.

В первом номере районной газеты «Ударник социалистических полей» за 1945 год опубликована заметка под заголовком «Новогодние елки»:

«1945 год вступил в свои права. Советские люди в городах, селах и фронтовых окопах с радостью встретили этот новый год – год грядущей окончательной победы.

Весело его встретили дети – воспитанники Атамановского детского дома. Они у елки показали гостям и традиционному Деду Морозу свои достижения. Хорошо исполнили народные танцы и песни, поставили пьесу. Особенно хорошо выступили Кожемякина Маня, Гизатулина Галя, Калугер Маня, Трипутина Люба.

Комсомольцы района преподнесли новогодний подарок ребятам – тысячу рублей деньгами для приобретения лыж и материалов для рукодельного кружка, а работники Атамановского заготзерно (директор Мурашкин, секретарь комсомольской организации Черкашина) подарили ребятам 800 рублей для этих
же целей.

При получении подарков ребята дали слово хорошо учиться и стать достойной нашей сменой.

Г. Щербак»

«Не проявил подлинной заботы…»

Жизнь детей, потерявших на войне родителей, не уходила из поля зрения партийных и советских органов. В трудное время власть заботилась о том, чтобы сироты войны не были брошены на произвол судьбы. Не было года чтобы, например, исполком Красноярского краевого Совета депутатов трудящихся не вносил в повестку дня вопрос о детдомах. Вот и 4 декабря 1945 года на своем заседании крайисполком рассмотрел вопрос «О состоянии Атамановского и Подсопочного детских домов Сухобузимского района» (Ф.Р.1386, Оп.1, Д.975, Л.61-73).

До заседания, в ноябре 1945 года, в этих детдомах побывала комиссия крайисполкома (помощник заместителя председателя крайисполкома И.И. Терещенко, заведующий сектором детдомов крайоно И.К. Сосновский, заведующий Сухобузимским районо Раннев). Что они обнаружили?

В актах по итогам проверки отмечено, что питание детей в основном соответствовало нормам, в достаточном количестве запасены на год картофельи овощи. Однако выяснилось: хлеб райпотребсоюз поставлял не в полном объеме и «исключительно плохого качества, с примесями». В Атамановский детдом продукты поступали несвоевременно, ассортимент
не соблюдался, по этой причине питание однообразное, блюда невкусные.

В обоих учреждениях имелись подсобные хозяйства. Но план их развития не выполнялся. В Атамановском детдоме вместо запланированных 4 лошадей, 9 голов крупного рогатого скота, 6 свиней, 10 овец – фактически содержалось 2 лошади, 7 голов крупного рогатого скота, 3 свиньи, 1 овца. В Подсопочном детдоме имелось 6 коров и 2 лошади. Из-за неблагоприятных погодных усло-
вий урожай с 11 гектаров посевов получен здесь крайне низкий, не удалось запасти даже семена.

Комиссия убедилась: оба учреждения подготовлены к зиме, здания у теплены, но запаса дров нет. Они заготовлены на несколько месяцев вперед, но к зданиям не подвезены. На всем сказывалась военная разруха: нехватка средств, транспорта, сильных мужских рук. Кстати, в этот же день, 15 ноября 1945 года, комиссия по пути заехала в Сухобузимскую среднюю школу и увидела, что учащиеся и учителя сидят на уроках, не снимая верхней одежды, так как печи не топились из-за отсутствия топлива. Холодно было и в палатах районной больницы. Более того, здесь отсутствовало электрическое освещение, даже в хирургическом и родильном отделениях. Видно, принимали новорожденных младенцев и операции проводили при свете керосиновых ламп.

В обоих детдомах проверяющих поразила большая скученность, жилая площадь не обеспечивала даже минимальной потребности, поэтому дети спали по двое на одной койке. Из-за недостатка мебели выполняли домашние задания стоя. Столов – считанные единицы, стульев вообще не было ни одного, в Подсопочном детском доме лишь 17 табуреток, в Атамановском – 10 деревянных диванов. Не хватало мягкого инвентаря (простыней, наволочек, полотенец).

В Подсопочном детдоме в ноябре 1945 года проживали 95 детей, из них 24 дошкольника, 71 ребенок школьного возраста. Учились в школе 63, так как среди ребят было 8 переростков. Зимние пальто имелись у 40 воспитанников из 95, но обуты в валенки почти все (в наличии 85 пар). Каждый ребенок располагал двумя сменами верхнего платья и одной сменой нижнего белья.

В Атамановском детдоме на 96 человек – 45 зимних пальто, валенками обеспечены все, но верхнего платья и нижнего белья только по одной смене. Здесь находились 5 дошкольников и 84 ребенка школьного возраста. При этом учились всего 60 детей. 19 мальчиков и девочек, прибывших из Красноярского детского приемника, не могли ходить на уроки из-за отсутствия одежды. В стенах этого учреждения также находились ребята-переростки, школу они не посещали.

В спальнях обнаружились больные дети. При этом выяснилось: оба детдома не укомплектованы кадрами медицинских работников. Но ради справедливости надо сказать, что в войну детдомовцы болели редко. Главной напастью были чесотка и педикулез, страдали дети и от трахомы.

Разве можно было избежать инфекций при такой скученности, недостатке мыла, одежды, постельного белья? Бывало, белье подолгу не стирали, да
и в баню дети ходили не каждую неделю. В 1944 году в районе вспыхнула эпидемия сыпного тифа.

На заседании крайисполкома обсудили результаты проверки детдомов. Звучали предложения о наказании председателя исполкома Сухобузимского райсовета Белобородова за то, что в районе не выполняется постановление исполкома крайсовета и бюро крайкома ВКП(б) от 5 апреля 1945 года «Об укреплении материально-хозяйственной базы детских домов» и решение исполкома крайсовета от 8 августа с. г. «О состоянии готовности детских домов к зиме».
Отмечалось: общественность района не организовали на оказание помощи детским домам. Они не подготовлены к работе в зимних условиях. Созданные попечительские советы бездействуют. «Председатель райисполкома т. Белобородов формально отнесся к выполнению неоднократных распоряжений крайисполкома, не проявил подлинной заботы о детях-сиротах, просмотрел преступные факты систематической недодачи хлеба райпотребсоюзом детским домам и не принял своевременных мер к привлечению виновных к ответственности» (Л.61).

Крайисполком потребовал от крайоно «немедленно направить в Атамановский и Подсопочный детдома по 50 зимних пальто и мануфактуру, необходимую для пошивки второй смены верхнего и нижнего белья». Отвел 5-дневный срок для укомплектования учреждений педагогическими кадрами: в Подсопочном детдоме не хватало 6 воспитателей, в Атамановском – 2, вакантно место пионервожатой. Такой же срок дали крайздравотделу для закрепления за детдомами врачей, направления в эти учреждения на постоянную работу двух медсестер.

Краевая власть обязала Сухобузимский райисполком расширить жилые плошади детдомов, найти дополнительные помещения для мастерских. Например, было предложено отдать детдому в Подсопках пустующие комнаты местной школы, обязать шефов – Миндерлинский совхоз НКВД и колхоз имени Куйбышева – выделить пиломатериал для завершения строительства бани-прачечной.

Колхозам предложено выделить необходимое количество скота для подсобных хозяйств детдомов.

Райисполком был обязан к 1 января 1946 года обеспечить изготовление в райпромкомбинате и атамановской промартели необходимой мебели, в месячный срок подвезти топливо к детдомам на всю зиму.

От директоров детдомов З.И. Самсоновой (Подсопки) и. А.М. Мельникова (Атаманово) потребовали организовать работу столярной и сапожной мастерских, кружков по рукоделию, художественной самодеятельности, принять меры к «полному охвату школьным обучением воспитанников детдомов, повышению уровня учебно-воспитательной работы, особо обратив внимание на политическое воспитание».


1946 год. Заметка о Подсопочном детдоме в районной газе-
те «Ударник социалистических полей»

Председатель Сухобузимского райисполкома Белобородов заверил: «В двухнедельный срок положение в детдомах будет выправлено». Тем не менее его обязали ежедневно «телеграфно информировать зам. Председателя крайисполкома т. Батову о проделанной работе».

Последним пунктом в решении значилось поручение краевой прокуратуре «в недельный срок расследовать причины неполучения полагающейся нормы хлеба детскими домами и виновных привлечь к государственной ответственности» (Л.63).

Смена белья и носки

В детдоме дети жили одной большой семьей. Но уже в 14-15 лет наступала пора начинать самостоятельную жизнь.

В январе 1942 года Главному управлению трудовых резервов при СНК СССР было разрешено провести набор детей от 14 лет и старше в школы фабрично-заводского обучения и ремесленные училища. В их число попало много детдомовцев. В таком же возрасте их определяли и в колхозы.

С чем выходили выпускники из стен казенного учреждения? В настоящее время они до 18 лет получают пенсию по потере кормильца, а если учатся очно, то до 23 лет, при этом бесплатно проживают в общежитиях учебных заведений, обеспечены бесплатным питанием. Много и других социальных выплат, например, при трудоустройстве. Главное – теперь детдомовцев не выпускают в никуда. За ними закрепляют квартиры, где они были ранее прописаны, при отсутствии таковых сироты получают вне очереди жилье от государства, не менее 33 кв. метров на человека.

А в военные и послевоенные годы при выпуске сиротам выдавали одну или две смены белья, одеяло, простыню, носки. Фрида Давыдовна Баранова (Бауэр) рассказывала, что когда покидала Подсопочный детдом, получила штопанное-перештопанное постельное белье, изношенную одежду и обувь. С таким же «приданым» и другие сироты начинали взрослую жизнь. О жилье или деньгах даже речи не шло. Одно было хорошо – детдомовцы в то время были приучены к труду, прошли хорошую подготовку к самостоятельной жизни.

Изучая архивные документы совхоза «Таежный», я обнаружила, что это хозяйство охотно принимало на постоянную работу воспитанников Атамановского и Подсопочного детских домов. И это было спасением для подростков, потому что «Таежный», в отличие от колхозов, давал крышу (место в бараке или землянке) и неплохую по тем временам зарплату.

Роман Пфляумер родился в 1933 году в АССР немцев Поволжья, в селе Штрассбург Палассовского района. Его родители были арестованы и осуждены. В 8-летнем возрасте мальчик остался один. Из села Нахвальского его привезли в Атамановский детдом. Здесь он прожил семь лет. В 1948 году 15-летнего подростка направили работать на 3-е отделение совхоза «Таежный». Некоторое время трудился на лесозаготовительном, сенозаготовительном участках. Затем был призван в школу ФЗО г. Красноярска.

Мария Тэсля воспитывалась в детдоме Донбасса. Когда детдом эвакуировали в Сухобузимский район, ей было 16 лет. Некоторое время она еще находилась в стенах учреждения. В 1943 году ее взяли в совхоз «Таежный» рабочей, потом назначили писарем. В 1945 году Мария уволилась из хозяйства, очевидно, уехала на родину.

В 1952 году в совхоз «Таежный» были приняты рабочими подростками (так в приказе) выпускники Атамановского и Подсопочного детдомов Александр Нештатов и Александр Буш.

В 1953 году на должность рабочего-подростка фермы Саман поступил детдомовец Михаил Насущенко.

Фото Подсопочного
детдома предоставлено
библиотекарем
Подсопочной библиотеки


В этом здании размещался Атамановский детский дом. Верой Пригода
Фото из фондов музея Атамановской средней школы


Ребята Подсопочного детского дома активно занимались физической культурой.

Закончилась война. Пришла долгожданная Победа. Стали возвращаться с фронта солдаты. Лица их детей светились радостью, улыбками, а у детдомовцев текли слезы. Они оплакивали своих близких, самых дорогих людей – родителей, братьев и сестер. В который раз надо было набираться сил, находить внутреннюю опору в самих себе. Опереться не на кого…

Воспитанники детдомов наряду с учебой продолжали работать в своих подсобных хозяйствах и близлежащих колхозах. В № 27 от 15 июня 1947 года районная газета «Ударник социалистических полей» опубликовала обращение пионеров Подсопочного детдома ко всем пионерам и школьникам Сухобузимского района с призывом включиться в социалистическое соревнование на полевых работах. Детдомовцы взяли обязательства полностью очистить от сорняков посевы своего подсобного хозяйства на площади 15 гектаров и 50 гектаров засоренных полей колхоза имени Куйбышева. Письмо подписали З. Мартынова, Б. Черкашин, В. Колосова, Л. Ильина, В. Лейман, М.
Парникова, С. Ярлыкова, М. Марьясова, В. Рыль.


1947 год. Обращение пионеров Подсопочного детдома
напечатано в районной газете

В 1948 году в заметке под заголовком «Забота о будущем поколении» сообщалось, что Подсопочный детдом, где воспитывается более 100 детей, сеет зерновые, выращивает овощи и картофель. Семена овса, ячменя, гороха, проса, картофеля ему выделил Миндерлинский совхоз УМГБ. Подсобное хозяйство шефов – Красноярского завода комбайнов («Коммунара») – поделилось семенами огородных культур. Завод в этом году также передал в детдом кровати, ведра и тазы.

Круглые сироты и полусироты

Судя по всему, детский дом в Кекуре действовал до 1945 года, после чего его воспитанников перевели в соседние учреждения. В имеющихся подшивках (неполных) районной газеты «Ударник социалистических полей» 1940-50 гг., хранящихся в Красноярской краевой научной библиотеке, я находила корреспонденции о двух детдомах – Подсопочном и Атамановском. Почему-то о Кекурском детдоме не нашлось ни одной заметки.

Краевед В.А. Аференко в книге «Район в центре Сибири» пишет и о четвертом детдоме. На стр. 264 второго тома он приводит «Паспорт Миндерлинского детдома на 01.01.1951 года». Я решила узнать подробности, обратилась к краеведу Светлане Тетериной, спросила, сохранились ли в Миндерле здания этого учреждения. Светлана по моей просьбе опросила старожилов, но никто из них не помнил, что в селе существовал детдом. Стоило задуматься: ведь и в похозяйственных книгах Миндерлинского сельсовета, где указано место работы каждого жителя, мне тоже ни разу не попадались сотрудники детдома. В аналогичных книгах Атамановского сельсовета, например, за 1940-50 гг. нередко встречались записи о работниках Атамановского детдома. Что-то тут не так…

Тогда я обратилась к указанному Аференко фонду Государственного архива Красноярского края. И почти сразу же нашла паспорт детского дома на 01.01.1951 года, только не Миндерлинского, а… Подсопочного. Видимо, Виктор Александрович Аференко ошибся в названии.

Или все-таки детдом сначала находился в одном селе, а потом переехал в другое?

Надеюсь, читатели старшего поколения внесут ясность.

Итак, сведения о Подсопочном детдоме можно отыскать в Государственном архиве Красноярского края (Ф.Р. 2206, Оп.1., Д.2.). Паспорт на 8 листах содержит разнообразные сведения: о местонахождении детдома, шефах, членах попечительского совета, составе детей на 1 января 1950-го, 1951-го, 1952-го гг., расстоянии до школ. Средняя школа (в с. Сухобузимском) находилась в 10 км. Разное расстояние указано до начальной Подсопочной школы – 300-600
метров, потому что детдом находился в трех отдельных зданиях.

В паспорте написано, что учреждение создано в 1941 году. Эта дата вызывает сомнения: ведь в списках детских домов Красноярского края, отложившихся в ГАКК, Подсопочный не числился ни в 1941 году, ни в 1942-м, ни в 1944-м. Атамановский значится, начиная с 1942 года, Кекурский – с 1944-го.

В документе приведены штатное расписание, список сотрудников с указанием образования, педагогического стажа и даже наличия государственных наград. Удивительно: в трудное послевоенное время в учреждении было довольно много сотрудников. Директор имел заместителя по учебно-воспитательной работе, в 1950-51 гг. работало по 6-7 воспитателей, в 1952-м, когда число детей резко сократилось, – 4. Были в детдоме два инструктора по труду, кружковод на полставки, пионервожатая, медсестра, ночная няня, бухгалтер, шофер, завхоз, кладовщик, водовоз, кастелянша, повар, прачка, уборщица, истопник. В подсобном хозяйстве – заведующий, скотник, конюх, сторож. Всего более 30 работников.


1951 год. Паспорт Подсопочного детского дома (ГАКК, Ф.Р. 2206, Оп.1, Д.2.) не

В паспорте детдома описаны основные здания, земельный участок, подсобное хозяйство, есть сведения о трудовом обучении, оборудовании мастерских, хозяйственном оборудовании, мебели, библиотеке, культурно-спортивном ин-
вентаре, музыкальных инструментах, обеспеченности детей одеждой и обувью.
На 1 января 1950 года в Подсопочном детдоме проживали 94 воспитанника, причем преобладали мальчики, их было 62, а девочек – 32. Почему так? Может быть, девочек чаще брали в приемные семьи?

55 воспитанников являлись круглыми сиротами, 31 лишился одного из родителей. Отцы 15 ребят погибли на фронтах Великой Отечественной войны. Однако у 8 детей имелись и отец, и мать. Вероятно, эти дети оказались в детдоме в силу вынужденных обстоятельств. По возрасту состав был следующий:

7 лет – 9 человек;
8 лет – 16 человек;
9 лет – 9 человек
10 лет – 6 человек;
11 лет – 10 человек;
12 лет – 16 человек;
13 лет – 11 человек;
14 лет – 11 человек;
15 лет – 4 человека;
16 лет – 2 человека.

Все дети, за исключением одного 16-летнего подростка, учились в Подсопочной начальной школе. Немало среди них переростков. Наверное, они поздно начали учиться. Поэтому в 1 классе наряду с 7-8-летними за партами сидели 9-летние и даже 13-14-летние дети. А одной девочке-первокласснице и вовсе исполнилось 16 лет. Во втором классе обучались дети 11-12 лет. Возможно, среди них были дети разных национальностей, которые не могли освоить школьную программу,
так как не знали русского языка.

Учителям приходилось нелегко. Но когда я два года назад в Латвии и Эстонии встречалась с людьми, чье детство прошло в Сибири, все они с благодарностью вспоминали своих педагогов: как терпеливо те учили их русскому языку, занимались с «иностранцами» дополнительно. Вернувшись из ссылки на родину, многие юноши и девушки поступили в техникумы и институты.

После войны численность воспитанников Подсопочного детдома стала сокращаться. Новое пополнение поступало редко. В 1951 году в детдоме насчитывалось 86 детей (59 сирот, 22 полусироты). Мальчиков в два раза больше, чем девочек.

В 1952-м в казенном доме осталось 46 ребят (32 сироты, 12 полусирот). Мальчиков – 35, в три раза больше, чем девочек. Росли в детдоме также и дети, имеющие родителей.

При керосиновых лампах

Детдом располагался в четырех отдельных зданиях, 1890-го, 1901-го, 1921-го, 1931-го годов постройки, площадью 142, 100, 62, 40 кв. метров. В здании № 4 (40 кв. метров) находился медицинский изолятор. Возможно, просторные дома раньше принадлежали так называемым кулакам, сосланным в 1930-м, истребленным в 1937 году. Учреждение имело спальни, комнаты для учебных занятий, освещаемые керосиновыми лампами, столярную, сапожную и швейную мастерские.

Девочки учились шить – в наличии было две ручных и одна ножная швейные машинки. Мастерские для мальчиков оснащены различными столярными и слесарно-механическими инструментами: паяльниками, пилами, рубанками, дрелями, коловоротами, сверлами, стамесками. Имелось подсобное хозяйство. Ребята работали в огороде (1,8 га) и в поле (пахотных земель – 5 га, лугов – 60 га). Содержали крупный рогатый скот (4-5 голов), 5 овец и 2-5 свиньи. В подсобном хозяйстве имелось две лошади, один рабочий вол и одна автомашина.

По сравнению с военным временем материально-техническая база изменилась разительно. Особенно улучшилось снабжение детдома в 1951 году. У большинства детей была своя кровать, хотя младшие по-прежнему спали вдвоем на одной железной койке. В комнатах появились письменные столы, шкафы, стулья, табуретки, в детдоме было два зеркала и двое часов. В достаточном количестве имелась посуда, и дети уже не ели из общих мисок.

Не надо было делить одни валенки на двоих. В отличие от сельских ребятишек каждый детдомовец имел зимнее пальто, обувь по сезону, правда, вместо туфлей многие ходили в галошах. Демисезонных пальто на всех не хватало, в 1952 году их было всего 20 штук. Мальчиков одели в костюмы, большей частью хлопчатобумажные, но имелись и шерстяные. Девочкам тоже выпадало счастье нарядиться в новое шерстяное платьице. Но в основном носили ситцевые или сатиновые. Появились свитера, головные уборы. Вещи, конечно, переходили от старших к младшим, пока не становились совсем ветхими.

Проявлялась забота и о всестороннем развитии детей: учреждение снабдили радиоприемниками, двумя патефонами, баяном, пианино, шашками, шахматами. Спортивного инвентаря было недостаточно, но все же появились лыжи, несколько санок, волейбольные и футбольные мячи, коньки и даже два велосипеда. Пополнялась новой литературой библиотека, детдом выписывал газеты и журналы.

Помощь оказывали шефы: Миндерлинская МТС, Миндерлинский совхоз УМГБ, колхоз имени Куйбышева (Подсопки), завод №703, комбайновый, выпускавший в годы войны снаряды и комбайны и имевший недалеко от села Подсопки свое подсобное хозяйство). В попечительский совет входили секретарь РК ВКП(б) Турпанов, председатель райисполкома Вдовиченко, директор завода комбайнов Кокарев, директор совхоза УМГБ Глаголев, директор Миндерлинской МТС Бо-
бровский, председатель колхоза имени Куйбышева Колосков.

Непреходящая боль

И после войны детдомовцы продолжали надеяться, что найдутся их родные и однажды приедут за ними. Не находились. Это для многих оставалось непреходящей болью. Даже став взрослыми, бывшие детдомовцы мечтали найти хотя бы одну родную душу. Иногда сирот усыновляли, но это были редкие случаи.

Конечно, дети, особенно младшие, искали материнскую ласку в воспитателях. Среди педагогов и нянечек было много добрых людей, которые старались ребятишек, переживших за свою маленькую жизнь столько разных бед, окружить теплом и заботой.

О сотрудниках сухобузимских детских домов удалось собрать лишь отрывочные сведения, основанные на воспоминаниях земляков, архивных документах ГАКК, похозяйственных книгах сельсоветов, приказах совхоза «Таежный».

Из похозяйственнной книги, например, стало известно, что директором Атамановского детдома до призыва на фронт в 1944 году работал Александр Демьянович Краснощеких, 1914 года рождения, по национальности украинец. С ним в Атаманово жила сестра (жены?) Вера Петренко с сыном Владимиром. Завучем учреждения являлась Хетчинова, позже эту, а также должность директора детдома занимала Клавдия Субботина (имела дочь Людмилу, 1932 г. р.).

Разные люди составляли коллектив этого учреждения. Выпускница института иностранных языков Мария Михайловна Лебедихина (1907 г. р.) в 1942 году приехала в Атаманово из Норильска и поступила в детдом воспитателем и медсестрой, позже перешла на работу в совхоз «Таежный». В Сибирь ее выслали в административную ссылку, после того как в 1941 году репрессировали мужа. Матвей Михайлович Лебедихин – участник Граждан-
ской войны, начальник горного округа на Дальнем Востоке, в момент ареста – заместитель директора Политехнического музея.

В 1945-1948 гг. бухгалтером детского дома работала ссыльная Елизавета Гавриловна Попова, дочь священника, отбывшая срок за контрреволюционную деятельность. Окончила два курса Саратовского юридического университета. Роза Ивановна Миллер сначала была конюхом в Атамановской школе, в 1943 году ее взяли ночной няней в детдом.

Воспитателем детдома работала Татьяна Шарыпова. Ее сестра Людмила Петровна Каверзина, 1918 г. р., руководила Атамановской школой. Обе женщины растили сыновей – Владимира Каверзина и Юрия Шарыпова. Елена Ефимовна Бикеева (Биксева?), 1917 года рождения, заведовала хозяйством
детдома с 1942-го по 1947 год.

В 1945 году в Атамановский детдом прибыл Александр Михайлович Мельников. Три года, в 1945-48 гг. – военный руководитель-воспитатель, с 1948-го по 1950-й – директор детского дома. Позже Александр Михайлович возглавлял пионерский лагерь, партийный комитет совхоза «Таежный», а с 1971-го по 1980-й был директором этого хозяйства.


Александр Михайлович Мельников в Атамановском детдоме работал пять лет. На снимке
1960-х годов он в пионерском лагере «Таежный» (в первом ряду в центре)
Фото из альбома Мельниковых

В 1948 году воспитателем в детдом приняли Ивана Ивановича Ислентьева. Он уже имел опыт педагогической деятельности: в годы войны был учителем на Таймыре. В 1947 году переведен из Дудинки в совхоз «Таежный». Сначала продавец на ферме Саман, позже рабочий Четвертого отделения. В детдоме проработал два года. Позже много лет вел уроки труда в Атамановской средней школе.


На фронте лейтенант медицинской службы Илья
Григорьевич Биденко спасал раненых бойцов.
После войны опекал детдомовцев, у которых война отняла детство.
Фото из альбома Владимира Биденко

Житель Атаманово Владимир Ильич Биденко рассказывал, что с 1946-го по 1951 год фельдшером, заведующим Подсопочным детдомом работал его отец, участник Великой Отечественной войны, лейтенант медицинской службы Илья
Григорьевич Биденко. В 1932 году он получил специальность лекпома, работал фельдшером, заведующим медпунктом, аптекой. 19 сентября 1942 года Удерейским военкоматом призван в армию. Служил санинструктором дивизиона минометного полка сначала Западно-Сибирского, а позже Московского военного округа. С мая 1943 года на фронте – фельдшер 242-го минометного полка 22-й минометной бригады 1-го Украинского фронта. За проявленное мужество и героизм награжден орденами Отечественной войны 2-й степени, Красной Звезды, медалями «За освобождение Праги» и «Взятие Берлина». В архиве совхоза «Таежный» мне удалось найти личную карточку Ильи Григорьевича. Оказалось, отважный лейтенант медицинской службы прибыл в Сухобузимский район после окончания войны. Заведовал медпунктом, временно – и райздравотделом. Из Подсопочного детдома его перевели в Атамановский. Позже работал в медсанчасти совхоза «Таежный», Атамановской аптеке.

В военные и послевоенные годы директором Подсопочного детдома работала Зоя Ивановна Самсонова, воспитателями – Вера Исаева, Маргарита Викторовна Керге, Мария Макаровна Лесная, Е.К. Самсонова, инструктором по труду – М.П. Самсонов.

В 1950-х директором Подсопочного детдома являлся Александр Алексеевич Шмаков, 1916 года рождения, образование 8 классов, завучем – Клавдия Петровна Шестакова, 1913 г. р. окончившая педучилище, воспитателями – Л.Е. Первухина, Т.Г. Субботина, П.Н. Батурина, Е.К. Самсонова, О.А. Строгова,
О.И. Рыжикова, пионервожатыми – Л.А. Козлова, Л.А. Старикова, кружководом – А.Д Борцео? (в архивном документе написано неразборчиво). Инструкторами по труду были С.Н. Янов, 1888 года рождения, и А.А. Шмаков, последний, возможно, воевал на фронте, так как имел четыре государственные награды. Наградами также были отмечены Матвей Павлович Самсонов, директор А.А. Шмаков и завуч К.П. Шестакова.

Всех детей, оставшихся без родителей, вырастили, все смогли пережить войну. Местные жители не вспомнили ни одного случая, чтобы за годы работы детдомов похоронили кого-то из воспитанников.

Наверное, большинство детдомовцев уехало из Сибири в родные места или, отучившись в ремесленном училище, техникуме, осталось жить в Красноярске. Но, возможно, кто-то из них обрел в Сухобузимском районе свою новую родину…

Уважаемые читатели! Если вы можете дополнить мой рассказ о жизни детдомов, позвоните в редакцию. Возможно, кто-то из вас или ваших родных воспитывался в детском доме? Может быть, сохранились фотографии? Откликнитесь!
Тел. 8(39199) 2-22-96; 8-908-022-18-64.
Ольга ВАВИЛЕНКО

К сожалению, многие фамилии в архивных документах и газетных публикациях приведены без имен и отчеств, поэтому таким же образом воспроизведены в публикации.

Автор, редакция выражают признательность за помощь в подготовке материала
о детдомах сотрудникам Государственного архива Красноярского края, Сухобузимского муниципального архива. Особая благодарность за предоставленную информацию и исторические фотографии Галине Александровне Наумовой, Владимиру Ильичу Биденко, семье Мельниковых ( с. Атаманово), Вере Игорев1951 год. Паспорт Подсопочного детского дома (ГАКК, Ф.Р. 2206, Оп.1, Д.2.) не Пригода (с. Подсопки).

Сельская жизнь (Сухобузимо) 14.05 - 04.06.2021


/Документы/Публикации/2020-е