«Нижнее приангарье –судьба моя» (жизнь и творчество заслуженного учителя РСФСР – Везы-Иоганна Павловича Анонена.)

«Нижнее Приангарье –судьба моя» (жизнь и творчество заслуженного учителя РСФСР – Везы-Иоганна Павловича Анонена).


Учебно – исследовательская работа

Авторы:
Учащиеся 9а класса :База Татьяна, Баянова Дарья, Дюрлюкова Анна, Чащина Мария, Козырева Евгения, Халевина Екатерина, Андреев Ярослав.

Руководитель: Жигалова Светлана Вильямовна, учитель физики.

Цель работы:
Содействовать формированию духовно-нравственной личности учащихся, осознающей свои корни, историю и культуру родного поселка.

Задачи:

- Развивать потребность к познанию о жизни, истории района, поселка
- Расширить знания об интересных людях нашего поселка
- Привить любовь к родному краю, его традициям и обычаям.
- Воспитывать гордость за свой район, свой поселок

План

1. Введение.
2. Учитель, перед именем твоим
3. Из воспоминаний Везы Павловича Анонена.
3.1Мои воспоминания о детстве
3.2 Начальная школа и первые друзья.
3.3Юность.Утро жизни.
3.4 Школа и кино
3.5Художественная самодеятельность .
3.6Природа воспитатель.
3.7Дорога в жизнь.
4.Учитель-это призвание.
5 .Из воспоминаний учеников и педагогов.

Введение.

Мотыгинский район расположен в нижнем течении Ангары. Территория – 19 тыс.кв.км.

Численность населения – около 19 тыс. человек.

Основан в 1925 году.

История нашего района неотделима от истории нашей страны. Все что происходило в России, всегда сказывалось и отзывалось на нашей малой родине. Не исключением стали и сталинские массовые политические репрессии прошлого века.

Число сосланных в наш край исчисляется сотнями тысяч человек, среди которых были и простые рабочие, и представители интеллектуальной элиты страны, представители самых разных народов советской империи: греки, литовцы, латыши, финны, калмыки…

По нашей стране прошло несколько волн политических репрессий. Их жертвы были разбросаны по всему краю, часть попала и в наш район. В начале 30-х гг. начинается депортация жителей Забайкалья. Часть из них попала на нижнюю Ангару, в наш, тогда еще Удерейский район: в Рыбное, Татарку, Мотыгино, Зайцево, Южно – Енисейск, Машуковку, другая часть была сразу отправлена прямо на золотые прииски района. В те же годы в район прибыла часть депортированного населения с Поволжья и Центрально – Черноземной области. Труд депортированных был использован на золотых приисках. Среди высланных в 1930-х гг. жителей Ингерманландии, или по-русски Ижоры (территория между Финским заливом Ладожским озером) были и В.П. Анонен и Т.В. Ряннель.

Красноярский край занимал 3-е место по количеству ссыльных в стране, 20 процентов от объёма промышленного производства приходилось на организации ГУЛАГа. В районе лагеря располагались по рекам Индыглы, Уронга, Ослянка, в поселке Кировске.

«Учитель, перед именем твоим…»

Много в нашем районе известных людей. Известны они стали по разным причинам. Некоторые воевали и защищали Родину во время Великой отечественной Войны, другие создавали и создают прекрасные картины, а наш герой стал известным потому, что всю жизнь посвятил школе и детям (своим ученикам). Этого человека знают все в нашем посёлке и за его пределами, его невозможно не знать – ведь большинство живущих здесь – его ученики. Это Анонен Веза-Иоганн Павлович.

Если вы прилетите в Мотыгино самолётом, то, подъезжая к посёлку, увидите двухэтажные коттеджи, особняки из кирпича с полным благоустройством – это приметы нового времени. Но вот посёлок. Центральная улица – улица Советская. Здесь живут, в основном, старожилы. Ничем не выделяется скромный дом с приветливыми окошками, рядом с домом кучка дров, их нужно расколоть и сложить в поленницу – обычная сельская работа. Здесь и живёт известный всеми Учитель. Его судьба очень интересна, но нелегка.

А началось всё в далёком 1931 году, когда на берег реки Ангары села Рыбное с семьёй спецпереселенца из села Лунполова Пергаловского района Ленинградской области высадился семилетний мальчик – финн, не умеющий говорить по-русски. Жизнь семьи, определённой для жительства в посёлок Кировск, мало отличался от жизни местного населения. Село окружала необыкновенно красивая природа. Неказистые домики, а рядом вышки, заборы, бараки. Место было здесь не из весёлых, но и тут шла жизнь. И какая! Ведь среди тех, кто жил за забором в бараке, были режиссёры, актёры, поэты. В истории развития Сибири немало страниц, о которых можно сказать: « Не было бы счастья, да несчастье помогло Немало сделали спецпереселенцы и ссыльные периода культа личности. Открылись музыкальные школы, драматические кружки, театры. Эти люди, вероятно, и пробудили в душе мальчика тягу ко всему красивому, главное, к настоящему, профессиональному.

С самого раннего детства Веза Павлович был очень самостоятелен, все, чего оно достиг, он достиг благодаря своему упорству и настойчивости. Он до всего доходил сам. Еще в юности его поразили слова Писарева: «…единственный путь, ведущий к знанию, - это самообразование». Эти слова стали путеводителем в его жизни. Своим образованием Веза Павлович занялся сам, он все делал для того, чтобы стать настоящим учителем. Педагогическую деятельность Веза Павлович начал с 1944году, преподавал русский язык и литературу в Кировской семилетней школе. Веза Павлович окончил заочно Красноярский педагогический институт, но на этом его обучение не закончилось, он стремиться получить как можно больше знаний, и по этому, в 1953 году, уже работая в Южно-Енисейской школе, поступает в Московский всесоюзный дом народного творчества на отделение художественного чтения. В 1955 году Веза Павлович уезжает из этого поселка, но он не может предать район, ставший ему близким и родным , и продолжает свою педагогическую деятельность в районном центре – п. Мотыгино. Ведь не случайно в своей песне «По Ангаре», музыку к которой написал выпускник Южно-Енисейской школы, теперь знаменитый Красноярский композитор Н.Голосов, Веза Павлович напишет:

Краше мест этих нет,
Нет любимей на свете реки.

Не одна тысяча учащихся прошла через его сердце, ум, познавая красоты великого и могучего русского языка и литературы, пробуя под его руководством писать стихии прозу, учась выразительному чтению и основам драматического искусства. Но Веза Павлович не только хороший учитель, но еще и поэт, художник, прекрасный фотограф, чтец, актер, оратор,; его талант многогранен. С большой благодарностью вспоминают его уроки ученики первой и второй средних школ, где работал Веза Павлович. Его выпускники живут и трудятся по всей необъятной России, любить которую он их учил: «…Вы научили нас быть ответственными, быть выдержанными, уметь прощать и любить. Такие уроки, если они усвоены, - на всю жизнь. Верим, что многим еще посчастливится перенять от Вас все лучшие человеческие качества. Всю жизнь пока мы живы, будем помнить ваши уроки – уроки жизни, уроки красоты, уроки добра». – Вот такие письма пишут Везе Павловичу его бывшие ученики.

В наше время, когда всех волнует только сторона материальная, когда жизненные неурядицы и проблемы заслонили все, что связано с духовностью, именно такие люди, как Веза Павлович, не дают погибнуть тому, что должно спасти нас, не дать нам погубить друг друга, страну, себя. В 90-х годах, когда новые русские просчитывали планы приумножения своих капиталов, Веза Павлович со своими единомышленниками добивается реставрации старого здания и открытия в нем музея, ютившегося до этого в комнате школы №1. И теперь здесь, в музее проходят уроки краеведения, сюда идут те, кому интересна история района, поселка, кто любит свою маленькую родину, гордится ею, хочет знать все о ней. Веза Павлович долгое время работал лектором-экскурсоводом музея.

Веза Павлович умел уловить биение пульса своих земляков, «души прекрасные порывы». Он мог найти людей поистине одаренных, помочь им сделать первые шаги. А как берег он таких от грубого, неосторожного слова, критики. «Самая тонкая культура – душевная. Надо, чтобы мы, читатели, сознавая это, относились с уважением к тем, кто решил поделиться с нами частицей своей души»,- пишет он. Это он разыскал, убедил в необходимости печататься тех, кто, благодаря ему порадовал земляков своим творчеством в литературно-художественном альманахе «Ангарские рассветы».

2010 год объявлен годом Учителя. И по праву мы считаем это ваш год дорогой наш Веза Павлович!

«Учитель должен быть артистом, художником горячо влюбленным в свое дело», - так сказал А.П.Чехов. Эти слова – точная характеристика настоящего учителя, заслуженного учителя РСФСР – Везы Павловича Анонена.

Есть люди, как гении, каждая встреча с ним – новая интересная страница. Таков и он. Сейчас Везе Павловичу 85 лет по состоянию здоровья он не выходит из дома. Мы желаем ему крепкого здоровья и долгих лет жизни.

Из воспоминаний Везы Павловича Анонена.

Нижнее Приангарье -судьба моя.

Родина не есть то место на земле ,где я родился ,произошел на свет от отца и матери, или где я «привык жить»;но то духовное место, где я родился духом и откуда я исхожу в моем жизненном творчестве… Первая, живая ячейка родины есть семья…
(Иван Ильин. За национальную Россию .Журнал «Слово»,№6,1991г..стр.85).

МОИ ВОСПОМИНАНИЯ О ДЕТСТВЕ

Я по национальности финн - ингерманландец (т , е. российский финн). Родился в 1924 году в селе Лупполово Парголовского района Ленинградской области. Наша семья состояла из четырех человек: отец, мать, я и сестренка(1927 года рождения).

В 1931 году нас раскулачили и сослали в Красноярский край. Местом поселения определили. Удерейский(ныне Мотыгинский) район. В мае вместе со многими другими сосланными нас на пароходах с баржами привезли сюда и высадили в селе Рыбном.

Большинство спецпереселенцев вскоре развезли в другие населенные пункты района, а несколько семей( в том числе и нашу ) оставили в селе Рыбном.

Других моих родственников ( бабушку, тётю и двух дядей ) отправили в п.Решающий, который только начинал зарождаться.

Так мы стали жителями Нижнего Приангарья. Трудным оказались здесь судьбы всех сосланных ( а у многих даже трагическими ). Особенно в первые годы ссылки. Коснулось это и нашей семьи, и родственников. В 1931 году в Рыбном умерла моя сестренка Лина ( ей не было ещё и четырех лет ), вскоре в Решающем умерла бабушка, погиб при заготовке дров ( попал под упавшее дерево ) мой дядя Иван, а в 1938 году был арестован и выслан на далекий север дядя Семён ( реабилитирован посмертно в 1956 году ).

Всё это случилось в годы моего детства и начала юности. Разные болезни тогда преследовали и меня…

Но запомнились и другие факты – добрые и радующие. Приходил к нам фельдшер, чтобы лечить меня ( я сам тогда ходить не мог ). Большой, седой, остриженный под машинку дяденька уже на пороге басовитым голосом громко спрашивал, хитро улыбаясь и по-доброму глядя на меня: «Ну, где тут у нас лапша кипейда?». Он так пытался по-фински сказать «дети больные». Это мой отец ему поведал, что «дети больные» по –фински произносится «лапсет кипеят».. Мне было смешно, что взрослый дядя не умеет выговорить двух слов. Все улыбались, и становилось легче на душе. Этот фельдшер, видать, дядька хороший. Дом деда Соколова, в котором мы временно стали жить, стоял на высоком крутом берегу Ангары совсем близко от белокаменной красивой церкви. Когда я выздоровел, мне захотелось побывать около церкви на утесе. Однажды ранним утром я там оказался.

Впечатления до сих пор не померкли. А тогда мне было семь лет.

Заря жизни. (воспоминание через 72 года)

На утесе я стою высоком.
Как мир вокруг прекрасен и заманчив!
Розовый рассвет над горизонтом,
Таинственного неба голубая высь,
Ангарских вод манящее раздолье,
Синь гор в туманной недоступной дали –
А я среди этого всего…
Приятным волшебством охвачен,
Чистейший воздух упоенно пью,
Дышу - не надышусь
Тончайшим ароматом,
Плывущим с островов зеленых
и кудрявых…
И ласточек игривый лепеток услышал,
Стрижей стремительный полет увидел,
И коршун надо мной так плавно кружит,
Блаженствует, купаясь в просторах неба,
Едва- едва лишь шевелит.
Концами крыльев распростертых
И квохчет изредка в восторге
Ах, хорошо - то как!
Вон катеришко из-за мыса выплыл,
Дымок костра над островом растаял…
Вдруг золотая рыбка в Ангаре сверкнула!
В селе собачка тявкнула спросонья,
Хозяюшка буренку где-то кличет,
И снова тишина разлилась
Повсеместно.
Какая благодать! Какое чудо жизни!
Неужто я хоть малая частичка
Такого мира?
Как мне его осмыслить? Как?
И солнышко уж начало всходить,
Как будто ласково,
С намеком улыбнулось
И подмигнуло будто,
И теплыми лучами щек
Моих коснулось…
Ах, солнышко! Как мне тебя понять?
Иль со мной играешь просто? Иль на важное на что-то намекаешь?

Начальная школа и первые друзья.

Сентябрь1932 года .Пришло время поступать в школу. Я задержался дней на девять по болезни да еще по характеру был робок и русского языка почти не знал. Поэтому, пока я не освоился, со мной на уроки ходил отец. Первой моей учительницей была София Константиновна Токмакова- женщина очень тактичная и внимательная. Под ее руководством я как-то быстро овладел необходимыми навыками и учиться старался. Да еще дома отец и мать помогали войти ,как говорят, « в колею».

Появились и друзья- приятели. Жизнь стала по –детски содержательной. А в конце учебного года наградили розовым куском душистого мыла и дали справку, написанную зелеными чернилами ; в справке написали, что я учился «весьма хорошо»и поведение у меня было примерное. От всего этогобыл в восторге, а отец дома спросил: «Что значит слово «весьма»? Ответил : «Не знаю…»

А дома мать по буквам научила читать по –фински. Так что я одновременно овладевал двумя языками для чтения…

А в октябре мы непременно наблюдали за таким событием. В один из прохладных вечеров на берегу от Рыбного утеса до скалы «Колокольчик» появлялось много лодок. Радостно возбужденные мужики выстраивали эти лодки рядами, носом к воде. Среди рыбинских и незнакомые нам мужики, прибывшие из Денисово, Пашино, Зайцево, Бельска, Мотыгино и других приангарских селений.

По бокам лодок с обеих сторон на специальные переменные доски мужики укладывали переметы с острыми жалами уд- от восьмидесяти до двухсот крючков на каждом перемете. В лодки укладывали камни- булыжники, весла надевали на уключины.

Когда все приготовления к отплытию заканчивались , на берегу рыбаки разжигали большой костёр, собирались вокруг него, оживленно о чём-то договаривались. Затем строго проверяли, на одинаковом ли расстоянии каждая лодка находится от реки. Потом каждый рыбак с напарником становился около своих лодок.

Для одновременного отплытия ждали команду руководителя…Вдруг энергичный взмах его руки и громогласное: «Пошёл!».

Шум, гам, лодки на Ангаре! Рыбаки стремятся обогнать друг друга, устремляются к «яме»,чтобы занять самые выгодные места. Река вспенилась от десятков весел и от камней, бросаемых в нее с лодок. Чем больше шума, тем лучше. Наконец каждая лодка заняла доставшееся ей место. Рыбаки распускают перемет. Стерляди, уже расположившиеся в «яме» для зимней спячки, внезапно встревоженные, начинают метаться и попадают на уды переметов.

Закончился так называемый «бой».Во время такого «боения» рыбы добывали пудов по двадцать на лодку. Часто, чтобы доставить рыбу домой, пропускали «под тяглы»(жабры) каждой стерлядке крепкую веревку-«кукан»,привязывали её к длинной жерди и так приплавляли к берегу. Около Рыбного было три ямы для «боения»: Часовня- как раз напротив церкви, Серый- немного выше и Ергулейка - ниже Рыбного(напротив скалы Скородум).

Можно полагать, что в старину поэтому село и получило такое название -Рыбное.

Лето, осень и вторую половину зимы 1935 года наша семья жила в п.Бельске. Большинство жителей(в основном спецпереселенцев) обитало в бараках, перегороженных на комнаты нестрогаными досками. Полы сделаны из осиновых жердей, обтесанных топорами. Стены не оштукатурены, поэтому зимой всегда серые. Так, наверное, было потому, что только недавно здесь начал создаваться финал совхоза «Решающий» , в котором люди жили в таких же бараках. В каждой комнате (если можно так назвать это жилище)была железная печка, ее труба на улицу выведена через форточку окна. Дверь открывалась сразу на улицу (сеней не было). Грубо сколоченный некрашеный столик около единственного окна, такая же скамейка и топчан. Вот и вся обстановка. Радио не было, газет тоже. Освещались керосиновыми лампами. На топчане спали отец и мать, я - на двух больших сундуках, приставленных друг к другу около стены. Родители с раннего утра до позднего вечера трудились. Вся земля на склоне поселка в сторону Ангары выделена для большого поля. Его почти полностью занимали совхозные парники, теплицы и гряды. Выращивались огурцы, помидоры и капуста. На островах, напротив Бельска, садили эти же овощи и картофель. Урожай увозили на золотодобывающие прииски района. В администрации совхоза в то время работали Бабкин(имени и отчества не помню), он был директором, и Николай Евдокимович Скотников. Агроном был Пискун, огородником Николай Иванович Сергеев. В последующие годы своей творческой работой в сельском хозяйстве прославились Владимир Александрович Сувальдо (внедрял садоводство) и Тарков (пчеловод). В летнее время дети помогали родителям вести домашнее хозяйство, ходили в лес за грибами и ягодами, подолгу приходилось стоять и в очередях за хлебом. Многие и взрослые, и дети тогда болели малярией. Болезнь эта была массовой, потому что расплодился малярийный комар. Лечить больных приезжал из Мотыгино фельдшер Казаков. Он делал уколы и давал больным горькие порошки хины. Жилось трудно. Конечно, родители и вообще взрослые люди часто испытывали душевную тревогу. Но они вели себя сдержанно, терпеливо. В этой терпимости, внимательном и бережном отношении друг к другу проявлялось какое-то особенное благородство. Поэтому и мы, дети, находили время для интересных для себя занятий. Особенно нас тянуло в лес. Там своя, таинственная жизнь: и бурундуки , и белки, и птички разные, и ягоды, и грибы. Только наблюдай внимательно, вдумчиво и наслаждайся! Но мы, мальчишки, вооружившись рогатками, воображали себя охотниками. Бывали и меткие выстрелы. Азарт тогда сменялся жалостью, и мы тут же хоронили жертву, упрекая себя в содеянном: «Зачем так делаем?...».В другой раз такого не повторяли, побеждала все-таки любознательность. Однажды я увидел белку-летягу. Она еще была темно-рыжей, с белым брюшком. Как же быстро легко и озорно она, распластавшись в воздухе, перелетала с дерева на дерево!

В другой раз между ветками дерева заметил сову. Она таращила на меня большие, круглые, желтоватые глазищи, но не улетала. Я спокойно отошел: пусть еще подремлет, ей же трудиться ночью! Вдруг пискнул кто-то. Я раздвинул ветки- на высоком пне столбиком сидит, откинув хвостик, бурундучок. Установился на меня черненькими глазками, как будто спрашивает: «А ты кто такой? Откуда взялся?».Проворный прыжок- как будто и не было зверька! Но его черненькие глазки я ведь до сих пор вижу… Возвращайся из лесу, мы, ребятишки, восторженно рассказывали об увиденном друг другу. Так рождались родство наших душ, взаимная привязанность, и мы становились друзьями или просто приятелями.

С душевной теплотой ,с большой любовью называю моих друзей и приятелей именно так ,как в детстве мы обращались друг к другу. Особенно запомнились братья Сергеевы (Саша, Ваня и Федя), Семен и Денис Пьянниковы, Иван Варламов, братья Шевцовы, Коля Федоренко, Гоша Дудкин, Хамадей Каюмов, Мавлей Хайрулин и др.

Любили мы, и купаться в Ангаре, и развлекаться играми по вечерам.

А школы в Бельске тогда не было, учились мы в Рыбинской семилетке.

1935-36-ый учебный год. Я- ученик 4-го класса. Но в рыбинской школе мне пришлось проучиться лишь первую и вторую четверть. В январе 1936 года наша семья переехала жить в Южно - Енисейск, поэтому третью и четвертую четверти учебного года я учился уже в средней школе районного центра. Тогда эта школа была единственной средней в Удерейском районе.

2. ЮНОСТЬ. УТРО ЖИЗНИ.

В январе 1936 года наша семья переехала для постоянного места жительства в Южно – Енисейск (прииск центральный). Там создавалось подсобное хозяйство (филиал совхоза «Решающий»). Директором его был Николай Евдокимович Скотников. Он хорошо знал моего отца с тех пор, когда мы жили в Бельске, поэтому пригласил его принять должность заведующего конным двором .

Жить пришлось на окраине прииска, в небольшой избушке, не больше деревенской стайки. Ее окружали высокие сугробы. Дверь открывалась сразу на улицу. В ней уже жила семья ( муж, жена и мальчик лет шести). Жителей теперь стало шесть человек. Кое- как умудрились расположиться (мебели ведь ни у кого не было).

Небольшая кирпичная печурка, около нее небольшой столик для приготовления пищи; второй крохотный столик у окна, два топчана вдоль стен, скамеечка, три сундука- вся обстановка. Но не помню ни одного случая , чтобы ссорились. Первая семья(Соснины их фамилия) весной уехала в Рыбное. Стало просторнее.

С начала третьей четверти учебного года я пошел в школу, меня определили в 4 «Б» класс.

ШКОЛА И КИНО.

Для меня началась новая полоса жизни. Школа удивила внушительными размерами, электрическим освещением ( я увидел его впервые) и тем, что в конце коридора был теплый туалет. В классные комнаты ученики проходили по коридорам, а они начинались из небольшого зала в середине помещения. На лицевой стене зала был стенд для расписания уроков и объявлений, а так же большой стенд с выставкой рисунков учащихся.

В 4-х классах уроки вели учителя – предметники. В основных сферах новой для меня школьной жизни я освоился довольно быстро. Затруднений с учебой не испытывал, нашлись и знакомые ребята из семей спецпереселенцев, а вскоре появились и новые товарищи, и увлечения.

В клубе «Красный Октябрь» увидел кино «Гулливер у лилипутов». Звуковое кино! Такого раньше никогда не видел.

Так как фильмы привозили нечасто, многие из них мы, ребятишки, смотрели несколько раз подряд. А такие, как «Чапаев», «Мы из Кронштадта», «Юность Максима», «Возвращение Максима», «Выборгская сторона», « Дети капитана Гранта», « Петр Первый», «Семеро смелых», знали по сюжетному содержанию чуть ли не наизусть.

А над Чарли Чаплиным в «Новых временах» и «Огнях большого города», над Игорем Ильинским в «Закройщике из Торжка», «Празднике святого Иоргена» и «Волге-Волге» хохотали, как говориться, до коликов в животе. Даже частенько разыгрывали отдельные эпизоды и распевали песни, услышанные в кинофильмах. Привожу примеры.

Летом 1936 года я жил в пионерском лагере, хотя и не был пионером ( как спецпереселенец) , а был награжден таким образом дирекцией школы за хорошую учебу.

После коллективного просмотра фильма «Чапаев» решили мы сыграть эпизод наступления каппелевцев на дивизию Чапаева. Подходящую для этого поляну мы нашли около разреза «Бойня». Готовились старательно. Сделали деревянные винтовки, трещотки и пулеметы. «Каппелевцы» отрабатывали под барабанную дробь маршировку, чтобы пойти в «психическую атаку» , а «чапаевцы» могли бы сказать :»Красиво идут!»

Коле Тузовскому (он играл роль Чапаева) нашли такую же папаху , как у Василия Ивановича. В подхозе выпросили на время игры даже коня. Правда, он был рыжий с белой полоской на лбу, а не белый, как у Чапаева, но это не уменьшало наше ликование. Когда же «Чапаева» «ранили», Коля переплывал водный разрез «Бойню» точь в точь так же, как артист Бабочкин реку Урал в кинофильме.

После же фильма «Мы вернемся, Суоми» мальчишки, подражая Тойво Антикайнену, лихо катались с горы Горелой на лыжах, ловко лавируя между деревьями.

Кстати, на левом и правом склонах Горелой горы были сделаны деревянные трамплины, и мы часто состязались на лыжах в прыжках в длину.

На прииске Центральном много внимания уделялось развитию спорта. Часто проводились лыжные соревнования. Они торжественно открывались и закрывались. Непременно играл духовой оркестр.

Нашими спортивными звездами были Миша Перевозчиков, Ганя Владимиров, Володя Черняев, Эйно Агонин- учащиеся.

Сильными лыжниками были и учителя. Иннокентий Тихонович Яковлев и Иннокентий Николаевич Гожев.

Летом проводились соревнования по легкой атлетике. Самым сильным бегуном был Ганя Владимиров, а гранату дальше всех кидал Кеша Убиенных.

Но самым популярным видом спорта был футбол. Стадион во время матча всегда полон болельщиками. Любимым вратарём зрителей был Абов. Интересно, задорно, изобретательно играл в футбол учитель физкультуры Иван Гаврилович Аршинин. Кстати замечу, что он был прекрасным гимнастом и вел в школе гимнастический кружок, который часто демонстрировал свои успехи даже на сцене клуба во время концертов.

А игра в футбол не прекращалась и зимой. Площадка около школьного интерната была вечно утоптана.Мяч гоняли в валенках, ворота вратаря обозначались или воткнутыми в снег палками, или школьными сумками.

В конце тридцатых годов регулярно работали кружки ПВХО, «Ворошиловский стрелок», ГСО, БГТО и ГТО. Учащиеся занимались в них с увлечением. У многих из нас грудь украшали различные значки. Особенно нравились значки ГТО на тоненьких медных цепочках.

Художественная самодеятельность .

Большое положительное влияние в воспитательном отношение оказывала на нас художественная самодеятельность, особенно в сценическом искусстве.

Настоящий его расцвет на прииске Центральном начался после приезда сюда из Сталинграда режиссеров-супругов Дмитрия Петровича Свидерского и Натальи Михайловны Сперанской.

Он руководил взрослыми кружковцами, она – учащимися - старшеклассниками.

Художником, оформлявшим сцену для спектаклей, сначала был Франц Бабицкий, потом стал Мечислав Поликовский.

Клуб быстро преображался. За счет пристройки углубили сцену гримировочную комнату увеличили , в ней расположились и реквизитная, и костюмерная. Приобрели богатый реквизит, костюмы. Перестроили фойе, в нем появились колонны, придавшие входу в клуб торжественность, солидность и вызывавшие уважительное отношение к происходящему.

Режиссеры оказались хорошими организаторами, любящими свое дело. Они предложили разнообразный репертуар и этим заинтересовали артистов-любителей. Сейчас не могу уже вспомнить всех спектаклей, но есть у меня фотографии, которые показывают, что 1938 году только Д.П Свидерским были поставлены по меньшей мере «Ванька-ключник» (не помню автора), «Гроза» А.Н Островского, «Коварство и любовь» Ф.Шиллера.

Не отставали и учащиеся под руководством Н.М Сперанской. В январе 1939 года, если учесть повторность постановок и выезды в другие поселки района, в общей сложности было поставлено 19 спектаклей.

А в районном центре в те годы каждый месяц появлялась премьера то в постановке режиссера Д. П Свидерского , то в постановке Н.М Сперанской. Таким образом, каждый режиссер готовил спектакль два месяца. Зрители шли на спектакли, как на важное событие культурной жизни прииска. В зрительном зале всегда все места были заняты.

Прежде чем войти в зрительный зал, нужно было в раздевалке снять пальто. Перед началом спектакля или концерта играл духовой оркестр(дирижером был Г.Г Ликучев, после его отъезда- Эйно Ронгонен.

Все это настраивало на углубленное восприятие пьесы. Актеры же чувствовали большую ответственность за свое исполнительское мастерство. Вскоре у нас появились и любимцы среди самодеятельных артистов. Навсегда запомнились Борис Семин (обычно исполнял главные роли), Максим Мельников в комических ролях (например, Шмага в «Без вины виноватых» или Счастливцев в «Лесе» А.Н Островского). Назову и других запомнившихся артистов и артисток: Анастасия Гольская, Тамара Гузенко, Катя Абросимова, Аня Кудряшова, Проня Мурзин, Саша Мансуров, Вася Белянин, Павел Потапов, Валентина Козырева, Тойво Ряннель, А.А Доброхотова , И.Г Аршинин , К.И Голосова(мать известного ныне красноярского композитора Николая Голосова) и другие.

Иногда спектакли ставили объединенными усилиями обоих кружков и взрослых, и школьников. Так были осуществлены постановки «Цыган» А.С Пушкина и «На дне» М.Горького. В них роли исполняли и сами режиссеры, и учителя, и учащиеся. Например , роль Земфиры –Н.М Сперанская , роль Алеко- Д.П Свидерский , роль старой цыганки –П.Р Прево (учительница), а в роли А.С Пушкина для чтения авторских слов в пьесе «Цыган» был Петя Хахалев – учащийся-старшеклассник, мастерски загримированный.

Уважаемые читатели, если кому-то из вас показалось удивительным , что я воспоминания о тридцатых годах ХХ столетия только в возвышенных тонах, то так получилось потому, что описаны лишь годы моего детства и начала периода юности. Рассказано о них правдиво. Не надо забывать, что в эти годы продолжалась в стране культурная революция поднятия уровня образования сначала до 4- летнего начального ,затем до семилетнего неполного среднего, а в последствии –ко всеобщему полному среднему. Так создавались кадры дипломированных специалистов всех необходимых профилей. К счастью, мое поколение формировалось и в отношении к культуре и искусству целенаправленно.

Поэтому с глубокой благодарностью и уважением вспоминаю своих учителей Южно- Енисейской средней школы: Николая Алексеевича Добротова - предельно строгого и требовательного нашего физика; Полину Леопольдовну Прево- учительницу немецкого языка- человека подлинно интеллигентного и необычайно доброго; Иннокентия Тихоновича Яковлева- историка, человека очень интересного и своеобразного; Анну Захаровну Кедрову – всегда тактичную, невозмутимую, спокойную учительницу истории; Евгению Михайловну Четыркину – математика, Прасковью Николаевну Хомутову и Александру Андреевну Неживую –учительницу русского языка и литературы; Валентину Елизаветовну Войлошникову- учительницу естествознания; Николая Дмитриевича Иванова- географа; Федора Исааковича Иванюшева- химика; Ивана Гавриловича Аршинина- преподавателя физкультуры; Павла Александра Войлошникова- директора школы, человека гуманного, тактичного руководителя, и многих других.

Удивительно, что и сейчас вижу их лица, прически, походку, манеру одеваться и говорить, слышу их голоса. Вспоминаю и серьезные , и смешные( ведь их в школе тоже немало) случаи на уроках. Сердечное спасибо нашим наставникам тех далеких лет! Вечная им память!

Понимаю, что я не поэт, но почему-то иногда хочется выразить чувства и мысли в стихотворной форме.

Полине Леопольдовне Прево( моей учительнице).

Памятны мне с юных пор
Улыбка ваша иль укор…
Как в годы молодые,
Люблю ваш материнский взор,
На лбу морщиночек узор.
И волосы седые
Я в вашей мудрой седине.
Если трудно станет мне,
Совет читаю верный:
В какой бы ни был стороне,-
В трудовом горю огне,
Прочь сметая терны,
Вы до преклонных ваших лет
Дарили нам душевный свет
Касались наших вы сердец
В нелегких буднях тех годин
Как Человек и Гражданин.
Вы - Труженик – Творец!

ПРИРОДА-ВОСПИТАТЕЛЬ

Не могу не сказать и о нашем восприятии природы. Ведь живая природа формировала привязанность к родным местам. Только тогда не вели с нами длинных разговоров о ней, даже вслух не выражали почти никогда восторгов о ее дивной красоте. Мы просто жили в природе, как ее частица…

Весна. Наконец-то! Правда, снегу еще многовато, особенно в тени, в низинах, в распадке между Горелой и Зеленой горой. Но солнце уже греет вовсю . На проталинах начали проклевываться желтенькие подснежники. В школе в это время идет подготовка к первомайскому празднику.

Юноши приносят веточки вербы. А девушки на красном полотне из вербных «барашков» аккуратно наклеивают слова «ПЕРВОЕ МАЯ».Юноши тут же плетут из гибких прутьев рукоятки для тросточек. Лучше всех это делал Митя Поликовский. Веселая и увлекательная суета!

Июль. Мы с Петей Матвеевым на покосе заготавливаем сено. Красивое место! Небольшая таежная полянка примостилась у студеной речки Мамон. Струит он по разноцветным камешкам воду идеальной прозрачности и ласково о чем-то с полянкой воркует. А она-то еще и цветами яркими украсилась, тихонечко слушает.

Наработаешься за день, у костра поужинаешь - и в балаган. Но уснешь не сразу, беседуешь с приятелем, лежишь на душистом сене, смотришь на небо. Вот и звездочки появились. Чем темнее становится, тем они ярче. Любуешься и думаешь: ведь они так же дружелюбно, как мне, подмигивают сейчас и другим людям.

А костер приятно обдает волнами тепла и деликатно потрескивает, усыпляет.

Что-то прохладно стало. Открываешь глаза - раннее утро. из-за бабушкиной горы проклюнулось солнце, его робкие лучи коснулись моего лица. мамон тихо шепчется с туманом. Вставать-то еще не хочется. Но надо! Обдашь лицо холодными брызгами - и готов к труду.

Август. Пора грибов и брусники. мы с Олегом Сбитневым и Ваней Азарко совершали походы в Чумбуглы и за Танькину гору, за Покровской поляной - разве такие заготовительные для зимы походы забудешь?

Зима. Конец февраля. Вечер. Громадная, словно распухшая багровая луна, едва поднявшись над крутым склоном горы Горелой, как будто зацепилось за кряжистую сосну. Та проткнула луну, она побледнела, и потоки холодного света разлились по притихшим улицам прииска и далеко вокруг. Луне стало легче, она быстро набрала высоту, щедро разлила свой свет вокруг. все стало таинственным и манящим куда-то.

Беру из сеней лыжи, привязываю их к сыромятными ремнями к подшитым старым валенкам. забегаю за Володей Дементьевым и Васей Часовщиковым. Восторженные, возбужденные, устремляемся на Горелую гору, а с нее - на самую макушку Зеленой (она выше горелой).

Разворачиваемся. Стоим, успокаиваемся после быстрого подъема. Далеко внизу за деревьями слышим дыхание поселка. Чуть внятный аромат печных дымков запутался в деревьях. Он растворился в воздухе, насыщенном запахами сосны, ольхи, березы. Дышим с упоением, всласть. Что-то бодрящее, почти бесовское вселяется в нас. Оно изнутри подзадоривает, и мы со всей силой оттолкнувшись дротиками, с гиканьем летим вниз.

От скорости на глазах выступают слезы, ветки иногда хлещут по лицу, но всем существом ощущаешь свою ловкость. особенно на крутых поворотах. Пружинистый, быстрый легкий, ты уже под горой перепрыгиваешь утрамбованную санную дорогу, вылетаешь на широкое покатое подхозовское поле - огород и долго еще катишься по искрящемуся снегу и чувствуешь свое полное слияние с голубой вселенной. Напоенные восторгом, повторяем несколько раз все снова. Подъем - полет - скольжение, подъем - полет - скольжение.

Взахлеб пьем радость. Это не просто катание. Это омовение юной души чарами природы.

Прочитав мои воспоминания о таком нашем восприятии природы, кое-кто снисходительно улыбнется и подумает: "Романтика". да, романтика! Но ведь она жизнеутверждающая, зовущая к красоте и созиданию. Разве это плохо? Такие раздумья вызвали у меня рифмованные строчки.

ДВЕ ЗАРИ.

В крылатой юности то было у меня
Надежда с верой зародились
в свете дня.
Ранним утром приласкать
сосновый бор
Вышла зорька из-за сини дальних гор.
Подумалось, что ласка в ней не зря -
Добра нам всем желает та заря.
Я зорьку раннюю и другу показал
"В ней грядущее, поверь мне", -
он сказал.
Десятки лет минули уж с тех пор.
Вырублен весь, исковеркан бор
Друг, теперь молчит, потупя взор.
К кому же в сердце у него немой укор?
И я сегодня тоже потрясен
Неужто зорька та была лишь сон?
День по-прежнему восходит как заря,
И верить хочется, что все это не зря.
Она ж добра желает нам, добра
А нам пора одуматься, пора1
Теперь я в старости
задумываюсь вновь.
Надежда с верой были. А любовь?

В этих эпизодах воспоминаний я хотел выразить свою эмоциональную оценку того, как мы в пору юности воспринимаем общение с природой. невольно появились и раздумья об отношении к природе многих сегодняшних моих современников. Так появились эти рифмованные строчки. каждый из нас сопричастен ко времени своей жизни. А оно подвергается изменениям. Каковы они? Это не может не волновать людей.

Дорога в жизнь

Закончился 1940-41 учебный год 22 июня. Школьники на летних каникулах.
Сегодня вечером десятиклассникам торжественно вручат аттестаты об окончании средней школы. Они радостно готовятся к выпускному балу. Праздновать будут всю ночь, а утро встретят около скалы на берегу Удерея.
Разожгут большой костёр, веселье продолжиться. Это традиция всех выпускников Южно-Енисейской школы.

День выдался солнечный, яркий. Мы с Мишей Ивановым пока еще будущие девятиклассники. Решили сходить на старые дражные отвалы. Там на солнцепёке уже созрела ярко-красная сладкая костяника. Полакомимся. Если урожай хороший, ещё и родителям принесём для угощения…

Возвратились часа в три. Захожу домой. Что случилось? Родители мои очень встревожены чем-то. Взволнованно говорят мне: «Началась война! Иди скорее к школе, там установили трибуну. Митинг будет! Мы сейчас придём тоже».

Прибежал. Народу собралось уже много, но люди продолжают ещё поспешно собираться.

Все возбуждены. Оказывается, В. М. Молотов выступал по радио и объявил, что на Советский Союз напала фашистская Германия!.. Война началась в четыре часа утра и уже полыхает во всю в Бресте.

На трибуне члены райкома партии и исполкома райсовета. Начался митинг.

После выступления секретаря райкома ВКП (б) горячо выступали жители районного центра. Все гневно осуждали германских фашистов и выражали уверенность в скорой победе советского союза. Мы, ученики старших классов, тоже говорили между собой в таком духе: «Фашисты эти совсем спятили с ума. Да наша армия их уже недели через две-три победит, покажет им «кузькину мать»!.. Так мы представляли это тогда.

Сегодня 22 июня 2003 года.

Пишу воспоминания о том времени. Шестьдесят два года уже остались позади, ушли в вечность. Но у людей моего поколения они не исчезнут никогда из памяти и сердца. Да и в документах зафиксированы. Расскажу о судьбе хотя бы некоторых своих товарищей и друзей, с которыми был тогда на митинге.
В Мотыгинском райвоенкомате хранятся документы, которые без волнения и сердечной боли невозможно читать. Из многих процитирую хотя бы некоторые. Стиль сохраняю полностью.

Документ первый.

«Гр. Ермакову Константину Никитичу адрес: Ю -Енисейск. Извещение-363.

Ваш сын, гв. младший лейтенант Ермаков Николай Константинович, в бою за социалистическую Родину, верный воинской присяге , проявив геройство и мужество , погиб 6 апреля 1945 года. Похоронен с отданием воинских почестей на Ю –Восточной окр. пригорода Вены (Австрия) близ ж.д. моста. Настоящее извещение является документом для возбуждения ходатайства о пенсии».

Извещение написано 4 июня 1945 г. в Удерейском райвоенкомате.

Документ второй.

Извещение 599. «Ваш сын, гвардии сержант – стрелок Флит Рулит Исаевич, уроженец 1924 г. Красноярский край , в бою за социалистическую Родину ,верный воинской присяге , проявив геройство и мужество, был убит 22 марта 1944 года.

Похоронен Юраков –Кут , юго-западная сторона Керченского района Крымской АССР».

На штемпеле воинской части указан номер полевой почты -13221 и дата оформления документа -26 марта 1944 года.

Документ третий.

«Управление по учету погибшего и пропавшего без вести рядового и сержантского состава.

Исх. № 302609 26.09.1946 г.

Удерейский РВК
Известие гр. Асеман Б. М.
Проживающего в п. Ю-Енисейске.
Военнослужащий , кр-ц Галузин Владимир Крисанфович, уроженец г. Иркутска , 1925 г. рождения , находясь на фронте , пропал без вести в октябре 1944г.

Начальник 3 отдела.

Полковник (подпись)»

Все трое в 1942-1943 учебном году в Ю-Енисейской средней школе были моими одноклассниками. Мы вместе окончили тогда школу.

Я пишу и сейчас их отчетливо вижу.

Коля Ермаков – спортсмен. У него значок ГТО на лацкане темно-серого суконного пиджака . Он всегда спокоен, неболтлив, не допускает лишних жестов, говорит негромко. У него доверчивый взгляд, а в глубине души притаилась готовая вдруг расцвести улыбка.

А вот Флит. Мы его всегда Рувимом звали , а в документе он Рулитом назван . Чернокудрый красавец . У него большие темно-карие глаза , а симпатичное лицо способно украситься спокойной улыбкой . Он всегда безукоризненно чисто и аккуратно одет , скромен, нетороплив в движениях, говорит негромко , но тембр голоса какой-то особенно приятный.

Володя Галузин-лучший ученикв нашем классе, дотошный и досконально углубляющийся в премудрости как точных , так и гуманитарных наук. Он как –то скромно держится от других в сторонке, но всегда готов помочь , если кто-нибудь об этом попросит . При этом у него сначала почему-то начинают улыбаться глаза, а потом уж он спокойно удовлетворяет просьбу. Вот и сейчас я пишу, а он улыбается глазами – не приукрасил ли я чего-нибудь?

Нет, ребята, не приукрасил. Такими вы остались в моей душе и памяти навсегда…

А теперь прочитаем о моих друзьях из «Книги памяти Красноярского края» (том пятый). Издательство РИП «Либра», 1995.

Алтышкин Леонид Иванович, род. 1925, Мотыгинский район. Призван в июне 1943. Рядовой. Умер от ранения 8 июня 1944. Похоронен в мог. 56 на Ульяновском кладбище в г. Киеве, Украина.

Мурзин Бронислав Михайлович, род. в Мотыгинском районе. Призван в 1941 году. Мл. Лейтенант. Умер от ран. 22 октября 1944. Похоронен в д. Моседас, Литва.

Челондаев Михайл Ильич, род. 1925, п. Южно- Енисейск Мотыгинского района. Призван в июне 1943. Мл сержант. Погиб в бою 13 октября 1944. Похоронен на воинском кладбище в с. Куртичи Арадского уезда, Румыния.

Криволуцкий Аркадий Григорьевич, род. 1922. п. Южно-Енисейск Мотыгинского района. Рядовой. Умер от ран 26 февраля 1943. Похоронен на ст. Матвеев Курган Матвеево-Курганского района Ростовской области.

Ермаков Александр Иванович, род. 1920, Мотыгинский район. Гв. Ст. Лейтенант, командир батальона. Погиб в бою 20 января 1943. Похоронен на х. Ниж-Жураский Ростовской области.

Мансуров Александр Павлович, род. 1922, Читинская область. Гв. Мл. Лейтенант, адъютант командира полка. Умер от ран 30 апреля 1945. Похоронен на воинском кладбище в г. Берлине в Германии.

Дементьев Владимир Григорьевич, мл. Лейтенант. Погиб в бою 22 февраля 1943.

Доброхотов Евгений Николаевич. Рядовой. Пропал без вести, февраль 1943.

Читая такие документы, чувствую большой человеческий долг перед погибшими. Ведь они свои жизни отдали за то, чтобы мы, живущие, могли в полной мере осуществить наши мечты и желания.

А всё ли мы сделали? Вот и оглядываешься на свой пройденный путь. И, конечно, за многое упрекаешь себя. Но они-то этого не знают.

Перелистываю свой старенький фотоальбом, в нём наклеены фотографии моих друзей юности. Невольно всплывают в памяти наши взаимоотношения в те мирные и военные годы.

Вот на одной странице рядом две, обе от Вани Азарко. Первая подарена 25 февраля 1941 года. У друга серьёзное выражение лица, вдумчивый сосредоточенный взгляд. Он в чёрном пиджаке, на лацкане выделяется значок «Ворошиловский стрелок». Другая карточка прислана 17 ноября 1941 года из лётного училища, подписана так: «На память другу юных лет от Азарко Ивана Васильевича». Ваня уже в форме военного пилота, она ему очень к лицу. Кстати, я вспомнил, что он и мечтал стать лётчиком.

А вот Проня Мурзин. Я его и фотографировал в 1942 году. Это наш любимый «артист» из кружка самодеятельности. Да он и рисовал хорошо, поэтому и фотографирован на фоне его картин, исполненных масляными красками. Потом стал военным стрелком, летал на самолёте. Во время боя самолёт был сбит противником, и Проня погиб.

9 июня 1943 года я сфотографировал Олега Сбитнева в кругу семьи перед отъездом его в армию. На переднем плане бабушка, мать Олега и его тётя. Он обнимает их. Лица у всех задумчивые, тревожные. А 28 апреля 1944 года он прислал мне фотографию, где снят в форме моряка. Карточка подписана «Другу школьных лет! Вспоминай о них чаще. Олег – курсант 1 –го курса КУБО ВМФ Владивосток».

Вот ещё такие же (в форме моряков) карточки моих одноклассников. Одна от Коли Бакштановского подписана. «г.Владивосток КУБО ВМФ. Везик! Помни гордеца Бакштановского. 21.04.44г.»

Другая – от Славы Меркурьева: «Другу Везе Везик! Ты знаешь его 26.04.44г. Владивосток»

А вот Миша Макаренко в военной форме (гимнастёрка с погонами и зимняя шапка со звездой) написал на карточки: «На память дорогому другу Везе Павловичу Анонен от Александра Гожева 26.03.44г.

Демобилизованный Боря Бобровский на карточке тоже в военной ещё гимнастёрке написал: «Может быть, когда-нибудь в досужий час вспомнишь, как мы шатались летом 1944 года по тротуарам прииска Центрального как рассуждали с тобой о том сём. Пройдёт лет 50, мы с тобой встретимся и глядя на наши 10.01.45г. Борис Бобровский». Да, Боря, всех и всё вспоминаю, а идёт на земле наше уже 2003 год, и к 20 годам добавилось столько столько же, почти три раза.

В ГЕОЛОГИЧЕСКОМ ОТДЕЛЕ ЮЖНО-ЕНИСЕЙСКОГО ЗПУ

Моего друга и одноклассника Лёню Волкова в армию не взяли из-за слабого зрения, а меня потому, что я финн-спецпереселенец живущий без паспорта и права выезда из Удерейского района. Как нам быть? Лето 1942 года, после окончания 9-го класса, мы проработали в старательской артели, «мыли» золото на баксах. Решили и лето 1943 года посвятить этому делу только артели «Горняк». Председателем её был Иван Сергеевич Лысенко, бывший партизан периода гражданской войны, тогдашний житель села Рыбного. Работали на террасе Ударный (окраина Южно-Енисейска) круглосуточно - в две смены (днём и ночью). Не обходимо большого опыта и сноровки у меня не было, поэтому уставал так что после ночной смены не мог позавтракать – побеждал сон.

Однажды утром я вдруг заметил, что за моей работой наблюдает какой-то мужчина. Он подозвал меня к себе и спросил: «Какое у вас образование?» Ответил, что нынче окончил 10 классов. Он сказал: «Я главный геолог золотоприискового управления. Приходите завтра в контору, мне нужен чертёжник геологоразведочного бюро. Договоримся об условиях работы». Это был Николай Александрович Кузин.

22 августа 1943 года приказом по ЗПУ я был принят на должность чертёжника в это бюро. В моей трудовой книжке это первая запись, официальное начало стажа работы.

1 мая 1944 года меня перевели на должность смотрителя разведочных работ назначили руководителя группы рабочих из 4-х человек, поручили самостоятельно определить места для рытья шурфов, брать из них пробы на золото. У меня появилась мечта стать геологом. Стал брать у геологов различные книги об этой профессии и готовиться к поступлению в Томский политехнический институт. Написал заявление и отправил туда вместе с копией аттестата об окончании десятилетки.

Примерно через месяц меня вдруг вызвали в комендатуру, которая ведала спецпереселенцами. Начальник милиции спросил строго: «Ты писал заявление в институт?»-«Ни куда ты не поедешь!»- «Почему?» - «До особого распоряжения» - «Когда будет, тогда и будет, Разговор окончен».

Горькая обида сдавила душу. Рухнула мечта… Дома мать сказала: «Успокойся. Поверь мне: будет ещё и тебе солнце светить, и всем нам».

Появились нелёгкие раздумья. Они привели к таким выводам. Обида обидами, но есть ведь и Высшая Правда. В чём она? Родина, независимо от национальности, у нас у всех одна. На её территории сегодня бушует кровопролитная война. Как жить внутри современности в данных мне судьбой обстоятельствах? Не впадать в сиюминутную чувствительность плохое приходит само, хорошего надо добиваться. Как? Чем успокоить душу от обид? Как её очистить? Надо следовать достойному примеру, упорно заниматься делом, близким душе. Во имя общего блага.

И работать в геологии я продолжал. Здесь отношение ко мне было не только уважительным, но и очень доброжелательным.

Время, конечно, было трудным, напряженным до предела. Поэтому часто приходилось ездить в командировку на заготовку дров для драг, рабочих остро не хватало. Помню, что зимой 1943 года я работал на прииске Копьевском и впервые познал лучковую пилу, с которой без напарника сваливал деревья и распиливал их на чурки, потом колол и складывал в поленницы.

Всю весну 1944 года трудился на прииске Кировском в бригаде бурильщиков на буровой машине «Эмпабр». Работать начинали рано – в 7 часов утра. Моей обязанностью было привести из конного двора лошадь(её запрягали к буровой машине). Не позднее 6 часов утра я приходил на конный двор за лошадью.

1 мая 1944 года приказом ЗПУ меня перевели на должность смотрителя разведочных работ .

Это, конечно, повышение. Мечта о профессии геолога укрепилась.

Но трудиться в геологии все-таки пришлось недолго. В августе 1944 года меня районный отдел народного образования (по рекомендации директора Южно-Енисейской школы) направил работать учителем русского языка и литературного чтения в Кировскую семилетнюю школу. Я никогда не мечтал о профессии учителя, поэтому пытался отказаться от такого предложения. Но учителей в школах не хватало, мне сказали, что время военное и чтоб я понял свое назначение не иначе, а как мобилизацию на трудовой фронт...

По приказу РОНО от 22 августа 1944 года я стал преподавателем русского языка и литературного чтения в Кировской НСШ. До начала нового учебного года пришлось заниматься с учащимися, которым были даны задания для подготовки к сдаче осенних экзаменов.

Увидел в школе книгу М.А. Рыбниковой "Очерки по методике литературного чтения". Начал читать. Увлекся так, что почувствовал в методах преподавания литературы какой-то необыкновенно интересный творческий процесс. В душе родилась тяга испытать такой процесс самому. До этого у меня не было ни малейшего понятия о творческом труде учителя. Эта книга стала моей первой настольной книгой о педагогическом мастерстве.

Директором школы была Олимпиада Федоровна Безызвестных - опытная уже учительница. Завучем - Софья Васильевна Петухова (она преподавала математику). Назову и других учителей, которые запомнились: Лидия Михайловна Никифорова вела уроки немецкого языка, Иван Яковлевич Ковальчук - уроки географии, Василий Николаевич Безруких - уроки физкультуры, Лидия Иосифовна Часовщикова - учительница начальных классов. Стаж ее работы в то время был 14 лет. Мне он тогда показался большим... Имен других учителей сейчас уже не помню. За год до моего назначения уроки русского языка и литературного чтения вела выпускница Ленинградского педагогического института Муза Петровна. Молодая девушка, она была направлена сюда на практику. Я тогда познакомился с ней. Вечером после работы иногда встречались, беседовали. Однажды она проверяла тетради учеников в моем присутствии. Я попросил разрешения посмотреть проверенные тетради и выразил свое мнение о грамотности и содержании сочинений учащихся. Она сказала:"Ты же по призванию учитель, можешь уже работать". Я посмеялся в ответ. А летом, уезжая домой в Ленинград, она в РОНО оставила записку, в которой рекомендовала на свое место назначить меня... Ее совет осуществился. Видимо, судьба...

Много горя уже принесла война и в этот далекий таежный уголок.

Многие дети остались без отцов или старших братьев. Тяжелые семейные будни познали за военные годы и школьники.

Но пришло 1 сентября 1944 года. Светлый солнечный день, ощущение праздника и родителями, и детьми. По возможности принаряженные, пришли они с букетами цветов на школьную линейку, чтобы отметить начало нового учебного года. Светло и неразрывно, навсегда связан этот день с лучшими воспоминаниями каждого человека.

Так было и тогда. Учителям 'торжественно вручили букеты ярких свежих цветов. Прозвучали добрые, от всей души взаимно выраженные слова приветствия в связи с этим значительным событием.

Прозвучала трель школьного звонка. Учителя и учащиеся разошлись с линейки по классным комнатам для проведения первых в этом году классных собраний.

Завтра начнутся уроки по расписанию. Мне предстоит вести в пятом, шестом и седьмом классах уроки русского языка. Но как я должен к ним подготовиться?..

Вспоминаю своих учителей словесности. Как уроки проводили они'7 Что было в начале урока1? Что потом'? Чем урок заканчивался? Как использовался учебник.

И я начал подражать своим бывшим учителям. Вскоре стал замечать, что к моим требованиям многие ученики относятся несерьезно, выполняют их поверхностно. Почему? Что-то делаю не так? Или в учителя не гожусь, надо самому быть другим? Мучительная неудовлетворенность собой...

На уроке русского языка в 7 классе случилось и такое. Велел открыть всем тетради и записывать предложения из учебника, а сам в это время стал писать на доске задания и вопросы к ним. Пишу на доске - слышу какие-то щелчки в классе. Повернусь к ученикам лицом - сидят такие милые улыбчивые рожицы, а в глазах хитринки. Отвернусь к доске - опять щелчки. И такое повторялось раза три.

Заметил, что у школяров моих жвачки во рту - серу жуют, а щелчками при этом заигрывают со мной, особенно девочки... Ну, что делать? Нет, не быть мне учителем! Не признают.

Чувствую, что покраснел я, и решительно пошел к директору. Сказал Олимпиаде Федоровне: "Больше на уроки не пойду! Не учитель я!". Она попросила УСПОКОИТЬСЯ и пошла в 7 класс: "Поговорю с ними...". Пришла и, улыбаясь, говорит: "Идите в класс".

Урок закончился, как нужно. Но в душе-то у меня смятение. Без вмешательства директора школы у меня мало бы что получилось. Значит, причина неудачи во мне самом, хотя я добросовестно готовился к уроку. Выходит, надо глубже знать свои способности и возможности.

А на уроках литературного чтения нарушений дисциплины не было. Слушали меня внимательно и старались мои советы выполнять. Почему? Да потому что я сам увлекался выразительным чтением уже в начальных классах Рыбинской школы, и такое чтение мне интересно до сих пор. А теперь на уроках я и сам читал, и от учеников добивался овладения ими умением читать выразительно. Им это было интересно.

А что такое интерес? Это какое-то странное неуловимое состояние души, которое то уходит и оставляет наедине со скукой, то вдруг заставляет бросаться в сферу каких-нибудь длительных увлечений. И человек тогда счастлив, он все пристальнее начинает вглядываться в самого себя, хочет понять истоки своих поступков, желаний, стремлений.

Значит, без интереса, без увлечения нет и учения. Тот неудавшийся урок русского языка был таким - неинтересным для учеников. Надо искать "ключик", с помощью которого я мог бы вызвать у них интерес к познанию языка как средства устного и письменного общения между собой. Очень интересного средства!

1944-1945 учебный год подходил к завершающему этапу. Яркие солнечные дни напоминали о близких летних каникулах. Ранним утром 9 мая я сквозь чуткий, неглубокий уже сон услышал доносящиеся с улицы радостно-возбужденные голоса соседей. Быстро встал, оделся и открыл дверь на улицу. Ко мне ринулись три соседки, перебивая друг друга, восторженно, взахлеб что-то торопливо говорят, обнимают. Увидели мое недоумение: "Ты что не слышал? По радио только что объявили: война закончилась! Мы победили! Праздник сегодня!". И солнце сияет вовсю.

Быстро пошел к школе. Около нее уж украшали трибуну, собирался радостно народ. И сияние улыбок, и слезы - все было. И женщин на митинге значительно больше, чем мужчин. Воистину -"праздник со слезами на глазах"...

Вот они, наглядные последствия войны.

Закончился торжественный митинг, люди стали собираться в компании и расходиться для продолжения праздника в домашних условиях...

А после празднования Дня Победы жизнь, хотя и постепенно, но очень заметно стала налаживаться.

И еще одно очень знаменательное событие для нас, финнов-спецпереселенцев, произошло в 1947 году. Нам начали выдавать паспорта (хоть и без права проживания в режимных городах, но все-таки с правом жить в самим выбранном месте).

Кроме этого, многих из нас наградили медалями "За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.". Мы обрели подлинное гражданство. Это - как второе дыхание.»

Учитель –это призвание.

Работая в школе, Веза Павлович почувствовал и понял, что быть учителем - это и есть его призвание. Стал завучем этой школы, но в январе 1948 года переведен в Южно-Енисейскую среднюю школу преподавателем литературы и русского языка в 8 - 10 классы.

В 1952 году заочно окончил Красноярский педагогический институт и переведен на должность заведующего учебной частью Южно-Енисейской средней школы.

В 1955 году первого сентября переведен приказом Районо в Мотыгинскую среднюю школу заведующим учебной частью и преподавателем русского языка и литературы 8 - 10 классов.

В апреле 1977 года переведен на должность организатора внеклассной работы и учителем этой школы.

10 февраля 1978 года приказом Районе переведен на должность заведующего методическим кабинетом Мотыгинского Районо.

1 сентября 1979 года переведен на должность директора Мотыгинской школы рабочей молодежи.

В январе 1981 года назначен преподавателем литературы и русского языка в Мотыгинскую среднюю школу № 2, где работал до августа 1993 года.

25 августа 1993 года переведен на должность лектора - экскурсовода Мотыгинского краеведческого музея.

Где бы не трудился Веза Павлович в течение всех этих лет, начиная с 22 августа 1943 года, всегда старался исполнять свои обязанности добросовестно.

Ему не была в тягость и общественная работа. Приходилось на бесплатной основе руководить и районным обществом книголюбов, и районной организацией общества «Знание». Он был активным участником художественной самодеятельности (писал и сценарии концертов, и сам выступал в них в роли ведущего программу и исполнителя - чтеца; играл роли в различных спектаклях).

В последние годы часто бывал членом жюри в районных смотрах художественной самодеятельности.

Как учитель Веза Павлович всегда делился своим опытом. В краевую картотеку передового опыта 23 марта 1972 года он сдал материал на тему «Роль творческих работ в нравственном и эстетическом воспитании учащихся».

По направлению Красноярского краевого института усовершенствования учителей в 1962 году ездил в г. Ростов-на-Дону на Всероссийское совещание учителей, где представлял сельских учителей края.

В 1975 году на таком же совещании в Москве делился со слушателями опытом на тему «Роль творческих сочинений учащихся».

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 14 августа 1970 года за заслуги в области народного образования ему присвоено почетное звание Заслуженного учителя школы РСФСР.

Для повышения квалификации учителей Везой Павловичем пройдены все этапы. Присваивались звания «Старший учитель», учитель-методист», «учитель высшей квалификационной категории».

Имеет Правительственные награды: медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.» «Ветеран труда» - за долголетний добросовестный труд, юбилейная медаль «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина», медаль «Участнику трудового фронта» к 30-летию Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг., медаль «Участнику трудового фронта» к 40-летию Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.

За успешное руководство «Обществом книголюбов» награжден почетным жетоном.

Есть Благодарственная грамота за работу в обществе «Знание», Почетная грамота за достижение наивысших результатов во Всесоюзном социалистическом соревновании в честь 70-летия Великой Октябрьской Социалистической Революции.

В 2000 году получено Благодарственное письмо Комитета по делам культуры и искусства администрации Мотыгинского района «Победителю районного конкурса «Лучший по профессии - 2000» в номинации «За лучший вклад в развитие культуры Мотыгинского района».

Есть и почетные грамоты за участие в выставках художественной фотографии и другие.

В 1994 году Везе Павловичу присвоено звание «Почетный гражданин Мотыгинского района»

О трудовой династии Анонен можно говорить много, и только хорошее. Жена Везы Павловича - Нина Николаевна всю свою жизнь проработала учителем начальных классов в МОУ МСОШ №1.

Совместный педагогический стаж у Везы Павловича и Нины Николаевны составляет более ста лет. Это яркие и творческие люди, замечательные педагоги. Эти люди, многое повидавшие в жизни и имеющие бесценный жизненный опыт, знании, всегда щедро отдавали их своим ученикам и продолжают делать это. Главный смысл своей жизни они видели в образовании воспитании подрастающего поколения, основанного на уважении к человеку, как личности. В своё время много внимания уделялось общественной работе, занятием художественной самодеятельностью, увлечению фотографии и многим другим, что составляет духовный мир творческого человека. Среди выпускников этих педагогов немало людей интересных и известных в крае и за его пределами. Сам Веза Павлович лично знаком со многими известными творческими людьми в России и за рубежом.

А, в общем мы считаем тема жизни и деятельности династии Анонен уже заслуживает отдельной книги. И как говорила Нина Николаевна, если собрать всех педагогов рода Анонен, то можно открыть самостоятельную школу. Сейчас их дело продолжают их внуки.

Из воспоминаний учеников, учителей

«…Но не могу не сказать о втором моём «крёстнике» в искусстве – Везе Павловиче Анонене. Общение с ним, к сожалению, было кратким, но значительным по влиянию на мой духовный мир. Выбор профессии…

…В начале десятого класса мы затеяли «бузу» (не без моего активного участия). Литературу начала преподавать недавно появившаяся учительница, средних лет женщина. Попала она в школу, по всей видимости, случайно. Приходила в класс, клала на стол учебник и, поглядывая на него, пересказывала монотонно напечатанный текст. А когда она, перед тем как начать урок о Маяковском, заявил, что поэта, в общем-то, не любит, но по программе пройти надо, мы не выдержали. Инициативной группой пошли к директору и заявили: нас не устраивает преподаватель, год выпускной, ответственный, просим замены. Убеждён, что такого в нашей школе не было ни «до», ни «после». Случай был настолько из «ряда вон», что дирекция разумно решила ликвидировать конфликт в зародыше и новая учительница так же незаметно исчезла из школы, как и появилась.

И вот как-то без перерыва в занятиях и предупреждения на уроке литературы появился молодой, двадцатилетний, небольшого роста, легкоподвижный, изящный педагог, всего три года назад закончивший нашу же школу. Со странным именем Веза. Веза Павлович Анонен, финн, из семьи ссыльных всё тех же злополучных 30-х годов.

В школе он появился недавно, преподавал литературу в восьмом классе. Веза Павлович, естественно, знал о причине «бунта», понимал, что этих «бузотеров» надо взять чем-то «иным» и, желательно, сходу. Он так и начал. Поскольку наша «любовь» с предыдущей учительницей закончилась на «нелюбви» её к Маяковскому, то Веза Павлович, представ пред нашими придирчивыми очами, без дальних слов, стал сам читать его стихи. Читал он блестяще! Такого и слышать не приходилось. Безусловно, обладал (обладает) яркими актёрскими данными и редким чувством зрителя.

Я это могу подтвердить уже из своего большого творческого опыта, на дом дал нам задание разучить любое понравившееся стихотворение Маяковского. Помню, я выучил «Товарищу Нетте пароходу и человеку», Клава Мурзина «Стихи о паспорте» (замечательно читала!).

Но прекрасно читать стихи ещё не всё для педагога. Он оказался глубоким, тонким аналитиком творчества, стилистики изучаемого поэта, писателя. Отвечая как-то о Чехов, я заявил (как в учебнике) о том, что он «певец серого на сером фоне». Веза Павлович не согласился: «А вы читали рассказы (далее перечислил их) почитайте, потом ещё поговорим». Дома я перечитал, рекомендуемые рассказы, вдосталь нахохотавшись. С тех пор Чехов стал моим любимым писателем. Вскоре мы с моим одноклассником Володей Соколовым самостоятельно отрепетировали его скетч «Трагик поневоле», позже читал с эстрады его рассказ «пересолил». К каждому писателю, уроку он подходил творчески, проявляя богатую фантазию не имея специального педагогического образования, он был педагогом от природы, от Бога!

Позже он закончит (заочно), педагогический институт, получит почетное звание заслуженного учителя РСФСР.

Во внеклассной работе Веза Павлович репетировал с нами сцены из спектаклей и сам в то же время участвовал в спектаклях клуба, вел конферанс, рассказывал смешные, меткие по наблюдательности «Ангарские бывальщины».

Помнится, при чтении одной пьески мне понравилась эффектная роль (один костюм чего стоит!) немецкого офицера. Велико было моё огорчение, когда при распределении ролей я был назначен на роль предателя-старосты! Заметив моё состояние, Веза Павлович объяснил мне: «Роль офицера, к сожалению, выписана не важно, прямолинейно и играть там нечего. А вот староста – трагическая роль! Сложная роль – тут надо голову «поломать», а это в творчестве интереснее». Роль старосты действительно потребовала от меня сложности «вхождения в образ», огромной эмоциональной отдачи.

Одна сцена ползания на коленях со слезами раскаяния, страха перед партизанами чего стоила!

Это был мой театрально-профессиональный урок: работать, играть интереснее не то, что «эффектно», а то, что сложно, где есть человеческая судьба.

Наблюдая актерский успех самого Веза Павловича (мечтая уже о театральном институте) я как-то спросил его: почему он не пошёл в «артисты». Он помолчал немного, потом сказал: «Слишком серьёзный вопрос, Вася. Я подумаю, отвечу тебе завтра». При следующей встрече продолжил: «На твой вопрос я отвечу вопросом к тебе: как ты думаешь, кто больше принесла людям реальной пользы – актриса, сыгравшая роль учительницы (кинофильм «Сельская учительница»), или сама учительница в деревне?» «Не знаю»,- ответил я. «Ну, вот. Пока и я не знаю. Думаю».

Для себя он давно решил этот вопрос, а я до сих пор «думаю» над ним – не нахожу ответа.

…Актёрство явно увлекло меня, пребывание на сцене в образе кого-либо «опьяняло». Мне уже мало было участия в скетчах, художественного чтения, баянного дуэта, духового оркестра. По примеру Везы Павловича я смело полез в конферанс. Вычитывал из журналов (в основном из «Крокодила») анекдоты, разные «байки», остроты…

Я всерьёз начал подумывать об актёрской профессии. Этому способствовало и кино того времени. Выход почти каждого фильма – событие для всей страны. Один за другим выходили фильмы Г. Александрова: «Весёлые ребята», «Цирк», «Волга-Волга» (её я могу смотреть и сегодня каждый день), «Светлый путь», «Весна» с удивительной музыкой И. Дунаевского.

Во время войны шла серия мужественных, суровых, патриотических фильмов. Имена актёров были в ряду имён национальных героев.

Ну, как тут было не заболеть актёрской профессией?!

Но вторглась реальность: материальной возможности учится в ВУЗе не было. Шла весна 1948 года, и тут произошёл неожиданный жизненный поворот (как не раз потом, и в будущем)…»

Август 1996 г.
Киселёв Василий Васильевич
Засл. Деятель искусств РСФСР

335038 г. Севастополь
Пр. Октябрьской Революции 52
кв. 371

« Сорок лет назад я, молодая, неопытная учительница со стажем работы один год волею судьбы оказалась в поселке Мотыгино Красноярского края, в школе №1. Внимательно присматривалась к членам учительского коллектива, прислушивалась к мнению опытных педагогов, воспитателей. Мне очень повезло. Я проработала двенадцать лет с такими удивительными людьми, как Евгения Александровна Брюханова, Галина Федоровна Николаева, Мария Ивановна Терещенко и другие. Спасибо всем за внимание, заботу, науку.

Но сегодня особые слова я хочу посвятить необыкновенному человеку, встретившемуся на моем жизненном пути. Это Веза Павлович Анонен.

Настоящий интеллигент, отменно воспитанный, тактичный, мягкий, обаятельный - в него нельзя было не влюбиться. Что я немедленно сделала… Веза Павлович вел студию художественного слова. Ее посещали старшеклассники и молодые учителя. Человек энциклопедических знаний ,он прекрасно знал литературу, любил поэзию, сам замечательно читал и прививал нам, своим слушателям и почитателям, любовь и вкус к поэзии, к удивительной прозе.

Яркий, талантливый, кипучий – наш Веза Павлович! Вокруг него всегда бурлила жизнь, сверкая чудесными гранями кипения и радости.

Перед ним преклонялись все: ученики, учителя, люди разного возраста, характера и темперамента. Он покорил нас своим жизнелюбием, артистичностью, заражал оптимизмом, его окружала необыкновенно светлая, теплая, душевная аура.

Веза Павлович учил нас видеть красоту слова и слога, ставил дикцию, учил читать вслух, душой переживая прочитанное, выразительностью заражая слушателей.

Я хочу обратиться непосредственно к Вам, дорогой Веза Павлович!

Ваши уроки не прошли даром. Я всем сердцем люблю поэзию, чувствую красоту стиха, и эту любовь я старалась привить своим ученикам и собственным детям.

Примите мой низкий поклон, многоуважаемый Учитель! Я завидовала Вашей эрудиции, думала: « Вот повезло человеку - он получил элитное образование». И совсем недавно, буквально на днях, узнала, что Ваше элитное образование – это плод кропотливой работы над своим самообразованием. Маленький ученик сибирской школы ни слова не знал по-русски, а учиться в престижном учебном заведении очно не позволяли условия жизни. Но кропотливым трудом Вы отшлифовали свою незаурядную Личность, наполнив разносторонними знаниями. А уж таких знатоков русской словесности и мировой литературы, думаю трудно отыскать на обозримых просторах!

Мое восхищение Вами, Веза Павлович, разделяет и мой муж, Вячеслав Григорьевич Ширинский. Он помнит Вас, Вашу многогранную деятельность на ниве воспитания молодежи, да и у всего населения района, чувства прекрасного, доброго, вечного. Незабываемы наши совместные выступления на районных смотрах художественной самодеятельности с удивительным содержанием и исполнением великолепных, талантливых композиций, неизменным автором, художественным руководителем и режиссером – постановщиком которых Вы были.

С уважение семья Ширинских. гМосква .2000г»

«… Мы познакомились в 1944…, на дворе 2004 год. 60 лет! Иногда говорят: « Было всякое… ». Нет, такого у нас не было. А что было?

Только взаимопонимание , а это немало. Почти всю жизнь мы работали в одной упряжке, в наших трудовых книжках две записи о работе: Южно- Енисейск и Мотыгино, и теперь с высоты прожитых лет можно сказать- это было счастливое сочетание мозгового центра и организаторских способностей. Молодость живет надеждами ,а старость- воспоминаниями. Что Веза Павлович может вспомнить и чем гордиться? Юбилеями МСОШ №1- 30- 40- 50 – летие , а 2005 год-60-летие первой Мотыгинской ; слеты десятиклассников, смотры художественной самодеятельности, университеты педагогических знаний для родителей, конференции отцов, пионерские слеты, организации общественного полезного труда с целью привития учащимся любви к родному краю, причастности ко всем стройкам в Мотыгино: РДК, спортивный зал, водопровод, тир, больничный комплекс; кустовые методические объединения, школьный краеведческий музей ,начатый по инициативе, который перерос затем в районный, а с 1992 года носит почетное звание « Народный музей» ,где он успешно трудится сейчас.

Он артист, художник, учитель учителей, заслуженно получил звание заслуженного учителя школы РСФСР. Веза Павлович талантлив во всем: профессионально рисует, спортсмен-лыжник ,в РДК не раз были организованы его фотовыставки, он поэт, одно из его стихотворений в соавторстве с композитором Н. Голосовым стало гимном красавицы Ангары, которая нам обоим близка и дорога: я родился на Ангаре, а он стал ее пленником не только по воле божьей…

«Сладкую каторгу» на ниве удерейско- мотыгинского просвещения он отбывает 60 лет, а сил и замыслов у него еще на столько же, и пусть все они воплотятся в жизнь.

Все хорошее у него от отца Павла Мартыновича ,с которым всегда было интересно беседовать, преданность семье и родственникам – от матери, за которой во время болезни он заботливо и трогательно ухаживал. Вот какая сцена пришла мне сегодня на память. Прихожу как-то к ним, а во дворе Веза Павлович аккуратно укладывает в поленницу дрова. Говорю: «Как красиво!» .Он произносит фразу по-фински и переводит: «Отец учил меня еще в детстве делать так, чтобы глазу хотелось на это смотреть». Как мудро!

Веза Павлович- мой друг в высоком смысле этого слова, друг, который в беде не бросит и лишнего не спросит. Бескорыстная мужская дружба связывала его с коллегами , которые ,к сожалению, не могут поздравить его со славным 80-летним юбилеем. Вот их имена: Н.К Татаренко ,И.С Феррапонтов, А.П Тетерин , В.А Малышев, А.С Подавалов ,М.Г Зыков ,В.Н Князев, Н.Н Качинский, Ю.А Пугановский , И.Н Гожев, М.С Серебряков, Н.Н Доброхотов. Мир их праху и вечная память!

Имя Веза Павловича занесено в «Энциклопедический словарь Енисейской губернии»

Просвещение и культуру Мотыгинского района в последние десятилетия нельзя представить без Анонена Веза Павловича.

Живи! Друг.» 2004 г.

Сведения о репрессированных в Мотыгинском районе
Ссылка в Мотыгинский район

№ п/п Ф.И.О. место ссылки национальность год ссылки
1. Анонен Павел Мартынович Южно-Енисейский финн неизвестен
2. Анонен Анна Ивановна Южно-Енисейский финн -
3. Анонен Веза-Иоганн Павлович Южно-Енисейский финн -
4. Анонен Лина Павловна Южно-Енисейский финн умерла в п. Рыбное
5. . Ахонен Егор Кировский р-н финн неизвестен
6. Ахонен Кировский р-н финн -
7. Ахонен Семен Егорович Кировский р-н финн -
8. Ахонен Павел Егорович Кировский р-н финн -
9. Ахонен Эйко Егорович Кировский р-н финн -
10. Ахонен Эльза Егоровна Кировский р-н финн -
11. Барндык Иван Кировский р-н финн -
12. Барндык Айно Кировский р-н финн -
13. Вестеринен Тойво Кировский р-н финн -
14. Вестеринен Онни Кировский р-н финн -
15. Ивонен Тойво Южно-Енисейский финн -
16. Ивонен Эйно Южно-Енисейский финн -
17. Ивонен Хилма Южно-Енисейский финн -
18. Кяхарь Эйно Кировский р-н финн -
19. Каупин Мария Ивановна Кировский р-н финн -
20. Ленкинен Иван Семенович Кировский р-н финн -
21. Ланкинс Кировский р-н финн -
22. Лейни Эйно Кировский р-н финн -
23. Лейни Тойво Кировский р-н финн -
24. Лопатин Суло Кировский р-н финн -
25. Лопатина Лида Кировский р-н финн -
26. Лопатин Дания (отец) Кировский р-н финн -
27. Лаакко Михаил Федорович Бабушкина гора финн -
28. Лаакко Мария Федоровна Бабушкина гора финн -
29. Мюллер Анна Решающий финн -
30. Паутонен Эйно Иванович Кировский р-н финн -
31. Пакканен Иван Кировский р-н финн -
32. Пакканен (отец) Кировский р-н финн -
33. Ряннель Василий Федорович Кировский р-н финн -
34. Ряннель Евдокия Семеновна Кировский р-н финн -
35. Ряннель Федор Васильевич Кировский р-н финн -
36. Ряннель Тойво Васильевич Кировский р-н финн -
37. Ряннель Суло Васильевич Кировский р-н финн -

Используемые материалы:

1.Материалы Мотыгинского краеведческого музея
2 Материалы газеты «Ангарский рабочий» №87,88,89,90 ;2004г
3. Книга памяти жертв политических репрессий Красноярского края. Книга 1 К. «Издательские проекты», 2004.
4. Выдержки из писем.
5.Архив семьи Анонен.

Работа над проектом

1. Введение. (Козырева Е)
2. Учитель, перед именем твоим (База Т)
3. Из воспоминаний Везы Павловича Анонена. (Чащина М, Андреев Я,)
4.Учитель-это призвание. (Баянова Д)
5. Из воспоминаний учеников и педагогов.(Халевина Е, Дюрлюкова А)
6 Работа с архивом (Жигалова С.В.)


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»