Мои земляки в пути: миграция, переселение, депортация

Мои земляки в пути: миграция, переселение, депортация


Выполнила:
Максименко Татьяна
Красноярский край Минусинский район
село Лугавское
МОУ Лугавская средняя общеобразовательная школа № 19,
9 класс,

Руководители работы:
учитель истории –
Шабалина Нина Ивановна;
учитель русского языка –
Максименко Ирина Михайловна.

с. Лугавское, 2008-2009

План:

Введение
Глава 1
1.1Что такое миграция, переселение, депортация?
1.2. Появление немцев в России
1.3.Депортация немцев
1.4.Механизм переселения немцев
Глава 2
2.1.Мобилизация в «Трудовую армию»
2.2.Условия жизни в трудармии
Глава 3
3.1.На перекрестках судеб
3.2.Судьба страны – судьба народа
Заключение
Список литературы

1. Введение.

Два мира есть у человека:
Один, который нас творил
Другой, который мы от века
Творим по мере наших сил.
(Н. Заболоцкий)

Работая в интернете я прочитала «Реквием павшим от репрессий» на слова Св. Масликовой:

Худые женщины с глазами тёмной ночи
Годами проливают пот и кровь.
И до сих пор нам не хватает мочи
Вернуть потомству счастье и любовь.

Эти строчки заставили меня вспомнить рассказы моей прабабушки, которые были полны пережитого горя, отчаяния, унижения. И у меня «родилась» мысль подробнее узнать о тех исторических событиях, которые вынудили тысячи немцев покинуть свою Родину и оказаться на чужбине. Я захотела найти ответы на вопросы, которые бы мне помогли установить, как связана судьба моей прабабушки с историей моей страны.

Цель работы: выявить влияние исторических событий на судьбы людей, в том числе и на судьбу моей прабабушки.

Задачи:

Гипотеза: Моя прабабушка была репрессирована в 1941 году, следовательно, политика, проводимая в нашем государстве, оказала влияние на судьбы людей.

Объект исследования: судьба Мох Ф.Ф.

Предмет исследования: депортация немцев Поволжья.

Методы исследования:

Что такое миграция и депортация?

Свою работу я начала с определения сущности понятий:

Миграция – (от лат. migro – «перехожу», «переселяюсь») массовое направленное передвижение одной нации.

Депортация – (от лат. deportation – «изгнание») – принудительное перемещение людей за пределы государства или насильственное переселение на другое место жительства; в законодательствах некоторых государств – изгнание, ссылка.

1.2. Появление немцев в России.

Подлинная история российских немцев начинается с массового переселения в нашу страну немецких колонистов во времена Екатерины II. В 1763 году она издаёт манифест, которым призывает иностранцев, прежде всего крестьян, переселяться в Россию для освоения пустующих окраинных территорий страны. Колонистам гарантировали ряд привилегий: свободу вероисповедания, освобождение от воинской службы, льготные условия уплаты налогов, юридическое самоуправление. Манифест нашёл широкий отклик прежде всего в германских государствах, разорённых многолетней войной. Немецкие крестьяне, страдавшие от безземелья и притеснения своих господ, поверили сказочным обещаниям российской императрицы и широким потоком хлынули в Россию. С 1764 года и почти 50 лет шло переселение немцев в Поволжье. По обоим берегам Волги недалеко от Саратова было основано 105 колоний, в которых поселились 27 тыс. иностранцев, в подавляющем большинстве – немцев. Одновременно немцы селились в Петербурге и его окрестностях, в Черниговской, Воронежской и Лифляндской губерниях.

С конца XVII века и почти до середины XIX века колонисты активно заселяли Северное Причерноморье (Малороссию, Новороссию, Бесарабию и Крым). Волнами с 1816 по 1864 год немцы переселялись на Волынь. Ныне все эти районы относятся к Украине. Примерно в то же время появились немецкие колонии в Закавказье. В середине XIX века ещё одна волна переселенцев из Пруссии осела на Волге – в Самарской губернии.

Примерно с 1860 года немецкие колонисты из-за нехватки земли из мест первоначального поселения начинают миграцию более или менее организованным порядком в восточном направлении: на Дон и Северный Кавказ, в Башкирию и Оренбургскую губернию и далее в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию. Там образуются новые дочерние колонии. За это же время и в Поволжье появляется ещё свыше 60 дочерних колоний.

Таким образом, в результате миграции немцы расселились по всей территории России.

1.3. Депортация немцев.

Однако немцы расселялись по территории России не только в процессе миграции, но и в процессе депортации, особенно во время Великой Отечественной войны. Этот народ подозревался в диверсиях, шпионаже и сотрудничестве с нацистскими оккупантами, - ещё одно из многочисленных белых пятен советской истории, тщательно охраняемых от огласки долгое время.

В 1937-1938 гг. и 1941-1944 гг. была проведена депортация целых народов. Репрессированными оказались свыше 2,5 млн человек более десяти национальностей.

Немцы были первой этнической группой, коллективно высланной после начала германского нашествия. По переписи 1939 года в СССР проживали 1 427 000 немцев; это были по большей части потомки немцев, призванных Екатериной II. Немцы Поволжья насчитывали 370 000 человек и представляли приблизительно четверть населения немцев России, проживающих в районах Саратова, Сталинграда, Воронежа, Москвы, Ленинграда, на Украине (390 000 человек), на Северном Кавказе (в районах Краснодара, Орджоникидзе, Ставрополя), в Крыму и в Грузии.

28 августа 1941 г. Президиум Верховного Совета СССР издал Указ « О ликвидации автономной республики немцев Поволжья».

«По достоверным данным, полученным военными властями, среди немецкого населения, проживающего в районах Поволжья, имеются тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпионов, которые по сигналу, данному из Германии, должны произвести взрывы в населённых немцами районах Поволжья.

О наличии такого большого количества диверсантов и шпионов среди немцев Поволжья никто из немцев, проживающих в районах Поволжья, советским властям не сообщал, следовательно, немецкое население районов Поволжья скрывает в своей среде врагов советского народа и советской власти.

В случае если произойдут диверсионные акты, затеянные по указке из Германии немецкими диверсантами и шпионами в республике немцев Поволжья или прилегающих районах, и случиться кровопролитие, Советское правительство по законам военного времени будет вынуждено принять карательные меры против всего немецкого населения Поволжья.

Во избежание таких нежелательных явлений и для предупреждения серьёзных кровопролитий Президиум Верховного Совета СССР признал необходимым переселить всё немецкое население, проживающее в районах Поволжья, в другие районы с тем, чтобы переселяемые были наделены землёй и чтобы им была оказана государственная помощь по устройству в новых районах.

Для расселения выделены изобилующие пахотной землёй районы Новосибирской и Омской областей, Алтайского края, Казахстана и другие соседние местности.

В связи с этим Государственному Комитету Обороны предписано срочно произвести переселение всех немцев Поволжья и наделить переселяемых немцев Поволжья землёй и угодьями в новы районах».

В газетах (смотри приложение 1) Указ был опубликован в субботу, 30 августа 1941г. К этому времени сотни тысяч немцев уже были переселены в Сибирь и Казахстан, ведь накануне обнародования документа им запретили покидать места жительства. Многие руководящие работники автономии были арестованы, а линии связи отключены. Затем населению объявили о том, что оно должно сдать свой скот, рабочие инструменты и запасы зерна. 3 сентября людей начали грузить в вагоны-теплушки. Очевидец переселения Морис Эдельман оставил зарисовку этого скорбного события: «Мрачная процессия беженцев заполняет дороги, ведущие к железнодорожным станциям Среднего Поволжья; переселяется 4010 тысяч человек; они везут с собой постели, домашнюю утварь; женщины плачут; на лицах выражение горького отчаяния людей, вынужденных покинуть свой родной дом ».

Мне захотелось выяснить, куда переселяли немцев согласно Указу? Изучая документы, я обратила внимание на Постановление ГКО СССР о депортации немцев из европейской части Советского Союза.

Республики, края и области, откуда выселялись немцы Номер и дата принятия постановления
Москва, Московская и Ростовская области 636 от 6 сентября 1941
Тульская область, Краснодарский и Орджоникидзевский края, Северо-Осетинская и Кабардино-Балкарская АССР 698 от 21 сентября 1941
Запорожская, Ворошиловградская и Сталинская области Украинской ССР 702 от 22 сентября 1941
Воронежская область 743 от 8 октября 1941
Азербайджанская, Армянская и Грузинская ССР 744 от 8 октября 1941
Дагестанская и Чечено-Ингушская АССР 827 от 22 октября

Из представленных документов следует, что депортации подвергались немцы из разных республик, краёв и областей.

Слушая рассказы очевидцев, я обратила внимание на общие черты в процессе депортации, а прочитанные мною материалы позволили определить механизм переселения немцев.

1.4. Механизм переселения немцев.

Механизм депортации, как правило, был следующий. Предварительно органы НКВД проводили учёт всего немецкого населения, проживающего в зоне предстоящего выселения, полученные результаты докладывались в Наркомат. Далее, на имя И.Сталина направлялась докладная записка за подписью наркома внутренних дел Л. Берия, в которой указывалось общее количество немцев, проживающих в зоне выселения численность, порядок переселения немцев на новые места. К записке прилагался проект постановления Государственного Комитета Обороны с конкретными указаниями по проведению переселения. После подписания И. Сталиным постановление приобретало силу закона и подлежало немедленному исполнению. Исполнение постановления ГКО СССР возлагалось на органы НКВД. Следом за постановлением Л. Берия издавал приказ по своему ведомству, в котором определялись конкретные мероприятия, обеспечившие претворение в жизнь решения ГКО.

Перевозка выселенных немцев осуществлялась, главным образом, железнодорожным транспортом, эшелонами, в которых кроме вагонов для перевозки людей имелись вагоны для войскового резерва (сопровождения) и медицинского персонала, вагон-санизолятор и вагон-карцер, где проводили время нарушители требований и порядка, установленных начальником эшелона.

Согласно инструкции переселенцам должны были выдавать по 500 грамм хлеба на человека ежедневно и два раза в сутки обеспечивать горячей пищей. В большинстве случаев данная инструкция не выполнялась. Эшелоны от представителей железнодорожных станций обычно не принимались, в результате поступавшие вагоны не имели нар и изоляторов для больных. Питание организовывалось с перебоями, часто отсутствовала горячая вода. Имелись случаи, когда вместо продуктов людям выдавались деньги, так называемые суточные, на которые очень трудно было что-то приобрести в пути. Были и такие начальники эшелонов, которые и питание не организовывали, и денег не выдавали. Эти и подобные нарушения серьёзно усугубляли и без того тяжёлые условия жизни переселенцев в пути следования. Люди перевозились в крытых товарных вагонах, куда их набивали по 40 и более человек вместе с их имуществом. Спали на нарах, а то и просто на полу, постелив солому. Постоянно существовала проблема с пищей и водой, особенно когда эшелоны шли по центральным и южным областям Казахстана. С наступлением холодов возникла проблема отопления вагонов, которая практически не решалась. Так, в эшелоне № 587, следовавшем из Красноводска в Кустанай в ноябре 1941 года печек не было даже в вагоне-карантине и детском вагоне. Больные вынуждены были ехать в общем вагоне, так как в вагоне-санизоляторе было намного холоднее. Антисанитарные условия вагонов дополнялись плохим качеством воды, что привело к вспышкам инфекционных заболеваний, особенно желудочно-кишечных. Их жертвам становились, прежде всего, дети. Так, только в эшелонах, перевозивших немцев в Казахстан, умерло свыше 437 человек, в подавляющем большинстве дети, заболевшие дизентерией и другими инфекционными заболеваниями. Например, в эшелоне № 869 от дизентерии умерло двенадцать детей и один взрослый.

Первые эшелоны с немцами начали поступать в восточные районы страны с середины сентября 1941 года. Эта дата совпала стой, которую указала прабабушка в своих воспоминаниях. 14 сентября в Красноярском крае двумя эшелонами было доставлено 4606 немцев, которых разместили в Большемуртинском, Шараповском и Усть-Абаканском районах. 17 сентября на станцию Ачинск прибыл эшелон с 650 немецкими семьями (2318 человек).

По данным НКВД, всего переселению в восточные районы СССР подлежало 904 255 немцев, учтенных местными органами комиссариата в сентябре-октябре 1941 года. Фактически же с 1 января 1942 года было переселено 856 168 человек.

Большая часть переселенцев направлялась в сельскохозяйственные районы, и лишь незначительное количество оставалось в городах и районных центрах. В основном это были высококвалифицированные рабочие, инженеры, учителя, учёные.

В газете «Надежда и мы» от 29 октября 2004 года напечатан материал о судьбе труппы немецкого театра. На этом примере прослеживается как однажды запущенный в действие механизм репрессий смял судьбы сотен тысяч человек:

«В 1941 году Н.К. Гудзенко был режиссером театра. В один из сентябрьских дней его вызвали в НКВД и сообщили, что в Минусинск в составе первой партии спецпереселенцев из АССР Немцев Поволжья приезжает актёрская труппа. Их всех необходимо трудоустроить в Минусинском драмтеатре. Прибыли спецпереселенцы на пристань Минусинск 16-17 сентября 1941 года. Никто из них не предполагал, что их ожидает в будущем. Кто-то даже не знал ни слова по-русски. Крестьяне, рабочие, служащие, музыканты, актёры, врачи сходили с парохода в никуда. Все они были разные, но попали сюда по единственной причине – принадлежность к одной национальности… В труппе немецкого театра было два режиссера: Л.Л. Глазер и к.К. Нихельман. Основных героинь играла М.А Виншу. Великолепной исполнительницей эстрадных песен была Ида Шмидт. «Синенький скромный платочек» в её исполнении, когда она выступала в госпиталях, вызывал у раненных бурю эмоций, люди плакали. В составе НАДТ был и свой оркестр, где играли 12 музыкантов. Среди них Фриз Готфрид, настоящий мастер. Учился он вместе с Тихоном Хренниковым. Работали в оркестре виолончелист Эммануил Христофорович Генш и скрипач Богдан Богданович Шмидер. Во время репетиций в театре все актёры и музыканты из г. Энгельса разговаривали на русском языке. И лишь когда уже собирались домой, обсуждали домашние заботы на немецком. В 1943 году всю труппу НАДТ мобилизовали в трудовую армию. О многих с тех пор ничего неизвестно. Скрипач Б.Б. Шмидер скончался в Ачинске. Виолончелист Э.Х. Генш попал на Север. Он никогда в руках ничего не держал, кроме смычка от виолончели. Естественно, ничего делать он не умел. Хотели освободить его из трудармии, но средств на возвращение не хватало. Умер он на севере. В Минусинске остался только работавший в драмтеатре художник-декоратор К.А. Цитцер. По состоянию здоровья его не смогли отправить в трудовую армию. Константин Цитцер был человеком с тонким юмором, очень общительный, исполнительный, обязательный. В Минусинске он женился. По семейным обстоятельствам ему пришлось уйти из театра и устроиться художником в Райпотребсоюз. Несколько лет работал преподавателем в школе № 3. В апреле 1964 года его не стало. Свою родину он так больше и не увидел».

Меня потрясли условия, в которых оказались ни в чём неповинные люди, столкнувшие со многими трудностями. Прежде всего, не хватало продуктов питания. Хлеб могли получить, и то не всегда, только те, кто попал в колхозы. Спасаясь от голода, многие семьи самовольно переезжали из колхоза в колхоз, из района в район в поисках лучших условий жизни, благо, что рабочие руки везде были очень нужны и потому, несмотря на существовавшие запреты, самовольных переселенцев практически везде принимали охотно.

В результате немецкие семьи были поставлены на грань вымирания. Вот лишь одно сообщение из Новосибирской области: «В деревне Степановка Ижморского района несколько семей из-за отсутствия у них хлеба дошло до истощения. В Чановском районе из числа прибывших немцев, переселённых в количестве 6000 человек, большинство рабочих и служащих своего хлеба не имеют.… В колхозах, в которых они расселены, излишков хлеба нет, им выдают по 1 кг хлеба только на главу семьи. На детей хлеб не выдаётся. В Тогучинском районе немцы-переселенцы, участвовавшие в общественных колхозных работах, пользовались колхозным общественным питанием. В связи с окончанием сельхозработ, некоторые семьи не работают, правления колхозов, потребкооперация хлебом их не снабжают». Подобные тревожные сведения поступали из всех краёв и областей, где были расселены депортированные немецкие семьи.

После проведения массового переселения немцев из районов европейской части СССР, с января 1942 года последовал ряд акций по распределению этих «трудовых ресурсов» внутри областей и краёв вселения. Так, по постановлению Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) № 19сс от 6 января 1942 года НКВД было возложено переселение 50 тыс. немцев для работы по лову рыбы и на предприятия рыбообрабатывающей промышленности. Из этого количества 15 тыс. человек переселялись из центральных районов Новосибирской области на север – в Нарымский округ. Остальные 35 тыс. направлялись в Омский, Якутский, Красноярский госрыбтресты. В октябре 1942 года вышло также постановление Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) № 1732сс, согласно которому в 1943 году на север Сибири было переселено ещё около 30 тыс. человек.

Ужасные условия существования дополнялись ненавистью и бездушным отношением к переселенцам со стороны руководства трестов и бригадиров: «Бригадир Ананьев при отправке заболевшего на работе переселенца Якоб В. снял с него меховую обувь, переодел в резиновую, в результате тот по дороге в больницу отморозил себе ноги, которые впоследствии пришлось ампутировать».

В Красноярском крае, в Игарском районе на станке Агапитово дневной улов рыбы в местной бригаде составлял не более 20-30 кг. Сдаваемой рыбы не хватало на то, чтобы обеспечить себя хлебом. Бригада не получала его по 7-8 дней. За зиму 1942/43 года на станции умерло 150 немцев, в том числе и дети. Немощные истощённые люди не могли работать в полную силу, что влекло за собой наказание – уменьшение норм обеспечения продовольствием, отчего они слабели ещё больше и ещё меньше выполняли норму выработки. Этот изуверский метод хладнокровно обрекал немцев на голодную смерть.

В приведённых выше примерах как в капле воды отразилась общая политика большевистского тоталитарного режима по отношению к советским немцам, вся вина которых состояла лишь в том, что они имели несчастье быть связанными своими историческими корнями с государством, развязавшим войну против СССР.

2.1.Мобилизация в «Трудовую армию».

В одной из книг я прочитала ряд постановлений Государственного Комитета Обороны о массовом призыве немцев в «Трудовую армию» (смотри приложение 2). В которых необходимость проведения мобилизации объяснялась нуждами фронта и мотивировалась интересами «рационального» трудового использования немцев-переселенцев.

Несомненно, нужды фронта требовали привлечения огромного количества трудовых ресурсов для народного хозяйства страны, и с этой точки зрения привлечение немецкого населения для создания экономической базы обороны государства, ведущего военные действия, было оправданно. Но оправданно ли было ставить мобилизованных в положение заключённых? Я считаю, что принудительный труд всегда был незаконен и не шёл ни в какое сравнение с трудом вольнонаёмного рабочего по своим результатам. Тем не менее, сталинское руководство сочло необходимым применение именно принудительно-репрессивного метода привлечения немецкого населения к трудовому использованию в промышленности СССР. За неявку по мобилизации для отправки в рабочие колонны предусматривалась уголовная ответственность с применением «к наиболее злостным» высшей меры наказания.

Таким образом, более 82% немцев, рассеянных по всей территории Советского государства, были единовременно принудительно высланы, хотя, казалось бы, катастрофическая ситуация, в которой находилась вся страна, требовала направить все усилия военных и милиции на вооружённую борьбу против врага, а не на высылку сотен тысяч невинных советских граждан. Число высланных граждан немецкого происхождения было в действительности ещё более значительным, особенно если принять во внимание десятки тысяч солдат и офицеров немецкого происхождения, изгнанных из Красной Армии и отправленных в дисциплинарные батальоны «трудовой армии» в Воркуту, Котлас, Кемерово, Челябинск.

У каждого интересующегося этой проблемой могут возникнуть вопросы: а, сколько высланных погибло во время пересылки? А сколько всё-таки эшелонов не дошли до места назначения в хаосе осени 1941 года? В конце ноября 29 600 высланных должны были «по плану достигнуть района Караганды» Но, по подсчётам на первое января 1942 года, их прибыло только 8304; «план» для района Новосибирска составлял 130 998 человек, но прибыло только 116 612. Где же остальные? Погибли в пути? Были отправлены куда-нибудь ещё?

Действия НКВД были засекречены, местные власти получали предупреждение о прибытии десятков тысяч ссыльных в самый последний момент. Никакого специального жилья для них не было предусмотрено, их селили, где придётся – в хлеву, под открытым небом, а был уже канун зимы. На каких объектах размещались трудармейцы первого призыва? Данные таблицы дают на этот вопрос, исчерпывающий ответ:

Размещение трудармейцев первого массового призыва по объектам НКВД:

Объект НКВД Кол-во трудармейцев,
размещённых на объекте
Бакалстрой 11 722
Ивдельлаг 12 899
Севураллаг 8 441
Усольлаг 4 940
Вятлаг 6 800
Краслаг 5 084
Богословстрой 6 900
Севжелдорстрой 4 753
Соликамстрой 2 396
Тавдинлаг 1 918
Тагилстрой 2 870
Всего 68 723

Следующая таблица показывает географический аспект второй массовой мобилизации немцев.

Размещение трудармейцев второго массового призыва по объектам НКВД:

Объект НКВД Кол-во трудармейцев,
размещённых на объекте
Строительство железной дороги
 Свияжск-Ульяновск
17 823
Бакалстрой 14 758
Богословстрой 5 411
Умальтстрой 952
Тагилстрой 501
Севжелдорлаг 900
Краслаг 339
Соликамстрой 141
Вятлаг 45
Всего: 40 870

Кроме краёв и областей, затронутых первой мобилизацией, вторая мобилизация захватила также Пензенскую, Тамбовскую, Рязанскую, Чкаловскую, Куйбышевскую, Ярославскую области, Мордовскую, Чувашскую, Марийскую, Удмуртскую, Татарскую АССР.

Третья массовая мобилизация немцев имела свои существенные особенности. Прежде всего, расширился диапазон призывных возрастов: призывались мужчины в возрасте от 15 до 55 лет. Кроме того, мобилизации подверглись и женщины-немки в возрасте от 16 до 45 лет, кроме беременных и имевших детей до трехлетнего возраста.

В этот период были мобилизованы в трудармию и мои родственники: сестра прабабушки Мох Доротея Фридриховна и отец моей прабабушки Мох Фридрих Генрихович.

Мужчины-трудармейцы, в основном подростки и пожилые люди, направлялись на предприятия трестов «Челябуголь», «Карагандауголь», «Богословуголь», «Чкаловуголь» Наркомата угольной промышленности. Всего на шахты планировалось направить 20,5 тыс. человек. Женщины составляли основной контингент мобилизованных для Наркомата нефтяной промышленности – 45,6 тыс. человек. Туда же было мобилизовано 5 тыс. мужчин. Все они попали на предприятия Главнефтестроя, Главнефтегаза, на заводы нефтяного машиностроения, на такие крупные нефтекомбинаты, как Куйбышевский, Молотовский, Башкирский. Трудармейцы третьего массового призыва направлялись и на предприятия некоторых других наркоматов и ведомств. Всего же по этой мобилизации в «Трудармию» было направленно 123 522 человека, в том числе 70 780 мужчин и 52 742 женщины. Мобилизация проводилась примерно в течение месяца. В ходе проведения мобилизации военкоматы столкнулись с «дефицитом рабочего контингента», поскольку вся дееспособная часть немецкого населения была практически исчерпана. Потому-то среди призванных впоследствии были обнаружены люди, имевшие серьёзные заболевания, инвалиды 2-й и 3-й групп, беременные женщины, подростки 14 лет и люди старше 55 лет.

И всё же мобилизации советских немцев продолжались и в 1943 году. Постановлениями ГКО СССР №3095 от 26 апреля, № 3857 от 2 августа и № 3860 от 19 августа 1943 года в «Трудармию» было призвано ещё свыше 30 тыс. немцев: мужчин и женщин. Их направляли на объекты ГУЛАГа НКВД, в гражданские ведомства на добычу угля, нефти, золота, редких металлов, в лесную и целлюлозно-бумажную промышленность, на ремонт дорог и т.п.

Точное количество немцев, прошедших мобилизацию и призванных в рабочие колонны, назвать довольно трудно, так как учёт на местах в отдельных отрядах велся нерегулярно. Даже некоторые руководители предприятий не знали, сколько рабочих немецкой национальности трудится в подчинённых им колоннах. Отмечались факты, когда не регистрировались умершие и дезертировавшие.

Однако лагерная форма организации принудительного труда граждан СССР немецкой национальности позволяла держать их под жёстким контролем, использовать на самых физически тяжёлых работах, тратить на их содержание минимум средств.

2.2. Условия жизни в трудармии.

Докладные записки, подобные приведенной ниже, поступали от местных органов НКВД своему руководству в Москву практически из всех областей, на территории которых работали отряды. Приведём несколько фрагментов из них.

«В бараке на станции Баская Губахинского района принадлежащие Кизелшахтстрою мобилизованных совершенно не имеют нижнего белья, спецодежды не получают, а имеющаяся у них одежда пришла в негодное состояние, не поддающееся никакой чинке. Многие немцы в том числе и молодые ходят в такой одежде через которую видно обнажённое тело».

Из Челябинской области, август 1943 года: «В зоне «Еманжелинуголь» в значительном количестве отсутствуют постельные принадлежности и мобилизованные спят на грязных вонючих лохмотьях. Имеющиеся постельные принадлежности покрыты грязью. Кроме одежды, в которой они работают, у них ничего нет. Эта одежда заношена, изорвана, покрыта грязью. В ней работают, едят, спят…»

Из Свердловской области: «На марганцевом руднике «Полуночное» в числе 2 534 мобилизованных полностью одетых 797 человек, не имеющих часть одежды 990 человек, не имеющих обуви 677 и 84 человека не имеют ни одежды, ни обуви…».

Не менее драматично складывалась ситуация и с продовольственным обеспечением личного состава рабочих колонн и отрядов. Особенно острая нехватка продовольствия отмечалась зимой 1942/43 года. 25 октября 1942 года заместитель наркома внутренних дел Круглов дал указание начальникам исправительно-трудовых лагерей запретить выдачу мобилизованным немцам хлеба более 800 грамм в сутки на человека, независимо от процента выполнения производственного задания. Это делалось «в целях экономии расходования продуктов и хлеба». Были снижены нормы обеспечения и по другим продуктам: рыбы – до 50 грамм, мяса – до 20, жира- до 10, овощей и картофеля – до 400 грамм в сутки.

Следует отметить, что даже заниженные нормы питания практически никогда полностью не доводились до рабочих по различным причинам: от отсутствия продовольствия и до злоупотреблений должностных лиц, организовавших питание.

Конкретное количество продуктов, причитавшихся трудармейцам по этим нормам, приведено в таблице:

Продукты питания Норма №1 Норма №2 Норма №3
Мука подболитовая 5 30 30
Крупа, макароны 40 100 120
Мясо, рыба 60 90 130
Жиры 13 17 22
Картофель, овощи 320 480 640
Сахар 13 13 13
Соль 8 14 14

Таким образом, тяжёлые условия труда, плохое питание и вещевое снабжение, отсутствие элементарных жилищно-бытовых условий поставили тысячи немцев на грань выживания.

3.1. На перекрестках судеб.

Нам ужаса из памяти не выбить –
Тяжёлым стоном в души он пророс.
И те, кому в те годы вышло выжить,
Состарились от боли и от слёз.
С. Маслякова. Реквием павшим от репрессий.

Через все эти тяготы и лишения прошла моя прабабушка – Мох Фрида Фридриховна. Её рассказ глубоко тронул меня, и я ярко представила картину тех событий. И это побудило меня к выбору именно этой темы.

Моей прабабушке 76 лет. Она прожила трудную жизнь. Родилась баба Фрида в Поволжье, в Саратовской области, с. Беттенгер (смотри приложение 3) Несмотря на то, что её семья была большая, отец, мать и пятеро детей, жили очень зажиточно.

Имели в доме прислугу, мать занималась воспитанием детей, а отец работал 12 лет председателем колхоза и 17 лет главным агрономом района. Но вот грянула война, которая коснулась каждого человека, оставила после себя страшные воспоминания, много горя и горючих людских слёз.

По национальности бабушка - немка. Поэтому Правительство Советского Союза относилось к этим людям с недоверием, боялись, что они предадут новую Родину, и в этом я убедилась, изучая литературу по теме и архивные документы.

В один день,3 сентября 1941 года, нагнали в их село большое количество грузовых машин и много военных, в руках которых были винтовки со штыками. Заставили людей бросить всё, что было нажито.

Эвакуировали их в Сибирь.

Бабушке в это время было десять лет.

Дорога была долгой и трудной: сплавлялись на баржах, пароходах, добирались поездом. И прибыли в село Иннокентьевка Идринского района. Через несколько дней семья переехала в деревню Большой Хабык, куда отец был назначен главным агрономом.

Поселили их в пустующем доме, две семьи. Был страшный голод, нечего было одеть и обуть. Кое-как скоротали зиму, а весной отца, старшего брата и старшую сестру взяли в трудармию, всех разослали разные места: отца – в г. Нижний Тагил, брата Федю – в г. Челябинск, а сестру Дусю – в Бурятию. Мать к тому времени сильно заболела, опухла от голода. И остались малые дети (трое) да больная мать «горе мыкать». Вся тяжелая работа по дому легла на плечи маленькой одиннадцатилетней Фриды.

Кусок хлеба доставался ей очень тяжело, пришлось пережить страх, и горе, и унижения…

Обутая в большие, старые валенки, в рваной одежонке, кое-как подпоясанная верёвочкой, в дырявых рукавицах, кое-где заштопанных конским волосом, с котомкой за плечами брела маленькая девочка из деревни в деревню, за много километров от дома, и днём и ночью. Стучалась в каждый дом и слёзно просила: «Подайте Христа ради…» Находились добрые люди, подавали ребёнку кусочек хлеба, испечённый из отрубей напополам с картофельными очистками, драник, одну или две картошки. И брела девочка домой, довольная тем, что может прокормить больную мать и сестру с братом. Возвращаясь морозной, тёмной ночью, она набрела на стаю голодных волков и чудом осталась живой. Приходила домой с обмороженными руками и ногами, а мать, стараясь облегчить страдания бедной дочки, смазывая ей раны сусличьим жиром.

Из добытых продуктов мать варила несолёную баланду, а шкурки от картошки сушила и толкла, подсыпая потом в суп.

Дети были рады этой скудной пище. Летом было немного легче: питались сусликами, ягодами, которые насушивались в большом количестве.

Чтобы заработать немного денег и купить картошки для посадки и поросёнка, Фрида нанималась в работницы, няньки.

Однажды с ней за работу рассчитались самоткаными дорожками, и мать из них сшила дочкам нарядные юбки.

Фрида взрослела, и ей стало стыдно просить милостыню. Она была очень смышленой девочкой, и у деда – соседа научилась плести корзинки из ивовых прутьев. Изготовленные вещи она продавала или обменивала на продукты.

Отец тоже переживал за свою семью и высылал им свой скудный заработок, который скопил за время работы. На скопленные деньги они купили поросёнка и 20 вёдер картошки, глазки у которой обрезали и посадили, а остальную картошку съели сами.

Так, живя, чтобы выжить, семья прожила ещё 9 лет. Дети повзрослели, мать также была тяжелобольная. В 1950 г. Вернулся домой отец. Стало к этому времени жить полегче: набрали много колосков ржи, овса, пшеницы. Смололи муку, набрали рыжикового масла.

Девушки были на выданье, красивые, чернобровые и очень весёлые. Всё то, что с ними произошло, только закалило их характер.

Фрида была боевой, и парни за ней ходили гурьбой.

Пришла и первая любовь…

Но случилось так, что злые деревенские языки разлучили её с любимым человеком.

А родители хотели выдать замуж за парня своей национальности. Так и случилось. Вышла за нелюбимого человека, который к тому же был очень ленивым. Они не любили друг друга. Родилась маленькая Машенька, которая никому не была нужна, кроме матери. Молодая женщина была очень гордой и, взяв десятимесячную дочку, ушла от мужа.

Нужно было жить дальше, хотя очень грустно и тягостно на душе…

Отвезла Фрида маленькую дочку к отцу с матерью и сестре, а сама устроилась на работу, возить фляги со сливками в райцентр. Много тяжёлой работы испытала она, но не упала духом. И вновь полюбила.

В 1945 году вышла замуж за нашего дедушку. Поднимались на ноги тяжело, но не страшились ничего, много работали, мало-помалу обзаводились домашним скрабом и скотиной, получили квартиру. В 1955 году родилась первая дочь от второго брака – Анна, а в 1960 году – вторая дочь – Алла.

Жизнь бабушки всё время была тяжёлой, как и у других сельских женщин. Жили ради детей и для детей. Продолжали очень много работать, завели пчёл. Учили детей и помогали растить внуков.

Шли годы. Незаметно подкрались и старость. Дедушка тяжело болел и умер в 1995 году. Осталась бабушка одна, много слёз пролила, ведь прожили они с дедушкой 41 год, прикипели душой и сердцем друг к другу.

Но жизнь продолжалась, а бабушка наша не привыкла опускать руки. Её многолетний труд был отмечен наградами (смотри приложение 4, 5). Жить одной было очень тяжело, и она перебралась к нам в село Лугавское, стала жить у своей внучки.

Наша бабушка очень милая и «живая» старушка, много помогает нам и делом, и советом. Она никогда не отчаивается. Всегда говорит: «Меня господь хранит за то, что я никогда не обижала свою маму», воспитывая у нас уважение к родителям.

Мы благодарны бабушке за то, что она прожила нелёгкую жизнь и не упала духом, воспитывая и в нас жизнелюбие и много других качеств.

Низкий её поклон и долгих лет жизни.

3.2. Судьба страны – судьба народа.

Каждый человек по- своему неповторим, неповторим и его жизненный путь. У каждого своё счастье, свои мысли, своя судьба, но в индивидуальных судьбах есть и нечто общее, единое. Это единое в многообразии человеческих судеб и называют судьбой страны, судьбой народа... Но какая тяжёлая участь постигла народы, проживающие на территории нашей необъятной Родины. Теперь я знаю, что только в 1937-1938 годах на территории южных районах края было репрессировано 6 тысяч человек. Из них около 3 тысяч – жители города Минусинска и Минусинского района.

Прошли годы, но события тех лет живы в памяти народа.

В настоящее время на территории города Минусинска проживает около 804 репрессированных гражданина, в том числе 37 пострадавших от политических репрессий.

В связи с принятием в 1991 году Закона РСФСР «О реабилитации жертв политических репрессий» 767 человек реабилитировано.

На северной окраине Минусинска, там, где начинается сосновый бор, у подножья печально знаменитой горы Лысухи, в 30-40-х годах проходили казни репрессированных граждан, которых свозили в Минусинскую тюрьму со всех южных районов края.

30 октября 1992 года в бору, у подножья этой горы, на предполагаемом месте расстрелов был воздвигнут памятник жертвам политических репрессий.

Мраморная глыба высотой около 2 метров с положенным на неё металлическим крестом воплощает авторскую идею композиции: сам камень олицетворяет согбенную фигуру человека, несущего свой крест (приложение 6).

Ежегодно 30 октября, в день памяти жертв политических репрессий, на этом памятном для минусинцев месте проводится акция памяти и скорби, в том числе и для депортированных немцев.

Спаси Господь, от новых бед, спаси,
Всех павших от репрессий помяни.
Из памяти страх гибели сотри,
Покой и мир на землю принеси.
«Реквием павшим от репрессий» (смотри приложение 7)

Заключение.

В процессе своей работы я изучила литературу и архивные документы. Сопоставив их с воспоминаниями моей бабушки, ещё раз убедилась в том, что судьба народа и судьба отдельного человека тесно переплетаются с судьбой всей страны. Неслучайно, может быть, писатель Ю. Трифонов сказал: «Вне истории не живёт не один из нас, история присутствует в каждом сегодняшнем дне, в судьбе каждого человека». История жизни моей бабушки это один из примеров проявления последствий политики тоталитарного режима. Читая Указы Государственного Комитета тех лет и сравнивая с событиями сегодняшнего дня, с гордостью осознаёшь, что каждый человек в нашей стране независимо от национальности может считать себя полноправным гражданином своего Отечества.

Война за людское сознание в наше время играет более важную роль, чем война за города и территории. И если мы хотим быть свободными и независимыми, руководствоваться своими интересами, а не внешними сигналами, управляющими нашим сознанием, то шаг к свободе – поиск истины, в том числе реальной картины событий недавнего прошлого, их механизма и смысла.

Список литературы:

1. А.А. Герман, А.Н. Курочкин. Немцы СССР в трудовой армии (1941-1945г). – М.: Готина, 2004. - 346с.
2. Книга для учителя. История политических репрессий и сопротивления несвободе в СССР. – М.: Мосгорархив, 2002. – 504с.
3. А.Н. Яковлев. Чёрная книга коммунизма. – М.: Три века истории, 2001. – 766с.
4. А.Н. Яковлев. Политические процессы 30 - 50-х годов. – М.: издательство политической литературы, 1991. – 460с.
5. С.И. Ожегов. Словарь русского языка. – М.: Русский язык, 1990. – 916с.
6. Г. Храмов. Энциклопедия для детей. История России и её ближайших соседий. – М.: Аванта +, 2003. – 702с.
7. Е. Хлебалина. Универсальная школьная энциклопедия. – М.: Аванта+, 2003. – 589.
8. В. Чернышёва. И летают по земле нашей письма…// Газета «Надежда и мы» - 2004. – №26. – 3,4.


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»