«Взвейтесь кострами, синие ночи…»

«Взвейтесь кострами, синие ночи…»


«Репрессированные деятели культуры и искусства в истории Красноярского края»

Шатрова Ольга, ученица 9 класса МБОУ «Гимназия №1»
Амелина Кристина, ученица 9 класса МБОУ «Гимназия №1»

Научный руководитель
Шейко Галина Семеновна, учитель истории
и обществознания МБОУ «Гимназия №1»

Норильск 2011 год

I. План работы.

1. Введение.
2. «Взвейтесь кострами, синие ночи…»
а) Рождение пионерского гимна.
б) Узник Норильлага.
в) Жизнь и творчество после освобождения.
3. Заключение.
4. Приложение.

I. Введение.

Многие ли знают, что музыку к знаменитой некогда песне первых пионеров ("Взвейтесь кострами, синие ночи!") ,которую вдохновенно пели на сборах и у костров , сочинил композитор Сергей Федорович Кайдан-Дешкин , чья нелегкая драматическая судьба была связана и с Норильском. Нам захотелось написать об этом композиторе, оказавшемся не по своей воле в нашем крае, талантливом человеке с трудной судьбой.

Актуальность нашей работы мы видим в том, что изучение современными школьниками истории своей малой Родины, является сегодня необходимой составной современного процесса образования

Цель исследования: выявить влияние исторических событий на судьбу С.Ф. Кайдан-Дешкина; рассмотреть взаимоотношения творческой интеллигенции и тоталитарной власти в СССР.

Задачи исследования
* Изучить и систематизировать литературу по выбранной теме;
* Познакомиться с нормативными документами времён политических репрессий;
*Рассмотреть биографию С.Ф. Кайдан-Дешкина, отбывавшего наказание в Норильске в качестве заключенного.

Предмет исследования — история противостояния творческой интеллигенции и государственной машины тоталитарной власти в СССР Объект исследования — судьба композитора С.Ф. Кайдан-Дешкина.

Методы исследования - поисковый, изучение и анализ архивных данных, обобщение.

II. «Взвейтесь кострами, синие ночи!»

а) Рождение пионерского гимна.

Сергей Федорович Дешкин родился 23 июня 1901 года в городе Вильно (теперь Вильнюс). Отец его Федор Иванович Дешкин был канцелярским чиновником управления железных дорог. Мать Татьяна Александровна – домохозяйка. Так записано в свидетельстве о рождении.

Музыкальные способности у Сергея проявились рано. В годы гражданской войны в Москве он обучался сразу по двум специальностям: композиции в классе М.Ф.Гнесиной и фортепиано в классе Е.Ф.Гнесиной.

После окончания музыкального училища Сергей Дешкин начал творческую деятельность композитором театра кукол в Москве.

В 1922 году (заметим, Сергею лишь 21 год) к нему домой зашел сотрудник ЦК РКСМ Николай Брюханов, предложивший написать музыку к стихам Александра Жарова. Будущий пионерский гимн предлагалось написать чуть ли не за день. Жаров вечером был в театре, где давали оперу Гуно «Фауст», в первом действии там есть сцена, когда солдаты идут по городу под марш. Именно на этот мотив и написал поэт слова, но молодежных функционеров не устроила музыка буржуазного композитора- иностранца. Поэтому комсомольцу Сергею Дешкину было поручено придать мелодии Гуно иной характер. Дешкин по-своему обработал знаменитый марш, приспособив его для пионерского горна. Это было первое произведение молодого композитора, но оно сразу же зазвучало по всей стране. Любопытно, но с поэтом Александром Жаровым Сергей так и не встретился ни разу.

б) Узник Норильлага.

5 января 1932 года Сергей Дешкин был осужден по статье 58-8, части второй, и приговорен к десяти годам лишения свободы. Так в расцвете творческих сил молодой композитор оказался вначале в Вятлаге, а в 1935 году его этапом привезли в Дудинку (Норильлаг).

Директор Великолукского музея Анатолий Сизов писал в городской газете «Великолукская правда» в 1991 году, что по воспоминаниям жителей города, даже в годы своей зрелости (а он жил там с 1959 года), композитор без боязни резал правду-матку в глаза любому собеседнику. Видимо из-за этого он и пострадал, ведь в ту пору достаточно было написать донос – и человека нет.

Началось все с его ареста во время обучения в Государственном музыкальном училище имени Гнесиных в Москве. Произошло это 9 августа 1930 года. Человеку предъявили необоснованное обвинение «как контрреволюционеру, способному на террор и шпионаж». И он был осужден в январе 1932 года коллегией ОГПУ по печально знаменитой статье 58 (пункт 11) к 10 годам исправительно-трудовых лагерей.

Горная Шория (местность к югу от Кузбасса), Дудинка, Норильск — вот этапы лагерной жизни композитора.

Вся детвора великой страны вдохновенно пела песню «Взвейтесь кострами, синие ночи!», а ее автор в это время томился на нарах холодных бараков.

Сохранившиеся письма С. Ф. Кайдан-Дешкина, написанные им из заключения, знакомят современников с условиями лагерной жизни. В письме к своей знакомой из Горной Шории 2 июля 1935 года С. Ф. Кайдан-Дешкин писал: «Я очень устал и стал очень дохлый. Что я делаю? На это я Вам не отвечу. Во всяком случае, то, что не имеет даже отдаленного отношения к искусству... Мое моральное состояние? Это жестокий вопрос, родная. Я больше года не касался клавишей, у меня нет здесь искренних друзей, я забыл, что есть на свете нежность, дружба, свобода. О, если б я знал, что я сделал, чтобы изведать такое немыслимое страдание... Учтите, что я потерял свою душу — искусство, что передо мною глухая стена, которую никто не в состоянии пробить... За эти пять лет я прошел все страдания Дантова ада... Поймите, что у меня нет своей жизни и мне не из чего ее создать. Поймите, что я совсем изнемогаю от горя и одиночества».

Спустя почти полгода, 5 декабря 1935-го, находясь в еще более плохом состоянии, С. Ф. Кайдан-Дешкин пишет: «... Стряслась большая и, боюсь, непоправимая беда, меня отстранили от работы в оркестре, и я сейчас работаю в качестве чернорабочего на земляных работах. Мало того, что я лишен музыки, что совершенно морально убивает меня, кроме этого, Вы сами понимаете, что из меня не может получиться хороший землекоп, а это несет за собою не совсем хорошие последствия. Я совсем упал духом, да и физические силы оставляют желать много лучшего... Здесь, правда, можно работать с оркестром в порядке общественной нагрузки, но я так физически устаю, что по приходе с работы ничего не могу делать».

В конце июля 1936 года С. Ф. Кайдан-Дешкина с большой группой заключенных на пароходе «Спартак» переправили по Енисею за Полярный круг, в Дудинку. А затем был Норильлаг, куда композитору вместе с этапом пришлось добираться через тундру за 112 километров.

«Шли мы шесть суток по тундре, т.е. по бесконечному болоту, переходили реки с ледяной водой. Спали прямо на болоте. Под нами на глубине около метра — вечная мерзлота. Комаров — тучи. Пришел в Норильск. Там, среди тундры, неожиданно выступает горная цепь, битком набитая никелем, углем, медью, — сообщал С. Ф. Кайдан-Дешкин в письме 2 июня 1937 года. — Я представился начальнику культотдела и был назначен руководителем духового оркестра».

Здесь, в Норильске, из ящиков, досок, бревен заключенные построили себе барак в шестом лагерном отделении.

О дальнейших годах заключения композитора рассказал в своих письмах в Великолукский архив и в бюллетене «Век XX и мир» (№ 7, 1989) бывший политзаключенный Виталий Николаевич Бабичев. Его жизненная судьба невольно пересеклась с судьбой Сергея Федоровича Кайдан-Дешкина. После осуждения в 1937 году «врага народа» Бабичева направили отбывать срок на север, в шестое лагерное отделение Норильлага. Здесь находилась и бригада музыкантов духового оркестра, руководимого С. Ф. Кайдан-Дешкиным.

«С детско-юношеских лет я рос в музыкальной семье и сам играл на трубе, — вспоминал В. Н. Бабичев, — оркестру требовались трубачи, и Кайдан, узнав, что я играл на трубе, пригласил меня в клуб-барак и проверил мои музыкальные способности. В оркестре он был один политический, а все музыканты — бытовики (воры, бандиты, аферисты, мошенники и др.). Политических к ним не берут, но так как им остро требуется трубач, то он попробует добиться, чтобы меня взяли в оркестр. Оркестр обслуживал в первую очередь «вольняг», а главным образом НКВД. Через них С. Ф. Кайдан-Дешкин добился разрешения допустить меня, политического, еще не разоблачившегося «врага народа», играть в оркестре. Таким образом, на 30 человек музыкантов политических было только два — Кайдан и я. Оркестр часто играл на увеселительных вечерах работников НКВД, танцах, похоронах «вольняг», торжественных праздниках комбината и других мероприятиях. Все музыканты, так называемые друзья народа, были расконвоированы и ходили по пропускам. Кроме Кайдана и меня. На каждый выход из зоны к нам двоим приставляли конвоира... Я же работал на общих началах: шахтером, грузчиком угля на ж/дороге, рабочим в геологической бригаде... В те дни, когда нужно было играть с оркестром, меня на полдня освобождали от общих работ и под персональным конвоем доставляли с трубой на культурно-увеселительные мероприятия.

Однажды ночью в барак пришел вооруженный НКВедист, поднял с нар С. Ф. Кайдана и вместе с вещами увел с собой. Позже музыканты разведали, что Сергея Федоровича отправили во второй Норильск, где заключенных, случалось, и расстреливали. На следующий день было важное мероприятие НКВД и неотложно нужен был оркестр. Тут же в III отдел вызвали старосту оркестра, Виктора Еськова, и предложили ему возглавить оркестр,

Виктор им ответил, что ни один музыкант не возьмется за инструмент до тех пор, пока нам не возвратят С. Ф. Кайдана. Никакие угрозы не помогли. Все музыканты до единого отказались играть без Кайдана. В конце концов НКВДешники вынуждены были срочно возвратить Кайдана в оркестр. Сергей Федорович вернулся уже седым: жизнь его находилась на волоске».

Своего руководителя музыканты уважали за исключительную честность и человечность, за природный музыкальный талант. Это доказывает поведение коллектива, спасшего однажды композитора от неминуемого расстрела.

Вскоре композитору пришлось пережить еще один удар. В Дудинском порту он встретил в числе прибывших по этапу заключенных своего родного брата Георгия, поэта-эсперантиста. А позднее узнал, что третий его брат Леонид был расстрелян в 1938 году.

Освобожден он был из-под стражи ровно через десять лет после ареста — 9 августа 1940 года. Постановлением Особого совещания при НКВД СССР от 17 марта 1945 года судимость с него была снята. Но это еще была не реабилитация. Она наступила позднее. Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР от 29 ноября 1956 года постановление коллегии ОГПУ от 5 января 1932 года в отношении С. Ф. Кайдан-Дешкина было отменено за недоказанностью обвинения, и он полностью реабилитирован.

в) Жизнь и творчество после освобождения.

После освобождения Сергей Федорович работал в Красноярском краевом музыкальном училище имени 20-летия Ленинского комсомола, преподавал в Кызылском педагогическом и Новосибирском музыкальном училищах и детской музыкальной школе города Прокопьевска Кемеровской области. Преподавательскую деятельность композитор плодотворно сочетал с работой в Норильском Заполярном, Красноярском краевом драматических театрах, оказывая при этом бескорыстную помощь коллективам художественной самодеятельности.

В 1959 году С. Ф. Кайдан-Дешкин переезжает в Великие Луки, где работает заведующим музыкальной частью драматического театра. Композитор внес заметный вклад в историю этого культурно-просветительского учреждения. Им была написана музыка ко многим спектаклям, сыгранным на сцене Великолукского драмтеатра: «Человек с ружьем» и «Кремлевские куранты» Н. Погодина, «Интервенция» Л. Славина, «Раскинулось море широко» В. Вишневского, «Этих дней |Не смолкнет слава» Л. Рудого и других. А всего для разных театров страны композитор написал музыку к шестидесяти спектаклям. Им же создан ряд музыкальных пьес - «Мазурка», «Кукольный вальс», «Колыбельная», «Гавот», «Канатная плясунья», «Задушевный вальс», «Весеннее утро», романсы на слова А. Пушкина, М. Лермонтова.

Знавшие его очевидцы, говорят, что где бы ни трудился этот замечательный музыкант и добрый душевный человек, он постоянно чувствовал, что его талант остается недостаточно востребованным Долгие годы он считался человеком второго сорта, носившем на себе незримый ярлык «врага народа». Сергей Федорович после таких переживаний, моральных и физических испытаний вполне мог ожесточиться, уйти в себя, замкнуться. Но помогли необыкновенная выносливость, сильная воля и настойчивость. На всю дальнейшую жизнь он сумел сохранить свои лучшие человеческие качества — искренность и доброжелательность, чувство справедливости и сострадания.

Годы заключения стали страшной трагедией и жестоким ударом для интеллектуальных и творческих сил талантливого композитора, отчего в полной мере он так и не оправился до конца жизни.Может этим объясняется его попытка перемены имени и фамилии. Но появившись, двойная фамилия Кайдан-Дешкин, встречается везде.

Жители города Великие Луки до сих пор хорошо помнят высоко эрудированного, скромного и добросердечного человека, неизменно ходившего в берете и с красным галстуком.

4января 1960 года С. Ф. Кайдан-Дешкин был принят в члены Союза композиторов СССР. Музыкант пользовался заслуженным авторитетом у деятелей искусства и культуры, у товарищей по работе, у студентов и в пионерской среде. Он неоднократно принимал участие в работе Всероссийских и Всесоюзных съездов советских композиторов.

Умер Сергей Федорович 3 ноября 1972 года, но память о нем у великолукской детворы не угасла. Они ухаживают за его могилой, оборудовали в школе-интернате № 1 его уголок. В майские дни 1991-го, в год 90-летия со дня рождения Сергея Федоровича, когда пионерия страны отмечала свой праздник, на фасаде здания Великолукского Дома пионеров и школьников была установлена памятная доска с текстом следующего содержания: «С 1959 по 1972 год в драматическом театре и Доме пионеров и школьников работал композитор Сергей Федорович Кайдан-Дешкин».

В 2001 году общественность города Великие Луки широко отметила столетие со дня его рождения. В посвященных юбилею мероприятиях принимала участие москвичка Тамара Сливинская, знакомая с композитором по Норильлагу.

III. Заключение.

Массовые репрессии были тяжелейшим испытанием для страны. Не все выдерживали испытание произволом. Многие окончательно опускались, и, спасая себя, совершали подлости. Для многих творческих людей смерть была не самым страшным, их воля не выдерживала под тяжестью насилия, унижений, клеветы, позора, поэтому так часты были случаи самоубийств.

Сохранившиеся письма С. Ф. Кайдан-Дешкина, написанные им из заключения, знакомят современников с условиями лагерной жизни. В письме к своей знакомой из Горной Шории 2 июля 1935 года С. Ф. Кайдан-Дешкин писал: «Я очень устал и стал очень дохлый. Что я делаю? На это я Вам не отвечу. Во всяком случае, то, что не имеет даже отдаленного отношения к искусству... Мое моральное состояние? Это жестокий вопрос, родная. Я больше года не касался клавишей, у меня нет здесь искренних друзей, я забыл, что есть на свете нежность, дружба, свобода. О, если б я знал, что я сделал, чтобы изведать такое немыслимое страдание... Учтите, что я потерял свою душу — искусство, что передо мною глухая стена, которую никто не в состоянии пробить... За эти пять лет я прошел все страдания Дантова ада... Поймите, что у меня нет своей жизни и мне не из чего ее создать. Поймите, что я совсем изнемогаю от горя и одиночества».

Но этот удивительный человек нашел в себе душевные силы, чтобы жить и творить дальше. Мы считаем,что его творчество не должно быть забытым.
Поскольку часть информации остается закрытой, а часть просто уничтоженной, авторы работы не претендуют на исчерпывающее раскрытие темы.

IV. Литература.

1. Компьютерная база данных "Воспоминания о ГУЛАГе и их авторы", составленная Музеем и общественным центром "Мир, прогресс, права человека" имени Андрея Сахарова.
2. Игорь Таскин. «Красноярский рабочий» 12.02.2010
3. Частный электронный архив личных фондов и коллекций документов. Архив Александра Львовича Рашковского.
4. Бабичев В., Дело N17900. Хранить вечно, Заполярная правда, 28.11.1989
5. О времени, о Норильске, о себе..., кн. 9, 2007;
6. О времени, о Норильске, о себе..., кн. 10, 2008 (б).
7. О времени, о Норильске, о себе..., кн. 4, Москва, 2003, с. 62,
8. Книга памяти жертв политических репрессий Красноярского края, том 4, Красноярск, 2006, с. 34
9. Дзюбенко Н. Круги ГУЛАГовского ада // Заполярная правда. - 1991. - 16 июня.

 

Служебное письмо из Центрального архива КГБ в Великолукский архив
о реабилитации С. Ф. Кайдан-Дешкина

КОМИТЕТ
Государственной Безопасности СССР
Центральный архив 6.08.91. №10/А-С-2157
Москва
Директору Великолукского филиала государственного архива Псковской области т. Сизову А.И.

На Ваше обращение в Комитет госбезопасности СССР с просьбой разъяснить причины ареста и осуждения композитора Кайдан-Дешкина С.Ф., а также выслать копии отдельных документов из архивного дела на него, сообщаем следующее.
Как видно из архивного следственного дела, Кайдан (Дешкин) Сергей Федорович, 1901 года рождения, уроженец г.Вильно, беспартийный, проживавший в г.Москве по Мясницкой ул., дом 21, кв.13 и обучавшийся на 3 курсе музыкального техникума им. Гнесиных, 9 августа 1930 года был арестован по необоснованному обвинению "как контрреволюционер, способный на террор и шпионаж" и по решению Коллегии ОПТУ от 5 января 1932 года заключен в места лишения свободы сроком на 10 лет. 9 августа 1940 года Кайдан (Дешкин) С.Ф. из-под стражи освобожден. Постановлением Особого совещания при НКВД СССР от 17 марта 1945 года судимость с Кайдана С.Ф. снята. Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР от 29 ноября 1936 года постановление Коллегии ОПТУ от 5 января 1932 года в отношении Кайдан (Дешкина) С.Ф. отменено за недоказанностью обвинения и он полностью реабилитирован.

Каких-либо сведений о родственниках Кайдан (Дешкина) С.Ф. и других интересующих Вас данных о нем в материалах дела не имеется.
Начальник Центрального архива Н.К. Гриценко


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»

Красноярское общество «Мемориал» НЕ включено в реестр общественных организаций «иностранных агентов». Однако, поскольку наша организация входит в структуру Международного общества «Мемориал», которое включено в данный реестр, то мы в соответствии с новыми требованиями российского законодательства вынуждены маркировать нашу продукцию текстом следующего содержания:
«Материалы (информация) произведены, распространены и (или) направлены учредителем, членом, участником, руководителем некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента, или лицом, входящим в состав органа такой некоммерческой организации».
Отметим также, что Международный Мемориал не согласен с этим решением Минюста РФ, и оспаривает его в суде.