Копьёво и его жители на переломе эпох

Копьёво и его жители на переломе эпох


Выполнил:
учащийся 8 «а» класса Копьевской сельской
общеобразовательной средней школы
Фиськов Александр Николаевич

Руководитель:
Андрианова Лидия Васильевна,
учитель истории высшей категории,
отличник народного просвещения,
директор краеведческого музея с.Копьёво

с.Копьёво. 2005 г.

Оглавление:

Глава I. Судьба семьи - история народа.
Глава II. Деревня Копьёва и копьёвцы на переломе эпох.
1. Крестьянская трудовая собственность.
2. Деревня Копьёва растёт и развивается.
3. Копьёвцы в годы коллективизации.
Глава III. Реабилитация крестьянства. Библиография.

Глава I.
Судьба семьи - история народа

Для того чтобы не потеряться в потоке лет, каждый человек, прежде всего, должен знать, где его начало, откуда идут его корни. Многие семьи сибиряков попали в наши места или в результате проводимой переселенческой политики, или в период раскулачивания Советской властью в конце 20-х-30-х гг. XX века.

Я решил узнать, как попала в Сибирь жительница с.Копьёво Гайцук Галина Михайловна (в девичестве - Плишко). У неё я узнал, что её отец Симаков Михаил Степанович, 1886 года рождения, был из зажиточной крестьянской семьи из д.Кольцово Назаровской волости Ачинского уезда. Вместе со своими тремя братьями: Андреем старшим, Иваном и Андреем младшим он вёл хозяйство, имел много скота (у Михаила было до десяти дойных коров), они приобрели сеялки, веялки, жернова для обмолота зерна. Жили дружно. Работали от зари до зари. Им помогала взаимопомощь и взаимовыручка.

В семье Михаила Степановича было четверо детей: Иван, Антон, Варвара и Клавдия. Но вот он овдовел. Чтобы вырастить детей, он женился во второй раз на бедной крестьянке Ширманкиной Марии Ивановне, решившейся пойти на чужих детей. Она, живя в нищете, с восьми лет нанималась нянькой к чужим людям, чтобы помочь больной матери Арине содержать детей. Замужество с Михаилом Степановичем Симаковым было для неё делом нелёгким: дети, большое хозяйство, руки отнимались только от дойки десяти коров. Да и потом пошли совместные дети - ещё четверо: Александр (1921 г.), Софья (1923 г.), Алексей (1927 г.), Валентина (1930 г.).

Софья Михайловна родилась 30 сентября 1923 г. - в день святой мученицы Софьи и её дочерей Веры, Надежды и Любви. Священник при крещении назвал её Софьей, и словно определил её судьбу. Трудным оказалось её детство. Их семья была раскулачена и сослана в Нарым Томской области. Сначала увезли мужчин, а потом к ним приехали и жёны с детьми. Прожили они там два с половиной года, потом поселились на Главстане Орджоникидзевского района. Жилось трудно. Работали на лесоповале, пасли скот.

Почти каждый год в семью приходила беда: погибла по неосторожности младшая сестра Валя, прадед простыл на работах в ссылке и тяжело заболел. Погиб в 1943 г. на фронтах Великой Отечественной войны её брат Александр и похоронен у д.Капустино Смоленской области. Надо было кормить семью, и мученица Софья вместе с 14-летним братом Алексеем пошла работать в цех обжига кирпичного завода на руднике Приисковый.

Софья одна воспитывала первого сына Владимира (1949 г.р.). В 1951 г. вышла замуж за Плишко Михаила Алексеевича, сердце которого было надорвано с 16 лет немецким пленом, а потом он был осуждён за это в 1948 г. - приговорён к ссылке на рудник Приисковый, где был шахтёром, там он и встретил Софью. У них родились две дочери: Наталья и Галина. В 1965 г. в возрасте сорока лет умер Михаил Алексеевич, и Софье было нелегко с тремя детьми работать, держать хозяйство и растить детей.

Софья Михайловна Плишко пережила своего мужа Михаила Алексеевича на 30 лет. Такая же участь постигла и её дочь, Галину. Она была счастлива с Гайцуком Александром Алексеевичем, жили дружно, растили 3 сыновей. Как вдруг в 1995 г. умер муж от болезни сердца, а следом и Софья Михайловна - в один год.

Как будто бы судьба испытывает этих людей на прочность. Помогает им выносить все трудности крестьянская закваска, страстное желание выжить и взрастить своих детей да семейная икона святой великомученицы Софьи.

Не только судьба испытывала людей, но и политика властей, ставящих на первое место интересы государства, отдельная же личность была лишь винтиком в их руках при реализации "великих" замыслов. Наиболее ярко это проявилось в годы коллективизации, проводимой Сталиным. Сталинизм тяжёлым катком прокатился по российским деревням и по судьбам той части российских крестьян, которые составили прочную основу сельского хозяйства СССР в 20-е годы XX века.

Чтобы лучше понять этот процесс уничтожения самых сильных качеств личности крестьян: предприимчивости, неутомимого трудолюбия, стремления к личному достатку через каждодневный труд, что будет названо частнособственническими пережитками, - я не мог ограничиваться только изучением судьбы одной семьи. Это мог быть лишь частный случай.

Используя материалы краеведческого музея, данные архивов, родословные копьёвцев, я проанализировал жизнь крестьян села Копьёва до и в период коллективизации. Я постарался понять, как возникла крестьянская индивидуальная трудовая собственность, что составляло источник её приумножения и основу благосостояния крестьян, откуда брались нравственные силы людей, выдержавших тяжелейшие испытания в годы сталинизма, а также законность обрушившихся на крестьян репрессий.

Глава II.
Деревня Копьёво и копьёвцы на переломе эпох.

1. Крестьянская трудовая собственность

Основу экономики Хакасии в дореволюционные годы составляло сельское хозяйство. Хакасы занимались главным образом скотоводством, дополняя его земледелием, охотой и рыболовством, а русские крестьяне отдавали предпочтение земледелию в сочетании со скотоводством и кустарными промыслами. Помещичьего землевладения в Хакасии не было. Как и во всей Сибири, не было сложившейся частной собственности на землю.

В результате захватного права лучшие земли в районе русских сёл оказались в руках первых поселенцев-старожилов. До сих пор сохраняют пашни с.Копьёво фамилии первых владельцев: Лалетино, 1-е и 2-е Котельниково, Песегово, Соболево.

На пашнях-дачах строились заимки, гумна для снопов. А усадьба возводилась в деревне.

Большинство домов в русских деревнях, в том числе в д.Копьёво, строилось добротно, по-хозяйски, благодаря чему ряд из них сохранился до наших дней. Крестьянская усадьба обычно представляла собой жилой дом с обширным двором, где размещались хозяйственные постройки (завозня, амбары, погреб, хлев для скота), и огородом.

Так, к примеру, одним из первых был поставлен дом Котельниковых, состоящий из одной комнаты. Избы раньше строили без крыш. Лес пилили за рекой в горах, на конях подвозили к реке и переплавляли. Строили из лиственницы, которую шкурили и сушили. Углы внутри избы были круглые, вероятно, чтобы они не промерзали зимой.

Крестьяне, возводя дом, по обычаю клали под концы балок монету (видимо, чтобы в доме был достаток) или, как Котельниковы, под последнее бревно, - труп кошки, скелет которой находился там более 200 лет.

Во дворе Котельниковых были построены конюшня, амбар, землянка для кур, где зимой держали и овец с ягнятами. На задах находилась небольшая баня, которая топилась по-чёрному, т.е. вместо печи клалась каменка, дым шёл внутрь бани и наружу из узкого окошечка, вырезанного в бревне стены. Затем открывали дверь, чтоб вышел угар. На каменке стоял огромный чан с водой, в котором почти всегда была горячая вода.

Деревня Копьёво выросла на месте заимки Копьёво на высоком берегу Чулыма. Даже в период бурного таяния снега вода в реке не поднималась выше яра, где стоял дом Котельниковых.


Котельников Василий Федорович (сидит в центре) - крестьянин-середняк, имевший крепкое хозяйство в д.Копьево в 20-е гг. XX века

Закрепившись в деревне, Котельниковы к дому добавили ещё одну комнату, покрыли крышу. Крестьяне крыши в деревне крыли тёсом (наиболее зажиточные семьи) или дёрном, а купеческие дома крылись жестью. В избах крестьян почти не было мебели. В семье старожилов Коноваловых спали на нарах. А у Котельниковых была кровать для родителей, дети же спали на лавках, которые стояли вдоль стен, и на печи, в центре комнаты стояли стол и табуретки.

Семьи чаще всего были большие. Так у Василия и Марьяны Котельниковых родилось 16 детей, в живых осталось 9.


Котельников Александр Васильевич - крестьянин,
вступивший в колхоз "Новый путь" в д.Копьево в 1931 году,
сохранивший справку, что он имеет одну лошадь в хозяйстве
и является середняком. Его отец (Котельников Василий Федорович)
 имел до ста голов лошадей, овец и до 10 голов дойных коров

У Макаровых было 11 детей (8 сыновей и 3 дочери). У Коноваловых 11 детей (3 сына и 8 дочерей), часто вместе жили и престарелые родители хозяев.

Трудолюбивые крестьяне работали круглый год от зари до зари, обеспечивая свои семьи необходимым достатком.

У Котельниковых было до ста лошадей, более ста овец. Табун лошадей постоянно пасся на их земле и лишь два раза в год его пригоняли домой, чтобы посчитать и заклеймить лошадей. Держали 10 дойных коров, свиней. Свою землю использовали только для выпаса скота. Зерно сеяли лишь для гусей и овец. Остальное брали в Минусинске. Угоняли туда осенью лошадей и там меняли их на зерно.

По реке Чулым было три мельницы. Крестьяне не сразу мололи все зерно, а лишь часть. Муку засыпали в один ларь, а зерно хранили в другом. Видимо, чтобы не завелись мучные жуки, зерно мололи по мере надобности.

Жизнь крестьян была вымерена временем и опытом. Еженедельно на конях ездили в лес за дровами. Рыбачили, имели лодки. Близость к реке позволяла держать не только кур, но и гусей. Картошку в огородах сажали под плуг. Выращивали и другие овощи. Хозяйство было комплексным и самодостаточным. Крестьяне сами ткали, шили и валяли обувь, выделывали шкуры, шили сбрую - шорничали.

Примером такой предприимчивости является хозяйственная деятельность крестьянина д.Копьево Алексеева Петра Филипповича, 1880 года рождения. Он держал пчел, лил свечи, выделывал кожи, сучил веревки, катал валенки. Кроме того, он был знахарем: лечил успешно людей и животных. Подобные способности проявлялись у многих крестьян, в том числе у Котельникова Василия, Олеховой Веры.

По праздникам ездили в церковь в Ужур или Новомарьясово. Там же крестили своих детей. При этом следует отметить, что религиозность крестьян была умеренной, без особого фанатизма. Но христианские праздники отмечали, как положено.

В свободное время играли в лапту, городки, в чижика, гоняли чушку. Мячи для лапты катали из коровьей шерсти.

Крестьянские семьи, живя крепко, часто обходились без наемной силы. Обычно это были целые семейные общины, едва вмещавшиеся в избы-пятистенки. Отделиться и жить своим домом новой семье было непросто: лес стоил дорого, да и выжить в большой семье было легче. Но в наиболее крепких хозяйствах нанимали на работу бедняков-односельчан или пришлых. В самых богатых семьях стали использоваться молотилки, веялки, лобогрейки, тяжелые плуги.

Так капиталистый крестьянин Потехин Василий имел большой крестовый дом в центре деревни Копьево, табун лошадей, даже начал заводить породистых жеребчиков. Особенно гордился он карим и красным жеребцами.

В большом достатке жила семья Константиновых и некоторые другие.

Одной удачи здесь было мало, нужен был каждодневный упорный труд всей семьи. Большинство старожилов не помнит, когда их предки приехали в д.Копьево, когда точно ставили свои дома. Но вот известно, что сын Маркела Макарова Михаил срубил свой дом где-то во второй половине 19 века с помощью своих родственников. Дом большой, крестовый, с флигелем. Но отнялись у Михаила ноги, работать он не мог, а детей было много - 11. Тяжёлая участь выпала на долю его жены Матрёны.


Матрена Макарова, невестка Маркела Макарова (слева),
построившего свой дом в середине XIX века.
Мать 11 детей, при больном муже Михаиле Маркеловиче
вынужденная батрачить, чтобы прокормить свою семью.
На снимке с дочерью Надеждой

Пашни у них не было, скотину не держали. Сажали огород, разводили кур. А так как у них было 8 сыновей, то Матрёна Макарова ходила с ними на заработки. Уходили в д.Кузурба за сотню километров на уборку ржи, пшеницы, а оттуда за работу привозили зерно - на зиму хватало. Когда у купцов Коноваловых начинался забой скота, Матрёна помогала при этом, и ей доставались сбои. Хорошее было подспорье для семьи. Выручала река. Привозили рыбу размером с большое полено. Сдавали в наём флигель.


Коновалов Андрей Филиппович (справа) в годы службы
 на Дальнем Востоке в армии Куропаткина,
ездовой коренного выноса, артиллерист.
Один из ранних переселенцев, вступивших в колхоз.
Имел избу, крытую дерном. В доме спали на печи и на нарах

Семья Ланиных, переехав из д.Ужурской, поселилась во флигеле у инженера Блуменау Александра Васильевича. Отец шорничал, мать прислуживала хозяевам, дочь Стюра с 9 лет пошла к ним в нянечки.


Стюра Лана в годы работы у Блуменау А.В. в возрасте 16 лет, 1918 г.

Семья Изосимовых имела пару выездных лошадей, жила извозом и заказами на пошив одежды, одеял. Нужды не знала, хотя и не имела своей пашни.

Копьёвцы - потомки бывших каторжников, ссыльных, переселенцев (ранних - так называемых чалдонов и более поздних, перебравшихся на новые места в Сибирь после отмены крепостного права и столыпинской реформы).

Так, к примеру, во второй половине 19 века появился в д.Копьево ссыльный Олехов Архип. Женился на красивой девушке - хакаске Вере - знахарке и повитухе, построил дом на краю деревни, кузницу, обзавёлся кучей детей и никуда из деревни уезжать не захотел.

Но не все в деревне жили зажиточно, особенно из поздних переселенцев. К таким семьям можно отнести большую семью крестьянина Владимирова Изота, жившего в низенькой избёнке без крыши. Будучи крайне бедными, они при том были людьми трудолюбивыми, нанимаясь батраками, не гнушались никакой работы.

2. Деревня Копьёво растёт и развивается

Деревня Копьёво (написание сохранялось до 1925 г.) - русское поселение на бойком тракте Минусинск - Ачинск (Ирбинская заводская дорога), что обусловило прирост её населения, особенно в конце 19-20 вв.

По данным Ачинского городского архива в д.Копьёво было в 1895 году 178 душ, которые владели 4094 десятинами пашни.

В 1917 году жило 345 человек (из них 173 мужика). Из 53 хозяйств 39 было старожильческих, переселенческих - 10, казачьих - 4. В них было лошадей 482, КРС - 452, овец - 1933, свиней - 22.

Пашня - 54.9 десятин, пар - 35.7 десятин, покосов - 650.5. Вся площадь земельного надела д.Копьёво была равна 4113.4 десятин, а удобной земли было 2327.2 десятин. Большая часть земель шла под покосы и пастбища.
А из списков населённых мест Сибирского края Ачинского округа Ужурского района в 1926 году видно, что в д.Копьёво проживало уже 402 жителя (202 мужчины, 200 женщин). Число хозяйств - 80. Население росло за счёт естественного прироста, благодаря мирной жизни и переселенцам.

Среди старожилов были не только крестьяне, но и купцы, владеющие тремя магазинами (Коноваловы, Спирины, Потехины), семья инженера-геолога Блуменау А.В. Все они имели богатые крестовые дома. Всего крестовых домов в деревне ещё в 20-е гг. XX века было 12, что позволяет определить число очень зажиточных крестьян-старожилов - до 9 семей.

Деревню Копьёво можно отнести к наиболее крепким населённым пунктам.
Годы НЭПА позволили крестьянам ещё больше развернуться, зажить в достатке, выйти на рынок.

3. Копьёвцы в годы коллективизации

Начавшаяся в 1927 г. коллективизация - очередной эксперимент над деревней, над крестьянами, наиболее насильственный и жестокий в истории России.
В 1927 г. 12 семей создали ТОБЗ (товарищество по совместной обработке земли). Первыми в него вступили семьи коммунистов и тех, кто когда-то воевал за Советскую власть: Арсения и Дмитрия Исодо, Ивана Песегова, Василия Котельникова, Трофима Мандиборова, Павла и Ивана Мартыновых и др. Это были бывшие участники первой мировой и гражданской войн, люди идейные и не совсем бедные. Несли в ТОБЗ, кто и что мог. Семья Песегова Ивана Ивановича - первого председателя - сдала весь скот, сенокосилку, конные грабли, увезла в Товарищество надворные постройки, кузницу, остался один дом. Затем в 1929 году на базе ТОБЗа был образован колхоз «Новый путь».

Василий Котельников (беспартийный) (фото 01) одним из первых привёл в колхоз своё хозяйство, вовсе не малое. Долго уговаривал своего тестя Николая Макарова вступить в колхоз, но тот отказался и вскоре был раскулачен.

В «Книге памяти жертв политических репрессий по Республике Хакасия» есть запись: "Макаров Николай Васильевич, 1909 года рождения, д.Копьёво Саралинского района, русский, грамотный, счетовод Копьевской лесоперевалочной базы (выехал из деревни в период образования колхоза). Арестован 11.07.1937 г. Приговорён 31.08.1937 г. "тройкой" УНКВД, расстрел; обвинение в участии в контрреволюционной организации, антисоветской агитации".

Раскулачены были Лазарь Каменский, Потехины, Петровановы, Константиновы, Зеленов Фрол.

Старожил Максим Песегов в период создания из ТОБЗа колхоза "Новый путь" в 1929 г. обмолвился в разговоре с односельчанами, сидя на завалинке, что не хочется ему вступать в колхоз и кормить лодырей, уже на следующий день он был арестован и увезён из деревни. Больше семья о нём ничего не слышала.

Одним из условий для раскулачивания являлось, помимо использования труда батраков, наличия техники в хозяйстве, большого количества скота и земли, также и то, была ли у дома крыша.

Рядом построили себе дома два брата Каменских - Лазарь и Прокопий. Лазарь женат был на дочери разбогатевшего крестьянина, лавочника Потехина, зажил хорошо, успел построить дом и покрыть его крышей, Прокопий же заготовил материал для крыши, но не успел покрыть её. Это спасло его от репрессий и раскулачивания, а Лазарь был раскулачен, выслан и позже расстрелян. Остались жить на поселении жена и маленькие дети. В деревню они больше не вернулись.

Третий их брат Павел Яковлевич Каменский остался в доме родной матери. Жили с ней своим трудом. Был он хромой - инвалид детства, семья старалась его учить. Колхоз отправил его на курсы бухгалтеров. Вернувшись с курсов, в колхоз не пошёл. Его раскулачили за это, лишили избирательных прав. Было описано всё имущество и продано в деревне с аукциона.

Руководил этим житель деревни из недавно приехавших Щетинин Иван Павлович - коммунист. Приехал он на дрожках. Те вещи, что были получше (скатерть, одежда...) откладывал в сторону: "А это моя жена возьмёт...". Павел Прокопьевич уехал навсегда из деревни на рудник Коммунар соседнего Ширинского района.

Инструкция ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 8 мая 1933 г. гласила: "Отчаянное сопротивление кулачества колхозному движению, развернувшееся ещё в 1929 г., создало необходимость применения Советской властью массовых арестов и острых форм репрессий в виде массового выселения кулаков и подкулачников в северные и дальние края...". Отмечалось усиление сопротивления колхозам в 1932 г. и необходимость усиления массовых репрессивных мер, вплоть до расстрела. Результатом 3х-летней борьбы с кулачеством стала победа колхозной жизни в деревне. Однако далее отмечается, что классовая борьба в деревне лишь ослабела и будет неизбежно обостряться.

В связи с этим документ постановляет: "Немедленно прекратить всякие массовые выселения крестьян. Выселения допускать только в индивидуальном и частном порядке и в отношении только тех хозяйств, главы которых ведут активную борьбу против колхозов и организуют отказ от сева и заготовок».

И далее называются области, подлежащие чистке (на 12 тыс. хозяйств).

А Постановление от 1 декабря 1934 г. вносит изменения по рассмотрению дел о террористических организациях и терактах против работников советской власти (сейчас доказана процедура фальсификации огромного количества таких дел).

Следствие по этим делам заканчивалось в срок не более 10 дней, дела слушались без участия сторон, помилование не допускалось, приговор к высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно. Это позволяет сделать выводы о целенаправленных плановых репрессиях против деревни, с тем, чтобы уничтожить наиболее трезво мыслящих крестьян, запугать одних, других сделать послушным орудием для проведения линии партии в стране.

По воспоминаниям первых колхозников, трудно было смириться с тем, что они лишились всего, переживали, но постепенно, хоть и трудно, жизнь в колхозе налаживалась.

В колхозе вроде бы была демократия: самоуправление - председатель и правление выбирались, основные вопросы решало общее собрание. Но государство через план и партийные органы осуществляли контроль над деревней. В душах людей постоянно жил страх за прошлое.

Так Александр Васильевич Котельников всю жизнь хранил справку о том, что он середняк (имел при колхозе в 30-х годах 1 лошадь). Чего же он боялся? А того, что когда-то у его отца Василия был табун лошадей, но чтобы их оставили в покое, отец увёл весь скот в колхоз. Сын боялся, что ему могут припомнить не бедность труженика Василия - его отца.

Навязанные силой государством колхозы перевернули всю жизнь деревни. Опустели усадьбы раскулаченных, а вскоре их вывезли на центральную усадьбу опытного овцеводческого совхоза Учум и ст.Копьёво, а в деревню приезжают переселенцы из Белоруссии, Пензы, Чернигова, Пскова. Их размещали в оставшихся от богатых усадеб перестроенных амбарах, банях.

Лишь 4 крестовых дома ещё долго служили людям. Все они: и старожилы, и переселенцы - уравнялись по общественному положению, были лишены элементарных гражданских прав, паспорта или какого-то другого удостоверения личности, трудовой книжки, пенсионного обеспечения, отпуска, что очень напоминает судьбу крепостных крестьян. Только теперь не помещичьих, а государственных.

Глава III.
Реабилитация крестьянства

На протяжении 2 половины XX века, начиная с XX съезда КПСС, в нашем обществе росло осознание незаконности сталинских репрессий, государство медленно и постепенно реабилитирует жертв политических репрессий. Но только не миллионы крестьян-единоличников, не признававших коллективные хозяйства.

Лишь в 90-х годах 20-го века были реабилитированы раскулаченные тогда крестьяне, незаконно лишённые имущества, созданного личным упорством и трудом, и часто даже жизни, вынужденные покинуть свои родные гнёзда, терпеть невзгоды и молчать. Однако ту боль, те страдания людей, те унижения не забыли ни сами невинные жертвы тоталитарного режима, ни их дети, ни их внуки. Долгие годы о своей горькой участи они говорили только в кругу близких, шёпотом. Но когда наступил момент истины, они заявили обо всём в полный голос.

Читая родословные жителей с.Копьёво, собранные нашим музеем, я содрогаюсь от осознания того, насколько беззащитен был тогда человек, как государство беззастенчиво распоряжалось судьбами миллионов крестьян. А самое главное, что жертвами стали не только репрессированная часть крестьянства, все крестьяне нашей огромной страны, бесправные и беззащитные жертвы постоянных экспериментов со стороны государства.

Когда же общество искупит вину перед крестьянством, лишённым человеческого достоинства? Когда государство избавит крестьян России от экспериментов и поможет им жить за счёт своего труда и кормить свою Родину? Вопрос остаётся открытым.

Подводя итоги своего исследования, я пришёл к следующим выводам:

1. Частная трудовая собственность крестьян возникла в результате упорного труда нескольких поколений.

2. Только ежедневный труд способствует росту благосостояния семьи, укрепляет её материальные и нравственные основы.

3. Грубое вмешательство государства в частную жизнь тружеников деревни, попрание их гражданских прав и свобод разрушает нашу деревню, калечит судьбы целого поколения людей, судьбы самой трудолюбивой и нравственно богатой части нашего крестьянства.

4. Никакие эксперименты, благие цели не могут быть оправданы, если при этом страдают и гибнут люди. Насилие способно принести только горе и страдания и не способствует прогрессу.

5. Колхозный эксперимент в конечном итоге убил в крестьянине чувство хозяина, чувство тяги к родной землице. И сейчас деревня труднее всего входит в рыночные отношения. Плохо приживается фермерство (из 3-х фермерских хозяйств, возникших в 90-е г. в с.Копьёво, ещё пока сохранилось одно - хозяйство Киселёвых, да и то они в то же время работают в бюджетных организациях). Акционерные общества едва выживают. Не стало у крестьян былой предприимчивости, особенно у старшего поколения, родившегося и жившего в СССР с 30-х годов. Они боятся, как когда-то во времена Столыпина, уйти из хозяйства, держатся в составе акционерного общества, став акционерами, они не ощутили себя хозяевами данной собственности и выживают с трудом, ждут твёрдой руки истинного хозяина.

Библиография:

1. Взгляд в прошлое. Андрианова Л.В. Газета "Оржоникидзевский рабочий," № 100, 101. 1990 г.
2. История моего рода. О.Кириллова. С.Копьёво. 2003 г.
3. Книга памяти жертв политических репрессий. Хакасия. 1999 г.
4. Колхоз назвали "Новый путь". Андрианова Л.В. Газета "Орджоникидзевский рабочий", № 116-117, 119. 1990 г.
5. Моя родословная. М.Алексеева, с.Копьёво. 2003 г.
6. Откуда есть район Орджоникидзевский. И.Попова. Газета "Орджоникидзевский рабочий", 27.05.1990 г.
7. Список населённых мест Сибирского края. Выпуск 12. Ачинский округ. Новосибирск. 1929 г.
8. Я из рода Котельниковых. Стахова О., с.Копьёво. 2003 г.


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»